Взятие Иерихона

Звук настраиваемой гитары сбивал с толку и мыслей. Писать очередной отчет после истребления было невыносимо под звук бренчания. Адам вечно подтягивал струны, то наоборот их спускал дабы добиться идеального звучания и, в очередной раз, не сыграть ни одной песни. Но послышался приятный звук гитары, которого хотел добиться Адам. Легкое подергивание струн создавало уже приятную на слух мелодию, знакомую Лют. И это не было похоже на обычные звуки, доносившиеся из кабинета ангела. Это не было одной из песен, которые сочинял Адам, ведь Лют знала их наизусть. Скорее похоже на что-то земное, что пишут обычные смертные, что очень любила Лют. Помощнице нравились земные песни и концерты. Сама экзорцистка не ушла далеко от босса, тоже любила тяжелую музыку, но не в такой степени, как сам Адам. Более легкое, но не такое как остальные ангелы в раю. В городе из чистого света мало кто был фанатом подобного, скорее все склонялись к чему то более популярному и слишком простому. Похожая параллель проходила на земле, что до жути бесило Адама. Он обожал земных рок-исполнителей и действительно считал их музыку очень хорошей, возможно, даже получше чем то, что пишут в раю. И это тоже его сильно злило. А ангел продолжал дергать за струны, перебирать аккорды, что привлекло внимание Лют. В обстановке с одной из ее любимых песен работать было намного комфортнее и приятнее, нежели слушать перебор и звук рвущихся струн и недовольных мычаний Адама. Резко заглушив струны и убрав руку с грифа тот с недоумением взглянул на Лют. — Ты чего? — Ничего, — Лют снова уткнулась в отчеты о потерях ангельского оружия, экзорцистов, финансах и о всем, что касалось бы ежегодного истребления. — Тебе песня понравилась, аа, Лют? Я ведь вижу, что понравилась, — Адам заулыбался и подошел ближе к одинокому столу, стоящему по середине длинного зала с книгами и папками документов. Это было вроде библиотеки, но позже перешло во владения Лют, где она каждый божий месяц пишет отчеты связанные с ангельской армией, — понравилась ведь, ну понравилась, Лют! — Понравилась, сэр, но могу я закончить отчеты? — недовольно пробубнила Лют, снимая очки. У нее было очень хреновое зрение. — Ты пиздецки нудная, Лют. Забей уже давай я кого нибудь запрягу это делать, а? А мы с тобой пойдем куда нибудь, сечешь? — Сэр. — Адам! — Ангел выкрикнул свое имя подбегая к двери и жестом звал Лют с собой. Какой соблазн. Лют встала из за стола и медленным шагом направилась за Адамом. Находясь в раю маску она не надевала, не видела потребности в этом. А вот Адам наоборот, сохранял некую анонимность и снимал маску только дома. Ведь если он снимет маску в раю, сколько сучек захотят его? Идя уже по розовому от облаков и вечера раю Лют все же решила спросить. —Сэр, извините, но куда мы идём? — Лют была довольно смущена от такого, а Адам наклонил голову вбок поставив под нее руку. — Не знаю. А хочешь ты? — Если честно, то домой, — и действительно, в глазах Лют виднелась усталость. Она хотела принять горизонтальное положение уже вторые сутки, но никак не удавалось из за большого количества работы. — Скучная! — выкрикнул Адам и быстро взъерошил ее волосы, — пойдём. Адам крепко взял ее за руку и повел дальше, по главной из райских улиц. По середине пути он перестал так крепко держать ее запястье, и быстро шел позабыв о крыльях. А Лют и не собиралась напоминать. Он держит ее за руку, может он сжимал он и больно, но держал ведь Адам, тот, перед кем устоять она явно не могла. — Здесь, — ангел резко остановился, что вернуло Лют в реальность. Но и ответить она не успела. Конкретно этот магазин ангельского оружия Лют видела ежедневно когда шла после очередного конченого рабочего дня. Но даже дикая усталость не могла ее заставить пройти мимо огромного, золотого топора, смотрящего на нее из за витрины. Вернее золотом была покрыта режущая часть и некоторые детали на ручке, но это и не делало его хуже, наоборот красивее. Ценник зашкаливал и Лют все проходила мимо. — Постоишь минутку, сисястая? — вкинул Адам обращаясь к Лют. Та не стала ничего отвечать и лишь кивнула, снова подойдя к витрине, где стоял её топор. Она давно пометила его, как «свой» ведь оставалось совсем немного отложить денег на него. Но через мгновение долгожданная вещь оказалась в ее руках, все еще с ценником, который Адам забыл отодрать. Бешеных райских денег стоил этот сплав металлов, но зато каких. Вообще это не было чем то вроде «подарка» скорее вынужденная покупка, ведь Лют было довольно тяжело носиться по аду, убивая грешников с двумя маленькими мечами. Демоны убегали, прятались, поэтому Адам считал, что с таким крутым топором будет больше толку. Неловкое молчание. Лют быстро пыталась стереть слезы со своего лица, чтобы дотерпеть до дома. — Не тяжелый хоть, а Лют? Лю-ют? — тот положил руку ей на плечо и наклонился чтобы посмотреть в лицо. Но поняв, что Лют уже была голова заплакать в голос от накопившихся внутри чувств, от усталости, от приятных подарков, от своей работы и жизни. Адам все понял и взяв свободную руку Лют повел её до дома. Экзорцистка не помнила, как оказалась на своей кровати. Но отчетливо помнила тень, томно ложащуюся на нее, помнила сильные руки сжимавшие ее бедра и ноги. Но она никогда не забудет ни свой, ни его облик того вечера. Оба слишком измотаны но очень желавшие грубого и непристойного, оба с горящими чувствами. Лют сама тянулась к его шее вырисовывая понятные только ей узоры языком, при всем этом легонько покусывая и оставляя алые следы от зубов. Экзорцистка находилась сверху, что давало ей больше возможностей и контроля, но быть «снизу» Адам очень не любил, поэтому пытался выбраться. К сожалению крепкая хватка Лют не дала ему этого сделать, поэтому Адам послушно остался полулежа с ангелом на себе. От приятных чувств крылья слегка подергивались у обоих, что опять нервировало Адама, слишком легко было заметно его реакцию на прикосновения Лют. Ему надоело. Когда укусы ощутимо стали прекращаться он взял ее за обе щеки и стал жадно целовать, как в последний раз, при этом наваливаясь на нее, чтобы точно оказаться сверху, в доминантной позиции. План удался и ангел стянул последнюю часть одежды с Лют, а именно юбку, оставляя ее только в нижнем белье. Сея дорожку из поцелуев на шее и до ключиц экзорцист спускался ниже, принимаясь выцеловывать живот. Адам слабо раздвинул ноги Лют, быстро пролезая меж них. Легонько прикоснувшись к намокшему от прелюдий нижнему белью провел по нему средним пальцем, вызывая у экзорцистки легкий румянец и тихий всхлип. Поняв, что можно идти дальше Адам стянул с нее нижнее белье вовсе. — Сэр, — Лют была слишком смущена и возбуждена, чтобы как то противиться боссу, а хотя хотелось. Она не желала быть вытраханной собственным начальником, но вспоминая кто ее начальник такие мысли быстро улетучивались и она начинала желать этого как ничто другое. Адам не ответил, только протяжно промычал. Смазки не было, оставался лишь один презерватив, ведь остальные три ангел давно потратил с ней же. Но на зло он находился не с ним сейчас. Последняя надежда оставалась на прикованную тумбочку Лют, там точно будут - ангел надеялся. Вставив один, средний палец, он начал слегка его двигать внутри нее, дабы Лют привыкла. Буквально через секунд пятнадцать Адам слышит протяжное : — Второй Лют насаживалась на пальцы сама, слегка двигая бедрами на встречу Адаму. Третий он вставляет уже без ее помощи. Вытащив все три пальца экзорцистка ощутила опустошение внутри себя. Откинув голову назад она слышит движение чужого тела, Адам, который тянется к тумбочке Лют. Там точно должны быть презервативы. И он оказывается прав, на удачу даже пару штук. Вытащив один квадратик ангел приспускает нижнее белье, разрывает упаковку и раскатывает контрацептив по всей длине. Адам ничего не говорит, лишь снова касаясь ее бедер приводит Лют в чувства. Он наклонился к ней ближе, чтобы ангел могла обхватить его спину обеими руками. Адам начал входить небольшими толчками каждый раз спрашивая на ушко все ли в порядке, а она никогда не отвечала, лишь довольно мычала в ответ. Ощутив желанное давление по всему члену Адам тоже не мог сдержаться и тихо простонал. Потихоньку ангел стал набирать темп, то ускоряясь, то наоборот замедляясь, давая Лют привыкнуть. Он себя довольно сильно сдерживал, боялся навредить, что с ним бывает редко. Ангел вытащил член и в очередной раз спросив все ли в порядке. Но в ответ он слышит лишь протяжное : — Адам, не сдерживайся, я не сломаюсь. Внутри Адама как будто что-то взорвалось. От этих слов здравый рассудок был засунут глубоко внутрь. А на данный момент только животные инстинкты. Адам вошел быстро и резко, выбивая весь воздух из легких Лют, быстро сорвавшись на более быстрый темп. Он уже забыл о существовании нежности и нежного секса, Адам буквально вдалбливал помощницу в кровать, параллельно сжимая бедра, грудь и жадно целуя губы, переходя ниже. Ангел грубо целовал и покусывал шею, оставляя ярко-красные следы от укусов, а позже зацеловывая их, как бы извиняясь. Во время процесса Лют молила Адама не прекращать, что заводило и возбуждало ангела с новой силой. С каждым разом возбуждение росло у обоих, помощница стонала громче, громче умоляла, громче просила. На уголках глаз образовались небольшие капли слез. Лют не было больно, она привыкла к члену внутри себя уже давно, была прилично растянула, да и действия Адама не были такими уж и зверскими. Скорее это было что-то за гранью, слишком приятно. В чувства экзорцистку приводит чувство скорого окончания, через мгновение тело слегка напрягается в предоргазменной дрожи и Лют кончает, срываясь на громкий стон, Адаму хватает еще пары толчков и он тоже себя не сдерживает и протяжно стонет, но слегка тише. Горячая жидкость вливается внутрь, Лют выгибает поясницу. — Извини, — шепчет Адам.