Север, прощай

Слушая капель, Каори лежит в кровати, не может уснуть. Время уже шесть утра, мама настояла, что на работе ей необходимо быть не раньше понедельника, и чем скрасить выходные- совершенно не ясно. На севере с этим вопросов не возникало, потому что и работала она ежедневно, и Лао развлекал её бесконечно. Мама с Джирайей ушли ни свет, ни заря, к Хокаге, а ей велено отдыхать и приходить в себя. Вчера Диана вытрясла из нее все подробности её пребывания на севере. Ей, конечно, понравилось, что с дочерью там обращались не хуже, чем с принцессой, но её бы устроило больше, если бы Каори туда пригласили официальным визитом. А вот Джирайя обратил внимание на то, что в рассказе девушки бесконечно фигурирует имя Юкихиро. Имя того, кто её украл. И говоря о нём, у Каори теплеет взгляд. Надо было настаивать, что у девушки на севере все хорошо, чтобы Диана не нервничала так сильно. Но его любимая женщина считала, что Као под страхом смерти писала письмо, и ей угрожала целая армия. И вот сейчас Каори лежит и понимает, что хороший у неё отъезд получился. Познавательный. Девушка встала, не заправляя кровати выплелась в кухню. Ночью все ещё холодно, поэтому она была невероятно рада нырнуть в свою обычную теплую пижаму, с длинными штанами и теплой кофтой. Без всяких там кружев, рюшек и прочей дребедени. Каори просто до исступленного сумасшествия рада тому, что сама может тыкнуть чайник, сама может помыть свою посуду, и сделать остальную рутину. Не рождена она для того, чтобы её обслуживали. Пока чайник закипал, девушка подошла к окну, поежившись и обняв себя руками от холода. И увидела, как о их ограду, облокотившись спиной, стоит Какаши. - Что он делает здесь в такую рань… - выдохнула Као. Она хотела оттянуть момент встречи. Разговор. Она не знала, что сказать… Что она изменилась…? Что считая, будто Какаши принадлежит Рин, предпринимала попытки о нём не думать, и у неё получалось? Какаши стоит, просто оперевшись о забор, и глядя в сторону улиц. Каори видит только его спину. От этого ей сложно судить о том, что он чувствует. Девушка еще раз вздохнула, обула ботинки, просто всунув в них ноги, и вышла на улицу, прошаркав к мужчине. Когда она встала рядом, тоже оперевшись спиной о забор, то он посмотрел на нее. - Доброе утро. - его голос бархатный и спокойный. Взгляд задумчивый. - Ты почему здесь в такую рань? - Ждал, когда ты проснёшься. - Какаши изучает лицо девушки, обращая внимание на каждую веснушку. - Чаю? Все лучше, чем стоять здесь в такую холодину. - но Каори поймала себя на мысли, что не ей бы жаловаться, после зимовки на севере. - Можно. - согласился мужчина, и аккуратно положив ладонь на спину девушки, подтолкнул её к дому. Ему казалось что ей очень холодно. Они разулись и зашли. Какаши сел за стол, сняв жилетку, а Каори принялась разливать чай по чашкам. Достала из холодильника бутерброды, которые нарезала для неё мама и поставила на стол. - Позавтракай, наверняка же голоден. - сказала Каори, и вернулась к тумбе, помешать чай. - Голоден. - Какаши снова резко поднялся и приблизился к девушке со спины, обхватывая её руками спереди, и прижимая спиной к себе. - О, Каори, - звучит тихо, но до мурашек томно, - если бы ты знала, как я голоден. Я так переживал! Ты мне снилась ночами! Я просыпался с мыслями о тебе, засыпал с мыслями о тебе. Ничего не изменилось, я люблю тебя, и я схожу с ума не понимая, что теперь чувствуешь ко мне ты…. Каори повернулась и посмотрела ему в глаза - Я не знаю, что чувствую… - честно сказала девушка. - после севера я вообще больше ни в чем не уверена… - Каори, я так ревную! Сейчас я осознаю, что я даже к Итачи тебя так не ревновал, как к дражайшему товарищу… - Какаши…. - Каори посмотрела на мужчину с теплом, затем провела рукой по щеке и мужчина прильнул к ней, - я хочу подумать… мне нужно время… на севере я много для себя осознала, и много про себя поняла. Я хочу иметь возможность… - Поцелуй меня. Все, о чем я попрошу - поцелуй! Я дам тебе сколько угодно времени, но я хочу чтоб у тебя было основание выбрать меня, вспомнив моё тепло. - Я и так помню твое тепло. Ты единственный, кто беспокоился о том, чтоб мне было комфортно изначально. Единственный, кто был аккуратен со мной и нежен. Но сейчас я не готова давать никаких обещаний. Я хочу немножко перевести дух и… - Као… - Какаши снял маску, и она с нежностью посмотрела на его обнажившееся лицо, - ты любишь его? - Кого? - Северянина… - Я не знаю…. Я не могу ничего решить… мне надо время, я прошу дать его…. - Хорошо. - Какаши сделал шаг назад, снова посмотрев на лицо Каори. Но сорвался. Все, что могло взбудоражить его мечты и желания сейчас находилось в лице этой женщины. Он прижал её к столешнице, затем по наитию подсадил на неё и впился в губы. Жадно! Неистово! А Каори положила ладошки на грудь и слегка надавила. Остановила мужчину. - Какаши, я прошу, дай мне время! - Као… Он снова отошел, взял жилетку и посмотрел на девушку - Итачи женился в январе. - он сказал это, ожидая расстройства в глазах Каори. - иначе отец не соглашался позволить Саске расторгнуть помолвку. - Вот как. - Као пожала плечами, не высказав разочарования, - это было предрешено ещё до моего отбытия. Пусть будут счастливы. - Мы можем просто общаться, пока ты взяла таймаут? - Да. И я не понимаю, почему ты сейчас решил уйти. Садись завтракать. Какаши помял жилетку в руках, но снова её повесил и вернулся за стол. В итоге они проговорили все утро. Какаши интересовался всем, что касается севера, а сам рассказывал девушке о том, как проходили её поиски. Двое за столом понимали, что все так же дороги друг другу. Что все так же нуждаются в компании друг друга. Каори было радостно, что он здесь, с ней. Пусть она и взяла передышку между постройкой мостиков между собой и между мужчинами. И дни покатились своей чередой. Каори узнала, что Итачи дал клятву отцу, что взамен на то, что ему разрешили возглавить её поиски, он больше не будет общаться с ней после того, как найдет. Это разрывает Каори душу! Итачи был её родным человеком! Она знала, что Итачи не любит Изуми, но и она для него была не чужая. Саске тоже запретили быть с ней близким. Как будто всю жизнь Каори плохо влияла на семью Учиха… об этом уже ей поведал Шисуи, у которого никаких запретов не было… Он и принёс ей письмо от Итачи. «Мышонок, я рад, что ты выросла. И мне безмерно жаль, что мы не смогли быть вместе. Жаль, что чем-то жертвовать пришлось именно нам. И этой жертвой оказались мы сами. Я не люблю Изуми, ничего не изменилось. Но клятва и долг вынуждают меня примириться с имеющимся. Я найду способ вернуться к тебе, хотя бы в роли друга. Ведь мы не чужие… Я очень хочу, чтобы ты была счастлива. Выбирай сердцем, а не разумом. А я буду всегда бережно хранить в душе все, что нас с тобой связывает. Итачи.» Это письмо расстраивает её до отчаяния! Но девушка сделать с этим ничего не может. В конце концов, не всегда и не у всех истории заканчиваются хеппи эндом. Каори вернулась к работе. Её ежедневник Какаши вернул, как самое ценное, что хранил к её возвращению. И сам частенько наведывался к девушке. Её, как государственного ирьенина, посадили по вечерам читать лекции молодым студенткам. Чем Каори занималась без особого удовольствия, потому что она хотела лечить, а не учить. Весна катилась к лету. - Каори, - Какаши встретил её после того, как девушка читала лекции студенткам, - я понимаю, что у нас уговор, и все такое. Я не пристаю, не заставляю тебя протирать твоей прекрасной юбкой столешницы, пока я целую тебя. Но может быть уже поужинаем? - Какаши смотрит по доброму, словно смиряясь с тем, что девушка сама по себе. - У меня ночная смена. - она действительно торопится в госпиталь. - Я могу купить еду на вынос. Мы поужинаем в твоем кабинете. - Нет, я ещё не готова пускать тебя ночью в свой кабинет. Какаши, я только пришла в себя. - она посмотрела на него серьезно, - и как будто поняла, что… Девушка замолчала. Отвела глаза. Она тоскует по северу. А с севера не пришло не единого письма. Видимо Юкихиро вычеркнул её из своей жизни, как залетную птицу. Но с ним она была живая! Она чувствовала себя свободной в выборе линии поведения! Могла кричать, но все равно быть нужной, могла молчать, и все равно быть нужной. С Какаши классно, но сердцу-то не прикажешь… Если бы с ней не случился север, то было бы все иначе… Но север случился. Эта вспышка страсти случилась. И ни один мужчина не заставлял Каори постоянно думать о нём так, как Юкихиро. И Каори осознала это только спустя пару месяцев после возвращения. Сначала списывала на то, что ещё не отошла от путешествия, потом списывала на то, что просто скучает по Лао и его придурошным шуткам. Но потом вспомнила, что она взрослая девочка и призналась сама себе. Снежный генерал залез ей под кожу. Непонятно как! Но между ними случилась приятная глубина, основанная не на желании, не на вожделении, не на физическом влечении, а на каком-то внутреннем родстве душ. А с Какаши, хоть абсолютно спокойно, приятно и безопасно - такого «дзинь» в душе не происходит… - Каори, - Какаши заправил прядку за ухо, - я не глупый, я все вижу. Заставлять тебя быть моей я не буду, у нас одна жизнь, и принуждать тебя я не хочу. Хочу чтоб ты была счастлива, даже если не со мной. Каори обняла мужчину. - Прости, что так выходит. - Лучше ты мне скажешь об этом честно, чем мы всю жизнь будем страдать рядом. Я спас тебя не потому, что у меня на тебя планы, а потому что ты дорога мне. И это мой личный выбор, ни к чему тебя не обязывающий. - Спасибо. - И я все равно хочу проводить тебя до госпиталя, а на выходных сходить с тобой в театр. Кто ещё сводит меня в театр, кроме истинного ценителя любви на сцене? - Хорошо. - Каори почувствовала стыд, потому что знает о чувствах копирующего. Но быть с ним из-за долга эгоистично и неправильно. - билеты покупаешь я. - Ну, ещё чего! Так и прокатилась половина лета. Работа-дом, дом-работа. Каори углубилась в изучение сложных опухолей и начала писать свою научную работу основываясь на лечении Люмии. Диана лишь восхищалась и хвасталась подружкам успехами дочери. А количество исписанных бумаг все увеличивалось, и увеличивалось. Джирайя вывез Диану на горячие источники, и как не пытался уговорить Каори поехать с ними, девушка все таки осталась за работой. Госпиталь больше она не бросит. Но сегодня жаркая суббота, выходной. Поэтому никто не сможет отвлекать её от научной деятельности. Она разложилась за обеденным столом, достав справочники, канцелярию и кучу бумаги. Села и углубилась в изучение темы. Через какое-то время какой-то хулиган стал бросать мелкие камешки в окошко. Для начала, Каори не стала придавать этому большого внимания. Дети квартала Учиха часто промышляют баловством в их райончике. Но систематическое постукивание камешков продолжалось, у девушки даже глаз задергался, от того, как они ей надоели! Она встала из-за стола, со скрипом отодвинув стул, и подошла к двери. Открыла. И никого не увидела. Сузив глаза, Каори оглядела прилегающую местность, но стучание камешков о стекло прекратилось. Только Каори зашла и села за стул, как кто-то очень смелый снова стал бросать мелкую гальку в окно. Она подскочила, и, резко открыв дверь, вылетела из дома и столкнулась с большой грудой мускулов, аккуратно взявшей её за плечи, и вернувшей в состояние равновесия - Да, девушки у вас в Конохе жаркие. Не то, что наши северянки. - Что? Она подняла глаза кверху, и увидела копну белых волос в хвосте, большие голубые глаза и милую белозубую улыбку. - Привет, мятежная госпожа. Лао склонил голову на бок, улыбаясь так, словно только что облизал банку сметаны своей внутренней кошачьей сущностью . - Ты что здесь делаешь?! - у Као сердце забилось как воробушек в клетке! Она не ожидала увидеть здесь северянина. - Вот это радушный прием! Мы, значит, - он заходил туда-сюда перед девушкой, загибая пальцы, - страдаем, я вытаскиваю своего дражайшего господина из затяжной депрессии…. А он, если хочешь знать, с ума сходил… На пинках летел к императору, просил вольную за годы службы, а тот ему эту вольную давать отказался! Конечно, кто своими генералами разбрасывается! Но тут пришло спасение в лице прекраснейшей звездой принцессы, госпожи Эмилии, которой ты помогла забеременеть. Она сейчас на пятом месяце, благодаря твоей наблюдательности. И она так промыла мозг императору, что он послушался свою беременную женщину и дал свободу моему генералу. Эмилия была на стороне вселенской любви! И в благодарность тебе и Юки, сделала для вас жест благосклонности. Дальше начались военные дела. К сожалению, быстро это не делается. Пока Юки сложил полномочия, пока навел порядок в армии, пока дождался замену… А затем он, сломя голову, помчался в Коноху. - Ты хочешь сказать, что Юки здесь? - Не только Юки. Ещё и Люмия. Он же не мог оставить сестру на севере, если сам решил переехать к женщине, которую любит. - Где он? - Каори даже не знает, как выразить свое волнение и восторг. Им надо поговорить! - Ну а я как же? Привет, Лао! Я так Рада тебя видеть! Я так по тебе скучала! - начал он пародировать желаемую встречу. - Лао… - Каори обняла его, - я очень Рада тебя видеть! Где Юки?! - снова прозвучал торопливый вопрос. - У Хокаге вашей. Кается в грехах и просит дать службу. - Чего?! - Ну он решил начать жизнь с покаяния во всех грехах, видимо. - Вы не просто в гости приехали?! - Каори, мы переезжаем в Коноху! К тебе! Юки решил забрать твое сердце у всех твоих воздыхателей, и откровенно ужасается одной мыслью, что мог опоздать. Каори тепло улыбнулась. - Не опоздал. - Тогда пойдём к нам! Юки купил дом! Огромный! Я купил дом рядом. Хватило сбережений! Не такой огромный, конечно, но под боком. И я это… - М? - Сделал предложение Люмии… без севера мы больше не связаны узами господина и слуги. Мы теперь свободные люди. И Юки дал мне добро, просить у Люмии руки… - Она согласилась? - восторженно спросила Каори. - Да. - ПОЗДРАВЛЯЮ! - девушка снова обняла его! - Идём, наш Снежный Генерал скоро вернётся. Каори переоделась в темно-синее короткое платье, и они выдвинулись в другой квартал. Дом Юкихиро купил не просто огромный… это целое поместье… - Зачем ему такой огромный особняк? - удивилась Каори. - Ему деньги девать некуда. Тем более, у нас с вами разная валюта. Деньги севера здесь оказались баснословными богатствами, поэтому Юки будет ещё какое-то время их транжирить. Они вошли в дом, и навстречу им вышла Люмия. Она все ещё худенькая, но уже на своих ногах! Её светло-русые волосы распущены до поясницы, тело облегает красивое белое платье, с кучей рюшек. Она видит Каори и её прекрасное лицо освещается белозубой улыбкой, на манеру Лао. - Каори! Моя дорогая! Девушки обнялись, и Као крепко прижала Люмию к себе. - Ты в порядке… - Да. Если бы не ты, то давно бы уже.. - Не разрешаю даже думать о таких вещах! Как тебе идёт то, что ты вес набираешь.. скажи, пожалуйста, швы болят? Давай я осмотрю тебя… - Не сейчас! Я накрыла на стол! Идём… - Люмия переплела пальцы с пальцами Каори, и потянула её в кухню. - А жениха своего обнять?! - ухмыльнулся Лао. - У меня с женихом вся жизнь впереди! - словно колокольчик засмеялась Люмия. - А ещё грядущая ночь! - ухмыльнулся мужчина и прошел за ними. Люмия наготовила целый стол! И мясо, и салаты, и горячее! - Ты что, армию в гости ждешь? - удивилась Каори. - Ты что, не знаешь, как они едят?! - Люмия покосилась в сторону Лао, - один он чего стоит… А сейчас придёт Юкихиро, и мы вместе пообедаем! Дверь в коридоре хлопнула. - О, а вот и он. - растянулся в улыбке рождественский Эльф. - Ну и женщина, эта Хокаге! Мне казалось, она прибьет меня раньше, чем договоримся. Но все прошло хорошо, она думает над тем, какую службу мне дать… Юкихиро осекся, когда вошел на кухню, и увидел Каори… Они стоят в разных концах помещения, и просто смотрят друг на друга! И у обоих сердца колотятся так, словно сейчас прошибут грудную клетку и выскочат навстречу друг другу. - Это ты ещё с мамой моей не увиделся. - улыбнулась Као, - вот кого действительно надо бояться. - Идём-ка, - Люмия взяла Лао под руку и стала уводить с кухни, - я, кажется, соль забыла в другой комнате Они остались одни. Ни шагу ещё не сделали навстречу друг другу. Карие глаза изучают серые, а серые изучают карие. Генерал одет в обычную одежду. Белая рубашка, чёрные брюки, кеды. Необычно видеть его таким. Волосы собраны в высокий хвост, только чёлка обрамляет лицо мужчины. - Как ты будешь жить без своего севера? Без армии? - Думал смогу жить без тебя. Пытался тебя вычеркнуть из своей жизни. Не вышло. - Юкихиро сделал шаг навстречу Каори, - без армии я смогу, без севера тоже. Здесь я свободный человек, и могу позволить сестре и Лао их собственное счастье, о котором на севере они не могли и мечтать. И я очень хочу позволить счастье и себе. Мужчина подошел к Каори. Встал так близко к ней, что её лёгкие наполнил аромат хвои и снега. - Если ты скажешь мне, что отныне принадлежишь другому мужчине, я не смирюсь. Я сделаю все, чтоб ты… - Я не смогла встречаться ни с каким другим мужчиной, потому что люблю тебя, Юки. Каори подняла честный взгляд в глаза мужчины. - Ты… - она не договорила - Моя Као. Моя маленькая волчица. Он обхватил девушку за талию и вторую руку запустил в волосы. Прижался к губам так страстно, так властно, будто время, что они были порознь, резало его душу. Каори ответила тем же… Она и подумать не могла, что Юкихиро оставит север… Девушка запустила свой язычок в его губы, и поцелуй стал таким жарким, таким неистовым… - Как жаль что мы дома пока что не одни… - прорычал Юки ей в рот. - Ещё все впереди. Если, конечно, ты останешься жив, после встречи с моей мамой. - Я постараюсь ей понравиться. Но приятное знакомство с Дианой случилось только после того, как она отлупила кухонным полотенцем и Юкихиро, и Лао впридачу! Женщина буквально горела всей душой, когда встретилась с зачинщиком похищения дочери! Она высказала ему все, что о нём думала! И что думала о Лао! В это время Джирайя и Люмия с Каори стояли в стороне, и просто на это смотрели. Юкихиро в этот же вечер сделал предложение Каори. Материнское сердце хоть и негодовало, но видело, что дочь любит этого мужчину. А раз Каори любит его, значит правда есть за что. Девушка переехала к нему, они сыграли скромную свадьбу, по её настоянию. Цунаде дала Юкихиро хорошую командирскую должность стратега. И Коноха начала налаживать отношения с севером. Оттуда приехали юные студенты медики, и Каори лично начала их обучать. Даже Рошель приезжал, чтобы повысить свои навыки. Люмия и Лао стали родителями. Каори сама вела тяжелую беременность девушки. Сложно вынашивать ребёнка, когда у тебя внутри все шито-перешито. Но она смогла, и стала матерью маленькой Эмилии. А Юки и Каори стали путешествовать. Им необходимо насладиться друг другом как можно дольше. Эта всепоглощающая любовь и страсть разгорается день за днём с новой силой. И именно сейчас девушка почувствовала себя на своем месте, где её ждут, любят, и никогда не дадут усомниться в нужности.