Библиотека

Гарри устал. Измотанный и не воспринимающий ничего, Гарри шел по магическим лестницам, перепрыгивая через фальшивые ступеньки, пробираясь сквозь древний замок, который стал ему настоящим домом за столько лет. Тренировка по квиддичу хоть и вышла слегка напряженной, но явно стоила того: команда играла все лучше и лучше, и Гарри имел все шансы взять кубок школы. Он направлялся напрямую в башню Гриффиндора, но иногда все же заглядывался на убранство замка: такой прекрасный, пропитанный рождественским волшебством. Все вокруг искрилось новогодним настроением. Проходя в одиночестве по пустым коридорам, мимо факелов, он и не заметил, как оказался у портрета Полной Дамы, которая была наряжена в свое особенное платье на канун Рождества и попивала древнее вино. Гарри зашел за гобелен, назвав пароль "елочные шарики" и воззрился на гриффиндорскую гостиную. Младшеклассники сидели на полу и играли в плюй-камни, которые самостоятельно пытались раскрасить в новогодние цвета. Гарри увидел елку рядом с камином, каких-то ребят, писавших сочинение по защите от темных искусств, и... Рона с Лавандой, сидящих на уютном кресле Гарри и целующихся с выражением крайнего остервенения на лицах, будто это их последняя встреча. Гарри конечно был рад за друга, ведь Рон явно был счастлив, да и Лав-Лав явно вдохновляла его на хорошую игру в квиддич, но все же, он никак не хотел мириться с тем, что лучшим местом для поцелуев, они посчитали его кресло. Так что, позабыв про усталость, прямой поттеровской походкой, Гарри подошел к креслу и выразительно кашлянул. Никакой реакции за этим не последовало, только Лаванда тихо простонала Рону в рот, разукрашенный помадой. Гарри решил, что церемонии окончены и похлопал Рона по плечу. Рон испуганно обернулся и увидел Гарри. Последнему же очень резко захотелось расхохотаться, ведь смешнее физиономии Рона в красной с блестками помаде, Гарри, кажется, ничего еще не видел. — Так, — сказал Гарри, запнувшись и подавляя смех. — Не могли бы вы делать это в другом месте? Гарри говорил с улыбкой, но лицо Рона вдруг из испуганного превратилось в рассерженное, и он угрюмо посмотрел на друга. — Нет, Гарри, не могли бы, отвали, а? — буркнул он, и Гарри изумленно на него посмотрел. Лаванда мерзко захихикала и затянула Рона в новый поцелуй, а Гарри так и остался стоять, с приоткрытым от удивления ртом. Вот уж не думал, что лучший друг может выдать такое! Застыв на секунду, похоже, из-за снова накрывающей его усталости, Гарри решил не сидеть в гостинной, чтобы не видеть парочку, а пойти к Гермионе, в библиотеку. Он был почти уверен, что она там, ведь Гермиона не хотела видеть Рона точно также, как и он сейчас. А куда ж еще могла запропаститься Гермиона, кроме библиотеки? Гарри не был обижен на Рона, скорее просто удивлен и немного одурачен странным поведением влюбленного друга в последнее время. Кажется, эту любовь он ставил выше всего остального и Гарри это бесило, но будучи человеком тактичным, он об этом Рону не говорил. Хотя бы он был доволен его игрой, а дружбу они успеют восстановить. Невечно же так будет. Гарри зашел в библиотеку и был приятно удивлен ее видом. Мягкий желтый свет ламп падал на кожу. Окна были украшены маленькими елочками и живыми рисунками Санты, постоянно хохочущих и трясущих мешком с подарками, и Гарри смотрел на них завороженно, совсем как ребенок, которому показали карточный фокус. Внутри огромной комнаты стоял приятный запах старых книг и корицы, как и всегда. Заглядевшись, он заприметил и Гермиону, которая явно собиралась уходить. Он подошел к ней и шутливо прошептал "привет" ей на ушко. Гермиона дернулась и посмотрела на Гарри укоризненным взглядом. — Гарри! — воскликнула Гермиона, а Гарри только усмехнулся, улыбаясь точь-в-точь, как его отец, Джеймс. — Прости, — улыбаясь, сказал Гарри, но Гермиона уже улыбнулась в ответ, взглянув на его улыбку. — Что ты тут делаешь? — Я... — он и сам слабо представлял, зачем именно он пришел, но знал, что просто хотел поговорить с ней о чем-нибудь, а то его лучший друг очень занят. — Я не знаю, Гермиона, просто пришел поговорить, — без утайки сказал Гарри и улыбнулся еще раз. — Давай поговорим в гостинной, — предложила Гермиона, явно позабыв о Роне. — Все пойдет насмарку, если я прямо сейчас не начну работать над нумерологией! А ведь мне еще писать длиннющее эссе по рунам... — сказала Гермиона скорбным голосом, и Гарри стало ее совсем жалко. — Давай лучше тут, а то... Там Рон.. Ну, ты понимаешь, — промямлил Гарри, но Гермиона сразу уловила смысл. — Аааа, — протянула Гермиона и даже усмехнулась, — Бон-Бон и Лав-Лав снова в деле? Гарри посмотрел на нее с радостным удивлением, ведь чего-чего, но шуток в такой момент он от подруги не ждал. Они посмотрели друг на друга и одновременно прыснули, заливаясь так, что мадам Пинс обернулась в их сторону с неодобрением, и лампа над ними опасно заколебалась. Вытирая слезы рукавом, Гарри посмотрел на Гермиону, все еще сотрясаются от уже беззвучного хохота, и не мог оторвать от нее глаз. Ее каштановые, непослушные, как и у самого Гарри, волосы опускались вверх-вниз, а ее красивое улыбающиеся лицо вызывало странное, но приятное ощущение в животе. Гарри засмотрелся и как-то таинственно улыбнулся. Спустя пару секунд, Гарри поймал себя на том, что ему очень сложно отвести от Гермионы взгляд, и он пытался понять эти мысли, которые раньше никогда не приходили ему в голову. В мгновение, он стал выглядеть очень озабоченным и не заметил, как Гермиона окликала его с таким же встревоженным лицом. — Гарри! Гарри! — Гермиона щелкнула пальцами у него перед глазами. — Все в порядке, Гарри? Что с тобой? Это шрам? — обеспокоенным шепотом затараторила Гермиона. — А? Что? Нееет, — протянул Гарри, поспешив успокоить ее. — Нет, Гермиона, правда, все хорошо, — сказал он, встретив ее скептический взгляд, который так хорошо был ему известен, — Я просто задумался... Гермиона хотела его расспросить, как вдруг строгий голос мадам Пинс прямо над их ушами сообщил им, что библиотека закрывается, и они быстро вышли и отправились в башню Гриффиндора. Проходящий тут уже слишком много раз за такой короткий промежуток времени, Гарри уже не любовался убранством замка и что-то нехотя мямлил в ответ на Гермионин допрос о его самочувствии. Потихоньку успокоившись за длинную дорогу до портрета, ведущего в башню Гриффиндора, Гермиона непринужденно болтала с Гарри о всякой ерунде. Дорога до Полной Дамы была пройдена за странно небольшое количество времени. Они назвали пароль и вошли. Гостиная тоже была разукрашена под Новый Год. Красно-зеленые шерстяные носки висели у общего камина, и елка ярко блестела разноцветными огнями, обжигая сетчатку. В полумраке гостиной, освещаемовшееся только лишь камином и елкой, Рон и Лаванда тихо спали в кресле Гарри и посапывали. — Это мое кресло, представляешь, Гермиона. А они спят и в ус не дуют, — возмущенно прошептал Гарри Гермионе в ухо, и она разорвалась бесшумным смехом. Гарри опять посмотрел в ее глаза. Все то же чувство в животе. Та же улыбка на его лице. Гермиона тем временем продолжала заливаться. — Для тебя это должно б-быть честью, не т-так ли? — сквозь смех шептала она. Гарри усмехнулся. — Разумеется, — сказал он шутливо, с напыщенной важностью, присущей разве что Перси. Гермиона продолжала смеяться, и Гарри ловил себя на тех же самых мыслях. Ему нравилось шутить, нравилось делать ее счастливой и смотреть на ее улыбающееся личико. Закончив хохотать, она тоже посмотрела на Гарри. Все его внутренности сжались в комок, и они молча смотрели друг на друга несколько секунд. Гарри не знал что сказать и ляпнул первое, что пришло на ум. — Ладно, спокойной ночи, Гермиона. Я что-то подустал. — Да, да, иди, у тебя сегодня была тренировка по квиддичу, ты наверное вымотался. Сладких снов! Гарри улыбнулся на прощанье и ему показалось, что Гермиона слегка подмигнула ему. Гарри поднялся в спальню, тихонько расправил кровать, чтобы не разбудить одноклассников и лег под приятно холодное одеяло. Его глаза закрывались сами собой, и едва лишь его голова с кудрявыми волосами коснулась подушки, он заснул под негромкий мирный шум моря и образ девочки с непослушными до жути кудряшками и такой светлой и доброй улыбкой.