7. Воссоединение

Мелисса думала, что сойдет с ума. Ее сердце, ее беспокойное глупое сердце то билось, как оголделое, то замирало, готовое умереть. Наина похитили пару недель назад, и никаких вестей не было до этого утра. Мелисса получила письмо с требованием выкупа и готова была поклясться, что продаст имение, если того потребуют похитители. Только бы вернуть Наина обратно. Только бы вернуть ее нежного, любимого… Наверняка напуганного мужчину домой. Она даже думать боялась о том, что там с ним могли делать. Она жадно вдохнула, передавая письмо Йоне. Экономка вскинула брови, словно в удивлении. Зная мисс Вайтфолл, это маловероятно, но все же. — Судя по всему, тот, кто это отправил, очень хорошо осведомлен о ваших с… Наином отношениях, — сухо заметила она, с секундным беспокойством взглянув на герцогиню. — Да кто угодно, бывавший на нашей свадьбе или хотя бы слышавший о ней, осведомлен о наших отношениях, — огрызнулась Мелисса, закрыв ладонью лицо. — Готовь сумму Йона. Выезжаем немедленно. — Она немаленькая, — снова бесстрастно отметила она. — Вижу, спасибо, — Мелисса чувствовала, как сердце снова наращивает свой ритм. Неужели сегодня она вернет его? Укутает в объятия? Коснется любимого лица? — Быстрее! — рявкнула она топтавшемуся рядом кучеру, и мальчишка испуганно сиганул в конюшни. — Сохраняйте спокойствие. Мы вообще не уверены, не ловушка ли это? — Не хочешь, можешь остаться здесь, — холодно заявила Мелисса, мгновенно решая ехать на легке. — Пересчитаю выкуп, — с этими словами Йона направилась прочь, оставляя герцогиню на совесть самой себе. Две недели минуло с того утра, в которое Мелисса осталась совсем одна посреди людного города. Она даже представить не могла, как обратившегося волка могли так быстро похитить, поэтому была уверенна в жуткой правде — тот, кто на это решился, сделал Наину очень-очень больно. Мелисса сморгнула горячие слезы, искривив губы. Она передаст выкуп. И отрежет голову всем, кто в этом участвовал, замаринует и подаст Наину на ужин. Выступили против воли герцогини Подебрат — готовьтесь к смерти. — Ироды, — прошептала она, поправляя меч. Взглянула в зеркало. Уставшая, лохматая, худая и злая — такой она была на протяжении всех тех дней, проведенных в одиночестве. Обнажи клыки, и — львица, после голодного сезона. Готовая порвать кого угодно на мелкие кусочки. Она ведь бросила все свои силы на его поиски. Подключила императорскую гвардию, любезно предоставленную лично Ианом. Даже брат вернулся из своего бессрочного отпуска, чтобы помочь… И Джек, этот заносчивый оборотень проявил сострадание к ее трагедии. Катрена. Юри и дом Элизабет. Мелисса рвала на голове волосы, выступая во главе своего маленького поискового отряда, прочесывая все империю с востока на запад и с севера на юг. Такой беспомощной она себя не чувствовала даже в первые дни своего пребывания в новом теле. Чертовка. Пресловутая герцогиня Подебрат, которая готова была вот-вот распасться на части. — Знаете что, — это Йона вернулась, волоча за собой сундук с выкупом. — Я заметила, и это уж точно обыкновенное совпадение, но цена выкупа до копеечки совпадает со штрафом, который вы заставили выплатить компанию Пикок месяц назад. — К чему ты клонишь? — быстро спросила Мелисса, судорожно соображая. — К тому, что вся эта ситуация похожа на возмездие, Ваше Светлейшество, — экономка наклонила голову на бок, демонстративно выгнув левую бровь. — Сукин сын, — прошептала она, когда до нее дошел смысл сказанных слов. — Сукин ты сын, Пикок Мелоди, я тебе потроха выпущу! — рявкнула Мелисса в пустоту, зашагав из комнаты. — Йона, за мной! — Только не уничтожьте при этом всю Империю, — вставила она, вызвав у герцогини истерический смех. — Смеешься надо мной? Да что ты понимаешь! — Цена залога, на который я копила, был намного больше. И да, я знаю, что говорю, — бесстрастно ответила Йона, обогнав ее. — Знаю, что значит жить ради свободы другого. И не стойте столбом, Ваше Светлейшество, — мисс Вайтфолл исчезла в парадной, а Мелисса едва оправилась от ее слов, бросившись следом. Подумает над смыслом ее слов чуть позже. Когда Наин будет в безопасности, например. До назначенного места домчались достаточно быстро, и Мелисса едва ли не вопила от нетерпения. Руки чесались схватить меч и избавиться от всякого, кто вздумает принять выкуп за подобную гнусность. Всех засудит на имперском уровне. Сам Иан пусть выступает судьей, а она будет стоять рядом с ним и шептать ему на ухо свою волю. Никто не получит ее жалости и снисхождения. Чертовка Подебрат напомнит, кто главная злодейка этой истории. Но перед всем этим она отвезет Наина домой. Уверит его, что теперь все будет хорошо, и больше никто не посмеет ему навредить. Только бы с ним все было хорошо. Только бы Мелиссе не пришлось его склеивать по кусочкам. Если это правда Пикок, он придумал самый изощренный способ, чтобы доставить Мелиссе немыслимые мучения. Она свернет ему голову. О, она клянется, что не оставит от него живого места. — На месте, — сухо объявила Йона, и на ее лице застыла стальная уверенность. Мелисса невольно возгордилась ею, пообещав себе, что после рассыплется в благодарностях за то, что она всегда оставалась рядом с нею все эти непростые дни, оказывая своеобразную поддержку. Без ее равнодушного спокойствия, Мелисса бы давно сошла с ума. Поляна возле заброшенных шахт была безлюда и пуста. Герцогиня крепче сжала рукоять меча, сощурив глаза, вглядываясь в зияющую пустоту раззявленной пасти пещеры. Сердце колотилось на уровне сердца, готовое разбить грудную клетку и разорвать трахеи. Мелисса сцепила зубы, ногой подопнув сундук с выкупом на середину поляны и призывно раскрыла крышку. — Эй, ублюдки! — крикнула она, пытаясь не зарычать. — Забирайте деньги и верните Наина! — Убери меч! — тут же донеслось из темноты, и Мелисса сиесекундно передала артефакт Йоне, шагнув вперед. Первым она увидела человека в маске и едва удержалась от зловещей ухмылки — человек Пикока. Йона умница, быстро сложила два плюс два. Мысль о том, что Наин две недели пробыл под колпаком у этого извращенца, резанула изнутри. Если бы мысли могли ранить, Мелисса бы прямо сейчас истекла бровью, но вместо этого она сжала ладони в кулаки, избразив на своем лице холодную ненависть. Она разберется со всеми, но позже. Однако уже следующее зрелище заставило ее колени подрагивать, а все краски схлынуть с лица. Наин. Обнаженный, обезображенный Наин, который был так бессилен, что его достаточно было держать за волосы, чтобы контролировать. Мелисса застыла бледной статуей, с ужасом смотря на натертые от кандалов шею и запястья. Но хуже бесчисленных синяков и кровоподтеков было то, что происходило промеж его ног. — Я убью вас, — тихо сказала Мелисса, потянувшись к мечу, но схватила только пустоту. — Я убью вас! — Тише, герцогиня, — ухмыльнулся безликий человек. — Хочешь обратно свою псину? Тогда успокойся. Наин глухо застонал, потянувшись за ее голосом, но сумел только дернуться и получил удар под бок. Мелисса всхлипнула, бессильная, чтобы оторваться от созерцания красной, натертой кожи паха. Следы от веревок красноречиво говорили о том, что делали с опухшим болезненно мягким членом. Она даже представить не могла, что увидит нечто подобное когда-нибудь в жизни. Страшно. Ей было так страшно. Рядом тихо выругалась Йона, но вопреки всему тактично отвела глаза в сторону. Как и все, кто высказал желание поехать вместе с герцогиней. Смотрели только Мелисса и почти мертвый палач. Она убьет его собственными руками. — Нравится? — Я убью тебя, — рычаще пообещала она, шумно выдохнув. Наин снова дернулся, приглушенно заскулив. — Отпусти. — Занеси сундук внутрь, — он кивнул в сторону пещеры. — Но сначала пересчитай все. Прямо сейчас. — Там девять тысяч монет! — Прямо. Сейчас. Мелисса опустилась на колени. Руки ее дрожали, монеты то и дело выскальзывали из рук. А перед глазами стояла изувеченная плоть и дорожки крови, застывшие между ног. Ей не нужно было долго думать, откуда вытекала кровь. Мелисса досчитала до пяти тысяч, когда палачу стало скучно и тот начал водить клинком по искусанной шеи Наина. Тот глухо сглатывал. Герцогиня закусила губу. — Прекрати. — Считай быстрее. — Ты не жилец. — Попытаешься убить меня — мои ребята застрелят и тебя, и твою собаку, чертовка. Мы не одни в этом лесу. — Сдохни! — А ты считай. Ты возомнила себя самой умной, но только посмотри, какая ты жалкая и бессильная, — палач надавил острием на кожу, и Наин болезненно застонал. Голос его был сорван, видимо, от оглушительных криков в процессе… Мелисса не знала, какое слово здесь подойдет больше — пытки или изнасилование. Ровно девять тысяч монет. Человек в маске удовлетворенно хмыкнул, наблюдая за тем, как Мелисса оттаскивает сундук куда-то вглубь пещеры. Не могла она думать о мести. Не сейчас, когда сердце застыло в страхе за родного человека. Только бы прижать к себе, вернуть домой, залечить каждую рану. Она снова сморгнула слезы, возвращаясь на поляну. На ее лице застыла маска ярости. Палач громко ухмыльнулся, сильнее натянув грязные лазурные волосы, демонстративно случайно толкнув Наина вперед, и тот упал с глухим треском промежностью на какие-то земляные комья. Застонал. Мелисса бросилась к нему, уже не отображая, куда исчезает сообщник Пикока. В ней кипела ненависть. Она уже заметила троих стрелков среди древесных крон. Джейк тоже их заметил, расстреляв всех за пару недолгих секунд. Мелисса вскинула руку, и Йона швырнула ей меч. Герцогиня бросилась во тьму пещеры, но ни палача, ни сундука уже не было. Сбежал. А может, их было намного больше. Найдет. Она их всех обязательно найдет. Мелисса вернулась к поляне. Йона с явным сожалением, таким несвойственным для ее лица, стояла над съежившимся на земле Наином с кипой одежды и не решалась предпринять хоть что-то. Мелисса шумно выдохнула, сунула меч в ножны, и упала перед ним на колени, наконец, дав волю слезам. — Наин, — зашептала она, осторожно касаясь его плечо. — Наин. Я подниму тебя, хорошо? Поедем домой. — Мелисса, — голос хриплый и слабый. Родной. Герцогиня осторожно подхватила его на руки, вытерпев болезненный стон, зашагала к карете. Такой худой и легкий, боже.

***

Лекарей он к себе не подпустил. Юри выдала какую-то чудо-мазь, прочитав длинную лекцию о том, как ею пользоваться. Даже научила Мелиссу базовым заклинаниям, которые следует читать, нанося средства. Ее природной магии должно будет хватить на такое слабое волшебство. И хватит. В Мелиссе сейчас было магии столько, что хоть отбавляй. Она зашла в комнату, чувствуя, как внутри все переворачивается от тупой боли. Наин лежал на кровати в скрюченной неудобной позе, зажав обе ладони между ног. Мелисса почувствовала, как подкосились ноги, но подошла к нему, изобразив на своем лице полнейшую уверенность. Не время давать слабину. Только не сейчас. Она осторожно села рядом, и Наин поднял на нее взгляд. Среди бесконечной пустоты блестел свет радости. Дома. — Я все сделаю быстро и осторожно, хорошо? Больно… не будет, — закончила она шепотом, потому что знала, что больно обязательно будет. Он не ответил, только перевернулся на спину, раскинув руки в стороны. В звенящей тишине Мелисса нанесла лекарство на лицо, порванные уголки губ, даже думать страшась, что нужно было делать, чтобы разорвать рот, спустилась ласковыми пальцами к изодранной шее, чувствуя, как с ресниц капают слезы, но плакать себе не разрешала. Еще жирный слой мази нанесла на грудь. От прикосновения к искусанным, нездорово красным соскам Наин дернулся и шумно выдохнул. — Тише-тише, — Мелисса нагнулась, прижавшись губами к его плечу. — Сейчас легче станет, милый. Все хорошо будет. Вот так… Она намеренно оттягивала момент, когда наступит пора заняться пахом. Но вечности у них нет, поэтому Мелисса набралась смелости, чтобы посмотреть вниз. Опухлость не спала — только усилилась. Наин взволнованно заелозил ногами, и Мелисса с ужасом догадалась, что он боится прикосновений к этому место, до жути боится. Ее нежный, ее бедный Наин. — Сколько дней? — хрипло спросила она. — Сколько дней они это делали? — Пару дней. Под самый конец. Скучно стало, — отрывисто проговорил он, напрягшись всем телом. Мелисса вздохнула, нагнувшись, чтобы прикоснуться губами к гладкому лишенному растительности лобку. Наин снова вздрогнул. Она зачерпнула побольше мази, сначала обмазав иструженную, обвисшую тряпицей мошонку, опухшие яички. От вида расширенной дырочки члена у Мелиссы закончился воздух в легких. Развлекались как могли, ироды. Не простит. Из-под земли достанет. — Мне нужно оттянуть кожу. Чтобы помазать, — предупредила она тихим шепотом, осторожно взяв член обеими руками. Наин вцепился пальцами в простынь, прикрыв глаза. Приготовился. Мелисса обнажила крайнюю плоть, щедро обмазав головку, закусив губу от собственной боли. Боже боже боже. Судя по засохшим пятнышкам крови, которые она успела заменить перед тем, как вымыла Наина, отсюда кровь тоже вытекала. Ее пальцы дрожали, но Мелисса не останавливаясь, мысленно читая заклинание, которому ее научила Юри, параллельно молилась всем известным ей богам. Наин молчал, иногда болезненно вздрагивая. Самое страшное оказалось впереди, потому что пленителями оказались мужчины, как удивительно. Член просто был способом поиздеваться. Она с трудом перевернула Наина на живот. Ягодицы вдоль и поперек были покрыты синяками и следами от укусов. Любимые упругие булочки. Мелисса рыкнула сквозь зубы, прежде чем приступить к лечению, осторожно оцеловала поврежденную кожу. Отерлась носом, лаская дыханием. Наин лихорадочно выдыхал после ее каждого движения. Гуще зачерпнув мази, Мелисса прошлась пальцами между ягодицами, вздрогнула, нащупав выпуклое отверстие ануса. Наин всхлипнул. Боже боже боже. — Прости, — прошептала она, скользнув измазанными в лекарстве пальцами внутрь. Наин дернулся и взвыл, сжавшись изнутри. — Тише, Тише, пожалуйста, уже все… — Мелисса по кругу обмазала стенки ануса, торопливо убрав пальцы. Наин дрожал. Она легла рядом, чтобы их лица оказались на одном уровне. Он посмотрел на нее мокрыми от слез глазами. Ее нежный израненный зайка. Мелисса почувствовала, как от боли свело челюсть. — Я убью их всех. Хочешь? Каждого. Для тебя убью. Всех до единого, — сбивчиво прошептала она, положив ладонь на его щеку. Наин прикрыл глаза, тихо выдохнув. — Просто будь рядом, — сорванным голосом попросил он, а у Мелиссы сердце сжалось. — Хорошо. Она осторожно обняла его, невзирая на то, что вся будет пахнуть лечебной мазью. Теперь вряд ли она отойдет от Наина в ближайшие дни. Просто бы лежать с ним рядом и знать, что он дома. В безопасности. Желтые глаза чертовки вспыхнули огнем. Но она убьет Пикока. Никакой больше тюрьмы, только холодная расчетливая смерть. Наин заснул тревожным сном. Мелисса целовала его лицо, для верности повторяя заклинания Юри. Дома.