Часть 4

      Драко с Лирой стояли перед исчезательным шкафом, не сводя с него глаз. Вокруг было тихо — слишком тихо для того, что должно было произойти. Секунда — и пространство будто дрогнуло: изнутри шкафа повалил густой чёрный дым, вязкий, словно живая тьма, он стелился по полу и поднимался выше, заполняя воздух тяжёлым, давящим присутствием. Лира напряглась, едва заметно сжимая палочку, когда в этом мраке появилось движение — первая фигура выскользнула наружу, за ней сразу вторая, третья, и один за другим они выбирались из темноты, заполняя комнату. Пожиратели. Лира не отступила ни на шаг, её взгляд быстро скользил по ним — холодный, оценивающий, она считала и запоминала, тогда как Драко стоял рядом чуть впереди, напряжённый до предела, но держащийся. Это был момент, которого он ждал и которого боялся, а чёрный дым всё ещё клубился у их ног, пока фигуры продолжали появляться, окончательно заполняя пространство, в котором теперь уже не осталось пути назад. Пространство заполнил безумный, пронзительный хохот Беллатрисы, и прежде, чем Лира успела отреагировать, та резко схватила её за руку, почти выдёргивая с места. Холодные пальцы сжались крепко, без всякой осторожности, и Беллатриса уже тянула её за собой, быстрым, рваным шагом уводя в коридоры. Каменные стены мелькали мимо, тени плясали от света факелов, и всё вокруг казалось чужим, искажённым. — Пока твой братец разбирается с директором… — Прошептала она прямо ей в лицо, сжимая плечо так, что это почти причиняло боль. — Мы немного повеселимся. Лира не вырывалась. Она шла рядом, позволяя вести себя, но её взгляд оставался холодным и ясным. Пальцы другой руки незаметно сжались вокруг палочки. Как только взгляд Беллатриса Лестрейндж наткнулся на группу школьников, её лицо исказилось восторгом. В ту же секунду она вскинула палочку. Заклинания полетели одно за другим, отражаясь от стен вспышками света. Крики, шаги, паника — коридор мгновенно превратился в хаос, а за спиной раздался смех других пожирателей, громкий и пугающе радостный. Лиру резко вытолкнули вперёд. Перед ней, к стене был прижат ученик — испуганный, с дрожащими руками, он не мог даже нормально говорить, только сжимался всё сильнее, будто надеялся исчезнуть. — Ну же… покажи. — Прошептала Беллатриса ей почти в ухо, сжимая плечо. — На что ты способна. Лира медленно подняла палочку. На секунду её взгляд встретился с глазами мальчика. Испуг. Чистый, открытый страх. Её лицо осталось спокойным. — Круцио. — Произнесла она ровно. Ничего не произошло. Тишина в этом месте показалась почти оглушающей на фоне хаоса вокруг. Лира не опустила палочку. Она знала, почему заклинание не сработало. Прекрасно знала. Секунда — и её резко толкнули. Лира не удержалась и упала на пол, холодный камень ударил в ладони, когда она опёрлась назад, чтобы не удариться сильнее. Перед глазами всё ещё мелькали вспышки заклинаний. Парень, которого прижали к стене, теперь лежал на полу, сжавшись, его тело всё ещё подрагивало от боли. Лира не отводила взгляда, даже когда его движения начали стихать, а глаза закрылись. Тишина вокруг него казалась ненастоящей на фоне продолжающегося хаоса. Она медленно перевела взгляд. На неё уже смотрела Беллатриса Лестрейндж. — Отродье. — Выплюнула она. — Слово прозвучало резко, с откровенным презрением. — Пойдём. Посмотрим, как твой любимый братик справляется. Сорвавшись на хохот, она снова схватила Лиру за руку и рывком подняла на ноги. Пальцы сжались так сильно, что стало больно, но она не сопротивлялась. Только выпрямилась. И снова пошла рядом. Когда они вошли в кабинет директора, Лира не стала подниматься вместе со всеми наверх и осталась на лестнице, затаившись в тени. Свет свечей дрожал, отбрасывая неровные блики на стены, и происходящее казалось нереальным, будто она наблюдала за этим со стороны. И именно тогда она заметила Поттера — он стоял под платформой, почти скрытый от остальных, держа палочку, направленную вверх, туда, где находился Драко среди пожирателей. Лира замерла лишь на мгновение, а затем двинулась вперёд — тихо, быстро, без лишних движений. Уже через секунду её палочка упёрлась ему в горло. Поттер вздрогнул и тут же опустил свою, испуганно уставившись на неё. Лира стояла слишком близко, не отводя взгляда, и её голос прозвучал едва слышно, но холодно и твёрдо: — Даже не думай. Сверху доносились голоса — напряжённый разговор, в котором слышались знакомые интонации, но Лира не вслушивалась, её внимание было приковано только к Поттеру напротив. Она буквально гипнотизировала его взглядом, не позволяя ни пошевелиться, ни поднять палочку. Вдруг на её плечо легла рука. Лира чуть повернула голову и краем глаза увидела Северуса. Он ничего не сказал, только посмотрел на Поттера и медленно поднёс палец к губам, требуя тишины, затем перевёл взгляд на Лиру и едва заметно кивнул. Этого было достаточно. Лира на секунду замерла, затем опустила палочку, без слов, без лишних эмоций, развернулась и начала подниматься следом за ним, оставляя Поттера внизу. Поднявшись наверх, Лира тут же встала позади брата, положив руку ему на спину — короткое, почти незаметное движение. В комнате повисло напряжение, густое и тяжёлое. — Северус… прошу тебя… — Донёсся слабый голос директора, и в следующую секунду всё оборвалось. Вспышка. Лира не позволила себе остановиться. Она резко толкнула Драко к выходу, не давая ему ни обернуться, ни осмыслить происходящее. Они почти сразу оказались в коридоре и двинулись дальше, быстро, не оглядываясь. Замок больше не был тихим. По стенам разносился истеричный, восторженный смех Беллатриса Лестрейндж. Звуки заклинаний, треск, крики — всё смешалось в один хаотичный шум. Она разрушала всё на своём пути. Картины срывались со стен, факелы гасли, камень трескался под ударами магии. Лира крепче сжала руку Драко в своей, ведя его вперёд. Пока они не добрались до Большого зала. Один взмах палочки — и в следующий момент всё стекло взорвалось наружу. Огромные окна разлетелись на тысячи осколков, которые с оглушительным звоном посыпались вниз, сверкая в воздухе, словно холодный дождь. Ветер ворвался внутрь, подхватывая занавеси и разбрасывая их, как тряпки. И вместе с этим — чувство, что всё окончательно вышло из-под контроля. Драко остановился, и Лира повернулась к нему и увидела, как по его лицу тихо текут слёзы, беззвучно, но в этом молчании было больше, чем в любом крике. Детство кончилось — не сейчас, раньше, но именно в этот момент это стало окончательно ясно. Лира смотрела на него и понимала, что он тоже это осознал, так же, как она когда-то: в тот день, когда поняла, что с Фредом у неё никогда ничего не будет, в тот момент, когда впервые по-настоящему ощутила страх — не мимолётный, а постоянный, въедающийся под кожу, когда стало ясно, что выбора нет, что жизнь уже расписана и им придётся служить Лорд Волан-де-Морт. Она медленно подошла ближе, ничего не говоря, и просто сжала его руку ещё крепче, словно это было единственным, что могло удержать их обоих в реальности среди рушащегося вокруг мира. — Пойдём, милый… — Тихо шепнула она, мягко убирая светлые пряди с его лица. Драко не сразу ответил, но его пальцы сжались в ответ — слабо, почти незаметно, однако этого хватило. — Вы ещё потрахайтесь здесь. — Гадко улыбнулся Сивый. Лира ничего не ответила, только потянула брата за собой, осторожно, без резкости, и они снова двинулись вперёд, оставляя позади шум, крики и осколки, которые всё ещё звенели под ногами. Когда они начали подходить к домику Хагрида, сзади раздались крики Поттера, и Драко резко остановился, из-за чего Лире тоже пришлось замереть и развернуться навстречу приближающемуся Гарри Поттеру, но в ту же секунду сзади послышался страшный, глухой треск, будто само пространство надломилось, и домик тут же вспыхнул, огонь взвился мгновенно, пожирая стены и крышу, а сквозь пламя раздался довольный, почти восторженный женский визг Беллатрисы; Драко застыл, не в силах отвести взгляд, а Лира сильнее сжала его руку, пока пламя отражалось в их глазах и вокруг оставались только огонь, дым и крики. — Вперёд! — резко скомандовал Северус Снейп, и в следующее мгновение пространство будто сжалось вокруг них. Лира успела только крепче сжать руку Драко, прежде чем всё вокруг распалось на вспышки света и давления. Воздух исчез, сменившись резким ощущением пустоты, будто их вырвали из реальности. И уже через секунду они трансгрессировали, оставляя позади огонь, крики и рушащийся Хогвартс.

***

Прошло какое-то время после побега из Хогвартса. Газеты постепенно притихли, хотя имя Дамблдора всё ещё всплывало в заголовках и разговорах. Лира чувствовала, что больше не может оставаться в стороне и просто ждать, пока события сами решат её судьбу. Поэтому теперь она стояла в Косом переулке, среди привычного, но уже изменившегося мира. Магазины работали как обычно, витрины сияли, люди проходили мимо, но всё казалось чуть более напряжённым, чем раньше — словно воздух стал тяжелее. Лира медленно шла вперёд, осматриваясь, пряча руки в складках мантии. Она говорила, что просто зайдёт и посмотрит со стороны, ничего такого, но сейчас, стоя перед дверьми магазина «Всевозможные волшебные вредилки», Лира на секунду задержалась, словно ещё могла передумать, затем тяжело вдохнула и всё же толкнула дверь, заходя внутрь. Колокольчик над входом тихо звякнул, и её сразу встретило яркое, почти вызывающее буйство красок: полки были заставлены коробками, которые шевелились, мигали и издавали странные звуки, а воздух был пропитан сладким, резким запахом магических сладостей и трюков. Лира медленно огляделась, стараясь не привлекать внимания, всё здесь казалось слишком шумным и живым после всего, через что она прошла, но она сделала ещё один шаг вперёд, уже не отступая. Несмотря на обстановку снаружи магазина, внутри была целая толпа, и Лира медленно оглядывала помещение с неожиданным, почти детским восторгом, который сама от себя не ожидала: яркие витрины, движущиеся товары и вспышки магии создавали ощущение живого, хаотичного мира. Вдруг над её головой что-то стремительно пролетело, и она инстинктивно пригнулась, одной рукой удерживая французскую шляпку, чтобы та не слетела, затем на секунду замерла и снова выпрямилась, уже осторожнее осматриваясь по сторонам, но с усиливающимся любопытством. Её внимание привлекли нежно-розовые бутылочки, которые переливались перламутровым блеском внутри стеклянной банки в форме сердца. Свет от витрин играл на их поверхности, заставляя жидкость внутри мягко мерцать и будто дышать. Лира подошла ближе, слегка наклонив голову, и осторожно взяла одну из них в руку, ощущая прохладное стекло пальцами и внимательно рассматривая её. — Смотрите-ка… — Протянул голос сзади. — Сама мисс Малфой. Дыхание Лиры на мгновение сбилось, и сердце будто провалилось куда-то вниз. Она медленно развернулась, всё ещё сжимая в руке флакон, не опуская его обратно на полку. Перед ней стоял он — Фред Уизли. И он изменился: стал выше, увереннее, шире в плечах, чем она помнила, будто за это время успел повзрослеть окончательно, без права на прежнюю лёгкость. Лира встретилась с его взглядом и не сразу нашла, что сказать, внутри что-то неприятно сжалось — не больно, но резко, как от внезапного воспоминания, к которому она не была готова, а он, напротив, выглядел спокойно, даже чуть насмешливо, словно эта встреча была для него всего лишь неожиданной, но не выбивающей из равновесия. — Разве продажа амортенции законна? Учитывая, что основная масса покупателей — это дети? — Лира слегка наклонила голову, и на её лице появилась едва заметная, хитрая улыбка, которую она не могла скрыть. — А разве пожиратели могут находиться здесь? Или стоит вызвать мракоборцев? — Спокойно ответил Фред, приподняв бровь; на его лице не было ни тени улыбки. — Разве ты видишь здесь пожирателя? — Парировала Лира, чуть шире разводя руки и показывая открытые предплечья, оголённые рукавами рубашки в три четверти. Фред на секунду задержал взгляд на её руках, затем снова посмотрел ей в глаза, будто взвешивая каждое слово и каждое движение. — Я вижу Малфой, которая слишком уверенно чувствует себя в магазине, явно не предназначенным для неё. — Спокойно сказал он, чуть склонив голову. — Почему ты решил, что я не могу прийти в ваш магазин? — Потому что обычно люди с твоей фамилией не заходят сюда просто так. — Ответил он холодно. — И уж точно не одни. Он сделал паузу, взгляд стал жёстче. — Особенно теперь. В этих словах не было крика, но было обвинение. И недоверие, которое он даже не пытался скрыть. Лира на секунду отвела взгляд, потом снова посмотрела прямо на него. — Почему ты решаешь за меня? У Уизли, так принято? — Тихо спросила она. Фред не улыбнулся. — Нет. — Коротко сказал он. — Я просто стараюсь понять, на чьей ты стороне. Лира на мгновение задержала взгляд, затем спокойно вернула бутылочку с амортенцией на полку, будто разговор её не касался напрямую, и сделала шаг ближе к нему. — Очевидно, что я там, где будет счастлив мой брат и где семья будет в безопасности. — Сказала она ровно. Фред чуть напрягся, но не отступил. — Безопасности? — Переспросил он тише. — В том, во что вы ввязались? Его взгляд стал серьёзнее, внимательнее, будто он пытался увидеть в её словах что-то, что она не договаривает. Лира остановилась совсем близко, но не ответила сразу. Вокруг шум магазина будто отступил, оставляя между ними напряжённую тишину. — Ты, вроде, увидел, что мои руки чисты. А на моей душе нет ни единого убийства. Лично я ни во что не ввязывалась. — Сказала Лира ровно, не отводя взгляда. Фред на секунду замолчал, будто оценивая не только её слова, но и то, как уверенно она их произнесла. — Руки могут быть чистыми и у тех, кто просто стоит рядом. — Ответил он тише, но жёстко. — Это не всегда значит, что они не участвуют. — Ты серьёзно думаешь, что я способна на убийство? — Лира заглянула ему прямо в глаза, не отводя взгляда. Фред не ответил сразу. Его челюсть чуть напряглась, взгляд стал тяжелее. — То, с каким рвением ты защищала брата, говорит о многом. — Сказал он наконец. Лира чуть качнула головой, словно не принимая такую логику. — Он мой брат. Задача каждой старшей сестры — защищать младшего брата. Разве ты со мной не согласен? Разве ты никогда не беспокоился о Роне или Джинни? На мгновение в его лице что-то дрогнуло — не сомнение, скорее воспоминание, которое он не хотел вытаскивать наружу. — Беспокоился. — Коротко признал он. — Но это не то же самое, Лира. Он сделал паузу, не отводя от неё взгляда. — Я не защищал людей, которые выбирают сторону Того-Кого-Нельзя-Называть. — Он мой брат… И он может отказаться от меня и убивать маглов направо и налево, но это не значит, что он резко перестанет быть моим братом — моей единственной кровью и плотью. Мне очень жаль, если ты серьезно считаешь меня убийцей. Фред нахмурился. — Я не сказал, что ты убийца. — Спокойно ответил Фред после паузы. — Я сказал, что ты слишком близко к этому всему, хочешь ты того или нет. Он чуть наклонил голову, внимательно вглядываясь в её лицо. — И иногда «рядом» уже достаточно, чтобы оказаться внутри. Лира тихо вздохнула, задержала на нём взгляд ещё на секунду дольше, чем планировала, затем развернулась, будто собираясь уйти. Но голос снова остановил её. — Малфой, почему тебе жаль? Она замерла, не оборачиваясь полностью, только повернувшись боком. Несколько мгновений молчания повисли между ними, пока шум магазина снова не начал казаться слишком громким. — Кто знает? — Наконец ответила она и медленно улыбнулась — той самой красивой, настоящей улыбкой, которой она почти никогда не улыбалась с тех пор, как поняла все. Парень только нахмурился. — Может быть, мне не нравится, когда некоторые люди плохого мнения обо мне… или делают выводы слишком быстро, тем более, когда они неправильные. — Добавила Лира чуть тише, уже спокойнее, будто это было не признание, а просто факт. Она на секунду задержала взгляд на нём, затем мягко отвела его в сторону и сделала шаг вперед, направляясь к выходу под непонимающий взгляд, который провожал её между полок и шумом магазина. Лира шла медленно, не оглядываясь, хотя чувствовала этот взгляд на себе до последнего.

***

Сидя на широком подоконнике, усыпанном мягкими подушками ручной работы, Лира смотрела в окно на потемневшее небо, где тяжёлые облака медленно стягивались над поместьем, будто не собираясь уходить. Когда-то это место казалось ей величественным и неприступным, но теперь в нём чувствовалось что-то иное — гнетущее, чужое, словно сам дом перестал быть её убежищем. Серо-голубое шёлковое платье мягко струилось по фигуре, напоминая силуэтом старинные викторианские наряды: открытые плечи, аккуратный вырез, лёгкие складки ткани, собранные под грудью, из-за чего линия талии терялась в мягких драпировках. Она подтянула ноги ближе к себе, обхватив их руками, и на мгновение закрыла глаза. В доме было тихо, но это была не спокойная тишина — скорее ожидание. Лира снова посмотрела в окно. Ей казалось, что эти тёмные облака никогда не исчезнут. В голове у неё снова и снова прокручивался один и тот же эпизод — тот день в магазине Уизли, его голос, его взгляд, напряжение, повисшее между ними. Она не могла отделаться от этого воспоминания, как будто что-то в нём осталось недосказанным, застрявшим внутри. Лира слышала от Драко, что во время одного из рейдов пострадал Джордж, и эта новость почему-то задела сильнее, чем она ожидала, из-за мысли, что это ещё больше отдалит её от него. Она невольно сжала пальцы на ткани платья. Ей казалось, что после этого Фред будет смотреть на неё ещё холоднее. С ещё большим недоверием. И, возможно, с тем самым чувством, которого она боялась больше всего — ненавистью. Может быть, она никогда не сможет с ним говорить по-настоящему, спокойно, без этой невидимой стены между ними, и Лира не надеялась на это всерьёз, слишком хорошо понимая, в каком мире они теперь живут и по разные стороны чего стоят, но где-то глубоко внутри всё равно оставалось упрямое, почти глупое желание — не разговор, не объяснение и даже не прощение, а просто чтобы однажды, случайно встретившись, проходя мимо, он посмотрел на неё и на секунду улыбнулся не потому, что они друзья и не потому, что всё стало как раньше, а просто потому, что больше не видит в ней врага. Лира сдула упавшую белую прядку волос, выбившуюся из высокого пучка, и в этот момент в дверь постучали, заставив её мгновенно собраться; она тут же свесила ноги с подоконника и села ровно, выпрямив спину, возвращая себе привычную холодную осанку. — Заходите! — Спокойно произнесла она, уже полностью скрыв всё лишнее за безупречной маской. В дверь заглянуло знакомое лицо, и напряжение в Лире сразу же ослабло, как будто его просто выдернули из воздуха; она мгновенно спрыгнула с подоконника и направилась к брату. — Ты напугал меня, что случилось? Собрание уже закончилось? — Спросила она, подходя ближе, но уже в следующую секунду заметила, насколько бледным было лицо Драко, и это заставило её нахмуриться, сбавив шаг. — Тебя… тебя вызывает Тёмный Лорд… Лира на секунду замерла, словно смысл слов не сразу сложился в одно целое. — Что? Зачем? Драко отвёл взгляд, будто ему было неприятно это произносить. — Насчёт свадьбы с Забини. — Свадьбы? — Лира резко выдохнула, ошарашенная новостью. — Он решил, что это идеальное время, чтобы этой свадьбой привлечь ещё сторонников. Отец… проговорился, что вы с Блейзом близки… — Почти шёпотом добавил Драко, сжимая пальцы, будто сам пытался удержать эту информацию от реальности. — Пойдем… — Холодно сказала девушка, беря брата за руку, выходя из комнаты. До неё с трудом доходил смысл сказанного: свадьба? Какая ещё свадьба и какое это вообще имеет отношение к войне, к сторонникам, к их миру, который и так держится на страхе и приказах? Мысли путались, цеплялись одна за другую, но ни одна не складывалась в цельную картину, и где-то внутри поднималось ощущение нереальности происходящего, будто это всё сказано не о ней. Неужели всё это действительно настолько буквально, неужели Лорд думает о союзе как о политическом инструменте — способе закрепить власть, усилить влияние, превратить людей в фигуры на доске, и где-то в этой холодной логике мелькнула ещё более неприятная мысль, настолько резкая, что Лира на мгновение перестала дышать: о будущем, о детях; она резко отогнала её, будто это было что-то недопустимое даже для внутреннего разговора с самой собой, но ощущение уже осталось — тяжёлое, липкое, не дающее сосредоточиться, и всё это не складывалось в голове, ни в какую. Неужели он хочет привлечь её будущих детей к своей игре? Настолько уверен в продолжительности своего правления? Она знала, что рано или поздно ей придётся выйти замуж за Блейза, это никогда не было для неё чем-то по-настоящему свободным или выбранным, скорее — вопросом времени и обстоятельств, но не так скоро… не сейчас, когда внутри ещё оставалось слишком много незакрытых ран и мыслей, к которым она не успела привыкнуть. И всё же где-то глубоко, почти упрямо, жила маленькая, почти бессмысленная капля надежды — не на спасение, не на иной исход, а просто на то, что чувства со временем поблекнут, станут тише, не такими острыми. Но имя Уизли всё равно не отпускало. Оно цеплялось за мысли, за паузы, за случайные воспоминания, как будто отказывалось исчезать. И Лира понимала: даже если у них с Блейзом будет хоть десять детей, даже если её жизнь окончательно примет предписанную форму, Фред всё равно останется где-то внутри — не рядом, не в реальности, а в том месте, куда невозможно перестать возвращаться. Заходя в столовую, где проходило собрание, Лира сразу почувствовала на себе десятки взглядов — тяжёлых, оценивающих, скользящих по ней с холодным интересом, и даже не стала искать, кто именно смотрит, потому что это было очевидно, но один взгляд всё же выделялся сильнее остальных — Долохов, конечно, кто же ещё. Она не изменилась в лице, будто ничего не происходило, и спокойно прошла дальше, удерживая спину прямой и шаг ровным, подошла к матери и встала за её спиной, позволяя этому месту стать хоть какой-то границей между ней и остальными, и лишь краем глаза отметила, как Драко молча сел на своё место, после чего незаметно сжала пальцы, скрытые в складках ткани. Наконец она подняла взгляд, который сразу встретился с сощуренными, ярко-красными глазами, и Лира тут же опустилась в поклоне, не позволяя себе ни секунды лишней реакции. — Лира, твой брат рассказал тебе о твоих ближайших планах? — Раздался хриплый голос Лорд Волан-де-Морт. — Да, мой Лорд. — Ответила она ровно, поднимаясь, но не осмеливаясь смотреть слишком долго. — Но я не совсем понимаю, как заслужила такую честь, что вы решили провести нашу с Блейзом свадьбу… Она аккуратно подбирая слова, чтобы не перейти тонкую грань. Волан-де-Морт тихо засмеялся, и на его бледном лице появилась тонкая, неприятная улыбка, больше похожая на тень, чем на настоящее выражение, ему явно нравился её тон — выверенный, почтительный, безупречно точный, он любил, когда к нему обращались именно так, и Лира это прекрасно понимала, она стояла спокойно, не позволяя ни одному лишнему жесту выдать напряжение, удерживая взгляд на допустимом уровне и сохраняя ту самую границу между уважением и осторожностью, которую нельзя было нарушать, это была игра, и она играла в неё достаточно хорошо, чтобы выжить. — Очень жаль, что ты не входишь в наши круги, но я не мог не оценить столь юную, воспитанную даму. Я хотел бы, чтобы наши ряды пополнялись такими же умными юношами… и их детьми. — Произнёс Волан-де-Морт, и в его голосе скользнула холодная удовлетворённость. Лира опустила взгляд на долю секунды, скрывая то, что невозможно было показать. Она прекрасно понимала, о чём именно он говорит — и это давило сильнее всего. — Это для меня большая честь, мой Лорд! — Ответила она, делая чуть более глубокий вдох, будто её переполняло волнение, а на лице появилась безупречная, выученная улыбка. — Когда вы желаете провести нашу свадьбу? — Конец августа. — Спокойно произнёс он. — Думаю, к этому времени мы всё же доберёмся до золотого мальчика. И в тот же момент пространство вокруг наполнилось одобрительными возгласами, громкими, почти торжественными, будто речь шла о празднике, а не об убийстве тысячи волшебников. Девушка старалась дышать тише, ровнее, но ей казалось, будто собственное сердцебиение разносится по всей комнате, выдавая её с головой. Воздуха вдруг стало не хватать, и Лира незаметно приоткрыла губы, делая осторожные вдохи через рот, лишь бы не показать, как резко внутри поднимается паника. Она продолжала стоять неподвижно, удерживая на лице ту самую выученную улыбку, пока вокруг звучали голоса и чужое одобрение, но под этой безупречной маской всё болезненно сжималось от осознания того, насколько чужой теперь стала её собственная жизнь.

***

— Милая, может, эта? — Спросила Нарцисса, разглядывая тонкую кружевную ткань, которая мягко переливалась в свете ламп. Лира, казалось, даже не услышала вопроса. Она стояла неподвижно, глядя в окно на людей, проходящих мимо магазина, и взгляд её был слишком далёким для человека, который занимается свадебными хлопотами. — Мама, мне всё равно, какая у меня будет фата, выбери то, что нравится тебе. — Произнесла девушка лишь спустя несколько секунд, всё же оборачиваясь. Нарцисса поджала губы и тяжело вздохнула, внимательно всматриваясь в лицо дочери, словно пытаясь понять, сколько ещё та сможет выдерживать это безразличное спокойствие. — Если ты не против, то мне нужно подышать воздухом… — Выдохнула Лира, уже не пытаясь скрыть усталость в голосе. Нарцисса ещё несколько секунд смотрела на неё, затем её лицо смягчилось. — Конечно. Только не долго. — Тихо ответила она с лёгкой, почти грустной улыбкой. Лира коротко кивнула и сразу прошла к выходу из помещения. Шум магазина, шелест тканей и разговоры начали давить слишком сильно. Она быстро вышла наружу, и прохладный воздух тут же коснулся лица, заставляя сделать первый за долгое время по-настоящему глубокий вдох. На улице было шумно, люди проходили мимо, не обращая на неё внимания, и это неожиданно приносило облегчение. Сердце билось слишком быстро, тяжело ударяясь о рёбра, а лёгкие будто сжали холодными оковами, не давая вдохнуть нормально. Лира прижала руки к груди, пытаясь дышать чаще, глубже, но воздуха всё равно не хватало. Шум улицы смешивался в один неразборчивый гул, люди проходили мимо, чьи-то голоса звучали рядом, но она почти ничего не слышала. Не выдержав, Лира сорвалась с места и просто пошла вперёд — туда, куда несли ноги, не разбирая дороги и не оглядываясь. Лишь бы дальше. Подальше от разговоров о свадьбе, от чужих ожиданий, от ощущения, что её жизнь уже давно решили за неё. Оторвав взгляд от камня под ногами, Лира вдруг поняла, где оказалась. Прямо перед ней снова был магазин Уизли — яркий, шумный, нелепо живой на фоне всего, что происходило вокруг в последние месяцы. Она замерла лишь на секунду. Сердце всё ещё билось слишком быстро, дыхание оставалось сбитым, но теперь к этому примешалось другое чувство — растерянное и почти болезненное. Лира медленно выдохнула, будто пытаясь вместе с этим выдохом избавиться от сомнений, и, не позволяя себе передумать, толкнула дверь. Колокольчик над входом снова тихо звякнул, впуская её внутрь. Внутри всё было по-прежнему — шумно, ярко, слишком живо. Повсюду носились дети, сталкиваясь друг с другом, смеясь и выкрикивая что-то через весь магазин, так что сделать шаг, никого не задев, казалось почти невозможным. Лира медленно оглядывалась по сторонам, на этот раз уже совсем не рассматривая товары — она искала взглядом рыжую голову среди толпы, сама не понимая зачем. Она успела сделать лишь несколько шагов в сторону, как к её груди прижался острый кончик палочки. Лира резко замерла. — Что ты здесь делаешь? Мне позвать авроров? — Прозвучал грубый голос, и чужие глаза тут же впились в лицо Лиры с настороженностью. Она ничего не ответила. Только медленно потянула за пуговицу на рукаве, оголяя предплечье с бледной кожей без единого следа метки, и лишь после этого подняла на него сузившиеся глаза. — Я чиста… — Тихо, почти шипя, произнесла Лира. Джордж несколько секунд молчал, всё ещё держа палочку, направленную на неё, словно пытался решить, стоит ли ей верить. Но всё же опустил, продолжая с подозрением разглядывать девушку. В этот момент чья-то рука легла ему на плечо, а рядом показалось лицо его брата — Фред с удивлением смотрел на гостью. Дыхание Лиры будто замерло. Грудь поднялась на вдохе, но воздух так и не вышел из лёгких. Её взгляд заметался по загорелому лицу Фреда, задерживаясь на каждой, будто знакомой черте. — Что ты снова здесь делаешь, Малфой? — Фред приподнял бровь, с откровенным любопытством разглядывая гостью. — Неужели решила проверить, не успели ли мы соскучиться? — Снова? — Тут же переспросил Джордж, переводя взгляд на брата. — Просто проходила мимо… — Лира слегка замялась. — Хотела посмотреть, как поживает семья Уизли. — О-о. — Протянул Джордж, понимающе кивая. — Какая трогательная забота. Прямо до слёз. Как поживает наша семья, это, пожалуй, последнее, что должно тебя волновать, Малфой. — Кажется… — Начал Фред с каким-то расстроенным, почти обиженным голосом. — У тебя намечается свадьба с Забини. Разве тебе не стоит готовиться к ней? Или, быть может, проводить время со своим женихом? А ты вместо этого почему-то решила навестить именно нас. Лира нахмурилась. — Моя семейная жизнь никак вас не касается. — Как мило. Прямо как и тебя наша семья, стало быть, тоже не должна касаться. — Джордж произнёс это с притворной грустью, едва заметно усмехнувшись. Лира ничего не ответила. Лишь тихо выдохнула, развернулась и направилась к выходу из магазина. Дверной колокольчик весело звякнул, когда девушка открыла дверь и вышла на улицу. Отойдя от магазина на добрые несколько метров, Лира прислонилась спиной к кирпичной стене, положила на неё ладонь и прижалась к ней лицом, тяжело дыша. Ей хотелось плакать. Невозможность прикоснуться к Фреду, почувствовать тепло его кожи, — всё это было высшей пыткой. Другую руку она положила себе на живот, пытаясь привести дыхание в порядок. черный кожаный корсет, затягивал легкие так, что казалось еще чу-чуть и Лира бы точно свалилась в обморок. Простояв добрых пять минут и наконец восстановив дыхание, Лира двинулась обратно к магазину, где оставила мать. Поднявшись на крыльцо, девушка едва не столкнулась лицом к лицу с Нарциссой. Женщина удивлённо взглянула на дочь, а затем тепло улыбнулась.

***

Лира сидела на полу своей комнаты, обхватив руками колени и прижавшись лицом к белой шёлковой ткани платья, сшитого в духе моды девятнадцатого века. Перед глазами одно за другим всплывали воспоминания о недавних событиях: Снейп убил Дамблдора, слёзы Драко, крики учеников — испуганных детей, ставших свидетелями смерти. Обхватив голову руками, девушка сжимала пальцами свои белые волосы, кривя губы в болезненной гримасе и изо всех сил стараясь сдержать новые слёзы. Воздуха не хватало. Девушка задерживала дыхание, лишь бы вновь не сорваться в истерику. В конце концов, то ли с визгом, то ли с яростным рыком, Лира ударила ладонями по полу, опускаясь на колени. Уперевшись руками в пол, она несколько мгновений смотрела на гладкую поверхность перед собой, крепко сжимая зубы, после чего резко поднялась. Подойдя к столу, Лира одним движением смахнула с него книги. Следом на пол полетела чернильница, разбившись с глухим звоном. Девушка направилась к туалетному столику и смахнула с него букет цветов, подаренный Блейзом, вместе с вазой, что как и чернильница разбилась. Окинув взглядом пол, превратившийся в настоящее поле боя, Лира обхватила себя руками. Она слегка согнулась, широко открывая рот в беззвучном крике. Сил больше не оставалось. Вновь осев на пол, на этот раз девушка упала набок и забилась в безмолвной истерике, время от времени перекатываясь с места на место и не переставая крепко обнимать себя, словно пытаясь хоть как-то удержать собственное тело от окончательного распада. Когда истерика наконец миновала, девушка продолжала лежать на боку, прикрыв глаза. Где-то сбоку раздался хлопок, а следом — нечеловеческий визг. — Моя госпожа! — Всё в порядке, Тинки. — Лира приняла сидячее положение, устало взглянув на эльфа. — Моя госпожа! Как же так… Что же произошло… — Эльф снова принялся плакать. — Что случилось, Тинки? — Лира нахмурилась, с тревогой глядя на него. Тинки резко перестал плакать и своими огромными глазами посмотрел на девушку. — Моя госпожа, ваша матушка передаёт вам, что к вам пришёл господин Забини. Он ожидает вас вместе с вашей матушкой внизу. — Хорошо… Я сейчас спущусь. Приберись здесь. — Слушаюсь, моя госпожа! — Тинки тут же поклонился. Лира усталым взглядом окинула погром, который сама устроила совсем недавно. Поднявшись на ноги, она взяла палочку с кровати и подошла к туалетному столику. Сделав пару взмахов палочкой, девушка вернула своему лицу прежний вид. Обходя осколки в которые они не влезла во время истерики, каким-то чудом, Лира идет на выход из комнаты. По дороге вниз девушка, к своему удивлению, не встретила ни одного Пожирателя, что для вечера было довольно странно. Спустившись в комнату для ожидания, Лира увидела Блейза и матушку, которые, попивая чай, мирно беседовали. Войдя в комнату, она нарочно издала звук, обозначая своё присутствие, чтобы привлечь их внимание. Забини, сидевший к ней спиной, тут же поднялся, оставив свой чай на столике возле дивана и направился навстречу Лире. — Добрый вечер, леди. — Блейз с очаровательной улыбкой поцеловал её руку. — Здравствуй… — Ответила Лира, как бы невзначай вытягивая руку из его цепкого захвата. — Прошу прощения за мои манеры. — Блейз улыбнулся и вернулся к дивану, где взял в руки букет белых роз, после чего протянул его девушке. Лира выдавила из себя улыбку и приняла цветы, бережно обхватив букет обеими руками. Пока Забини чуть ли не с открытым ртом любовался девушкой, на его плечо легла рука Нарциссы. — Милая, Блейз приготовил для тебя небольшой подарок. Прими его, как и подобает благородной леди. — Женщина тепло улыбнулась дочери. Лира, ничего не отвечая, присела в лёгком реверансе. Блейз улыбнулся Нарциссе и протянул Лире руку, предлагая ей опереться на его локоть. Девушка, конечно же, приняла его руку, и они вместе вышли из комнаты. Лира не могла предположить, о каком подарке идёт речь, поэтому под тихие рассказы Блейза просто следовала за ним. Выйдя из поместья, они направились через задний двор по узкой тропинке, ведущей к небольшому озеру, расположенному прямо на территории поместья. На берегу лежал расстеленный плед, на котором уже стояло ведёрко с вином и два бокала. Рядом располагалась фруктовая тарелка и небольшое блюдце с какими-то пирожными. Блейз протянул ладонь, помогая Лире сесть, и она воспользовалась его помощью, кладя букет цветов возле себя на плед. Парень плюхнулся рядом, потянувшись к бутылке с вином. — Я подумал, что ты, наверное, хотела бы немного отвлечься от последних дней. Поэтому идея устроить пикник показалась мне неплохой. Девушка смотрела сквозь белые ресницы на прозрачную гладь озера, в котором когда-то часто любили плавать лебеди — гордость её отца. Но, надо сказать, отдельное «спасибо» стоило адресовать Пожирателям, которые своими жестокими играми погубили несчастных птиц. От этих воспоминаний пухлые губы Лиры едва заметно дрогнули на несколько миллисекунд, но Блейз, кажется, принял эту реакцию на свой счёт, поэтому заметно занервничал. — Я надеюсь, тебе нравится. — Блейз слегка нахмурился, наблюдая за её лицом. — Если нет… можешь сказать. Я не обижусь. Хотя, признаться, предпочёл бы, чтобы ты хотя бы попыталась сделать вид, что тебе понравилось. — Нет, всё правда в порядке. — Девушка заставила себя улыбнуться. — Просто переживаю из-за нашей скорой свадьбы. И снова на её лице появилась та самая фальшивая улыбка — безупречная, вежливая и совершенно лишённая искренности. Но Блейз, влюблённый по уши, совершенно не заметил этой фальши. После её слов он заметно приободрился и, взяв один из бокалов, протянул его девушке. — Тогда… давай выпьем за нашу предстоящую свадьбу! — На его лице засияла широкая улыбка, обнажая все тридцать два зуба. Лира на несколько секунд задержала взгляд на бокале, который Блейз протягивал ей. Красное вино тихо колыхнулось в хрустальном стекле, отражая последние лучи заходящего солнца. Девушка заставила себя улыбаться и всё же взяла бокал. — За свадьбу. — Тихо произнесла она, едва соприкоснувшись своим бокалом с его. Раздался звонкий хрустальный звук. — За нашу свадьбу. — Повторил Блейз, не сводя с неё влюблённого взгляда. Он сделал глоток и довольно откинулся назад, словно только что выпил за самое счастливое событие в своей жизни. Лира же лишь коснулась губами вина. Ей совершенно не хотелось пить. Перед глазами всё ещё стояло другое лицо. Рыжие волосы, веснушки, насмешливая улыбка и карие глаза, которые она пыталась забыть, но которые почему-то становились только отчётливее. Сердце забилось быстрее. Она медленно опустила бокал, глядя куда-то поверх плеча Блейза, на спокойную гладь озера. — Знаешь. — Вдруг заговорил Забини, нарушая тишину. — Я уже представлял, как всё будет. Лира перевела на него взгляд. — Представлял? — Конечно. — Он усмехнулся. — Ты ведь не думала, что я оставлю организацию свадьбы на наших матерей? Они, конечно, способны превратить её в событие века, но тогда нам придётся простоять весь вечер, улыбаясь людям, которых мы едва знаем. — А разве это не считается обязательной частью аристократической свадьбы? — с лёгкой иронией спросила Лира. — К сожалению, да. Но я намерен хотя бы иногда красть тебя от гостей. — Блейз чуть наклонился к ней. — Например, после церемонии мы можем исчезнуть на несколько часов. Только ты и я. Никаких родителей, Пожирателей, разговоров о политике и прочей чепухи. Лира едва заметно улыбнулась, представляя это, но увы не в компании себя с Блейзом. — Звучит неплохо. — Говорит девушка, после чего понимая, что произнесла это в слух. Забини. — Вот видишь. — Блейз довольно улыбнулся, словно только что получил подтверждение своим самым сокровенным надеждам. — Я же говорил, что всё будет хорошо. Лира ничего не ответила. Она снова посмотрела на озеро. Когда-то здесь плавали лебеди. Когда-то она могла просто сидеть на этом берегу и чувствовать себя в безопасности. Теперь же даже тишина казалась ей чужой. Блейз тем временем продолжал что-то рассказывать о свадьбе, о месте, где они могли бы провести медовый месяц, о доме, который он хотел бы приобрести для них после свадьбы. Лира слушала лишь краем уха. Её мысли были далеко отсюда. И чем больше Блейз говорил о будущем, тем яснее девушка понимала одну простую вещь: она не представляла в этом будущем себя. И уж тем более не представляла рядом с собой его. Блейз замолчал, заметив, что Лира уже довольно долго не отвечает. Он внимательно посмотрел на девушку, а затем слегка нахмурился. — Ты меня вообще слушаешь? Лира моргнула и повернула к нему голову. — Конечно. — И что же я только что сказал? На губах Забини появилась хитрая улыбка. Лира на мгновение замерла, пытаясь восстановить в памяти последние несколько фраз, но ничего не вспомнила. — Что… ты хочешь, чтобы на свадьбе было поменьше гостей? — Неплохо. — Блейз усмехнулся. — Но вообще-то я говорил о том, что хочу, чтобы после свадьбы мы уехали куда-нибудь вдвоём. — Куда? — Мне всё равно. — Он пожал плечами. — Хоть во Францию. Хоть в Италию. Можем отправиться куда-нибудь, где нас никто не знает. Лира опустила взгляд на свой бокал. — Это звучит хорошо. — Ты опять это говоришь. — Что? — «Звучит хорошо». — Блейз тихо рассмеялся. — Ты произносишь это каждый раз, когда не знаешь, что ответить. Лира напряглась. Несколько секунд они молчали. Ветер прошёлся по поверхности озера, заставляя воду покрыться мелкой рябью. Где-то вдалеке послышался шелест деревьев. — Ты слишком много думаешь. — Наконец произнесла Лира. — А ты слишком мало говоришь. — Возможно, мне просто нечего сказать. Блейз внимательно посмотрел на неё. На этот раз его улыбка исчезла. — Лира… Она подняла глаза. — Почему мне кажется, что ты сейчас где-то очень далеко? Она сжала пальцы вокруг бокала, стараясь не выдать дрожь. — Просто устала. Блейз несколько секунд продолжал смотреть на неё, словно пытался найти в её лице хоть какую-то подсказку. Но Лира уже успела надеть привычную маску — спокойную, безупречную, почти холодную. — Хорошо. — Наконец произнёс он. — Тогда не будем сегодня об этом. Он поднял свой бокал и выпил его до дна. Лира ничего не ответила. Она снова посмотрела на озеро, но теперь перед глазами вместо спокойной воды возникла совсем другая картина. Рыжие волосы. Веснушки. Насмешливая улыбка. И голос, который она так отчаянно пыталась забыть. «У тебя намечается свадьба с Забини. Разве тебе не стоит готовиться к ней? Или, быть может, проводить время со своим женихом? А ты вместо этого почему-то решила навестить именно нас.». Лира медленно закрыла глаза. На минутку она могла подумать, будто Фред ревновал, но это, очевидно, глупость. Как он, мог ревновать её? Блейз сидел рядом, рассказывал что-то о будущем, которое уже мысленно построил для них двоих, а она хотела вернуться назад. Туда, где Фред ещё мог протянуть к ней руку. Туда, где она могла коснуться его. Хотя бы один раз. Будь у неё Маховик времени, она бы вернулась назад, на самый первый курс, и сказала самой себе запихнуть куда подальше всю свою гордость, все наставления родителей и вечное стремление соответствовать чужим ожиданиям. Сказала бы слушать только себя. Делать то, чего действительно хочет сердце. Может быть, тогда всё сложилось бы иначе. Может быть, тогда она не сидела бы сейчас рядом с человеком, которого совсем скоро должна была назвать своим мужем, и не мечтала бы о другом. Глаза Лиры резко распахнулись, а губы приоткрылись. Точно. Маховик времени. Но уже через секунду девушка нахмурилась. Нет. Она не знает, где достать этот чёртов маховик. Через секунду её настигло новое удивление. Блейз, кажется, успел изрядно напиться, и Лира даже не заметила, как он оказался совсем близко к её лицу. Его затуманенные алкоголем глаза ясно давали понять, что за свои дальнейшие действия он уже едва ли отвечает. Вот его губы уже на чужих губах. Лира замерла, не зная, как должна реагировать. Блейз целовал её так, словно перед ним уже была его жена, словно свадьба была не через несколько недель, а состоялась много лет назад. От него пахло вином, а тёплое дыхание обжигало кожу. Девушка медленно закрыла глаза, позволяя ему продолжить. Пока из её руки вырвали бокал, убрав в сторону. Она ведь должна была выйти за него. Должна была привыкнуть к его прикосновениям, к его голосу, к тому, что именно он будет рядом с ней. За Фреда. Лира сжала пальцы на ткани собственного платья, стараясь прогнать эти мысли. Она не имела права думать о нём сейчас. Не здесь. Не тогда, когда рядом находился её будущий муж. Блейз чуть отстранился, всего на несколько сантиметров, и посмотрел ей в глаза. На его лице появилась пьяная, довольная улыбка. — Я так долго этого хотел… Лира ничего не ответила. Только улыбнулась ему той самой безупречной улыбкой. — Я знаю. Блейз снова приблизился к ней, и девушка прикрыла глаза. Она действительно хотела хотя бы попытаться насладиться этим моментом, убедить себя, что всё должно быть именно так. Но вместо желанного тепла по телу пробежали мурашки, а внутри поднялось лишь чувство отвращения. Никаких бабочек в животе, никакого волнения — ничего из того, что, как ей казалось, должно было появиться рядом с человеком, за которого она собиралась выйти замуж. Его губы коснулись её шеи, затем щеки. Блейз осторожно обнял её за талию, притягивая ближе. Лира положила ладонь ему на плечо, скорее для того, чтобы сохранить равновесие, чем из желания ответить на его ласку. Вино окончательно затуманило его мысли, а его прикосновения становились всё смелее. — Лира… — Тихо выдохнул он, снова коснувшись её губ. Она закрыла глаза. Перед ней снова возник Фред. И от этого стало ещё хуже. Лира резко вдохнула, но всё же не остановила Блейза. Может быть, если позволить этому случиться, если перестать думать, она наконец сможет почувствовать хоть что-нибудь. Хоть какую-то привязанность. Хоть каплю того, что должна испытывать к своему будущему мужу. Блейз осторожно провёл рукой по её волосам и прижался лбом к её лбу. — Ты такая красивая… — Спасибо. Он снова поцеловал её, и девушка позволила себе раствориться в этом мгновении, стараясь не думать о том, чьи руки ей хотелось бы почувствовать на самом деле. Его губы скользили по девичьим плечам и ключицам, пока крепкие руки постепенно стягивали платье всё ниже. Лира молча позволяла ему это, стараясь сосредоточиться на происходящем, но вместо желанного тепла по коже вновь пробегали мурашки. Она закрыла глаза, пытаясь заглушить неприятное чувство и убедить себя, что всё происходящее естественно. Пальцы Лиры сжали ткань пледа, пока она пыталась сохранить на лице спокойное выражение. Блейз, ослеплённый вином и собственными чувствами, казалось, не замечал её напряжения. Для него этот вечер становился исполнением давней мечты, тогда как для неё — ещё одним напоминанием о том, насколько далеко она оказалась от той жизни, которой когда-то хотела. Девушка открыла глаза и посмотрела на тёмную гладь озера. В отражении дрожали первые звёзды, а над водой медленно сгущались сумерки. На мгновение ей показалось, что где-то там, за деревьями, снова раздастся знакомый смех. Фред. Лира зажмурилась, прогоняя образ. — Лира… — Тихо произнёс Блейз. Она снова посмотрела на него и попыталась улыбнуться. Но в этот раз улыбка не получилась. Она лишь устало прикрыла глаза. Его вторая рука скользнула под длинный подол платья, коснувшись её бедра. Лира вздрогнула от неожиданного прикосновения, но осталась неподвижной, лишь сильнее сжав пальцы на ткани пледа. Блейз осторожно уложил её спиной на мягкую ткань, и Лире пришлось одной рукой обхватить его за спину, чтобы удержаться рядом с ним. Блейз наклонился к ней, опираясь одной рукой о плед, а другой осторожно провёл по её волосам. Лира смотрела на него снизу вверх, стараясь сохранить спокойствие. В его взгляде было столько искреннего чувства, что ей становилось только тяжелее. Она прикрыла глаза, когда он снова коснулся её губ. На этот раз поцелуй был медленнее, почти нежным. Лира ответила скорее по привычке, чем по желанию, и тут же почувствовала знакомое напряжение внутри. Блейз отстранился всего на мгновение. — Я люблю тебя. — Тихо произнёс он. Эти слова заставили Лиру открыть глаза. Она смотрела на него несколько секунд, не находя ответа. В голове вспыхнуло совсем другое признание, сказанное когда-то не ему. Другое лицо, другая улыбка, другой голос. Лира провела ладонью по щеке Блейза и заставила себя улыбнуться. — Я знаю. Он улыбнулся в ответ и снова притянул её к себе. Лира смотрела в темноту поверх его плеча и отчаянно пыталась убедить себя, что когда-нибудь сможет почувствовать к Блейзу хотя бы половину того, что чувствовала к Фреду. Его объятия становились крепче, а расстояние между ними исчезало. Девушка позволила ему увлечь себя дальше, хотя внутри по-прежнему не было того чувства, которого она так отчаянно ждала. Лира старалась не думать о том, что чувствует на самом деле. Она просто позволила этому вечеру идти своим чередом, убеждая себя, что однажды сможет привыкнуть к Блейзу и к жизни, которую для неё уже выбрали. Пока одна рука нежно касалась щеки девушки во время поцелуя, вторая скользнула дальше по бедру, заставляя Лиру вздрогнуть от неожиданности, когда её белье начали стягивать. Мягкая ткань скользила по коже её ног, заставляя всё тело напрячься, но вовсе не от предвкушения. Лира приподняла ноги, и Блейз стянул с неё нижнее бельё. Затем он немного отстранился, поднёс кружевную ткань к лицу и глубоко вдохнул его запах. Лира смотрела на происходящее с нескрываемым ужасом, не в силах понять, как человек, которого она собиралась назвать своим мужем, мог вести себя подобным образом. Блейз был слишком пьян и явно уже не отдавал себе отчёта в собственных действиях. Где-то Лира слышала фразу о том, что алкоголь даже самых уважаемых людей способен превратить в настоящих свиней. Сейчас эти слова казались ей до боли уместными. Отбросив женское бельё в сторону, Блейз обеими руками принялся стягивать платье ниже, обнажая грудь девушки. Забини обхватывает руками два бугорка, играючи сжимая, довольно улыбаясь, будто маньяк перед жертвой. После чего, он сжимает перси по бокам, со стороны туловища, прижимая к середине тела, и утыкается лицом, поворачивая им в право-влево. Лира находится, будто в прострации, совершено не понимая, что ей делать и куда деть руки. Она смотрит в небо, молясь Мерлину о том, чтобы это всё поскорее бы кончилось. Пока тяжелые руки стягивают платье через ноги, полностью оставляя девушку без одежды, за исключением балеток, он покусывает нежные соски, вызывая на глазах девушки слезы. Сжимая плед, Лира пытается побыстрее избавиться от них, быстро и часто моргая. Платье оказываться там же, где и нижнее бельё, то есть, где-то в стороне. Глаза Лиры мгновенно остаются без слез, когда её половые губы раздвигают чужие пальцы. Вторая рука раздвигает ноги, дабы вклиниться между ними. На секунду Блейз отстраняется, чтобы оказаться перед промежностью девушки. Она издает звонкий писк, когда Блейз резко оказывается языком у неё на клиторе. Лира тут же тянет руки ко рту, прижимая их, дабы не издавать звуков, призвав каких-нибудь бродящих рядом пожирателей. Дыхание Лиры стало резким и прерывистым. Никто и никогда не делал с ней ничего подобного, и происходящее казалось ей одновременно странным и пугающим. Это было очень мокро. Язык двигался в собственном ритме заставляя девушку переодически дергаться и инстинктивно сжимая ноги. Но Блейз держал их руками, не давая помешать ему. Прижимая руки ко рту, девушка смотрела на это дело во все глаза. Внутри всё переворачивалось от осознания происходящего. С ужасом Лира понимала, что именно с этим человеком её собираются связать на всю жизнь. Наконец парень приподнялся, усевшись на колени. Он облизнул губы и улыбнулся, обнажив зубы. Его руки потянулись к ремню, но движения были медленными и неуверенными — алкоголь заметно мешал ему, нарушая координацию. Блейз решил не снимать полностью штаны, а пристав, он просто спустил их вместе с нижним бельем. До этого Лира не видела мужских членов, но и сейчас она хотела бы не видеть этого. Член Блейза был длинным и тонким, покрытым венами. Лира испуганно захлопала глазами, а когда парень потянулся к ней, выставила руку вперёд, тут же уперев ладонь в его грудь. — Я… Я хочу, чтобы я была спиной к тебе… — Неуверенно заявила Лира, думая лишь о том, а так точно можно? — Конечно, дорогая! Становись раком! — С довольной улыбкой сказал Блейз. Лира тяжело дышала, пытаясь понять, что именно он от неё хочет. Она замерла на несколько секунд, а затем, поколебавшись, медленно развернулась и опустилась на колени, упираясь ладонями в мягкий плед. Блейз тут же обхватил ее талию двумя руками, пару раз проведя вверх вниз. Затем он отстранился, и Лира с некоторым облегчением подумала, что, кажется, всё закончилось. Но спустя мгновение позади неё раздался странный звук, будто парень сплюнул, а затем девушка почувствовала на себе его руку. С чем то мокрым у себя между ног. Лире тут же захотелось оставить всё, что она успела съесть за сегодняшний день, прямо на траве. А после она почувствовала, как что-то раздвигает её губы и входит. Лира открыла рот в немом крике. Это было ужасно больно. будто бы порезать палец об бумагу, только в десять раз хуже. Девушка была совсем сухой и то, что сделал Блейз, особо не помогло, только добавило ещё большего отвращения. Девушку схватили за волосы, оттягивая назад, а второй рукой беря за горло. Малфой заплакала. Из глаз Лиры покатились слёзы. Горло сжимало, хотя и не настолько сильно, чтобы лишить её возможности дышать, но от этого всё равно было неприятно и страшно. Она пыталась сделать глубокий вдох, однако дыхание то и дело сбивалось, а слёзы продолжали стекать по щекам. Ей пришлось приподняться, чтобы Блейз совсем не задушил. Рука, которая была у неё на волосах переместилась на губы. Средний палец раздвинул их, проводя вверх-вниз. После этого он переместил руку на клитор, начиная круговыми движениями стимулировать его. У своего уха Лира услышала выдох, а затем, почувствовала, как член начал двигаться выходя из девушки, чтобы после войти обратно с громких шлепком. Лира вскрикнула от боли. Она чувствовала, как яйца ударяются об её попу. Затем Блейз вышел и вошел еще раз. Затем снова и снова. Так длилось несколько секунд, но Лире казалось, что это длиться целую вечность. Наконец, она почувствовала, что в неё, что-то полилось, будто бы вода. Блейз с громким стоном завалился вперёд, прямо на Лиру. Девушка рухнула на плед, оказавшись придавленной тяжёлым телом. С трудом высвободив руку, она несколько раз ударила Блейза по плечу, пытаясь дать понять, что ему пора встать. Но Забини даже не пошевелился. Тогда Лира обернулась и с ужасом обнаружила, что её будущий муж крепко спит. Девушка попыталась отодвинуть его, но сил оказалось недостаточно. В конце концов Лира начала осторожно пробираться вперёд, стараясь выбраться из-под него. Чувствуя, как из неё выходит член, вместе с жидкостью. Выбравшись из-под его тела, Лира тяжело опустилась на попу, жадно хватая ртом воздух. Несколько секунд она просто сидела, приходя в себя, а затем посмотрела на Блейза, который безмятежно спал, словно ничего и не произошло. По её лицу текли слезы, которые она никак не контролировала, а между ног очень болело и жгло. Лира раздвинула их, сидя на попе, трясущейся рукой она дотронулась до промежности, поднеся ладонь к лицу, Лира издала протяжный писк. На пальцах была кровь, и девушку тут же начало трясти. Внутри всё сжалось от паники — она совершенно не понимала, что теперь делать. Лира с трудом попыталась подняться, но едва ей это удалось, как она тут же согнулась пополам, почувствовав резкую боль и жжение. Несколько секунд девушка просто стояла, тяжело дыша и пытаясь прийти в себя. Найдя в себе силы, Лира прошла мимо неподвижного тела, подбирая с пледа свою одежду и бельё. К её удивлению, всё оказалось целым. Стараясь как можно быстрее одеться, она тихо шмыгала носом, изо всех сил стараясь не разбудить Забини. Закончив, Лира рванула к дому, насколько позволяли боль и дрожь в теле. То, что по дороге она не столкнулась ни с Пожирателями, ни с кем-либо из домочадцев, было настоящей удачей. Заперевшись в своей комнате, Лира сползла по двери на пол, обхватила руками колени и, уткнувшись в них лицом, разрыдалась.