Часть 3

Он не справляется, он устал. Как вообще можно довести человека до такого, чтобы его заветная мечта была просто поспать? Он не просит денег, он не просит раскошных домов и большого количества людей, которые будут бегать за ним по пятам и выполнять все его хотелки. Нет, он просто хочет поспать. Это с одной стороны такая простая вещь, но для него она, как будто, невыполнимая. Сколько он не спал, день, два, три? Он не помнит. Просто ему постоянно что-то говорят, на подобии «у нас мало времени», «ты должен», «ты обязан», «ты, в конце концов Абд». А он просто хочет поспать. Он поможет вам, он выполнит ваше задание и ничего не скажет против. Просто дайте ему поспать. Сейчас он стоит в стороне, слушая, как боги выясняют свои проблемы с Джодахам, как леди Окетра договаривается со стороной братства То’ифэтуна с богами, что обещают хорошую жизнь и озеленение всего Мисра, но ему до этого просто нет дела. Сейчас он стоит и держит маску своего наставника. Междумирец всегда наставлял его на хороший путь, давал хорошие советы, заботился и поддерживал. Да, возможно, у него нет сейчас возможности с ним поговорить, высказать, как он устал и как просто хочет хотя бы день или два отдохнуть, не переживая за репутацию, как он выглядит в глазах у всех этих людей и нелюдей, просто закрыть глаза и кого-нибудь или что-нибудь обнять. Как в детстве, спрятаться под одеяла и что бы тебя никто не нашел и не заставлял что-то делать. А даже если тебя найдут, то пусть это был бы папа, который никогда и ни при каких обстоятельствах не стал бы тебя заставлять что-то делать, что тебе не по силам, а просто ляжет рядом, просто обнимет или просто начнет разговаривать не о чем. Лололошке очень нравилось, когда его обнимали. Но такая возможность постоянно уходила, как только он пытался кого-то обнять, они сразу начнут повышать на него голос, а если обнимали, становилось очень тяжело дышать. Они делали это, казалось, с ненавистью, в них не было нежности, ласки или любви. Как будто его или ее заставили его обнять. Ему не хватало этого. Сейчас он просто стоит и клюет носом, пытаясь не свалиться от недостатка сна. Почему он не спит? Все просто — некогда. Кто идет за огнями, рискуя жизнью? Лололошка. Кто должен успокоить Окетру, когда у нее день не задался? Лололошка. Кто выполнит задание и получит ничего? Опять Лололошка. Ему просто времени не хватает, чтобы отдохнуть. Его никогда не мучали кошмары, у него нет бессонницы. Просто нет времени на этот сон. Ему казалось, что если бы не Сдерик, то он про еду мог спокойно забыть. Он стоит и держит в руках маску, якобы покойного наставника. Все читали, что он мертв, но только два человека во всей Мультивселенной знают, что это не правда. Его наставник, по совместительству второй его отец, был жив, здоров, просто скрывался. Вы подумаете, что он скрывался от господина Смотрящего, Бога Времени, но нет. Они все были за одно вместе. Они создали слухи и видимость того, что Междумирец действительно умер, погиб, или еще что-нибудь, потому что все мы двое не хотели, чтобы его убили настоящим. В такое трудно поверить, но в Мультивселенной, помимо Господина Смотрящего, был человек, который действительно был на это способен, даже если не физически, то морально уж точно. И вы ему ничего не сможете сделать. Лололошка закрыл глаза и зарылся в свой мягкий шарфик, легонько улыбнулся. Просто сейчас казалось вообще не подходящее время для этих улыбок, и его опять могут за что-то отчислить. Он не слушает, что они говорят. Он в своих мыслях совершенно далеко от этого места, где все происходит. Он думает о доме своего папы, он любил его, а он его. Он постоянно защищал его. Лололошка был наивным, всегда был ко всем добр и мягок. Он все переживал и беспокоился. А Междумирец пытался эту доброту и наивность хоть немного сбавить, ведь из-за нее у Лололошки постоянно возникали проблемы. От его папы никогда ничего невозможно было скрыть, только если он не занят. Каким образом? Даже Бог Времени не знал. — Лололошка, почему врата до сих пор не открыты?! — он вздрогнул от резкого крика и, открывая глаза, ищет источник этого крика. Переведя взгляд на Джодаха и других богов, он увидел в их взгляде презрение и недовольство. — Потому что я не вставил последний огонь? — тихо сказал Лололошка, но его все равно услышали. Джодах демонстративно закатил глаза, показывая свое раздражение и недовольство. Лололошка даже не понял, что он сделал не так, чтобы заслужить такой взгляд. — Так и чего же ты ждёшь? Давай живее, породоксом не желательно находиться в одном месте такое долгое время! Как обычно, ты всех задеваешь. — Последняя фраза была сказана тихо и с недовольным лицом. Лололошка просто вздохнул и начал искать место, куда положить или поставить маску его отца. Ему не хотелось с ней расставаться, он и так не видел отца уже довольно долгое время, а тех секундных встреч ему не хватало. Позже вылезла какая-то странная пьедестал, и Лололошке ничего не оставалось, кроме как прикрепить маску туда. Как только он её прикрепил, он сразу отошёл в сторону. Раздалось землетрясение, грохот. Артефакты засверкали и заискрились, все окутало невероятно красивыми красками. Отправление затушилось, но после появилось снова, грохот продолжался, но позже все озарило ярким белым цветом. Когда все открыли глаза и перевели взгляд на источник этого света, они увидели… ничего. В рамке, которая продолжала просто стоять или лежать, небыло никакого прохода, отправление таким же, каким и осталось. — Ну и какого черта оно не открылось?! — был слышен недовольный голос Даны, которая стояла и просто смотрела на проход. Они столько времени потратили на то, чтобы собрать эти дурацкие огни, а теперь отправление просто отказывается работать. — Да почему же постоянно одни проблемы… Лололошка, что опять произошло? Ты точно собрал все артефакты и расставил их в нужном порядке?! — повышая голос на Лололошку, спрашивает Джодах. — А мне откуда знать, этим все занимался То’ифэтун, артифакты — как их расположить… — Не успел договорить, как его тут же перебили. — А почему ты не узнал, как правильно?! — Опять начинает обвинять его Джодах. А Лололошке это надо? Нет, его попросили собрать, он собрал, про другое уже разговора не было. Да и когда он успеет. — Мне никто об этом не сказал, и у меня просто не было времени. — Еще тише ответил Лололошка, смотря через линзы очков на Джодаха. — Интересно, а чем же ты все это время занимался, что у тебя не было времени? — Смотря в глаза Лололошки с небольшой насмешкой, сказал Джодах. Теперь абсолютно все смотрели на их небольшую перепалку, а Лололошке было от этого очень некомфортно. В этих взглядах было раздражение, отвращение, мол, как этот абд может перечить богу. Лололошке же это начинает уже чуть подбешивать, и он сжимает ладонь в кулак, пытаясь успокоиться. — А почему же ты сам не пойдёшь и не проверишь, все ли стоит правильно? — Внезапно раздался громкий шлёпок, и голова Лололошки повернулась в левую сторону. Джодах дал ему пощёчину. — Я, конечно, уважаю тебя, невозможный мироходец, но я не позволю перепекаться с собой. Я, в отличие от тебя, потратил больше времени и сил. — Сквозь зубы проговорил Джодах, переводя взгляд на Отправление. Он начал отходить от мироходца, чтобы проверить правильность расположения огней. В это время Лололошка просто стоял с опущенной головой, прижимая к красной стороне щеки свою холодную руку. Место удара очень жгло. Конечно, была огромная разница, когда тебя ударил человек и когда тебя ударил, хоть и искусственный, бог. Лололошка ощутил на своем плече чью-то руку, и его голова чуть поднялась, чтобы посмотреть, кто до него дотронулся. Это был Сдерик, его взгляд выражал сочувствие и беспокойство. — Лололошка, все хорошо? — Сам не веря в эти слова, спросил Сдерик. Он всегда видел, что с его другом что-то происходит, и знал, что Лололошка мало спит, постоянно трудится, а он ничего с этим поделать не мог. Поэтому он хоть его кормил, чтобы Лололошка совсем не потерял сознание и недай свету погиб. Лололошка с большой благодарностью смотрел на Сдерика и очень хотел его обнять, но сдержался. Ему только что очень сильно влетело, и он не хотел, чтобы это повторилось. — Все расставлено правильно, все артефакты на месте. Да что не так?! — слышались недовольные возгласы Джодаха. Лололошка ответил, что с ним все хорошо, но по взгляду Сдерика было видно, что он понял, что Лололошка лжет, но ничего не сказал, просто начал придерживаться его. Лололошка был очень благодарен за такую поддержку. — То есть вы хотите сказать, что мы все это время собирали артефакт, рисовали жизнями, чтобы просто сюда прибыть и ничего не получить?! — недовольно начала возмущаться Окетра. Боги походе тоже были недовольны данным исходом, один только Спенсер и мини Ронос после всех вопросов занимались своими делами. — «Вы рисковали, а чем вы рисковали, своей репутацией или чем, объясните мне?!» — про себя начал возмущаться Лололошка, но закусил губу только сильнее. — Лололошка, нам надо серьезно поговорить. — повернувшись ко мне, сказал Джодах недовольным тоном. — Я не хочу сейчас ни о чем говорить, дайте мне отдохнуть! — чуть громче начал говорить Лололошка. — От чего ты хочешь отдохнуть, от безделья? — с издевкой спросила Дана, за что получила упрекающий взгляд от Богини Смерти. — Лололошка, отдохнуть ты можешь потом, сейчас надо разобраться с околышами. — с усталостью в голосе сказал Джодах, начиная протирать свои глаза. — А сам что не можешь? — послышался довольно грубый голос, и все присутствующие вздрогнули. Обернувшись, они увидели непонятное существо в черно-фиолетовой одежде. Его черные глаза были выразительные, в них виднелся невероятный гнев и разочарование. Черные волосы до плеч. Он стоял напротив рамки Отправления и что-то ждал. — Междумирец, вот эта встреча, что наконец решил сдаться и отправить в Тюрьму Времени, ну что ж, сейчас решим, один нюанс и отправимся. — настроение Джодаха сразу улучшилось, даже можно сказать, он забыл о всех созданных проблемах. Междумирец не сводил своего взгляда от этой радостной рожи и хотел ему уже хорошенько вдарить. Как только Лололошка услышал голос отца, он сразу повернулся в его сторону. Как только он его увидел, на его лице появилась маленькая улыбка. Он хотел пойти и обнять его, но заметил взгляд Сдерика. В его глазах читался страх и беспокойство, именно поэтому его рука на плече Лололошки сжалась сильнее, и он притянул Лололошку ближе к себе. Лололошка не стал сопротивляться и просто приобнял Сдерика, давая понять, что все хорошо. Сдерик посмотрел на него и просто кивнул, немного успокоившись. — Его в Тюрьму Времени?! Неее, там ему точно придет пиздец! — неожиданно раздался очень громкий и звонкий голос, и вот Джодах уже лежит на песке, а к его горлу приставлен довольно острый клинок. Открыв глаза, Джодах увидел перед собой парня, очень похожего на Лололошку. — Слушай, Смертный, ты что творишь, как ты посмел так обращаться с Джо?! — послышался довольно громкий голос Кнефмтити, злобно сверля взглядом напавшего на её старого знакомого. Джодах же в свою очередь начал рассматривать парня, который прижал его к песку. Он был точной копией Лололошки, но на нем был одет белый костюм с оранжевым шарфом, а глаза прикрыты такими же оранжевыми очками. Хоть глаз не было видно, но можно было почувствовать, что на тебя смотрят с невероятной насмешкой. — Джон, отпусти Джодаха, а ты, Ви, перестань дергаться. — с небольшим холодом в голосе сказал мужчина. Как они только раньше не заметили, что у Междумиреца вытянута рука вперед, и как будто кого-то удерживает. Через буквально секунду на месте удержания появился юноша, который также был похож на Лололошку, но только его кофта была черной, а брюки белые, шарф и очки были кроваво-красными. — Я много раз говорил тебе, никогда меня так не называть. — довольно грубым голосом с ноткой злости проговорил юноша и со всей силой ударил Междумиреца по руке, что тот был вынужден отпустить его. — Как хочу, так и называю тебя, малыш. — с издёвкой проговорил Междумирец. Парень в красном шарфе закатил глаза и пошел в сторону парня в оранжевом, намереваясь оттянуть его от этого петуха. — Кто вы такие? — пытаясь придать своему голосу уверенность, спросила Окетра. Она была явно недовольна такому поведению со стороны своего Абда, а теперь здесь еще появились непонятно кто и собираются диктовать свои правила. — А это тебя ебать не должно. — сказал парень в красном шарфе и направился в сторону Лололошки и Сдерика. Сдерик напрягся от такого поворота и начал отступать, тянуя за собой Лололошку, но затем Лололошка вырвался из его хватки и бросился на шею этому парню. Парень недовольно цикнул, но все же ответил на объятия. — Да как ты смеешь? Ты хоть знаешь, кто я?! — начинает кричать на него Окетра из-за неуважения к ней. Она подошла к ним, намереваясь оттянуть Лололошку от этого парня, но тут ее запястья с силой сжали. Окетра вскрикнула от боли. — Красотка, не стоит их трогать, если не хочешь остаться без своих прекрасных ручек. — с насмешкой проговорил парень в оранжевом шарфе, резко отпуская Леди и направляясь в сторону этих двоих. — Что все это значит? — наконец придя в себя, Джодах начал разговаривать. — Тебя тоже волновать это не должно, единственное, что должно это эти парадоксы. Джодах уставился на Междумирца, как на ненормального. — С чего это я должен решать проблемы и косяки Лололошки?! — недовольно и громко начал говорить Джодах. — Ооо, вот как мы запели. Знаешь, буть это его проблемы, и если он сам их не может решить, решает кто-то другой, а если эта проблема до сих пор не решена, значит, это не его. — с довольной улыбкой проговорил парень в оранжевом шарфе. — Совсем забыл представиться, я JDH, или Джон Дейви Харрис. Не очень приятно познакомиться. А это Вививилка, а Лолика вы все прекрасно знаете. — последние слова Джон произнес с явной издевкой. Конечно, Лололошка трудно было не узнать. — Подождите, JDH, тот самый. — глаза Окетры загорелись, когда она поняла, что это инициалы ее любимого автора. — Да, да. Не завидуй. — проговорил Джон, подойдя ближе к близнецам, и тоже обнял Лололошку. — Да что тут происходит? Вы можете уже объяснить нормально, какого черта ты явился сюда, когда не надо, и кто это двое. Убирайтесь отсюда и не мешайте нам исправлять ошибки Лололошки, и так большое одолжение делаем! — уже выходя из себя начинает орать Джодах. — Его ошибки, одолжения. Ого, какой ты молодец. — послышался очень тихий голос за их спинами, и четверо, кто знал, что это за голос, повернулись к нему. Лололошка сразу вырвался из объятий Вививилки, перед этим извинившись перед ним, и очень быстро побежал к голубоглазому парню, который «похвалил» Джодаха. — Папа! — пока бежал к нему, Лололошка прокричал эти слова, вызывая огромное недоумение и шок у всех здесь присутствующих. Джон было видно, что тоже невероятно рад его прибытию, но подойти не решился. Вививилка же просто улыбнулась, переведя взгляд на Междумирца, зная, что совсем скоро должно произойти. Междумирец в это время просто замер и думал, как ему удалится, пока его не заметит Романа. — Привет, малыш, как у тебя дела? — Роман уже знал ответ на этот вопрос, но все же решил спросить. Он знал, что Лололошка не захочет врать ему. Лололошка с силой обнял своего второго отца за талию, боясь отпустить его. Он боялся, что если отпустить, может снова его потерять. Роман тоже приобнял своего ребенка, аккуратно поглаживая его по волосам. — Я устал, хочу спать, хочу просто отдохнуть от этой постоянной беготни. Пожалуйста, папочка, забери меня. — куда-то в шею пробормотал Лололошка, прижимаясь сильнее. — Конечно, сынок, заберу тебя и твоих друзей. Только надо решить с этой проблемой. — нежно проговорил Роман. — Это проблема Джодаха, пусть сам ее и решает. — прозвучал голос Джона. — В каком смысле моя проблема?! Это Лололошка выпустил Эбардо из-за Видомнии, это он ее разрушил. Так почему я должен что-то делать? — Да и куда вы решили забрать моего Абда, я не позволю. — возмущенно высказалась леди Окетра. Появился некий мужчина и теперь он здесь стал главным. Роман же все это время будто не слышал их, он аккуратно поглаживал Лололошку по волосам. Он не хотел тратить на них свои нервы и силы. Если они, грубо говоря, не слушают его сына, то его они и подавно не собираются слушать. Роман глубоко вздохнул и щелкнул пальцами, и послышался громкий треск, осколки исчезли, как будто их и не было. — Ты что сделал? — недоверчиво спросил Джодах. — Во-первых, не тыкай. Ты ему не ровня. А во-вторых, пап, можно я ему уже глотку перережу? Слишком много пиздит. — раздался грубый голос Вививилки. — Нет. — Да, «сынок», я разрешаю. — прозвучал голос Междумирца, на что он получил убийственный взгляд от Ромы. — Да, как вы смеете? Он же бог, где ваше уважение?! — возмутилась Кнемфтити. — Междумирец бог, я полубог, и детей можно назвать полубогами. Так где же ваше уважение? — спокойно проговорил Роман, махая рукой двоим близнецам, чтобы они подошли ближе. Джон сразу подскочил к Роме и обнялся с ним, а после притянул Лололошку к себе в объятия, чтобы Рома мог поговорить с другими, а Ви просто встала рядом. — Лололошенька, улыбнись. Слезки совершенно тебе не к лицу… — нежно вытирая глаза, сказал Джон. — Я жду ответ. — подойдя ближе ко всем, начал спрашивать Роман. По очереди он заглядывал каждому в глаза, намереваясь узнать всю их жизнь. За несколько секунд он узнал больше, чем они все вместе взятые. Но его интересовали больше воспоминания, связанные с его ребенком. Роман на мгновение замер, и его глаза немного потемнели. Неожиданно на его плечо легла чья-то рука, но он уже прекрасно знал, чья это рука. — Роман, спокойно. — пытаясь успокоить своего партнера по воспитанию детей, сказал Междумирец. — Убери руку и ответь на два вопроса. Почему ты пытаешься меня успокоить и почему я должен терпеть такое отношение к своему ребенку? — спокойно сказал Роман, но в его глазах до сих пор оставалась темная тень. — Рома, забери близнецов и идите отдыхать. Я сам разберусь здесь. — сильнее сжимая предплечье Романа, сказал Междумирец. Роман посмотрел на него таким взглядом, что Междумирец понял, отвертеться за детей и его имитацию смерти будет избегать невозможно. — Вы никуда не заберете Лололошку. Я запрещаю! — взбунтовалась Окетра. Похоже, она считала себя самой смелой, решив возразить воле двух богов. Роман посмотрел на нее спокойным взглядом и приступил к объяснению: — По какой причине вы запрещаете Лололошку уйти со мной в его родной дом? — вежливо улыбаясь, спросил Роман. Леди Окетра ошарашено посмотрела на него, но взяла себя в руки и сказала: — Лололошка — мой Абд, моя собственность. Он обязан быть всегда со мной! — говорила она настойчиво. — Успокойся уже! — проговорил Междумирец, боясь даже представить, какая у Романа выдержка, чтобы все это слушать и еще и вежливо отвечать. — Да, как вы… — Мне все равно, купили ли вы его или что-то еще. Он идет со мной, — сказал Роман, не дав договорить ни Окетре, ни Междумирцу. Он подошёл детям, которые стояли немного в стороне. У Джона глаза загорелись, и он улыбнулся, а взгляд Ви перестал быть ледяным и стал мягким и уважительным, когда они смотрели на Рому. Роман просто улыбнулся им и попросил Джона отпустить Лололошку. Джон мягко обратился к Лололошке. — Лоша, Ромачка хочет с тобой поговорить, — сказал Джон, мягко освобождая своего близнеца. Лололошка нехотя отпустил Джона. Он почти уснул, но выполнит просьбу папы. Как только он повернулся к Роме лицом, он увидел грустный взгляд своего второго отца. Роман вытянул руки в сторону Лололошки, намекая, чтобы он положил свои запястья. Рома всегда так делал, когда его дети гуляли или путешествовали. Он проверял, были ли на их руках шрамы. Если их не было, они шли домой. Если были, Роман исцелял их на месте. Лололошка уже понимал, что исцеление ему не избежать, и вытянул руки вперед, аккуратно кладя их в руки отца. Роман аккуратно закатил рукава до локтей и сразу отвел взгляд. Не из-за отвращения, а чтобы успокоиться. Все руки Лололошки были покрыты рубцами, шрамами, некоторые из них даже не зажили, и на них были бинты, пропитанные кровью. Но самое страшное было на левой руке — это проклятие богини смерти. Оно начиналось от плеча и заканчивалось чуть выше запястья. В глазах Ви можно было прочитать большую злость и ненависть. Он знал все существующие проклятия, и знал, что это за проклятие. В его руках появился большой меч, и глаза стали светиться красным. — Вививика, нет, — строго сказал Роман. Он понимал, что Ви может сейчас всех обезглавить или еще что-то сделать, но Роман этого не хотел. Да, они издевались над его ребенком, заставляли его страдать, наложили на него проклятие скорпиона, которое высасывало силу искры Лололошки, но Роман никогда не позволит своим детям убивать, если только это не самооборона. — Да, почему? Посмотрите, в каком состоянии Лололошка. Они заслуживают сдохнуть в муках! — поддержал Джон близнеца. Роман почти закончил заживлять раны и шрамы, и сразу снял проклятие. — Потому что я так сказал, — снова строго сказал Роман, не отвлекаясь от процесса. Когда он закончил, он сказал: — Лололошка, можешь отдыхать, вы пойдете к своему дедушке. Хорошо, малыш? — Роман взял щеки Лололошки в свои мягкие ладони. Лололошка только сонно кивнул, и они трое сразу исчезли. Остался только Роман. Он уже думает о том, как устроить взбучку не только Междумирцу, но и Смотрящему, в отношении Джодаха. В это время Джодах вместе с Междумирцем что-то обсуждали, и другие пытались вставить слово, но их сразу затыкали магией. Междумирцу было ясно, что ему нужно срочно уйти, но Джодах постоянно машал. — Единственное место, куда ты уйдешь, это Тюрьма Времени, — холодно и четко сказал Джодах. Он пытался показать, что в этой ситуации он главный, но мы знаем, что главный здесь — не Джодах и не Междумирец, а Роман, который мог свести с ума кого угодно за несколько минут. — Где Лололошка?! — тут же осеклась Окетар, вспомнив о мальчике. — Отдыхает. И вы явно его больше не увидите, только если не совершите никаких преступлений, — спокойно проговорил Роман, не отводя взгляда от Междумирца. Джодах явно понял, о чем идет речь, и растворился в фиолетовых искрах. — Ты идешь за мной, ты знаешь куда, и ты прекрасно понимаешь, что тебе не отвертеться, — сказал Роман Междумирцу. И он тоже растворился в голубых искрах. Глаз на руке Междумирца начал покалывать, намекая, чтобы его носитель последовал за ними. Они исчезли, погрузившись в фиолетовые искры. *** Появившись в Тюрьме Времени, Междумирец начал осматриваться. Ничего здесь не изменилось. Он появился рядом с Романом и ожидал чего-то. Вдруг послышались крики с противоположной стороны Тюрьмы, откуда шел Смотрящий, а за ним Джодах, пытаясь что-то узнать. Смотрящий не обращал на него никакого внимания. Подойдя к Роману, он остановился и стал ждать вопросов. Роман поглядывал на Джодаха, а тот на него, не понимая, почему его друг не обращает на него внимания. — Вот, дружище, Междумирец, его надо в камеру сажать. Чего ты ждешь?! — кричал Джодах, явно не понимая, почему его друг вообще не обращает на него внимания. — Как дети? — проигнорировав Джодаха, спросил Роман, не отводя взгляда от смотрящего. Тот только кивнул, показывая, что они в порядке. Джодах совсем выпол. — А теперь к тебе вопрос: почему он не в одной из камер Тюрьмы? — Роман показал на Джодаха и спросил. — Я не верю, что Тюрьма разрешила бы ему находиться на свободе. Во-первых, он истребил рассу демонов. Во-вторых, сбежал из нее. И третье, пропил Мультивселенную. А я молчу про Лололошку, — забивая пальцы в кулак, проговорил Роман. Смотрящий только стоял и смотрел на свое создание. Это выглядело так, будто Смотрящий был его сыном и он накосячил. Роман выдерживал его холодный взгляд и отвечал уверенно. — Ром… — Я не с тобой разговариваю, — прервал Роман, даже не глядя на Междумирца. Междумирец только раздраженно вздохнул и начал ждать разборок. Как ему повезло со спутником.