Глава 18. Убежище

      Они проснулись за час до рассвета, чтобы преодолеть часть пути ещё до наступления светлой части дня. Крепкий мороз протянулся колючим терном, цепляясь за их руки и ноги в попытке сковать на месте. Сакура послушно следовала за Какаши, глядя как легко двигается закаленная в тренировках фигура, будто ему любые преграды не становили и малейшего неудобства.       Приблизительный план был не слишком сложным, если кратко: пришел, увидел, победил. Они направлялись в сторону четвертого, самого большого убежища. Когда успешно удалось преодолеть почти все расстояние, двое шиноби достигли границ деревни. Сакура видела черные тени, что быстро пробирались между домами, но они не представляли опасности, пока Харуно видела своего противника и более того, могла без проблем вычислить его местоположение в любой момент, когда была достаточно сосредоточена.       Они почти без преград пробирались по крышам домов. Несколько смельчаков пытались им помешать, но Какаши не давал монстрам и шанса, сразу разрубая на части. Пришлось спуститься на землю, становясь более доступной целью, когда они стали приближаться к горе, где и находилось убежище. Было тихо как в гробу и даже случайных «прохожих» не обнаружилось на горизонте. Это немного настораживало. Когда же они уже должны были завернуть за горный выступ и увидеть основу сооружения, Какаши резко протянул руку и остановил Харуно, пряча себе за спину. Хатаке показал, что они отступают, и двое двигались, пока не взобрались на гору. Картина, что предстала перед ними, действительно поразила Сакуру.       Перед глазами было абсолютно чисто. Ни души, но на снегу оставались множество следов, будто толпы людей долгое время ходили здесь. Особенно много их было перед входом в убежище. Они будто чувствовали, что там находится жизнь. Снег перед большим камнем, что служил дверью, напоминал гололед, утоптанный до блестящей корочки. На камне было множество царапин, тонких и длинных, следы какой-то грязи и разводы. Похоже, будто они скреблись, пытаясь попасть внутрь. Когда Сакура уже собиралась открыть рот, чтобы высказать свои впечатления, Какаши приказал замолчать, и указал в сторону пальцем. На первый взгляд ничего не было видно. Харуно присмотрелась внимательней. Возле входа скалы возвышались немного в воздухе, будто выступая внутрь открытой площадки перед убежищем, между землей и скалой находилось пространство не более полутора-двух сяку в длину. Оно тонуло в темноте. Скала бросала глубокую тень под собой, было сумрачно, потому становилось трудно рассмотреть сокрытые детали. Глаза девушки широко раскрылись, когда она увидела там движение. Множество тел едва заметно шевелились, Сакура стала замечать пальцы и раскрытые рты, искаженные выражения лиц во мраке, неестественно согнутые тела. Оказалось, что все пространство под скалами, неизвестно насколько глубоко внутрь на самом деле, было укрыто мертвыми, но каким-то образом живыми человеческими телами.       В груди Харуно все похолодело в один момент. Она вцепилась в плащ Какаши, сжимая тот в руке. Сейчас храбрая куноичи действительно напоминала испугавшегося ребенка. Такой, какой и выглядела, едва достигая ростом груди молодого мужчины, хрупкая и маленькая.       Хатаке бросил взгляд вниз, оглядев ученицу. Здесь не было особой проблемы, но расположение оставалось не самым лучшим. Он активировал шаринган, и увидел множество людей внутри убежища, а также почти ровное количество под скалами. Некоторые замерли, а другие двигались. Им не нужен был воздух или пространство, чтобы продвигаться. Тела под скалой искали лазейку, чтобы проникнуть внутрь пещеры, не в силах зайти через главный вход. Это был только вопрос времени, когда такая найдется, или они просто создадут её сами.       Техники широкого диапазона подвергнут опасности людей внутри, ведь если он направит их на мертвецов, то может пошатнуть основание скалы, и тогда та просто обрушится. Техники более узкого диапазона действия будут не слишком эффективны, и монстры смогут окружить их раньше, чем они перебьют их всех. Скалы располагались полукольцом и выглядели клещами чудовища, готового отобрать человеческие жизни. Созданные для того, чтобы защитить, теперь они стали ловушкой. Одни не могут выйти, а другие войти. Если проход откроется, монстры ринутся внутрь и начнется хаос. Возможно, именно потому они и не встречали ни души. Все, кто успел спрятаться, оказались в ловушке, намного хуже, чем если бы просто остались снаружи.       Они специально пришли днем, надеясь застать монстров, когда те были слабы, но в результате все равно должны будут дожидаться захода солнца, чтобы монстры стали вылазить из своего укрытия. Судя по оставленным следам, они все же не постоянно прятались под скалами, а делали новые попытки разрушить камень у входа.       Какаши притянул Харуно ближе.       — Мы подождем ночи, — прошептал он, поглядывая на девушку. — Нужно, чтобы они все вылезли наружу, насколько это возможно.       — А если запустить под скалы воду, например? — предположила Харуно, немного знакомая с диапазоном техник Какаши. Сама же она была почти что бесполезной. Её грубая сила не подходила для спасения, разве что для разрушения. А завалить людей обломками разрушенной скалы — это последнее, что она хотела.       — Они мертвецы, и вряд ли утопятся, — ответил Хатаке, — зато вода может проникнуть в убежище, размывая почву и тогда им будет легче пробраться под скалой внутрь.       — Там есть ход? — удивилась Сакура.       — Конечно, но они пока что не достигли его. Это только вопрос времени, когда это случится, если ничего не делать.       — А заморозить воду не выйдет? — спросила Харуно, вспоминая их бой с Хаку и Забузой. Наверняка Какаши мог скопировать их техники.       — Я мало тренировал их, — признался мужчина, — но даже если и попробовать, как достать их после? Они все еще будут недоступны для уничтожения.       — Потому в любом случае придется ждать? — задала риторический вопрос Харуно. Учитель утвердительно кивнул. Сакура задумалась снова, но поняла, что никакой новой чудесной идеи так и не приходит на ум. Она подавлено вздохнула. — Если бы я могла выстоять в огне, тогда стала бы хорошей приманкой, а так от меня нет никакого проку, — проговорила она свои мысли вслух.       Хатаке внимательно смотрел на её лицо.       — Это возможно, но нужно больше тренироваться, — сказал Какаши. Он прекрасно понимал, о чем говорила маленькая куноичи. — Как ты можешь защитить себя от холода, так и от жара, если научишься создавать щит вокруг своего тела.       Сакура пораженно посмотрела на мужчину.       — Это возможно?       Он кивнул.       — Необходим очень тонкий контроль чакры. Для медика это может быть доступно, мне же, например, проще использовать другие техники для защиты от огня.       Сакура задумалась.       — Я могу потренироваться сейчас, — заявила уверено Харуно, — в любом случае придется ждать.       — Ты истощишь свои запасы чакры.       — А какая от них польза сейчас?       — Говоришь так, будто считаешь себя бесполезной, — произнес прищурившись Хатаке, глядя прямо в глаза Сакуре.       Харуно задумалась о том, какую пользу она смогла принести в этом мире, и не нашлось ничего.       — А разве это не так, сенсей? Я даже развлечь вас не могу, — горько сказала она.       — Ты не шут, а шиноби, — нахмурился Какаши. Ему очень не понравилось то, что она наговорила на себя.       Сакура почувствовала себя пристыженной. А кем она была все это время, только путаясь под ногами героев этого мира? Едва ли принесла значимую пользу или вклад. Харуно всегда ощущала себя не более чем нелепым дополнением для двоих значимых фигур. Сейчас же её статус стал еще ниже, ведь она была только грузом, который тащил за собой Какаши все это время. С тем же успехом она могла и вовсе не возрождаться, или остаться в доме, просто дожидаясь его после миссии.       Хатаке видел, как мысли отображаются в её выражении также ясно, как тени летним днем на поверхности воды.       — Ты хочешь стать сильнее? Какая твоя самая большая мечта? — спросил Какаши, заглядывая в зеленые глаза девушки. — Что позволило тебе бы почувствовать себя достаточно важной? Спасение мира? Любовь Учихи или же уничтожение какой-то страны? — его взгляд был пристальным и проницательным. Мужчина будто кочергой ворошил угли в её открытой ране, не стесняясь причинённой боли. — Какие цели ты преследуешь, идя за ними или за мной?       Глаза девушки широко раскрылись. Эти вопросы сильно поразили её. Не раз она думала о своих целях, но так и не смогла прийти к одному, что бы достаточно удовлетворило её. Она говорила себе, что достаточно быть им надежной поддержкой, достаточно уметь исцелять их раны… Но исцелила ли она хоть одну достаточно серьезную? Те были сокрыты глубоко внутри парней, и Харуно совсем не могла дотянуться к ним, сколько бы не пыталась. Разве что нанести новые, тому же Наруто…       Достаточно следовать за шишо и быть такой же сильной и умелой женщиной, как она, но была ли Харуно Сакура хотя бы с каплю похожей на ту, кто реформировал систему медицинской помощи населению, создавал новые техники и занял пост Хокаге?       Достаточно беречь то, что имеешь, не гоняясь за невозможным, так? Но разве не это она делала постоянно? С того времени, как в её голове возникли все эти странные мысли, она молча следовала им, и никогда не пыталась посмотреть на все это со стороны. И вот, достаточно было лишь немного приблизиться к Хатаке, как перед её глазами открылась огромная часть полотна, которое, как она думала, видит полностью…       Чего же Харуно Сакура хочет на самом деле?..       — Я всегда хочу невозможного… — пробубнила девушка себе под нос.       — Так почему бы не сделать это возможным своими руками? — тихо спросил Какаши. — Ты думаешь, что — посредственность, но твои поступки говорят о другом. Подумай вот о чем, я бы никогда не позволил быть моей ученицей той, кто слаб. Цунаде также благотворительностью не отличается, она очень азартный игрок. В тебе сокрыто больше сил и способностей, чем ты можешь себе представить, — он ткнул пальцем в центр её грудной клетки, — но только ты сама проводишь границу своих возможностей. Хатаке отодвинулся. — Мы уничтожим этих монстров, а после посмотрим, что же из всего этого выйдет.       Сказав это, Хатаке, сел и погрузился в медитацию, накапливая чакру и ожидая, когда солнце вновь склонится к горизонту.       Зимние дни были короткими, а ночи длинными и темными. Прошло не слишком много времени, как сумерки стали сгущаться. Они сидели вместе, сохраняя тепло в телах и молчание в сердце, каждый размышляя о своем.       — Вы планируете сжечь их? — повернув голову, Сакура увидела, как мертвецы стали помалу показываться из своих нор. Они находились на возвышенности, и Харуно в самом деле была рада этому, когда наблюдала за тем, как-то, что раньше было человеком, изворачивалось словно насекомое или уж, неестественно сгибаясь всем телом и цепляясь конечностями, вывернутыми в другую сторону, хватаясь за края скалы, они выбирались наружу. Один за другим, выползая, заполняя собой небольшое ущелье. Харуно и подумать не могла, что их было там столько!       Твари сразу направлялись в сторону двери и, карабкаясь друг на друга, царапали камень, били по нему кулаками. Разъедающий мозг скрежет раздался по округе. Сакуре казалось, будто этим противным звуком они выцарапывали её последние крупицы терпения и спокойствия.       Тревога от видимой картины и слышимых звуков становилась все более определенной. Харуно не хотела, чтобы Какаши вступал с ними в бой, даже зная, что этим они спасают многих заключенных внутри скалы.       Хатаке поднялся, осматривая обстановку своим шаринганом. Почти все были снаружи, тогда он создал стену из земли, активируя свою технику. Перекрыв единственный путь побега, Какаши создал котел, в котором он намерен был сжечь мертвецов под чистую.       Вдохнув на полную грудь, Хатаке почти незаметно глазу сложил печати и выдохнул огонь. Это была техника огненного пламени, что зажгла фитили внутри его искусственной свечи.       Криками и рычанием наполнилось ущелье вместе с жаром огня от техники Какаши. Они сгорали, пока Хатаке высвобождал все больше чакры, намеренный сжечь в пепел этих мертвецов, поддав их кремации.       Весь окружающий мир наполнился жаром и оранжевым светом. Сакура сделала шаг назад, не в силах терпеть слишком высокую температуру. Её конечности покалывало от внезапного тепла. Она смотрела на спину мужчины, что извергал огонь, подобно дракону и ощутила восхищение всем своем сердцем. Сколько же всего он умел. Глядя, как искусно Какаши использует технику огня, Сакура не сомневалась в том, что он в самом деле владел тысячью техник. Сколько же разных стихий сенсей мог использовать? Если подсчитать: стихии молнии, воды, земли, огня и ветра. Выходит, он владел всеми пятью основными? Разве такое возможно? Разве может быть один человек настолько искусным?       Хатаке прекратил использовать технику. Он повернулся, чтобы посмотреть в порядке ли Сакура. Она подошла ближе и взглянула вниз. Умирающие люди внизу вертелись, точно змеи на сковороде.       Какаши хотел отодвинуть Харуно обратно себе за спину, но, поднеся свою руку в воздух, опустил обратно. Как бы он не хотел защитить Сакуру, видеть то, что должен видеть шиноби, он в любом случае не мог оградить её от всего. Если девушка сможет закалить свое сердце, то и её ум станет прочнее.       — Сейчас мы спустимся, чтобы добить их, — сказал Хатаке, глядя на ученицу. — Будь осторожной и смотри в оба, они все еще будут вылазить из-под скалы, — с этими словами мужчина вручил её свой танто. — Направь чакру в меч, так будет легче отрубить голову. Ты сможешь это сделать? — он заглянул в лицо Харуно.       — Я шиноби по-вашему или кто? — насупилась Сакура, недовольная таким отношением к своей «хрупкой» душевной организации.       — Тогда пошли, — сказал сенсей и первым спрыгнул вниз. Он стал искусно орудовать лезвием, что создал буквально из ветра, снося монстрам головы. Сакура последовала за ним и также принялась за дело. Сначала выходило не очень хорошо, но после она настроилась и просто сделала танто продолжением своего медицинского скальпеля, с того времени все стало намного проще. Сакура не воспринимала их, как людей, скорее, как мертвецов, которым она должна была помочь уйти на покой. Пока ученица убивала одного, учитель укладывал троих, а то и четверых. Харуно краем глаза наблюдала за обстановкой и его легкими движениями. Было заметно невооружённым глазом, как много времени Какаши уделил тренировкам с мечом. Глядя на такого сенсея, Сакура задумалась о том, а почему она не училась у него этому раньше? На что тратила свое время, когда у неё была возможность донимать сенсея после создания команды номер семь едва ли не каждый день? Ох да, Саске, она думала только о нем, как же об этом можно было забыть…       — Сосредоточься, Сакура, — Какаши сделал выпад в её сторону и оттолкнул мертвеца, что собирался вонзиться ей прямо в плечо со спины. Одним плавным движением он обошел девушку по кругу и снег ему голову. — Стань ко мне спиной, — скомандовал, и Харуно сразу же исполнила.       Она больше не отвлекалась на сторонние мысли и сосредоточилась на том, чтобы просто механически уничтожать врагов. Как оказалось, это было весьма изнуряющее занятие, немертвых появлялось достаточно много, а они работали только вдвоем. Кто бы мог подумать, что сражать врагов пачками трудновато, когда ты не можешь просто взять и вынести их с одного удара.       Новые враги все вылазили из своей огромной норы, казалось, что та была просто бесконечной, ведь уже не было места под ногами, куда стать так, чтобы ни на кого не наступить, но они все лезли и лезли. По земле расползались пятна в виде кроваво-черной жижи, их одежда и руки были испачканы ею. Вонь горелой плоти и крови стояла в носу, и Харуно казалось, что она еще долго не сможет забыть этот запах.       Они то прижимались спинами, ну как, кто спиной, а кому приходилось упираться красивой упругой задницей, и это, если что она не о своей. Хоть какой-то плюс был во всем этом беспределе, Сакура Харуно наконец могла вдоволь потереться о задницу своего соблазнительного сенсея. Да если бы Ино узнала об этом, она бы стопудово грохнулась в обморок от зависти!       Сакура улыбалась, внезапно подумав об этом, и Хатаке, что увидел её такой, с легкой улыбкой, окровавленной, кромсающей своих врагов. Что-то в его сердце вздрогнуло, и какое-то время он все искал краем взора это выражение её лица. Это была новая, незнакомая ему Сакура, или та, на которую он попросту не обращал внимания раньше. Будто, все это время находясь рядом, они шли параллельными дорогами, никак не пересекаясь. В некоторой степени ему было обидно осознавать это. Как же много он пропустил, думая, что ему не было к этому никакого дела, а теперь… Какаши хотел увидеть это снова и пройти этот путь, смотря внимательнее на неё, запоминая больше деталей, проводя время вместе в тренировках и отдыхе. С какого вообще времени подобные мысли перестали вводить его в тихий шок?..       — Еще осталось немного, — наконец сказал Хатаке, оценив количество врагов под скалой своим шаринганом, — не больше десяти человек.       Сакура улыбнулась шире.       — Я уж думала, что они никогда не закончатся.       Какаши старался убивать новых, когда они только показывались из своего укрытия, но он все равно не мог быть одновременно в нескольких местах, а создавать сейчас клоны было бы скорее глупостью, чем подходящим вариантом, когда они не знали, чем обернется их следующий час.       — Держись возле меня, не отходи, — сказал Хатаке, подмечая, что оставшиеся особи были довольно шустрыми. Они бросались резко и видели в темноте, потому имели некоторое преимущество, а еще не были ослаблены его огнем.       Глаза мужчины расширились, когда он увидел, что один из монстров собирается спрыгнуть сверху.       «Как он вообще там оказался?» — подумал Какаши. Хатаке был уверенный в том, что за время, пока они ждали сумерек, он внимательно осмотрел округу, и никаких монстров поблизости не заметил.       Но, конечно же, что мешало им прийти сюда, услышав шум, увидев свет от их сражения. Он слишком сосредоточился на бое и упустил эту возможность.       Какаши оттолкнул Сакуру в сторону, а сам сразился с новыми врагами, что стекались теперь сверху. Они внезапно оказалась в слишком невыгодном положении. Хатаке разбирался с ними, больше обращая внимание на то, чтобы не позволить мертвецам добраться до Сакуры, чем на собственную безопасность. К тому же все участки кожи были закрыты одеждой, они специально предусмотрели это, зная, что заражение возможно через попадание инфицированной крови в какую-то случайную рану или порез на теле, пусть и незначительный.       Когда мертвецы наконец закончились, Какаши первым делом подошел и внимательно осмотрел Сакуру. Она предложила просканировать и его тело, но Хатаке просто отмахнулся от этого. Сейчас было задание поважнее.       — Как подать сигнал в убежище? — внезапно осознала Харуно, огласив свои мысли вслух.       Какаши в это время как раз был занят делом. Он достал кусочек свитка, кисть и начертил что-то быстро, макая ту прямиком в человеческую багровую вязкую кровь.       Сакура с широко открытыми глазами пронаблюдала за этим.       — Что вы делаете? — не могла не спросить девушка.       — Пишу послание, — сухо отозвался он.             — Кровью? — её брови взлетели вверх. Она была не в силах сдержать любопытство.       — Ты видишь здесь тушь или что-то еще более подходящее? — взглянул мужчина из-под лба на маленькую куноичи.       — Тогда кому вы пишете? Людям, что находятся в убежище?       — Точно.       — Но как вы туда его доставите? — не прекращала свои расспросы Харуно.       — Сакура, тебе что пять лет? — наконец поднял он полностью глаза, сматывая небольшой свиток. — Подожди и сейчас все увидишь.       Сакура недовольно поджала губы, но все-таки замолчала.       И правда, не прошло и пары минут, как Хатаке стал ощупывать скалу возле камня в поиске нужного отверстия.       — Есть способ доставить это? — не выдержала Харуно и снова заговорила.       — Что же ты такая любопытная, — пробормотал Хатаке, занятый делом, но все же принялся объяснять. — Возле скалы есть небольшое отверстие, что позволит доставить послание, если мне удастся его найти…       — А с шаринганом не видно?       Хатаке аж обернулся к Сакуре, бросая в её сторону скептический взгляд.       — Ты точно работала с Саске в одной команде, или только делала вид? — прямо насмехался сенсей. Сакура не нашлась, что ему возразить. — Я не могу увидеть его с помощью шаригана, как ты уже могла догадаться. Особенность этого убежища в том, что его можно открыть только изнутри… Силой не пробить, о, нашел, — Какаши просунул в маленькое отверстие тонкий свиток. — Письмо прочтут, и тогда откроют нам.       — Так внутри правда есть люди? — казалось, Сакура не могла поверить в это до конца, потому без остановки задавала вопросы.       — Конечно, иначе, зачем бы мы все это делали, — слабо улыбнулся ей сенсей.       Он отступил на безопасное расстояние и утянул за собой Харуно. Вскоре внутри скалы послышался раздражающий уши скрежет, и камень стал понемногу отодвигаться в сторону, открывая им вид на то, что находилось внутри.       Сакура думала, что люди, сломя голову ринуть наружу, но даже когда камень, закрывавший проход, полностью исчез со своего места, никто так и не вышел.       — Что не так? — озадаченно пробормотала Харуно.       — Я бы и сам хотел знать, — отозвался ей тихо Какаши.       Когда он уже собирался войти, из темноты пещеры показался шиноби. Хатаке видел его несколько раз раньше, но не был знаком лично и не знал его имени.       — Вы будете входить, или нет? — спросил мужчина. И глаза двоих человек перед ним удивленно раскрылись.       — Входить? — удивленно спросил Какаши. — Но разве должно быть не наоборот?       Все это выглядело чертовски странно, и казалось разумным войти, чтобы просто узнать больше о произошедшем, но когда он уже собирался открыть рот, сделав шаг вперед, Сакура дернула его за подол плаща, останавливая. В то же время шиноби выставил вперед танто, объявив:       — Если будете входить, для начала проверка.       — Проверка? — он отвернулся от Сакуры, что открыла рот, но так и не издала и звука.       — Рутинная проверка, нет ли укусов и ран, нанесенных мертвецами, — сообщил шиноби.       — Мы не будем входить, — выпалила Харуно даже раньше, чем Хатаке успел открыть свой рот.       — Сакура, нам нужно узнать, о том, что происходит.       — Нет, — девушка помотала головой из стороны в сторону, — нет-нет, мы не пойдем туда, — с жаром заявила Харуно, заглядывая прямиком в глаза Какаши. Он увидел, как там скапливается влага.       — Что с тобой? — озадаченно произнес мужчина.       Сакура сделала шаг назад, утягивая его прочь от пещеры.       — Идем, мы узнаем другим путем. Если они хотят там сидеть, тогда пусть сидят, — пробормотала Харуно себе под нос, силясь сдвинуть Какаши с места.       Шиноби озадаченно переводил взгляд из одного человека перед ним на другого. Он не знал, кто эти люди, и они также не были похожи на отца с ребенком. Мужчина казался слишком юным для этого. Потому в его глазах вся эта картина выглядела еще более странной. Кто вообще захочет жить снаружи, когда они неплохо устроились и внутри? Неужели это были вражеские шпионы, что хотели выманить их наружу?       Он сделал шаг назад, незаметно отступая.       — Если вы не будете входить, тогда я закрывая проход, — сообщил он сухо, а затем его рука сразу же потянулась к рычагу и рванула тот вниз. Скала со скрипом снова начала движение.       — Сакура, скажи мне, что случилось? — озадаченный спросил Хатаке.       — Я не могу сказать, но мы не пойдем туда, сенсей, — отозвалась девушка, смотря на него непривычно жалобным взглядом. С каждой секундой вся эта ситуация становилась все более странной, напоминая немое кино, где режиссёр забыл сказать, какая же роль отводится непосредственно ему. В чем причина внезапных изменений в маленьком режиссёре, Какаши даже представить себе не мог.       — Ладно, — вздохнув, согласился в конце концов Хатаке. А что еще ему оставалось делать? — Скажите хотя бы с вами есть Хокаге, или Наруто Узумаки? — спросил Какаши, снова посмотрев на охранника. Он не мог пойти внутрь, оставив Сакуру, но и вовсе не получить информации было бы совсем обидно.       — Таких людей с нами нет, — отозвался шиноби и камень с грохотанием полностью закрыл проход.       — Грустно… А теперь ты можешь мне сказать, в чем дело? — обернулся снова к Харуно мужчина.       — Идем домой, я расскажу вам там, — Сакура развернулась, направляясь в сторону выхода из деревни.       Когда развалина, что стояла в глубине леса, превратилась в их общий дом, оставалось и вовсе загадкой, сокрытой поза кадром, учитывая, какой хаос творился вокруг. Да и Сакура кроме прочего легче его участь не делала.       — Ладно, домой, так домой, — вздохнул снова Какаши. Он подошел, а затем подхватил девушку на руки. — Не будем задерживаться, — ответил, когда встретил её вопросительный взгляд.       Сакура только фыркнула на это, но попыток опуститься на землю не предпринимала.       — Если они не хотят выходить, то и нам входить туда незачем, — через какое-то время произнесла Харуно, когда они уже скрылись из открытой местности в лесной гуще.       Фигура молодого мужчины, что нес девочку на руках, сливалась из темным сумраком теней, что расползались по земле, будто призраки преисподней. Ночь густая, поглощала силуэты, оставляя после себя только вязкие следы. Они выглядели двумя заблудшими душами, что ошиблись с миром, но продолжали прятаться здесь, за неимением другого выбора.       — Вот только узнать, как обстоят дела, нам все же не помешает, — ответил Хатаке, что живенько, даже после всего их сражения и с ношей на руках, перепрыгивал из дерева на дерево.       — Мы и сами хорошо справляемся, — внезапно возразила Сакура, нахмурившись.       — Что-то слишком неожиданно ты изменила свое мнение, — выразил свои сомнения вслух Хатаке. — Для того есть причина? — Девушка молчала, как будто в рот воды набрала. — Ладно, раз уж ты настаиваешь, тогда, давай поговорим дома, — легко согласился Какаши.       Молчание сохранялось остаток пути среди снежного леса, делая их возвращение скорым и безопасным. Никто на удивление не сел им на хвост, и никакие монстры не пытались отгрызть им голову, сколько бы Хатаке не вглядывался в темень своими алыми глазами с додзюцу.       Когда они прибыли на пустынную опушку у истерзанного временем дома, Сакура продолжала удобно лежать в чужих объятиях. Какаши не придавал этому особого внимания, он вошел в дом со своей ношей и остановился в коридоре, ожидая, когда Харуно сама опуститься на землю, но девушка продолжала сидеть на руках, будто приросла к его телу.       — Слазить не собираешься? — приподнял он одну бровь, глядя на Сакуру сверху-вниз, выказывая этим свое удивление.       — Не хочу, — моргнула Харуно, равнодушно глядя на него в ответ.       — Вот как, — слабая улыбка показалась на губах мужчины. — Тогда и в душ ты отправишься со мной?       — Отправлюсь, — ни секунды раздумий или сомнений в её голосе.       — И позволишь мне увидеть себя обнаженной? — тихо спросил Какаши, специально пытаясь вынудить девушку убежать от него прочь. Не то чтобы она мешала, но ему все еще следовало подготовить дом.       В этот раз молчание затянулось. Вместо ответа Сакура прижалась к его груди и крепче обняла за шею.       — Я не хочу, чтобы вы куда-то уходили, — прошептала Харуно.       — Кажется мне, что ты ведешь себя избаловано, когда устала, — усмехнулся Хатаке, которому удалось открыть её маленький секрет.       — Неправда, — Сакура в отрицание его слов помотала головой из стороны в сторону.       — Тогда пойдем спать прямо так, грязными, заляпанные с головы до ног кровью мертвецов.       Куноичи недовольно вздохнула и все-таки опустилась на землю.       — Для начала примем душ вместе, — важно заявила Харуно, заглядывая в лицо Хатаке. — И отказ не принимается. Вы сами предложили.       Какаши смотрел на неё какое-то время. Он обхватил её лицо снизу своей большой ладонью, приподнимая к себе.       — Хорошо, если ты так этого хочешь. Иди приготовь одежду, а я пока подогрею воду.       Хатаке отпустил её подбородок и ушел, а Сакура осталась стоять на месте, будто в землю вкопанная. Как-то, к такому повороту она оказалась абсолютно не готовой.