Часть 1

      — Это вопиющий непрофессионализм! Вы хотя бы понимаете какой угрозе подвергли нашу организацию? Вас мало просто отчитать. Не знаю, какое решение примет руководство, но я непременно доложу об этом при первой же возможности!       Александра молча прожигала взглядом сцепленные в замок ладони. Ростислав был последним человеком, от которого она была готова выслушивать порицания и принимать выговор. Ногти нервно скреблись друг о друга, сдирая остатки алого лака. Девушке стоило больших сил не ответить на обвинения координатора. Она медленно дышала и не поднимала на Ростислава взгляд, боясь не сдержаться и случайно проклясть его потомков на ближайшие десять колен.       — Ты сам сначала из офиса выйди и сделай хоть что-то стоящее, — Стас гневно сплюнул на пол. Пальцы крутили помятую сигарету, а длинный серый шарф безжизненными плетьми свисал вокруг шеи охотника. — Ты ведь умеешь только сидеть в своей норе и языком трепать. А как доходит до дела — ты уже на Чукотке в командировке. Что ты там делаешь? Китов гоняешь?       Ростислав поджал губы. Его болотистого цвета опасно сверкнули, и он угрожающе зашипел:       — Следи за языком, Вознесенский. А не то хуже будет. Ты хоть знаешь, кто у меня…       — Довольно.       Александра неожиданно поднялась со своего места. Кофейное пальто было плотно застегнуто и завязано широким поясом. Руки девушка сунула в глубокие карманы и сжала их в кулаки, впиваясь ногтями в ладони до полулунных отметин.       — Это все было большой ошибкой, — сталь в голосе Александры ранила, как сабля, а холод окатывал ведром ледяной воды. — Нам не стоило мешать работу и личную жизнь, Стас. Мне очень жаль, что все так вышло.       Она бросила на стол Ростиславу пластиковый прямоугольник со своей фотографией.       — Можешь забирать себе. Хочешь доложить начальству? Пожалуйста. Делай теперь, что хочешь. — Сдержанный гнев в голосе Александры пугал больше, чем наигранная ярость Ростислава.       — Саш…       — Не пытайся меня остановить, Стас. Поверь, так будет лучше для всех нас. — Она развернулась, чтобы уйти, но остановилась. — Мне было приятно с тобой работать, правда. Но все это было большой ошибкой.       Александра ловко обогнула свое кресло и быстрым шагом направилась прочь из кабинета. Секундная вспышка гнева стоила ей сейчас многого, но пути назад уже не было.       Гнев был ее главным сладостным грехом.