Отражения

            — Всё это время это была ты… — складывая в голове невидимый пазл, монотонно шепчет он в пол со стеклянным взглядом. — Больная!             — О-о, а где же «мадам», «бонжур», «мерси», «пардон»? — быстро перечисляет с сарказмом Вельвет, сложив руки на груди.              Винир с шумным выдохом поднимает ноги на кровать, зарывается головой в колени, обнимая их. В воздухе виснет тишина некоторое время. Парень медленно приподнимает голову, возвращая фокус внимания на ухмыляющуюся девушку, со смешанными эмоциями рассматривает сестру, оглядывает её тело, глаза и волосы, удивляется, как не узнал с самого начала.              — Даже не знаю, как реагировать, — смущенно опускает глаза Винир, поспешно вытирая размазанную по подбородку помаду.              — Потом отреагируешь. Сейчас пора тебе заняться своей работой, не думаешь? — она укладывается в постель, плюхнувшись на подушку с блаженным выдохом. Винир ошеломленно сопровождает её взглядом. — А что? — она приподнимается на локтях, с демонстративной невинностью хлопая глазами. — Я ещё не насытилась, — голос резко понижается, ее губы растягиваются в зловещей улыбке. Она принимается истерично хохотать своим же словам.              — Ты сошла с ума, Вельвет! — он отворачивается и зарывается лицом в ладони от смущения и страха, чем ещё больше умиляет сестру, которая стала медленно подкрадываться к нему.              — Разве… — он вздрагивает, когда сестра сзади кладет руки на его плечи и шепчет в самое ухо. — Разве я не всегда была сумасшедшей? — снова смех, но уже короткий, быстро сменившийся на томное спокойствие. Парень мотает головой своим мыслям в разочаровании и стыде.              — Ты моя сестра, о чем ты? — тихо шепчет он, сжавшись.              — Кажется, ты не понимаешь, — Вельвет забирается ногами на кровать и надавливает коленом на его живот, одним движением вынуждая его лечь. Возможно, парень и может противостоять, но девушка все еще его почитаемая клиентка, и навредить ей он не имеет права. Винир попятился на локтях назад, лег в итоге на подушку, а Вельвет вновь оказалась верхом на нем. — Я голодна.              У Винира всё плывет в глазах. Словно дым сильно пахнущих едких сигарет застилает их, руки дрожат, слабо упертые в кровать. То, что он возбужден — факт неудивительный, ведь его всегда заводили властвующие женщины. Тем не менее бугор в штанах не заглушает сильную тревогу и стыд, биение сердца звучит в самых барабанных перепонках, а грудь вздымается вверх-вниз. Он смотрит на сестру, словно маленький беззащитный крольчонок, попавший в руки хищника — впрочем, взгляд безумных красных глаз Вельвет поддакивает этому сравнению — и не знающий, как выбраться из огромных свирепых лап. Вельвет тяжело дышит в предвкушении, словно после долгого бега. Она задирает подол платья вверх, а сверху наоборот стягивает ткань вниз — так, что платье остается болтаться на талии — обнажая полные полусферы молочной железы с набухшими темными горошинками. Винир с визгом отворачивается и прячет красное лицо в ладонях, чтобы не смотреть на голые интимные зоны сестры.              — Прекрати! — кричит он, чуть ли не плача. — Оденься! Мне очень стыдно, Вельвет!              — Ну уж нет, — девушка наклоняется к брату и хватает его запястья двумя руками. Она в одно движение убирает ладони с его лица и поднимает вверх, над головой, прижимает к подушке. — Ты будешь смотреть, Винир, — делая акцент на слове «будешь», она шипит, словно змея, наклонившись грудью к его лицу. Вельвет кладет вторую руку на его щеку и поворачивает голову брата на себя. Зажмурившийся, он продолжает упираться. — Будь послушной шлюхой, — словно яд, тихо выплевывает Вельвет, и тут же видит, как открывшиеся отчаянные глаза наполняются слезами от резкости слов. Винир понимает, что эти слова также выражают злость и неодобрение Вельвет его профессией, всхлипывает, но все же поднимает глаза к груди, осматривает вблизи, быстро моргая. — Да-а, — Вельвет принимается тереться оголенной промежностью о его пах сквозь штаны.             — М-м, — тянет Винир, выгнувшись в спине от тысячи маленьких искорок в теле от ритмичных движений сестры. — Нет-нет, Вельвет… — не обращая внимания на его слова, она кладет тонкие ладони брата на свою грудь и вынуждает сжать, заключая его руки между нежной кожей молочной железы и своими кистями. — Стой! Боже! — резко поднимает он голову в ужасе, а затем со стоном падает обратно, когда девушка специально просаживается ниже, надавливая на него. Абсолютно смущенный, он кусает губы и мычит, внутренне коря себя за наслаждение, которое невольно получает.              — Запомни кое-что, Винир, — Вельвет томно выдыхает от ощущения его холодных пальцев на чувствительной коже. — Я не поведусь на твое сопротивление. Ты отдавался стольким женщинам, что просто не имеешь прав отвергнуть меня. — наклонившись ниже, она поддевает его подбородок ноготком, второй рукой сильнее сжимает свою грудь с его ладонью, приближается к шее и мокро целует, проводя языком по вспотевшей белой коже и задевая зубами. Покрывшись ярким румянцем, Винир прикрывает глаза словно от боли, извивается, когда Вельвет вынуждает его буквально массировать припухшие соски и сильно трется о его член через ткань. — Я… Так сильно ждала тебя… Искала… — сбивчиво шепчет она, наконец отпускает его ладони и начинает расстегивать черную рубашку с нижних пуговиц. Маленькие детальки оказываются невыносимыми для её длинных ногтей, и спустя минуту, психуя, она берется за рубашку двумя руками и резко тянет в разные стороны. Нитка пуговиц не выдерживает такого напора, и они разом вылетают, предоставляя Вельвет самый привлекательный мужской торс из всех тех, которых она видела. Аккуратный, естественный пресс, активно вздымающийся из-за дыхания, ровно очерченная прямыми линиями грудь. Вельвет восхищенно вздыхает и водит ногтями по кубикам. — Стриптиз определено пошел тебе на пользу. Ты ведь всегда любил танцевать… Кто мог подумать, что ты уйдешь в это направление, — Вельвет усмехается. — Но, признаюсь, получается у тебя восхитительно. Вся элита в восторге, да?              Девушка спускает руки ниже, к тонкой резинке спортивных штанов. Не сопротивляющийся, но ужасно стесняющийся, парень вновь накрывает лицо руками, чтобы не видеть того, что произойдет дальше. Вельвет громко смеется в очень истеричном звонком смехе, широко раскрыв злорадные глаза. Ее пальцы осторожно скользят по белоснежной коже, забираются под ткань и быстро нащупывают средней толщины половой орган, отчего пискнувший Винир ещё сильнее напрягается в теле.              Ничего не видящий парень чувствует, как сестра водит рукой по всей длине члена, быстрыми движениями стимулирует крайнюю плоть. Он сильно кусает костяшку указательного пальца, чтобы заглушить стоны, вызванные максимально яркими приятными ощущениями, усилившимися из-за мощнейшего чувства вины и стыда. Несомненно, он тоже скучал за сестрой все эти годы, давно забыв о прошлых обидах, но новая жизнь не позволила ему отправится на её поиски. Он был бы рад встретить её при других обстоятельствах, но сейчас…              Вельвет ставит половой орган колом, ухмыляется, но все еще немного дрожит от легкого страха. Она придвигается телом ближе к мужскому паху, направляет головку к мокрым складкам и, недолго думая, начинает водить ей по клитору, тут же заскулив от удовольствия. Волна экстаза захлестывает с головой, когда их гениталии соприкасаются. Девушка приподнимается, насаживается на половой орган. Грудь обоих дрожит, дыхание сливается в один общий крик наслаждения — она продолжает медленно вводить в себя член, тоже красная от смущения, опустив голову вниз. Складки нехотя раскрываются перед новым гостем, влагалище постепенно растягивается, клитор все сильнее пульсирует.              — Винир… — назло громко тянет сестра и с неожиданным смущением поднимает на него глаза, сжав мокрые губы. Он удивлённо открывает глаза, тут же вздыхает. — Так… Трудно… — она продолжает давить телом вниз, стараясь расслабиться. Наконец, орган входит в самую глубь, растягивая, разгорячая девушку изнутри. Она делает первое подобие прыжка, просев резко до конца и сразу пристав, постанывая с широко открытым ртом. Винир напряженно вздрагивает, ощущая невообразимое удовольствие. — Тебе должно быть стыдно, — словно прочитав его мысли, сладко произносит Вельвет, извиваясь в бедрах. — Сколько… — она снова подпрыгивает, громко вскрикивает. — Сколько сук прыгали на тебе? — поправляет волосы и вытирает слюну с подбородка, потекшую от перевозбуждения. — Я очень разочарованна. — Вельвет нарочно напрягает мышцы тазового дна и крепко сжимает в себе набухший орган, отчего Винир с воплем из самой глотки вскакивает в позу сидя, тем самым оказываясь лицом к лицу с сестрой. Девушка ловит его за полуоголенные плечи.              — Перестань, Вельвет, — тихо шепчет он, прижавшись к её лбу и понизив тон. Парень старается называть её по имени как можно чаще, чтобы наконец убедить себя, что это правда она. Немного измотанная, девушка ничего не отвечает. Она стягивает мешающую ткань платья через верх, откидывает на пол, продолжает с тяжелыми вдохами приподниматься на дрожащих коленях, а затем плюхаться обратно. Уже немного смирившийся и успокоившийся, Винир перестает брыкаться и сопротивляться — наоборот, он невольно кладет руки на обтянутые нежной кожей девичьи бедра, начинает направлять её тело вверх-вниз в некой помощи. Когда он, задыхаясь, поднимает затуманенный взгляд на сестру, та видит, что его слезы стыда подсохли на щеках, а вместо них синие глаза наполнились томной тихой страстью желания, отчего ее передергивает от различных положительных эмоций. Тем не менее, она чувствует сильную головную боль, возможно появившуюся от алкоголя, смешанного с кальянным дымом и сексом, к которому она не привыкла. В теле начинается пульсация по всех местах, вызывающая своеобразную панику от сильнейшего удовольствия, граничащего со стрессом. Она почти немощно опускается вниз, погружая брата с самую глубь, и понимает, что в глазах темнеет и плывет. Рассеянная, Вельвет перестает двигаться, берет короткий перерыв, а затем заваливается назад на спину. Стоит девушке оборвать контакт, как все яркие всплески чувств рассеиваются, и Винир с непониманием и разочарованием возвращается в реальность, вопросительно осматривает сестру.              — Я устала. Ты продолжай, — хрипло смеясь, тянет девушка. Она подтягивает к себе согнутые колени, а затем медленно широко их раздвигает, прикусив элегантно указательный палец и ухмыляясь. Винир шокировано закрывает рот рукой, но с интересом и смущением смотрит на развернувшуюся картину, тоже ощущая, каким вихрем запутываются все его мысли, а чувства связываются в тугой узел где-то под животом, решая за парня его дальнейшие действия. Опустив глаза в очередном порыве мелких слез, он, удобно расположив девушку возле себя, рывком входит во влажное влагалище, придерживая её талию. Вельвет выгибается, поднимает руки вверх, а из горла вырывается самый звучный рванный стон, похожий на плач искреннего наслаждения. Винир, бурча себе под нос отчитывания в свою же сторону, продолжает очень профессионально двигаться в девушке. Этим он и отличился — её попытки казались тягостными, невпопад, иногда совсем неуклюжими. В технике Винира же нет ничего лишнего, слаженные толчки, смягченные под конец для создания головокружительного эффекта. Вельвет вся засуетилась на простыне, закрывая себе лицо ладонями, приглушая громкие звуки. — Боже! Пожалуйста-ах! — вздрагивая при каждом входе члена в её организм, произносит на выдохах она, полностью расслабляясь для парня.              Слезы снова вертятся на подкрашенных нижних веках. Винир с ужасом закрывает глаза, ритмично вдалбливаясь в женское тело, и думает о том, настолько плохо скрывает то, что он не в силах отказать похотливым прихотям сестры.              — Ну же, только посмотри туда, — обращает на себя внимание девушка, вытягивая брата из раздумий, и указывает в сторону зеркала. — Посмотри, что ты творишь со мной, Винир, — парень перестает дышать после ее слов. С тревожным видом, но не останавливая процесс, нехотя, он как можно медленнее поворачивает голову в сторону, а затем приоткрывает глаза. Кровать. Огромная кровать и контрастные ей тонкие фигурки их тел. Потрепанная, измученная, обнаженная, в одних кислотных перчатках выше локтей, с потекшим от пота макияжем, но довольная, Вельвет через зеркало смотрит ему в глаза. Винир наблюдает, как её тело почти безжизненно ходит вперед назад по постели в равномерной инерции, как её влажные растрепанные в эротичном виде зеленые волосы рассыпаны по простыне, а нежные губки не могут даже на секунду растянуться в улыбке, ведь им переодически приходиться широко раскрываться для льющегося в потоке стона. — Как безжалостно ты расправляешься со мной… — его передергивает от ее покрасневших щек и поднятых домиком бровей, сопровождающих эту фразу, и от того, что она перевернула всю ситуацию с ног до головы, выставляя его зачинщиком смертельного греха. Винир сглатывает и поднимает глаза на себя, примечает, что от Вельвет отличается не сильно: такие же в хаосе взлохмаченные волосы, абсолютно покрасневшее лицо, искаженное в сексуальном напряжении, натянутые от определенной физической нагрузки мышцы, проглядывающие из порванной рубашки.              — Ты такая… — зажмурившись в пристыженном выражении лица, шепчет он, до посинений сжимая пальцы на её боках.              — Какая? — растягивает губы в ухмылке, сжимая двумя руками молочную железу. — Жестокая? Ужасная? Бесстыдная? Может, бессовестная?… Или… — Вельвет замолкает, а затем с новой силой вскрикивает, когда парень увеличивает темп вдвое, наслаивая удовольствие, накатывая в тугой шар, который будет готов взорваться в ближайшие минуты.              — Ты потрясающая, — говорит он вопреки её словам, наклоняясь к ней, приближается к её рту, но не касается, соединяя их горячие дыхание в единый жгучий клубочек воздуха между губами. Сестра сильно извивается и почти выскальзывает из под него, но Винир крепко держит её талию, вжимает в кровать, продолжая ускорять резкие толчки. К томным вздохам и стонам присоединяется новый звук: влажное хлюпание, появившееся от обилия смазки обоих тел, приготовившихся к оргазму. Вельвет хватает брата за волосы и прижимает его к своей шее, с криком откидывая голову назад в непомерном наслаждении. Тот изливается в самую глубь, наполняет, хрипло скуля возле её уха. Головная боль в разы увеличивается — Вельвет уже не чувствует пространство, где находится, и что происходит, ощущает лишь удовлетворение и ничего более. Закатанные глаза медленно закрываются, тьма закутывает её мысли, погружая в неизбежный сон. 

*** 

            Первое, что приходит в голову, это то, что она болит так, словно Вельвет при смерти. Девушка мычит от болезненных ощущений по всему телу и в результате шевеления ногами понимает, что находится в прохладной постели, а судя по тому, что яркий свет ослепляет глаза, не трудно понять, что настало дневное время суток. Последним её препятствием для сна становится звонкий певучий голос Мюриэл:              — Доброе утро, Вивьен! Хватит валятся, я знаю, тебе уже лучше-е!              Девушка шипит в подушку и тяжело отрывает от нее голову, с нежеланием и гудением в ушах открывает глаза. Перед ней раскидывается её просторная комната в отеле, в котором девушки поселились в первый день во Франции. Бассейн и зонтики за окном, ярко светящее солнце, трюмо, заваленное подарочными упаковками и элегантными пакетами и Мюриэл в ночнушке с пучком не расчесанных красных волос, усевшаяся прямо на кровать подруги. Явно не то место, где она заснула.              Вивьен долго моргает, нахмурившаяся, приходит в себя. Она машинально поправляет заспанную прическу и трет глаза, проверяя их на остатки размазанной туши. Воспоминания такой резкой волной окатывают её в этот самый момент, что она тут же выпаливает сонным голосом, вздрагивая:              — Где Винсент?!              — Эй, тихо, — опершаяся на дверной косяк, тянет Лиа. — Успокойся.              — Что произошло вчера? — Вельвет принимается массажировать кожу головы в попытках избавиться от боли.              — У тебя был крайне веселый день рождения, — усмехается Мюриэл, но тут же прокашливается, увидев недоброжелательный агрессивный взгляд подруги. — В общем, тебе до жути понравился милый мальчик на пилоне и ты упорхала от нас как бабочка, чтобы его снять. Мы с Лией, как обычно, поругались, — стоящая у двери девушка закатывает глаза с недовольным вздохом. — А позже нашли тебя в кабинете администрации с какими-то разборками.              — Да-да, директор оказался нашим дизайнером, что стало приятной новостью, ведь «милого мальчика» предоставили мне безо всяких проблем, я помню, — срывается с губ Вельвет легкая усмешка.              — В конце концов, испуганный Винсент вернулся в общий зал и позвал Северина и нас, тревожно рассказывая, что ты свалилась в обморок, и что он понятия не имеет, что делать в такой ситуации. Мы, конечно, знатно повеселились, — Мюриэл с хитринкой смотрит на Вельвет и прикрывается рукой, посмеиваясь. — Как можно так зверски тр…             — Ой, молчи, а! — прерывает ее Лиа, видя , как стремительно краснеет надутая Вивьен. — Выйди на секунду, мне нужно с ней поговорить, — она берет Мюриэл за руку и начинает вытаскивать из комнаты. «В смысле-е», — расстроенно опускает голову девушка, но все же покидает помещение.              — Спасибо, — хмуро говорит Вельвет, складывая руки груди, когда Лиа захлопывает за подругой дверь. — Что ты хотела?              — Вел, — девушка рефлекторно ежится, слыша свое настоящее имя. — Это ведь и был твой потерянный брат, я права?              Чувствуя, что её раскрыли с потрохами, Вельвет медленно выдыхает, закрыв глаза ладонью и немного покраснев. Лиа даже не нуждается в ее ответе, чтобы понять, что тот положительный. «Я тебя прекрасно понимаю, слышишь? — продолжает Лиа, положив руку ей на плечо. — Если он тебе дорог, садись в машину и забирай его оттуда. Прямо сейчас». Вельвет поднимает на подругу глаза, полные безмолвной благодарности и обнимает с легким смехом.              Лиа покидает комнату, оставляя Вивьен одну. Недолго думая, та скидывает с плеч хлопковый белый халат и обнаженная бежит в свою ванную комнату, желая принять душ как можно скорее. Лиа права. Нужно поговорить с Виниром. Около получаса под прохладной водой, снявшей усталость и головную боль, пара минут легкой сушки волос на специальный стайлер, мгновенно сделавший роскошную укладку, ещё немного времени на повседневный макияж, и вот Вельвет поспешно надевает на тело черные свободные брюки и молочно-белый топ с V-образным вырезом на груди и с тонкими блестящими лямками. Вкус мятно-лимонной жвачки, утонченные бежевые шпильки на ногах, запах тонких французских духов, маленькая черная сумочка на переднем сидении, солнцезащитные очки на переносице — нарушая все правила скорости, девушка едет на своей машине, Бугатти цвета слоновой кости, снятой на время их прибывания в Париже. Доехать до «Invité de nuit» занимает у нее чуть больше часа, но хорошо подобранная музыка её плейлиста помогает превратить проезд в нечто веселое.              Попав внутрь, она безо всяких прелюдий говорит девушке на первом этаже, якобы администраторше, что пришла поговорить с Розали и ей не требуется ни сопровождающий, не маска. Узнав Вивьен в лицо, француженка почтительно кивает и проводит ее до лифта, приговаривая, что утром там все равно почти никого нет.              — Розали, — без стука входит Вивьен в кабинет настоящей администрации, замечая дремавшую на столе девушку. — Подъем!              — Доброе утро, мадам, — подняв сонные глаза, говорит девушка. — Вижу, вам лучше. Вы что-то хотели?              — Да, спасибо. Я пришла поговорить с Винсентом, но ещё я ужасно голодна. Пусть ваши здешние работники организуют мне нормальный завтрак. — акцентируя на слове «нормальный», с пафосом перечисляет девушка. — Буду ждать у себя аудиенцию Винсента. И спиртного чего-нибудь покрепче путь прихватят.              Розали приподнимает брови в удивлении, но пререкаться не осмеливается.              — Да, конечно… Вам накрыть в ресторане или на этажах выше?              — В той же комнате, где мы были с ним вчера.              Все ещё немного шокированная уверенностью дамы, Розали просит Вельвет ожидать, приведя её в попрошенную ранее комнату. Совсем скоро ей приносят на подносе несколько блюдец с разным наполнением: сырная тарелка, содержащая в себе Бри, Рокфор, Моцареллу, политую темным соусом, и многие другие сыры; нарезанный хрустящий батон; теплый круассан с миндальной начинкой; йогурт с клубничными кусочками и семенами Чиа; высокая кружка горячего латте и бутылка сухого белого вина. Довольная, Вельвет принимается за еду, смакуя каждый кусочек восхитительно приготовленной пищи. Она засматривается на черную кровать, которой уже успели поменять постельное белье, и невольно погружается в прошлую ночь, проникаясь страшной негой и сильной сумасшедшей радостью. Она безучастно кладет в рот слайс Камамбера, мысленно улетев в совсем свежие воспоминания. Крики, паника от безумного влечения, похоть, картины откровенных поз в зеркале…              — Приятного аппетита, — Вельвет давится и принимается кашлять, когда слышит бархатистый знакомый голос. Винир стоит, сложив руки на груди и облокотившись на стену прям возле двери.              — Когда ты зашел? — хлопая ресницами, спрашивает девушка, отставляя тарелку с круассаном. — Кхм… Неважно. Я хочу поговорить.              — Само собой разумеющееся! — негодующе вскидывает руки парень и быстрыми шагами приближается к девушке, опускается на стул напротив неё. — К тому же, у меня тоже полно вопросов.              — И что же тебя интересует? Спрашивай. — стараясь сохранить максимально непринужденный вид, Вельвет делает пару глотков горячего кофе, пряча дрожь в голосе.              — Как минимум то, — он начинает вспыльчиво, громко. — Что ты внезапно заявилась ко мне и… — его голос угасает с каждым словом, а под конец и возле спускается до неуверенного шепота. — Воспользовалась моим телом.              — А меня как минимум интересует то, что ты работаешь в эскорте, милый братик, — подражая его интонации, с сарказмом парирует девушка, уводя тему в свою сторону. — Придя в эту дыру я сразу подумала о том, какие парни здесь ненастоящие, а оттого отвратные, просто отвратные! — немного взвизгнув от эмоций, говорит девушка. — Подумала о том, как глупо тратить свою жизнь в борделе, торгуя телом. О том, что это удел слабых и немощных. Кто же мог подумать, что мой брат потонет в этой гадости?              — Нет, Вельвет! — стукает по столу парень, отчего тарелки затрещали. — Ты не знаешь обо мне ровно ничего, ты последняя, кто может меня осуждать!              — Да, Винир, ты прав! — теперь кричит и она со злостью. — Я не знаю тебя, потому что ты бросил меня! Ты оборвал со мной всякую связь! Кто ты, черт возьми, такой, чтобы быть причиной моих ночных слез?!              Тишина прерывает их диалог, стоит Виниру услышать упоминание сестринских слез. Его лицо сразу меняется на сконфужено потерянное и виноватое, он с любопытством смотрит на сестру из-под опущенных бровей.              — Ты плакала из-за меня? — пониженным тоном голоса шепчет неуверенный парень.              — А как по-другому?! — вскрикивает она. — Мы всю жизнь жили вместе, рука об руку! Мы были самыми близкими людьми, — она невольно всхлипывает, а Винир пока открывает крышку белого сухого вина и наливает себе в бокал. — Я делала тебе больно, но я любила тебя. — недолгая пауза, — Мне тоже налей, — слышится приказное от неё. Винир косо оглядывается на сестру. «Не слышишь чтоли, живо-живо!» — теперь парень берет ещё один бокал, выполняет просьбу и вручает вино.              — Я думал, что ты и вовсе забыла про меня… — признается парень, опустив глаза и осторожно взяв в руки бокал, наблюдает за тем, как в нем переливается жидкость, когда он качает его из стороны в сторону. — Ты ведь никогда не показывала мне, что я тебе важен.              — Да, и мне жаль, Винир, — девушка выпивает содержимое бокала до половины, чувствуя в горле отдаленный горький привкус спирта. Она вытирает нижнюю губу от капелек алкоголя и ставит бокал на стол. — Я так мечтала снова увидеть тебя… Пожалуйста, расскажи мне, как ты здесь очутился? Это ведь совсем не тебя не похоже, — она наклоняет голову вбок, разговор постепенно принимает более спокойный лад.              — Это… Долгая, муторная и апатичная история.              — Я ждала десять лет, чтобы услышать твой голос. — этой твердой фразы достаточно, чтобы парень стушевался на стуле, неловко почесывая волосы на затылке. Наконец решившись, он быстро припадает к бокалу, с напряженным лицом запрокидывает голову и разом выпивает. Сильный горький поток спирта обволакивает горло, больно обжигает, и Винир заходится в сильном кашле, сложившись пополам. — Не умеешь пить, не пей, — снисходительно протягивает сестра, показательно элегантно глотая маленькую порцию.              — Я не хотел тебя бросать, — говорит он, успокоив кашель, но все еще морщась. — Я мучился без тебя. И, возможно удивлю, я принялся за твои поиски через неделю после твоего освобождения. В сизо мне не дали никакой информации, а прочих источников у меня попросту не было, и я уехал в Париж, желая новой жизни, — притихшая, Вельвет внимательно наблюдает за братом, фокусируясь на глазах и стараясь не спугнуть его доверчивость. — Я всегда любил танцевать… Стрип-пластика и пол-дэнс запали мне в самое сердце, я по-настоящему занялся этим видом спорта. Моя гибкость и определенная харизма стали моей главной фишкой, — парень приподнимает одно плечо и кокетливо подмигивает, отчего Вельвет хихикает, умиленная. — И, когда мне понадобились деньги на банальное существование, проблем с поиском работы не возникло. Я был все еще ужасно стеснительным и зажатым, так что выбрал клуб с максимальной охраной для танцоров и отсутствием оказания любых интимных услуг. Только танцы. Но к танцам совсем скоро добавилось обнажение на сцене, сбор купюр прямо во время выступления, страх перешел в раскованность очень незаметно. Так продолжалось около двух лет, но со временем мне стало казаться, что я зарабатываю мало. Мне хотелось брендовых вещей, обилия денег, больше славы. Кстати, к этому приучила меня ты. — он окидывает девушку косым, но не злостным взглядом. — И как раз в процессе сомнений мне повстречался человек в черно-золотой маске, в том же клубе. Он подкараулил меня на улице после работы и стал расхваливать, оценивать мои неизмеримые навыки и природную привлекательность. Но зацепило меня другое… Он назвал такие суммы, о которых я не мог даже мечтать в тот момент.              Вельвет понимающе кивает и даже позволяет себе легкую хитрую полуулыбку.              — А дальше по стандарту. Ты заменил все свои принципы на деньги, стал спать с богатыми француженками, — она вдыхает чтобы продолжить, но Винир её прерывает.              — Нет. Я не соглашался на интимные услуги. Точнее, мистер А. уверил меня, что это исключено, и нанять он меня хочет только в качестве танцора, не более, — смотря куда-то в пол, продолжил парень, немного осунувшись. — Масштаб суммы он объяснил тем, что в эскорте мне также придется проводить с женщинами много времени, занимать беседами, выполнять разные прихоти, но кто знал, что прихоти сексуального характера тоже входят? Я был потерянным двадцатилетним придурком. Деньги привлекли меня, и, совсем не разобравшись в банальном значении определения «эскорт-агентство», я слепо последовал за ним, подписал контракт на год вперед, — еще сильнее стушевавшись, он понижает громкость голоса.              — Ты… Не прочитал документ, который подписал, серьезно? — девушка наклоняется корпусом вперед, опирается руками на стол. — Я знаю, что ты бываешь наивным, но не до такой же степени… — с легким контекстом иронии произносит она, выгнув одну бровь и немного улыбнувшись. — Ладно, допустим. Тебя принудили к проституции сразу? Или как? Мне нужно знать это, чтобы понимать все нарушения закона, которые совершил Антуан.              — Нет. — снова отрицает парень и отворачивается всем телом к зеркалу, избегая взгляда сестры от стыда. — Сначала я просто танцевал, причем отлично. Потом меня увидела Беладонна… Ещё очень молодая на тот момент, она стала уговаривать меня переспать с ней. Она была очаровательна. И, в отличие от всех, мила и добра со мной, — Вельвет складывает руки на груди и еле заметно хмурится, но старается не показывать того, что раздосадована. — Девятнадцатилетняя красотка была готова упасть на колени, лишь бы я ублажил её… Раньше ко мне никто не относился с таким интересом. Да и те четыре нуля соблазнили меня до потери пульса. И мне очень даже… Понравилось, знаешь, — Винир ухмыляется сам себе, смотря вниз и явно что-то представляя. Сестра недовольно прокашливается, на что тот быстро возвращается из мыслей и хлопает глазами. — В том смысле, что это получились крайне легкие деньги, тем не менее огромные. Затем появились новые и новые женщины, все до единой хотели побыть со мной хоть немного. Я каждый день обещал себе, что это последний раз, что больше не буду, корил себя и не знал, что делать. — Винир поднимает грустные глаза. — Сам не заметил, как погряз в этом окончательно, и не смог выбраться.              — Я могу забрать тебя. Сейчас. Это дело одного звонка, понимаешь? Ты больше не обязан делать это, если, конечно, не хочешь. Я нашла тебя, вот что главное.              Он мотает головой.              — Не важно, чего я хочу или не хочу. Моя жизнь была бы бессмысленной и невыносимой без этих денег, и теперь я просто не могу уйти.              Вельвет допивает до дна, моргает некоторое время в мутных раздумьях и отдаленным желанием обнять его. Она встает и медленными шагами оказывается сзади сидящего на стуле брата.              — Винир… Ты должен запомнить кое-что, — шепчет она с заботой и беспокойством. — Я не позволю тебе быть с другими женщинами. — он вздрагивает, когда она проводит руками по его спине сверху-вниз, со странным серьезным выражением лица. — Я положу к твоим ногам все деньги мира, но не отпущу тебя больше никогда, — ее голос звучит безумно и хрипловато, он видит в зеркале, с каким неестественно нежным, но прямым взглядом сестра смотрит на него сверху. — Деньги — это восхитительно. Я знаю. Ты бы был превосходной моделью, как и я. Все бы хотели иметь с тобой дело, — Вельвет касается ноготками его лица, все ещё стоя сзади от него, проводит пальцами по его щекам. — Только посмотри, насколько мы похожи, — она берет его за подбородок и направляет вперед к зеркалу. И вправду — с такого ракурса, когда близнецы одновременно смотрят в зеркало, они кажутся до жути похожими, начиная от яркой кислотной окраски прядей и заканчивая одинаковыми формами острых лиц. — Оба неизмеримо красивы. Смотри, какие у тебя изящные черты лица, прекрасный цвет кожи, впалые скулы… — приговаривает она смущенному от её слов парню, с неподдельным восхищением, словно осматривает дорогой экспонат в музее искусств, мягко очерчивает его лицо пальцами, гладя, хваля каждую деталь. — Ресницы… Цвет глаз…              — Вельвет, мы близнецы, — неловко, но немного разочарованно говорит парень, смотря прямо на неё через отражение в зеркале. — Ты же не забыла об этом?… — тихо спрашивает застывший Винир, зардевшись от прямых комплиментов.              — Шелковые волосы, — игнорируя его вопрос, словно под гипнозом продолжает Вельвет. — Невероятное утонченное тело… — она обходит стул и оказывается напротив Винира. Он непонимающе поднимает на неё глаза, а девушка неслышно удивлённо вздыхает от этого взгляда, чувствуя, как забилось сердце в груди, а в щеках стало по-настоящему жарко. Совершенно новое чувство… Завороженная им, она медленно подходит вплотную и садится на его колени, раздвинув ноги по сторонам. Ее руки крадутся к его лицу вновь, глаза, будто в эйфории, непрерывно смотрят на него, выискивают недочеты идеального лица, но, как ожидала сама Вельвет, тщетно. — До сумасшествия прекрасный. Так я думала ещё десять лет назад, смотря на тебя через решетку камеры каждый раз, когда ты проходил мимо в своих потрепанных заржавевших наручниках. Мне казалось, что это предел красоты, что лучше не куда, — она переходит на тихий-тихий шепот, говорит одним воздухом. — Но ты стал ещё красивее. Божественный.              — Вел… — отворачивая голову в сторону и опуская глаза, очень смущенно тянет он, но совсем незаметно улыбается, радостный слышать подобное.              — Не отводи от меня взгляд. Совсем страх теряешь? — контрастно прошлым словам резко произносит она, движением ладони возвращая голову брата в прежнее положение. Сначала Винир удивлено хлопает ресницами, но уже через пару секунд расплывается в не скрытной улыбке, удивляя теперь сестру.              — Наглая, жесткая… Но горячая чертовка, — сладко мурлычет он, ластясь щекой к прохладной ладони. — Я ужасно скучал по тебе.              Вельвет чувствует ток по телу, пробежавший от макушки до стоп. Она тоже слегка улыбается, томно смотря на брата, берет его голову второй рукой.              — А эти… Губы… — сбивчиво говорит Вельвет, приоткрывая ноготком его рот, проводит по десне в точности, как вчерашней ночью. Не успевает опомнится, как медленно тянется к его манящим устам.              — Нет-нет-нет, — он кладет палец ей на губы и осторожно отодвигается, ехидно улыбнувшись. — Эскортники не целуются, разве ты не знаешь? — хитро хлопает он глазами, смотря на Вельвет с самодовольством. — Это самая дорогая услуга из всех.              — Правда? — с поддельным удивлением приподнимает брови девушка. Она наклоняется к его шее, параллельно хаотично сжимая парня в зоне диафрагмы в подобии щекотки. — И чего ты хочешь взамен? — шепчет она чуть ниже его уха.              — Я хочу… — вместо смеха Винир откидывает голову, тихо поскуливая от прикосновений сестры. — Купаться в славе вместе с тобой, — улыбается он.              — М-м, а ещё что? — Вельвет наклоняется к его шее и невесомо целует кожу, придерживая его корпус за плечи.              — Виллу на острове, — тихо шипит он, стараясь продолжать мысли сквозь мурашки, бегущие от ощущения мокрых щекотных поцелуев. — И комнату с пилоном, чтобы я мог танцевать. Для тебя. — Вельвет самодовольно вставляет: «Никаких проблем». — И… Хочу побывать на твоем показе. Ты сотрудничаешь с брендами нижнего белья?              Винир в голос низко бархатно выдыхает, когда сестра в качестве наказания за наглую шутку заключает небольшой участок кожи между зубами, прикусывает и втягивает губами, отчего кровь моментально приливает и начинает ритмично пульсировать.              — Я не опускаюсь до такого. — невозмутимо произносит девушка, поднимая голову и ровняя их взгляды. Она снова поддается вперед, но парень легко уворачивается, усмехаясь.              — И последнее, — Вельвет недовольно вздыхает. — Я хочу, чтобы ты извинилась передо мной.              Девушка вскидывает брови в недолгом непонимании, а затем опускает глаза и плечи, сглатывая. Последняя фраза парня звучит намного серьезней всех остальных, он прямым взглядом смотрит на сестру, выискивая искренность, которую не получил тогда, в восемнадцать лет.              — Ты прав, — она снова поднимает взгляд и уже более спокойно улыбается, заправляя волосы за оба уха и приближаясь к парню на ещё несколько сантиметров, сокращая расстояние до мизерного. — Извини меня за всё. — шепчет она, смотря парню ровно в глаза, заставляя того замереть. — Раньше я пользовалась тобой ради выгоды. Теперь же, что бы то ни было, я стану жертвовать всем, чтобы быть вместе с тобой. Я люблю тебя. Прости, — нежно проводит по коже щеки.              Винир кивает в знак принятия извинений, часто дышит и широко раскрывает глаза, но не дергается и не отстраняется. Сестра для начала коротко касается его губ своими, отрывается, тут же захватывает как можно больше воздуха от того, что дыхание совершенно перестает быть стабилизированным, рвется на ходу, а в животе обоих сильно тянет адреналин от безбашенных действий, которые совершает Вельвет. Она снова поддается вперед, обвивает шею брата и примыкает к нему губами, снова отстраняется. Играет, словно пробует его на вкус, удивляется, как каждая клеточка тела реагирует на такой запретный поцелуй. Винир прикрывает глаза, чтобы не сгореть от стыда, но сопротивляться не желает ни капли. Девушка наклоняет голову в противоположную сторону, приоткрывает рот, впившись в его губы снова, и замирает. Понимая, что Вельвет просто не знает, что делать дальше, раскрасневшийся, но жаждущий продолжения, Винир осторожно перехватывает эстафету в свои руки. Все-таки, в подобном он натренирован куда лучше. Вены на его шее вздуваются, а желваки напрягаются, когда он начинает работать челюстью: мягко проводит кончиком языка по нижней губе сестры, двигая ту вниз, чтобы открыть себе больше пространства для свободного поцелуя. Переминает её губы своими, тихо постанывая от мощной волны экстаза, он продолжает заходить шершавым языком все глубже, оглаживая по пути всю ротовую полость, пробирается к горячему языку и вздыхает, высоко подняв плечи, когда невесомо касается его. Вельвет усмехается ему в губы и мычит, поддаваясь ближе, ластясь головой к нему, лакомясь словно долгожданным десертом. Они тяжело вздыхают в унисон, крепко удерживая друг друга руками. Вельвет чувствует приятный свежий привкус его губ и языка, водит по его небу, подрагивая и краснея.             — Я хочу поехать с тобой, Вельвет, — сбивчиво говорит он ей в губы, поглаживая руками тонкую талию. Она кивает и нехотя отстраняется, опираясь руками об его грудь, чтобы не потерять голову и равновесие от обилия эмоций. Девушка наклоняется и вытягивается к столу, нащупывает сумочку и телефон в ней, достает. Винир притягивает её к себе на колени обратно, крепко обнимая за лопатки, пока та на ходу набирает чей-то контакт.              — Доброе утро, Вивьен! Как вы, дорогая? — слышится нервный, будто веселый приглушенный голос из телефона, прижатого к уху.              — И вам доброе утро, месье д’Элавье, — с сарказмом отвечает девушка, на что получает ещё более тревожное: «Что вы, что вы, просто Антуан!», и беззвучно хихикает. Винир придерживает ее за бедра и наклоняется к груди, начинает покрывать поцелуями свободную от ткани белую кожу плеч, сладко пахнущую парфюмом и собственным ароматом девушки, родным свежим запахом. — Я… Хотела… — потеряв ход мыслей мямлит в динамик Вельвет, тая от его губ. — Перестань, Винир! — на секунду закрыв телефон другой рукой, тихо говорит она, красная, на что брат резко переходит к грудной клетке чуть ниже ключиц, где плоть куда мягче, быстро-быстро целует.             — Вы в порядке, мадам?              — Да-да, все хорошо… — девушка прикусывает губу, чтобы не издавать ненужных звуков, возвращает дрожащими пальцами телефон к уху. — Вы ведь помните, что должны мне? Я хочу попросить вас о кое-чьем увольнении… 

*** 

            — Вельвет! — запыханная Мюриэл врывается в комнату подруги как обычно без стука и застает ту сидящей за столом, выполненным в современном стиле, в виде куба. Она медленно поднимает напряженный взгляд с бумаг в сторону двери и источника шума. — Ты что, работаешь? — красноволосая непонимающе наклоняет голову вбок, выгибает бровь. — Мы ведь приехали в Амстердам отдохнуть…              — Да, я тут немного занята… — девушка опускает голову на ладони, локти уперты в стол. — До конца дня буду занята. — она сглатывает, будто уходит от темы, а затем ещё более странно несуразно выдыхает, прикрывая глаза рукой.              — Ты же обещала нам с Лией, что сегодня мы сходим посмотреть на плавучий цветочный рынок! — ноюще возмущается девушка.              — А… — Вивьен безучастно приподнимает голову, моргает и хмурится, словно не может собраться с мыслями. — Слушай, ты что изначально хотела? Говори быстрее, пожалуйста.              — Я хотела спросить, куда опять подевался Винир? — недовольным тоном произносит Мюриэл. — Уже неделя, как мы уехали из Франции, а мы с ним никак не сходим в кофейню рядом с ветряными мельницами! Он обещал мне!              — Нет, я без понятия, где он, — на грани крика вырывается у Вельвет, она выдыхает с зажмуренными глазами, а затем чуть спокойнее говорит: — Пожалуйста, выйди.              — Разве он не заходил к тебе?              — Нет. Я не видела его сегодня с утра. Выйди, Мюриэл, пожалуйста. — твердо повторяет Вельвет.              Мюриэл хлопает ресницами, кивает и неспешно покидает комнату. Стоит ей закрывать дверь, как Вельвет, все это время затыкающая себя, в голос стонет, откидываясь на спинку кресла.              — Врать нехорошо, Вел, — громом слышится низкий шепот в тишине комнатного пространства, вынуждая девушку промычать, сжав губы. Она слегка отодвигается от стола, опускает взгляд на брата, расположившегося на полу коленями и торсом между ее широко расставленных ног. Задрав бордовую расклешенную юбку до талии, он показательно отрывается от её промежности, демонстрируя вязкую нить прозрачных выделений, смешанных с его слюной, тянущуюся от её половых губ к его высунутому в ухмылке языку. Его лицо выглядит максимально эротичным с этого ракурса, синие глаза так и светятся в темноте под не пропускающем света столом. Руки крепко сжимали тонкие бедра, норовя оставить красные отметины, раздвигая те каждый раз, когда девушка пытается свести их вместе от возбуждения и накапливающегося удовольствия раздраженной плоти в зоне половых губ. Она закрывает рот рукой, покрасневшая, тихо постанывает, когда тот вновь принимается скользить по мокрым складкам, перелистывая, надавливая и натирая. — И еще нехорошо насильно ставить меня на колени, Вельвет, — с той же укорительной интонацией тянет Винир, на секунду оторвавшись от напряженной работы челюсти.              — Не ворчи, — пытаясь добавить голосу уверенности, отвечает тихо девушка. — Эскортники ведь не целуются в губы? Тогда будешь целоваться со мной, стоя на коленях. И не останавливайся, — она усмехается, пропускает его волосы сквозь пальцы, сжимает в кулаке правой руки зеленые пряди, стягивает и давит вниз, вынуждая парня вновь примкнуть к ней, а сама тут же вздыхает в невероятном наслаждении. Пламя окутывает все тело, когда парень подключает к языку указательный и средний палец, размазывая жидкость у входа, водя по кругу.              — Вельвет? — Лиа стучится, но заходит, не дожидаясь ответа. — У тебя тут все нормально? Мюриэл сказала, что ты странно себя… — Вельвет встречает её очень расслабленным выражением смущенного лица, не в состоянии отвечать. — Ведешь… Что с тобой? — неожиданно из под стола выглядывает парень, демонстрируя растрепавшуюся прическу и испорченный контуринг губ, недовольно оглядывает непрошенную гостью.              — Когда вы там уже поймете, что Вел занята?! — раздраженно кричит Винир, смиряя шокированную Лию злым взглядом, все ещё стимулируя эрогенную зону пальцами, отчего на фоне слышатся тихий женский скулеж.              — Я… Не знала… — краснеет Лиа, смотря куда-то в сторону, медленно захлопывает дверь.              — Какой беспредел. — неодобрительно мотает головой Винир. Повернувшись к сестре, тянется головой к её пристыженному личику — Правда, сестренка? — невинно мурчит он в самые губы, надавливает фалангами на клитор, приступая к активному воздействию. Вельвет вскрикивает, принимается ерзать в кресле и сильно вздыхает, на что брат ловит её плечо второй рукой, сильно сдавливает, заставляя сидеть смирно. — Терпи-терпи… И… Сейчас, — с ухмылкой приговаривает он извивающейся сестре, ускорив движения пальцев до максимума и чувствуя, как девушка вздрагивает в конвульсиях оргазма. — Да-а, вот так, — он придавливает плоть, расстягивая удовольствие Вельвет на мучительно долгие мгновения, вздергивает подбородок, ожидая, когда девушка откроет зажмуренные глаза.              — Я… — она тяжело дышит, расслабившись в кресле. — Я просто обожаю тебя, — ее рука тянется к его волосам, Вельвет принимается взлохмачивать их, гладя улыбающегося в отдышке парня по голове, хваля, словно послушную собачку. — Идем ко мне.