11 ГЛАВА

Выезжая из города, вспоминала то, что произошло на этих выходных. В субботу, после звонка адвоката, я сразу же легла спать, вечеринка основателей меня сильно вымотала, забрав все силы. В воскресенье же, я «порадовала» тётушку о моём скором отъезде, вызвав у неё панику, которая заставила её носиться по дому с криками о том, что ещё ничего не готово. Дженна была настолько рассеянна, что всё валилось из её рук, когда она пыталась помочь мне собраться. Ещё хорошо, что у неё нет доступа в мою спальню, иначе мой шкаф с одеждой пал бы смертью храбрых. Попытавшись успокоить её, сказав, что у меня всё готово и осталось только собрать вещи, выяснила, что не готовой оказалась не я, а она. Дженна боялась отпускать меня в другой город одну на неопределенное время, боялась того, как я справлюсь с дорогой. Честно говоря, меня тоже терзали сомнения в том, на сколько успешен будет мой путь, ведь ехать так далеко. Улыбка появилась на моём лице. Далеко. До Ричмонда 130 километров. Не имея опыта дальних поездок в этой жизни, я мерила расстояния российскими величинами. Где дорога до центра области занимала 1 000 километров. 130 километров. Далеко. Ха ха ха. Я доеду до города, меньше, чем за час. Невольно вспоминается поездка в отпуск, которую устроила моя семья, когда узнала, что жить мне осталось пару лет. Мне захотелось поехать на море. По пути побывав в горах, а потом заехав в столицу страны, официальную и культурную. Москва и Санкт-Петербург. А конечной точкой нашего пути было Туапсе. 13 тысяч километров. 4 недели. Мы проехали через всю страну на машине. Всей семьёй. Это одно из самых теплых моих воспоминаний. Поэтому путь до Ричмонда, расстояние которого занимает всего 130 километров, пустяк, не стоящий переживаний. Жаль, что я поняла это, только садясь за руль. Вчера, быстро собрав вещи для моего маленького путешествия, пришлось проводить Дженне психологическую терапию, суть которой, заключалась в том, чтобы заварить успокаивающие травы, выдав их за чай, испечь печеньки и устроить спа. Весь день мы провели за разговорами, нанося друг другу маски, делая маникюр и педикюр, и конце, наполнив ванну и кинув туда бомбочку, устроили водные процедуры. Сидя с Дженной в воде, я занималась устранением истерики тёти, которая со слезами и соплями, лезла ко мне обниматься, слушая её бред о том, какая она плохая тётя и что мы заслуживаем лучшего. Занятая заверениями ошибочности её рассуждений, не заметила, как домой вернулась Елена, которая услышав странные звуки, доносившиеся из ванны, решила заглянуть к нам на огонёк. Боюсь, мы сломали ребенку психику. Могу представить, какая картина открылась ей, когда она забежала к нам, слыша завывания, думая, что тут кого-то убивают. Её голая тётя и такая же голая сестра, сидят в наполненной водой ванне и обнимаются. После увиденного, её жизнь не будет прежней. Елена, выскочила из ванны с криками о том, что она не хочет ничего знать и, о боже, её глаза… Ступор Дженны вызвал во мне истерический смех, который не поддавался контролю. Смятение, появившееся в её глазах, когда до неё дошла вся суть случившегося. Действительно… О боже… Наблюдая за тем, как быстро меняет свою расцветку тётя, мой смех только усиливался, сбивая настрой Дженны погрузиться в стыд, заглушая стенания её совести. Не выдержав долго, она подцепила моё веселье, начав смеяться вместе со мной. Истерика и переживания были забыты. Вечером, после пережитого стресса, я уложила сонливую тётю в постель, наказав проснуться только следующим утром. А сама пошла в комнату брата, дожидаться его прихода. Настало время серьёзного разговора. Спасение не придёт к нему. Джереми вернулся уже под ночь, проведя всё свое время у Вики в больнице. Это я знала наверняка, отследив его местоположение по браслету, который нацепила на его ногу. Заходя в свою спальню, брат включил свет, не заметив, сидящую у стены меня. Видя, что он продолжает не замечать моего присутствия, прокашлялась, привлекая его внимание. — Мстислава! Боже, ты меня напугала! — подскочив, воскликнул он — Что ты здесь делаешь? — Живу. — пожав плечами, спокойно ответила ему. — Очень смешно. Что ты забыла в моей комнате? — Тебя. — кратко ответила я, показывая всем своим видом, что настроена на серьёзный разговор. — Что? Зачем? Хватит разговаривать со мной так! И вообще, я не хочу тебя видеть! Уходи! — рукой указал мне на дверь. — Ну уж нет, дорогой братец! Ты сейчас же сядешь на кровать и будешь слушать всё, что я тебе скажу? Ты меня понял? — проговорила, не желая слушать, какая ужасная у него сестра. — Нет! Это моя спальня! И я не хочу видеть тебя здесь! И не собираюсь тебя слушать! — он подошёл ко мне и взяв за руку, попытался вытянуть меня из помещения. — А вот и не угадал! — сказала я, позволяя ему поднять меня из кресла, на котором сидела. Дальнейшие мои действия, смутно отпечатались в памяти брата. Просто в какой-то момент, он обнаружил себя лежащим на полу, с вывернутой за спину рукой, которую я взяла в захват. Мне послышался стон боли. Наклонившись к его уху, прошептала: — Ты будешь хорошим мальчиком и будешь слушаться свою старшую сестру. Которая если сказала тебе сесть и слушать, значит ты сядешь и будешь слушать. — сказав это, я отпустила руку и отошла от лежавшего тела на два шага. — Что ты делаешь! — вскочив на ноги, прокричал он — Я не собираюсь слушаться тебя, как верная собачонка! — Ну уж нет, мой дорогой, будешь! — воскликнув, схватила его за ухо и выкрутив, повела к кровати. — Ты сейчас будешь делать всё, что я скажу! Иначе я познакомлю тебя с отцовским ремнём и поверь мне, он тебе не понравится. — продолжила, отпуская его и толкая на постель. — Ты! — возмущался брат, но что примечательно, не пытался предпринять попыток встать. — Я! — перебила его — А теперь ты заткнешься и будешь слушать всё, что я тебе скажу! Надувшись, как мышь на крупу, Джереми откинулся на спинку кровати, всем своим видом изображая оскорбленную невинность. — Ну вот и молодец! — улыбнулась я, смотря на ребячества брата. — Слава! — вскинулся он. — Молчать! — окоротила его, прожигая своим взглядом. — Значит так! Мне надоело смотреть на всё, что ты вытворяешь! Надоело твоё поведение! Моё терпение велико, но ты потратил его, уничтожая последние крупицы! — О чём ты вообще? — Я. Сказала. Молчать. Ты слушаешь, я говорю! Тебе это понятно? Или мне повторить на другом языке? — Да понял, я понял… — Супер! И так, продолжим! — хлопнула в ладоши, давая понять, что не следует отводить от меня взгляд — Я прикрывала все твои выходки перед Дженной. Молчала о том, что ты стал наркоманом, в надежде, что ты быстро одумаешься. Молчала о твоих прогулах в школе! Или ты думал, что этого никто не заметит? Тебе повезло, что документами в нашей семье занимаюсь я! Из школы было донесение на твоё поведение в органы опеки! Ты чем вообще думаешь? — Ч...что? При чём здесь органы опеки? — растерянно пробормотал брат, перестав делать вид, что меня нет в комнате. — Причём? Ты вообще понимаешь, какие последствия будут у всех нас из-за твоего поведения? Ты хоть понимаешь, что опека, позволив Дженне стать нашим опекуном, стала следить за происходящим в нашей семье? Ей всего 28 лет! Не будь в завещании матери просьбы о том, чтобы нас передали её сестре, то ей бы никто не позволил стать нашим опекуном! Или ты думаешь, что дядя Джон смог бы им стать? Тот, кого мы видим раз в пятилетку? Нас бы отдали в приют и мы мотались бы по фостер семьям, а наше наследство ушло бы с молотка за сущие гроши! И что бы мы имели после совершеннолетия? Счёт в банке? Неужели ты думаешь, что попав в приют, мы, мило держась за руки, пошли бы в светлое будущее? Никто не станет брать в семью, трёх подростков сразу! Нас бы раскидали по разным семьям, на разных концах страны! И никто бы не стал там нянчиться с тобой, выполняя твои хотелки, как это делаем мы. Ты только задумайся, три девушки взвалив на себя всю ответственность, носятся с тобой, как с хрустальной вазой! Я давала тебе время отгоревать, но чёрт возьми! Джереми! Нашей семье нужен мужик! Который заметив на пороге дома бывшего своей тёти, возьмет биту и вышвырнет его, на пальцах объяснив, почему не стоит заявляться сюда! Это должна делать не я! Не Елена! И не Дженна! Ты единственный мужчина в семье! Или ты всё еще надеешься на Джона? — Мела… — Не называй меня так! Не заслужил! Я же по твоим словам эгоистичная стерва, которая наконец-то получила власть в этой семье! Или может ты хотел заниматься всем этим сам? Да пожалуйста! Пошли в кабинет! Я покажу тебе эти горы бумаг, которые надо заполнять! Будешь сам общаться с поставщиками, юристами, экономистами, с сотрудниками кампании? Будешь заниматься оформлением отчётов для органов опеки? Ты этого хочешь? Или из всего услышанного, тебя интересует лишь доступ к деньгам? Этого хочешь? Бери! Только зарплату всем сотрудникам, будешь выплачивать сам, проверка отчетов бухгалтерии тоже будет на тебе! Тебе же это надо? — Нет… Послушай, я… — Ну уж нет, дорогой, дай мне закончить! — перебила брата, не желая слушать его блеяние — Для чего тебе деньги? Неужели тебе чего-то не хватает? Или… О, я поняла! У тебя же великая любовь! С наркоманкой! Которая толкает тебе дурь! Ты хоть иногда задумываешься о последствиях? Тебе только пятнадцать, а ты, мало того что прогуливаешь школу, так ещё и куришь всякую дрянь! Ты вообще в курсе того, как это отразиться на твоём будущем? Ладно!.. — подняла руки вверх, в знак капитуляции — Ладно, я молчу о вреде здоровью, ты и сам должен это прекрасно понимать, но думал ли ты, что будет после школы? Что тебя ждёт? Куда ты пойдешь, если в твоём личном деле будет заметка о том, что ты наркоман с многолетним стажем? Как я уже говорила, моё терпение велико, но и оно имеет границы. Границы, которые ты уже неоднократно пересёк! Я больше не буду прикрывать тебя перед Дженной и Еленой! Мне хватает проблем с опекой, которые ты создаешь! — проговорила и отвернулась, чтобы перевести дыхание. — Я не знал! — решил вставить своё слово брат, в возникшей тишине. — А ты и не должен был знать! Такого вообще не должно было происходить! Неужели ты думаешь, что только ты потерял родителей? Извини, дорогой брат, но жизнь перевернулась не только у тебя. Это были и мои родители тоже! И родители Елены. А Дженна потеряла старшую сестру! Неужели ты забыл об этом? И после этого, я являюсь эгоисткой?! — процитировала слова брата, которые столь сильно задели меня — Значит так. Ты со следующей недели начинаешь регулярно ходить в школу. Регулярно, Джереми! Мне плевать будешь ты там учиться или нет, но посещать занятия, будь добр. И ты завязываешь со всей этой наркотой, иначе я сдам тебя в психушку, где добрые дяденьки наркологи будут проводить с тобой воспитательные беседы. Я не хочу, чтобы ты сторчался! Не хочу, слышишь? Ты будешь делать так, как я сказала и надеяться, что опека отстанет от нас! Тебе это ясно? — Я… — начал возникать брат. — Ну уж нет, братишка, ты не в том положении, чтобы торговаться. — перебила Джереми, видя протест и возмущение в его взгляде. — Я уезжаю по делам в другой город и по возвращению, хочу увидеть результат. Ты меня понял? — Да… — прошептал он. — Я не слышу! — крикнула я, продолжая видеть протест в его глазах. — Понял я, понял… — Вот и умница! — улыбнулась, не скрывая угрозу во взгляде — Кстати, ты же вроде хотел узнать родительские секреты? — Да… — опасливо, протянул брат. — Держи, — я положила на стол книгу — это семейные архивы, можешь начинать просвещаться. — бросив эти слова Джеру, вышла из его комнаты, плотно закрыв дверь. Собираясь на этот разговор, я вспоминала, что должно произойти в скором времени. Обращение Вики в вампира. Её убийство. Просьба Елены стереть брату память. Вот только у неё это не получится, так как брат залит по самую макушку вербеной и носит браслет, который я на него нацепила. Деймону не удастся ничего внушить ему. И мне надо, чтобы брат знал, как на это реагировать. Знал о вампирах. Сейчас, читая дневники, он посчитает написанное там бредом, сказкой. Но так будет продолжаться только до тех пор, пока он не столкнётся с этим лицом к лицу. К сожалению, его знакомство со сверхъестественным невозможно оттянуть. Я не смогу быть рядом с ним в этот момент. Но влиять на сознание брата, никому не позволю. Воспоминания об этих событиях крутились в голове на повторе, пока я сидела за рулём. Меня не покидали мысли об иных вариантах случившегося. Что если был более удачный исход событий, может быть я что-то упустила? Что можно было изменить? Как по иному могла разыграть этот сценарий? Но это были лишь мысли. Произошедшее нельзя изменить. И будь что будет. Осталось только разобраться с последствиями своих решений.