Часть 1

Он замечает это не сразу; проходит война, его инаугурация на посту Хокаге, несколько сложных лет, где его ученики почему-то уверены, что он проклят (и даже сумели убедить в этом его АНБУ), но, в конце концов, он замечает это, когда отдаёт Наруто шляпу, которую никогда не хотел, а его сердце преисполняет гордостью, теплом и ещё каким-то чувством, название которому он не знает и не хочет знать. Правда в том, что в один из дней Хатаке Какаши в свои сорок один год смотрит в зеркало и понимает: он не стареет. Это неожиданно; это не то, во что он хочет поверить, не то, во что он готов поверить; это не имеет смысла. У него нет шарингана десять лет, но в его памяти отпечатано всё, что он когда-либо видел этим глазом; он смотрит, смотрит и смотрит на своё отражение, ища различия, ища признаки морщин, ища что-либо, кроме усталости, которая шла рука об руку с должностью Хокаге. Ничего не меняется. Его лицо выглядит таким же, как в день, когда он ушёл из АНБУ шестнадцать лет назад. Он не паникует, не кричит, не разбивает два единственных зеркала в своей квартире — он привычно надевает маску, аккуратно снимает зеркала с креплений и убирает их в пространство между шкафом и стеной. Он не думает об этом, не позволяет себе думать об этом; он не думает о своём отце, у которого не было такой проблемы; он не думает о своей матери, которая умерла в день его рождения, а его отцу было слишком больно говорит о ней, чтобы Какаши что-либо узнал о ней. Он игнорирует эту проблему также, как не делал много лет с другими своими проблемами; он обещал Наруто, Сакуре и Гаю, что не будет больше держать всё в себе, он снова солгал. Годы идут, Боруто и Сарада вырастают из милых карапузов, какими он их помнил, в шумных и проблемных подростков, какими были их родители; Какаши сочувственно морщится, кладя руку на плечо Конохомару; не может быть, чтобы с этими детьми было просто, он просто знает это. Он оказывается прав — это разочаровывает его больше, чем он ожидает. Какаши смотрит на Наруто, взросление касается его в линиях губ и глаз: от смеха, от усталости, от слёз — жизнь никогда не была добра к Наруто, а пост Хокаге никогда не был лёгок. Старость подкрадывается незаметно в блеске серебра в розовой чёлке Сакуры, когда неожиданно для себя, Какаши замечает это — он не смотрелся в зеркало уже пятнадцать лет, и не уверен, что будет готов посмотреть сейчас. Саске смотрит на него, хмуря лоб, отчего морщины особенно видны, он смотрит долго и пристально, но молчит — Какаши не спрашивает его, что именно он видит через риненган. Время безжалостно, старость касается всех, кого он знает, будь то лицо или хрупкость суставов и боль в старых ранах — Хатаке Какаши не затрагивает ни то, ни другое. Смерть по-прежнему избегает его любой ценой, и страх сковывает его душу осознанием, что это может значить.