Глава 4. Рискованно быть честным

ТОГДА

Погода не особо радовала жителей Лондона желаемым снегом в январе. Вместо этого город подвергся затяжным истязаниям проливным дождем, который время от времени прекращался, давая эфемерную передышку от пронизывающей зимней сырости. Небо было покрыто многочисленными тяжелыми темными тучами, что бессовестно прятали за своей угрюмостью солнце, жаждущее прорвать эту стену уныния ясными лучами и подарить хоть немного тепла. Однако облака, слишком суровые и непроницаемые, исправно держали в заточении небесное светило, вынуждая смириться и принять их господство. Тем не менее улицы, окутанные слякотным мраком, были наполнены людьми, суетливо сновавшими туда-сюда по своим делам. Каждый из них желал находиться в уютных стенах собственного дома, пережидая непогоду. Именно это и собиралась сделать Гермиона, но по милости Малфоя сейчас вынужденно направлялась в его офис со спрятанным в сумку брачным контрактом. Будь он неладен. И речь отнюдь не о документе. Весь свой вчерашний выходной Грейнджер провела за изучением договора. Ворох бумаг, уйма строк и бесчисленное количество слов заняли у нее значительно больше времени, чем ожидалось. Рассматривая лист за листом, Гермиона внимательно вчитывалась в текст, ища в нем любые неточности и скрытые умыслы, которые могли быть использованы против нее или даже навредить ей. Но, откладывая очередную бумажку, она лишь недовольно поджимала губы, не находя доказательств собственных опасений. Контракт был составлен идеально. Все написано четко и по делу. Даже лишней запятой или точки не наблюдалось. Не то чтобы Грейнджер досконально разбиралась в таких вещах и в целом в юриспруденции, но какая-никакая осведомленность все же присутствовала. Впрочем, очевидно, Малфой вместе со своей командой хорошенько потрудились над созданием документа. Придраться к его структуре у Грейнджер не получилось, а вот условия, выдвинутые Драко, заставили ее негодовать. Так, потратив несколько часов на внесение правок в требования Малфоя и написание собственных пунктов, Гермиона полностью управилась ближе к ночи. Когда утром она проснулась, возле двери ее ожидал черный конверт с печаткой «M&C», а внутри письмо, в котором Драко напоминал об истечении данного ей срока на изучение и сообщал, что девушка должна принести измененный контракт сегодня в его офис до конца рабочего дня. Любопытно, что компания Малфоя находилась всего в паре кварталов от дома Грейнджер. И сейчас, идя под беспросветным дождем, она была этому несказанно рада. Увидев впереди круглую вывеску со знакомым названием, Гермиона пробормотала что-то типа «неужели» и ускорила шаг. Наконец добравшись до здания, она вошла внутрь, параллельно закрывая зонт. Оказавшись в просторном вестибюле, Грейнджер огляделась, отмечая здешнюю суетливую атмосферу. Работники, одетые в деловом стиле, спешно передвигались, беседуя между собой, решая какие-то рабочие вопросы. В руках почти у каждого из них находились документы. Бюрократия в юридической сфере, безусловно, бешеная. Завидев стойку ресепшена, Гермиона устремилась к ней, где ее встретила знакомая темноволосая девушка. — Добрый вечер, мисс Грейнджер, — лучезарно поприветствовала она, сидя на стуле. — Здравствуй, Клэри, — Гермиона также мягко улыбнулась. — Как ты? — Все в порядке, спасибо. Вот дорабатываю последние дни перед своим уходом. — Ты увольняешься? — О нет, просто временно ухожу в связи с… — Клэри с небольшим усилием поднялась, демонстрируя Грейнджер выпирающий живот, отчего последняя распахнула рот в изумлении, прикрывая его ладонью. — Бог ты мой, Клэри! Мои поздравления! — оставив сумку и зонт на стойке, Гермиона поспешила к девушке, заключая ту в крепкие, но аккуратные объятия и искренне радуясь такой потрясающей новости. — Я так счастлива за тебя, — Грейнджер отступила на шаг, осматривая заметную выпуклость. — Хотите потрогать? — добродушно предложила Клэри. — О нет, что ты, я не… — начала отмахиваться Гермиона, но тут же была перебита: — Мисс Грейнджер, я спросила чисто из вежливости, — со смешком произнесла она и, манерно выставив брюхо, многозначительно посмотрела на собеседницу. Грейнджер колебалась несколько секунд, прежде чем, вздохнув, сдалась: — Ох, ладно. Она аккуратно коснулась живота и нежно его погладила. Поведя ладонью чуть ниже, нащупала небольшой и довольно твердый бугорок. А затем спустя мгновение в этом самом месте почувствовала выраженный пинок, заставивший ее сердце замереть. — О, кажется, это была ножка, — хихикнула Клэри и ласково обвела рукой там, где предположительно располагалась головка маленького чуда, растущего внутри. — Она у нас такая бойкая. — Она? — тупо переспросила Гермиона, переводя взгляд на будущую маму. — Да, у нас девочка, — в голосе сквозил самый настоящий восторг, которым невозможно было не заразиться. — Это замечательно. А имя уже выбрали? Клэри, закусив губу, кивнула и с улыбкой ответила: — Грэйс. — «Милость» или «благодать», — озвучила значение этого имени Грейнджер. — Чудесный выбор. Я очень-очень рада за тебя, Клэри. — Спасибо, мисс Грейнджер, — девушка вновь обняла Гермиону, после чего со вздохом уселась на стул. — А я рада поделиться этой счастливой новостью с вами. Грейнджер обошла стойку и вернулась на свое место. — Ну а у вас как дела, мисс Грейнджер? Что нового? Я так давно вас не видела, примерно с… — не успела Клэри закончить предложение, как Гермиона, расширив глаза, заговорила: — У меня все нормально. Живу, работаю. Иногда езжу навещать родителей в Австралию. А так в целом ничего нового и интересного, — она звучала очень натянуто и безэмоционально, что не скрылось от Клэри, которая учтиво проигнорировала это. — Все понятно, — она улыбнулась, и в ее глазах отобразилось еле скрытое понимание, которое совершенно не понравилось Гермионе. — Итак, вы пришли к мистеру Малфою, верно? — Э-э, да. К нему. Мне не назначено, но он сказал… — О, не переживайте, мисс Грейнджер. Мистер Малфой предупредил меня о вашем возможном приходе. Правда, у него сейчас встреча, которая вот-вот должна завершиться. Однако, думаю, вы можете уже подниматься к нему. — Ты уверена? Мне не трудно подождать, пока он точно не освободится. На что Клэри покачала головой. — Вы же знаете, какой мистер Малфой пунктуальный. Все его встречи длятся ровно столько, сколько отведено времени. К тому же я сейчас сообщу ему о вас. Так что не переживайте об этом и просто идите. — Что ж, как скажешь, — Гермиона забрала сумку с зонтом и в последний раз обратилась к девушке: — Была рада тебя видеть. — Взаимно, — улыбка не сходила с лица девушки. — Помните, какой этаж? — К сожалению, — хмыкнула Грейнджер и, помахав Клэри, направилась к лифтам. По пути она расстегнула пальто и поправила кудрявые пряди, выбившиеся из высокого хвоста. Зайдя внутрь кабины, нажала на кнопку с цифрой восемь и, как только двери закрылись, шумно выдохнула, прикрывая глаза. Черт. Гермиона не ожидала увидеть Клэри. Почему-то не думала, что та все еще работала здесь. Ну, через несколько дней уже не будет. И на то существовала весомая и прекрасная причина. Грейнджер искренне радовалась за нее, хоть и внутри ощущала болезненную грусть. Не из-за беременности знакомой. Гермиона, конечно, хотела детей, но не сейчас и не в ближайшие пару лет так точно. Просто… пока люди вокруг женились по любви, строили семью и с нетерпением ждали прибавление, ее жизнь грязла в пучине печали, жалости и лжи. Пока другие светились от счастья, она терялась в их тени. Словно не заслуживала того же, что и они. Не заслуживала быть счастливой. Прошлый год испортил все. До него жизнь Грейнджер пестрила яркими красками, даря многочисленные поводы для улыбки — широкой и такой настоящей, какой уже давно не возникало на лице Гермионы. Она не помнила, когда последний раз испытывала радость. Это чувство стало для нее чуждым и нереальным. Казалось, она и вовсе забыла, каково это — ощущать нечто хорошее. Те времена, когда дни Гермионы были наполнены светом, канули в Лету. Как и надежда на новый год, который начался с того, что Грейнджер из-за одного мужчины, с которым предпочла бы никогда не знакомиться, впуталась в фиктивный брак с другим мужчиной, о котором хотела бы забыть навсегда. Черт. Это словно сюжет какого-то фильма из тех, что так любила смотреть девушка. Вот только все они заканчивались словами «И жили они долго и счастливо», в то время как историю Гермионы определенно ждал не такой привлекательный конец. Главное, чтобы без фразы «Продолжение следует». Она не была готова еще больше растягивать беспредел, царивший сейчас в ее жизни, а потому ей необходимо разобраться с насущными проблемами окончательно, дабы потом со спокойной душой и без последствий совершенных ошибок в прошлом начать новую историю, обреченную на счастливый исход. Звонок прозвенел, оповещая о прибытии на нужный этаж. Створки лифта распахнулись, и Гермиона ступила в небольшой холл, где располагалось всего два кабинета, один из которых принадлежал Малфою. Грейнджер уверенно шагала по керамическому полу, отчего цокот ее каблуков звонко разносился по всему коридору, как вдруг дверь, нужная ей, открылась: сначала показался Драко, а за ним… девушка. Довольно красивая, светловолосая и одетая в чертовски облегающее платье, будто то являлось ее второй кожей. Они остановились на выходе из кабинета Малфоя, и Гермиона также резко замерла в нескольких метрах от них, молча наблюдая за разворачивающейся картиной. — Ох, Драко, ты такой душка, — слащаво пролепетала блондинка, вынуждая Грейнджер поморщиться от омерзения. — С тобой всегда так занятно и увлекательно, что невозможно уследить за временем. — Все потому, что я стараюсь не тратить его попусту, а использовать эффективно и с умом, — безучастно произнес Малфой, на лице которого красовалась дежурная улыбка. — Быть может, нам стоит встретиться вне рабочего дня? Чтобы у нас было больше времени поболтать, узнать друг друга получше. Как ты на это смотришь? — девушка приблизилась к нему вплотную, коснулась мужской груди и не спеша пробежалась по ней наманикюренными пальчиками. Проследив за ее движениями, Драко ощутил лишь раздражение и желание поскорее отделаться от этой надоедливой девицы, которая из встречи в встречу не упускала возможности пофлиртовать с ним и дотронуться до него, думая, что это как-то поможет ей затянуть его в постель. А может, она даже рассчитывала на нечто большее. Наивная. Малфой никогда не спал со своими клиентками, это во-первых. А во-вторых, отношения его совершенно не интересовали. Теперь. Он давно понял, что это гиблое дело. Поэтому более не желал в это ввязываться. Кроме того, его сердце уже и не было пригодно для каких-либо чувств. Малфой медленно перевел взгляд на застывшую Гермиону, которую заметил сразу, как открыл дверь, но решил пока не обращать внимания. Сделал он это нарочно, чтобы сейчас стать свидетелем весьма любопытной реакции, запечатленной на лице девушки. Отвращение с намеками на… ревность? Занятно. Уголки губ Драко слегка дернулись в попытке сдержать рвущуюся ухмылку. Он вновь посмотрел на клиентку, которая какого-то хрена все еще трогала его, и, стараясь сохранять собственное самообладание, невозмутимо обхватил ее руку, убирая от себя. Отступил на шаг и сдержанно проговорил: — Миссис Гриффин, как я уже сообщил вам ранее, процесс расторжения брака с вашим мужем практически завершен. Вы получите ту часть имущества, которую и просили. Сегодня состоялась наша последняя встреча. — Но я… — пораженно начала та, но Малфой не дал ей продолжить предложение. — Боюсь, моя компания сделала все, что было возможно в вашем случае, миссис Гриффин. Более мы не в силах помочь вам чем-то еще. Всего доброго, — может, довольно грубо, зато вполне доходчиво. Девушка сжала губы, выражая очевидное недовольство, вот только Драко было плевать на это. — До свидания, мистер Малфой, — процедила она и, круто развернувшись, устремилась к лифту. Проходя мимо Гермионы, блондинка сердито зыркнула на нее и оценивающе осмотрела с головы до ног, чем заставила первую усмехнуться и почувствовать странное удовлетворение внутри. Грейнджер глядела ей вслед, размышляя о том, почему Малфой отвергнул ее и какого черта она сама испытывала необъяснимую радость от этого? Когда так называемая миссис Гриффин начала открыто заигрывать с Драко, Гермиона всерьез испугалась того, что не сдержится и ее стошнит прямо в холле — настолько противно было лицезреть такую отвратную картину. Но когда блондинка дотронулась до него, отчего-то Грейнджер вмиг ощутила непонятную злость, взявшуюся из ниоткуда, собственная реакция ее ужаснула и ввела в состояние растерянности. Она не знала, как объяснить это странное и абсолютно неправильное чувство, которому не желала давать обозначение, хоть оно и имелось. Однако Гермиона напрочь отказывалась даже мысленно произносить это слово, будто то могло уничтожить ее, нанеся непоправимый ущерб. Малфой молча наблюдал, как его клиентка удаляется, и, как только она скрылась в лифте, перед этим одарив мужчину презрительным взглядом, он, воздержавшись от фырканья, перевел глаза на Гермиону, которая также смотрела в ту сторону с нечитаемым выражением лица. Ему было очень интересно, какие мысли кружили в кудрявой голове сейчас и несколькими минутами ранее. Драко прочистил горло, привлекая внимание оставшейся девушки, и заговорил: — Грейнджер, можешь проходить, — он демонстративно вытянул руку в приглашающем жесте. На что та закатила глаза и, цокнув, прошла мимо него, развевая за собой цветочный с древесно-мускусными нотками шлейф, который мгновенно заполнил дыхательные проходы Малфоя. Он невольно вдохнул глубже, ненадолго прикрывая веки, позволяя собственному нутру раствориться в приятном дурмане. Салазар, эта девушка сводила его с ума. Затем, очнувшись, Драко с хлопком закрыл двери и направился к рабочему столу, мысленно ругая себя за то, что снова ослабил бдительность в ее присутствии. Гермиона остановилась в центре достаточно большого кабинета, созданного в светло-серых тонах. По две стороны от входа находились застекленные стеллажи, на полках которых покоилось множество всяких папок с документацией. В левом углу располагался проем, ведущий в уборную. Возле него на всю стену простирался громоздких размеров книжный шкаф, наполненный различной юридической литературой. Впереди стоял изготовленный из темно-коричневого дерева рабочий стол на фоне растянувшихся панорамных окон в пол, открывающих великолепный вид на хмурый Лондон. Справа разместился кожаный диванчик, на котором Грейнджер намеренно не задерживала внимание, а вместо этого сконцентрировалась на пейзаже, раскинувшемся за ним. Эта стена также была полностью стеклянной, делая помещение визуально больше. — Итак, полагаю, о качестве твоего ознакомления с контрактом мне не следует беспокоиться, — деловито произнес Драко, присаживаясь в свое кресло и указывая Гермионе на другое, стоящее с противоположной стороны его стола. Грейнджер украла еще несколько мгновений, наслаждаясь красивой панорамой, а после заняла предложенное место. Положив зонт на деревянную поверхность, она достала из сумки кипу бумаг и небрежно кинула перед Малфоем. — Ты задолжал мне время, которое я потратила на это, — грубо заявила она. — И еще у меня есть вопросы. — Кто бы сомневался, — сказал Драко, поднимая глаза к потолку. — Слушаю тебя, — он откинулся на спинку кресла, принимая расслабленный вид. — В контракте не указан срок нашего соглашения. Вернее, написано, что он зависит от обстоятельств. И что наш «брак» будет действовать, пока ситуация того требует. — Ну? — Меня это не устраивает. — Что именно? — вздохнув, спросил Малфой. — Отсутствие четких временных рамок, — раздраженно пояснила Гермиона. — Я не собираюсь играть с тобой в счастливую супружескую пару полгода, год или даже больше. — Если понадобится, то будешь и пять лет исполнять роль моей жены, Грейнджер, — жестко осадил ее Драко. Конечно, насчет упомянутого им срока он не всерьез, просто ему нравилось выводить Грейнджер из себя. Их «брак» продлится максимум месяца три, пока Итан Крист не подпишет договор с «Malfoy&Case» и не потеряет интерес к любовному аспекту жизни Малфоя. После, когда все уладится и положение компании начнет улучшаться, Драко при первой же возможности расторгнет сделку с Гермионой. А ответом на ожидаемый вопрос от Итана о причине развода станет что-то типа «Осознали, что на самом деле мы очень разные и не подходим друг другу». Малфой предусмотрел все от и до. И он не позволит Грейнджер испортить его детально продуманный план. — Ты намеренно поступаешь так, чтобы у меня было больше причин отказаться от этой идиотской затеи? — укоризненно полюбопытствовала Гермиона, сердито глядя на того. — Нет, что ты, — наклонившись вперед, Драко притворно улыбнулся и, сцепив руки в замок, расположил их на поверхности стола. — Просто я каждый раз испытываю такое дикое искушение, когда появляется шанс разозлить тебя, что попросту не могу противостоять ему. Грейнджер с непроницаемым выражением лица уставилась на него, пытаясь совладать с одолевшим ее гневом. Мерлин, дай ей сил! Ну почему единственным человеком, способным помочь ей в ситуации с ненормальным бывшим, оказался Драко Малфой? Почему судьба так жестока? Почему? — Я требую сроки, — твердо отчеканила она. Тот же лишь цокнул.

Renegade — Aaryan Shah

— Ты такая чопорная, Грейнджер. — Мне плевать, кем ты меня считаешь, — ее это действительно не трогало. — Укажи сроки, Малфой, либо ищи другую, кто, в отличие от меня, с радостью примерит на себя амплуа твоей фиктивной жены. К тому же, как я понимаю, выбрать тебе будет из чего, — едко молвила она, намекая на сцену в коридоре, свидетельницей которой невольно стала. Драко заинтересованно поднял левую бровь. — Не знал, что тебя волнуют мои поклонницы. — Ой, я тебя умоляю, ты… — Уже умоляешь меня? — голос Малфоя зазвучал опасно низко. — На коленях будет убедительнее, Грейнджер. Гермиона в мгновение застыла, опешив от услышанного. Глаза увеличились до невозможных размеров, сердце неукротимо заколотилось в грудной клетке. Дыхание участилось, и отчего-то в комнате стало неимоверно душно. Грейнджер сглотнула, чувствуя по всему своему телу рой гуляющих необъяснимых мурашек. Внизу живота разлилось странное тепло, заставившее девушку непроизвольно сжать бедра. Мерлин, этого еще не хватало. Уловив то, как черный зрачок стремительно поглотил карие радужки, Драко неосознанно сильно стиснул ладони. В его челюстях также присутствовало дикое напряжение, из-за чего по лицу гуляли желваки. Глаза Малфоя совершенно случайно опустились на пухлые и слегка приоткрытые девичьи губы, вызвавшие в нем целый спектр эмоций и ощущений. Он даже не понял, в какой момент во рту все пересохло, а в брюках стало до жути тесно. Салазар, длительное отсутствие женщины в его жизни сейчас играло с ним чертовски злую шутку. От Грейнджер не укрылось то, как изменился настрой Драко. Его ожесточенные черты лица, натянутое, словно струна, тело, побелевшие косточки пальцев рук. Она видела, куда устремлен его взгляд. Очень хорошо ощущала покалывание в том месте, по которому так и хотелось провести языком. Это Гермиона и сделала. Атмосфера между ними — и без того пылающая — раскалилась до предела. Малфой чертовски неприлично разглядывал девушку, сидящую перед ним, испытывая непреодолимое желание нагнуть ее над этим столом и грубо отыметь. Вытрахать из нее всю стервозную дурь, которая, сука, не давала ему покоя. Причем очень долгое время. Гребаная Грейнджер и гребаный его член, реагирующий на ту крайне просто. Драко уже пожалел, что зацепился за ее брошенную фразу, абсолютно не имеющую того смысла, который он в нее вложил. Молодец. Сам себя загнал в ловушку. Гений. — Три месяца, — с трудом прохрипел он, заставив Гермиону несколько раз моргнуть, а затем нахмуриться. — Что? Она была настолько захвачена этим головокружительным и рискованным моментом, что даже не сразу осознала, что Малфой что-то сказал. А Драко тем временем, неловко поерзав в кресле в попытке снизить напряжение в паху, прочистил горло и повторил чуть громче: — Срок действия нашего соглашения — три месяца с момента подписания. И это с запасом. Если повезет, то мы распрощаемся друг с другом раньше, — он ненадолго замолчал, давая Грейнджер время осмыслить произнесенное, после чего спросил: — Идет? Она рассеянно кивнула и вслух добавила: — На это я согласна. — Отлично, — протяжно выдохнул Драко и принялся рассматривать правки, внесенные Гермионой. — Что еще тебя интересует? Грейнджер мотнула головой, возвращая свою концентрацию окончательно, расправила плечи и, закинув ногу на ногу, прокашлялась. — Пункт, гласящий о том, что я должна жить с тобой. Это обязательно? — Да, — не отрываясь от бумаг, ответил Драко. — Почему я не могу жить у себя и просто регулярно встречаться с тобой? — Как я уже говорил ранее, Грейнджер, этот брак создается по очень серьезным причинам. На кону стоит многое. Поэтому с целью снизить риск непредвиденных и нежелательных обстоятельств мне нужно, чтобы ты находилась рядом со мной. Так мне будет легче контролировать ситуацию. Я достаточно доходчиво объяснил? — теперь его внимание было приковано к ней. — Достаточно, — буркнула Гермиона, уступая в этом вопросе. Пожалуй, оно и к лучшему. Ведь если Оливер обнаружит, что Гермиона живет в другом месте, да и еще с мужчиной, то, возможно, наконец оставит ее в покое. А может, Мэйсон только больше разозлится и ситуация усугубится в разы. Что ж, в любом случае Грейнджер точно будет спокойнее со знанием того, что возле нее есть Драко. — Не волнуйся, Грейнджер. В моей квартире хватит места для нас двоих, — с ухмылкой произнес он. — Тебе ли не знать… Гермиона уперлась в него прищуренным сердитым взглядом. — В том смысле, что ты же два дня назад навещала меня, — пожав плечами, невинно растолковал свою предыдущую фразу Малфой. — Ты меня вынудил. — И все-таки. — Блеск, — пробормотала Грейнджер, закатывая глаза. — Знал, что ты будешь в восторге, — оскалившись, гаденько проговорил Драко. — А ты уверен? — слова слетели с ее губ еще до того, как она успела остановить этот опрометчивый порыв. Малфой замер, будто пораженный Ступефаем. Усмешка с его лица вмиг испарилась, сменяясь холодной непроницаемостью и неверием. Она серьезно? Интересно, на какой ответ Грейнджер рассчитывала? Чего ждала от него? — В чем? — он прекрасно понимал, о чем та спрашивала, но желал услышать это от нее. Гермиона закусила щеку изнутри, жалея о собственном вопросе, повисшем в воздухе. К черту. Падать ниже некуда. — Что хочешь видеть меня каждый день в своей квартире? Драко откинулся на спинку кресла и сложил руки на груди, отчего его рубашка натянулась, обрисовывая рельефы бицепсов. Взгляд девушки невольно зацепился за напряженные мускулы, побуждая ее судорожно сглотнуть, после чего внимание вновь вернулось к серым испепеляющим омутам. — Скажи мне, Грейнджер, какой ответ ты хотела бы услышать: правильный или честный? Казалось бы, его вопрос совершенно нелогичен. Честный ответ — это и есть правильный, ведь так? Вот только в их случае эти слова имели диаметрально противоположные значения и абсолютно разную степень ущерба. Именно поэтому Малфой предоставил Гермионе этот выбор. Ему стало чертовски интересно, насколько далеко она готова зайти. А Грейнджер понимала, что уже находилась на самом дне глубокой пропасти, где в непроглядной темноте пряталось то, от чего она так долго бежала. Прошлое. И чтобы спастись, Гермионе предстояло наконец встретиться с ним лицом к лицу. Взглянуть на собственные решения, принятые ею когда-то давно. Заново пережить ту боль, которую она трусливо оставила позади. Что ж, в любой другой истории Грейнджер так бы и поступила. Однако в этой ей не хватало смелости. Не помогала даже хваленая гриффиндорская храбрость. И только по этой причине Гермиона тихо проронила: — Правильный. Драко хмыкнул, совершенно не удивляясь такому ответу. Повернув голову в сторону и посмотрев на мрачный город за окном, он еще несколько мгновений хранил молчание, прежде чем заговорил: — Меня не волнует то, что ты будешь присутствовать в моей квартире и соответственно мелькать у меня перед глазами. Все это для дела. И я готов пойти на любые жертвы ради него. Ну, почти на любые. Так или иначе пожертвовать некоторой частью своего личного пространства — это меньшее, что я могу сделать. Ущерб не так уж и велик. Грейнджер на секунду показалось, что она уловила разочарование, мелькнувшее в глазах Драко. Словно тот ожидал от нее иного выбора. Словно хотел озвучить именно второй вариант. Но она испугалась. Опять. Ей стало страшно от правды, которую Малфой мог взвалить на нее. Впрочем, произнесенные слова отозвались тупой болью внутри Гермионы и раскалили притаившуюся ненависть. — То есть ты не расстроишься, что, как только я перееду в твою обитель, заберу у тебя возможность водить к себе шлюх? — ее голос сочился ядом. Малфой резко перевел на нее взгляд, полный гнева, за которым скрывалось… предупреждение? — Не переживай, Грейнджер, ты их даже не заметишь. Разве что… услышишь, — и эта дьявольская ухмылка. Чертова сука. Да как она смеет?! — Мудак, — выплюнула Гермиона, скривившись. — О, это что-то новенькое. — Иди к черту. — Сразу после того, как навещу парочку своих… как ты там выразилась? — он картинно постучал подушечкой указательного по подбородку, будто вспоминал, после чего щелкнул пальцами и сказал: — Точно. Шлюх. — Ты мне противен. — Ты мне тоже малоприятна. — Ненавижу тебя. — Как и я тебя, Грейнджер, — протянул Драко, уставившись на нее. А затем, покачав головой, низко рассмеялся. Суровый взор Гермионы коснулся мужчины. — Что смешного? — рявкнула она. — Посмотри на нас, — Малфой развел руками. — Ведем себя как настоящие супруги. Думаю, мы отлично справимся с поставленной задачей. Грейнджер фыркнула. Ну какой придурок. — Еще есть вопросы в твоей драгоценной кудрявой голове или я могу вернуться к своей работе? — Знаешь же, что у меня всегда полно вопросов, — не задумываясь, пролепетала она. — Знаю, — так же скоро ответил он, встречаясь с ней глазами. Гермиона сидела неподвижно, ровно как и Драко, боясь даже сделать лишний вдох. Опять они были пойманы в этом странном моменте. Нет. Дальше так продолжаться не могло. Пора заканчивать это. — Но тем не менее к остальным твоим условиям у меня вопросов больше нет. Они для меня приемлемы. — Тогда что тебя еще интересует, Грейнджер? — честно, он уже устал от их «увлекательной» беседы. — Мне всего лишь нужно, чтобы мои условия были приняты и так же соблюдены. Перелистав, Малфой открыл страницу, исписанную аккуратным почерком Гермионы, и принялся бегло читать. Его устраивало все, кроме заключительного пункта, заставившего его нахмуриться и недоуменно посмотреть на Грейнджер. — Я согласен на все твои требования за исключением последнего, — озвучил свою мысль вслух. — Нет, Малфой, как раз это условие самое важное. И если ты не одобришь его, нашей договоренности не быть, — железно заявила Гермиона. — Грейнджер, как ты, черт возьми, это представляешь? — он оперся предплечьями на стол, чуть подавшись вперед. — Мы строим из себя пару чрезвычайно влюбленных друг в друга людей и при этом даже на собственной свадьбе перед множеством гостей не целуемся? — Совершенно верно. — Ты идиотка. Карие глаза сощурились. — Я сказала, Малфой. Либо так, либо никак. — Я бы понял твою категоричность в вопросе секса, Грейнджер, но это — настоящий бред! — взревел Драко, раздражаясь от ее гребаной принципиальности. — Кстати, этот момент прописан в подпункте. Никакого секса и никаких поцелуев, — спокойно проговорила Гермиона. — Наш физический контакт будет ограничиваться обычными касаниями. Не более. Малфой испепелял ее озлобленным взглядом, размышляя над тем, как поступить. Один голос ему твердил послать на хрен эту Грейнджер, которая только все усложняла, и найти какую-нибудь менее проблематичную кандидатуру. Однако второй подталкивал к тому, чтобы просто принять условие, объясняя это тем, что времени искать другую девушку, договариваться с ней и подгонять контракт под нее совсем не осталось. Это единственный разумный вариант, который Драко абсолютно не устраивал и на который все же вынужден был согласится. Похуй. Если придется, Малфой нарушит этот пункт. Точнее, сделает лазейку, благодаря которой условие сохранится, даже если поступить вопреки ему. Во время окончательного заключения договора Драко незаметно для Грейнджер добавит в самую глубь текста (она наверняка не станет еще раз перечитывать весь документ) небольшую пометку о том, что в особых случаях, таких, как церемония бракосочетания или, к примеру, когда гости на свадьбе кричат, чтобы жених поцеловал невесту, он будет иметь право действовать исходя из обстоятельств. То есть Драко сможет вовлечь Гермиону в поцелуй, но только если появится обоснованная необходимость для этого. Таким образом пункт останется соблюден. Подло? Да. Низко? Определенно. Но Грейнджер попросту не оставила ему иного выхода. И неважно, что после этого она наверняка возненавидит его еще сильнее и навсегда вычеркнет из своей жизни, словно Драко никогда и не существовало. Его это отнюдь не беспокоило. Так же, как и липкий страх, внезапно поселившийся в груди. — Ладно, — капитулировал Драко. — Будь по-твоему. Гермиона расплылась в победной улыбке. — Рада это слышать. — Это все? — Да. — Слава Салазару, — недовольно пропыхтел Малфой, складывая все бумажки в одну стопку. Достав волшебную палочку, он использовал невербальные чары, чтобы внести в текст информацию про сроки, добавить требования Гермионы и приписать его маленькую пометку, придуманную им всего несколько секунд назад. Листы слабо засветились, оповещая о том, что все изменения осуществлены. Затем последовало такое же безмолвное Джеминио, и на столе появился новый комплект документов, идентичный лежащему. — Твой экземпляр, — пояснил Драко, протягивая контракт Гермионе. — Дотронься своей палочкой до него, чтобы оставить магическую подпись. Она проявится на двух образцах. Вот так. Он наглядно показал ей, как это делать. Грейнджер открыла последнюю страницу и заметила возникшие прописные инициалы Драко. Она повторила его действия. Теперь две буквы, обозначающие ее имя и фамилию, также красовались в договоре. Соглашение вступило в силу. — Не знала, что контракт волшебный, — тихо произнесла Гермиона, будто и не собиралась это говорить. — Это не должно было стать для тебя удивлением, Грейнджер, — Малфой скептически ее осмотрел. — Хоть я и живу среди маглов и один из моих офисов находится в магловской части Лондона, это не отменяет того, что я волшебник. К тому же магический контракт надежнее обычного. С ним я могу быть уверен, что сделка будет исполнена так, как нужно. — Ясно, — глухо ответила Грейнджер, пряча документы в сумку. Драко встал с кресла и, подойдя к окну и засунув руки в карманы брюк, снова заговорил: — Твой переезд ко мне запланирован накануне свадьбы, так что до этого времени при возникновении каких-либо вопросов будем обмениваться письмами или встречаться здесь. Ну а если ты вдруг будешь сильно тосковать по моей компании, то всегда можешь навестить меня дома, — в его голосе слышалась усмешка. — В любое случае я с тобой свяжусь при необходимости. Гермиона молча прожигала ненавистным взглядом спину Малфоя. Вот какая жизнь теперь у нее — жалкая, фальшивая, прописанная на бумаге. Радовало, что это временно. Однако не было никаких гарантий, что потом все образумится. Изменится к лучшему. Грейнджер не верила в это. Давно перестала. Она поднялась на ноги, развернулась и в напряженной тишине, разбавляемой стуком ее каблуков, направилась к двери. Открыв ту, Гермиона на мгновение остановилась, будто хотела что-то сказать или сделать, но в итоге, еле слышно вздохнув, просто вышла с громким хлопком. Никто из них не обернулся. Пока Грейнджер шагала по коридору, спускалась на лифте и пересекала вестибюль, она ощущала в горле колючий ком, от которого не получалось избавиться. В груди что-то неприятно тянуло, а в висках начинало немного пульсировать. И только оказавшись на улице, Гермиона почувствовала долгожданное облегчение. Дышать стало проще. До этого как будто кто-то что-то препятствовало. Пройдя всего несколько метров, Гермиона осознала, что оставила зонт в кабинете Малфоя. Выругавшись себе под нос, она обернулась к зданию, не желая возвращаться обратно. После посмотрела на небо, отмечая, что ливень стих. Отлично. Видимо, в данный момент судьба была к ней благосклонна. А значит, возможно, Грейнджер, которой нужно проветриться после минувшей встречи, успеет дойти до дома, пока дождь с новой силой не обрушился на Лондон. Все равно зонт не имел для нее никакой ценности.

Afraid — The Neighbourhood

Гермиона перешла дорогу от «M&C» и только приготовилась завернуть на улицу, ведущую прямиком к ее месту жительству, как вдруг наткнулась на человека, внезапно вышедшего из-за угла. — Черт, изви… — она не успела договорить, так как ее глаза зацепились за знакомое лицо, которое с радостью вычеркнула бы из своей жизни, а в нос ударил зловонный запах алкоголя. — Гре-е-ейнджер, ну что же ты, надо быть осторожнее, — произнес мерзкий голос. Гермиона отшатнулась, понимая, кто перед ней стоит. — О-оливер… Ты что здесь делаешь? — ей хотелось треснуть себя за то, что звучала так испуганно. — Просто прогуливался, — пожав плечами, ответил тот. — Да ну? — Гермиона прищурилась. — Ты мне не веришь, сладкая? От обращения, которое Мэйсон использовал, Грейнджер скривилась. Во время их отношений он называл ее именно так, чем всегда нервировал девушку. — На самом деле, мне плевать, — стараясь казаться невозмутимой, увильнула от прямого ответа она. — Хорошей прогулки. Гермиона вознамерилась обойти его слева, как вдруг Оливер возник перед ней, останавливая. Она отступила вправо, и тот последовал за ней. Грейнджер развернулась, чтобы пойти в обратную сторону, но внезапно почувствовала на плечевой мышце своей руки крепкую хватку, которая грубо дернула ее назад, заставив споткнуться на ровном месте. — Нет, сладкая, ты никуда не пойдешь, — преспокойно сказал Мэйсон, прижимая девушку к себе. Гермиона попробовала вывернуться, но безуспешно. Она зло уставилась на мужчину и грозным тоном приказала: — Отпусти меня сейчас же. — Я уже и забыл, какая ты сексуальная, когда злишься, — Оливер оскалился и, наклонившись, в самое ухо промурлыкал: — Была б моя воля, я бы тебя наконец трахнул где-нибудь в ближайшем закоулке. Да только времени на это, увы, нет. Но вот в следующий раз… — он не закончил предложение, разразившись жутким смехом. Грейнджер предприняла попытку ударить того между ног, но ее колено ловко перехватила свободная ладонь Мэйсона, который, качая головой, зацокал. — Такая предсказуемая… — Больной ублюдок, — прошипела она, силясь вырваться. — Оставь меня в покое! — Ну почему ты каждый раз вынуждаешь меня повторять одно и то же? — разочарованно вздохнув, пробубнил Оливер. — Я отстану от тебя сразу же, как только получу свои деньги, — его голос лишился былой насмешки, и теперь в нем сквозило серьезностью и угрозой. — Ты от меня не получишь и фунта, сволочь, — выплюнула Гермиона. Глаза Мэйсона налились кровью. Он был чертовски зол. — Слушай сюда, сука. — Хрупкое девичье тело вновь впечаталось в мужское. — Я не намерен вечно бегать за тобой. Либо ты в ближайшее время отдаешь мне все бабки, либо… — Оливер провел подушечками пальцев по контуру лица Грейнджер, заставляя ту дернуться от ненавистного ей прикосновения. — Либо за каждый фунт ты будешь платить натурой, сладкая. Гермиона чувствовала, что скоро вот-вот сорвется в истерике от переизбытка страха и тревоги. Дышать было нечем из-за отвратительной вони спиртного, окутавшего ее. — Не волнуйся, я буду нежным, — обманчиво ласково произнес Мэйсон. — Обещаю, тебе понравится. Я точно лучше твоего выдуманного женишка. Драко. Мерлин. Как бы Грейнджер хотела, чтобы он сейчас появился. Пожалуйста. Пожалуйста. Пожалуйста. Она прикрыла глаза, уже сомневаясь, что и дальше сможет сдерживать слезы. — Ты за это поплатишься, — сломленно и уязвимо. — Всенепременно, — снова эта нахальная усмешка. — Даю тебе последний шанс. В следующий раз ты так просто не отвяжешься. Усекла? Ноль реакции. — Я спрашиваю, усекла? — он жестко встряхнул ее, получая судорожный кивок. Внезапно раздался машинный гудок, привлекший его внимание. Глаза Оливера за что-то зацепились, и он спешно протараторил: — Не прощаюсь, — а затем оттолкнул девушку от себя и, развернувшись, ушел прочь. Гермиона обняла себя за плечи, громко всхлипнув. Сердце неистово билось в ужасе, пока тело пробирало дрожью. Как же ей больно. Плохо. Одиноко… Никто не мог спасти ее. Разве что… — Грейнджер? — донеслось откуда-то сзади. Она вздрогнула, замерев. Даже не оборачиваясь, понимала, кто стоял за спиной. Потому что его голос узнала бы из миллиарда.

***

Драко продолжал рассматривать безрадостный город за окном даже после того, как Гермиона ушла. Оглянуться ей вслед не позволил себе, так как знал, что может поддаться порыву сделать нечто импульсивное и необдуманное. А их отношения общение и без того оставляло желать лучшего. Даже обычный диалог по урегулированию вопросов, связанных с контрактом, обернулся в ссору и попытку уколоть друг друга побольнее. Все неслось к чертям, хотя Малфою казалось, что ситуация находилась под его контролем. Но нет. Появлялась Грейнджер и, словно ураган, обрушалась на него, уничтожая то, что он успевал выстроить до этого. Она только все усложняла и действовала ему на нервы. Драко выдохнул и, прикрыв веки, покачал головой. Быть может, ему стоило проявить большую настойчивость и таки уговорить Пэнси приехать в Лондон на недолгий период. Хотя бы на время свадьбы и несколько дней после. А после этого она могла бы спокойно вернуться во Францию. И все бы оказались в выигрыше. Однако уже было поздно. Договор заключен с Грейнджер, и теперь Драко предстояло справиться с последствиями такого своего выбора. В который, блядь, раз. В дверь внезапно постучали. — Войдите, — пробасил Малфой, не утруждая себя повернуться к прибывшему гостю, поскольку знал, кого именно увидит. Никто из подчиненных не имел возможности так просто и в любое время заявляться к нему. Никто, кроме одного. — Что у тебя, Джеймс? — спросил Драко, видя в отражении стекла силуэт своего помощника. Джеймс Ларсон — единственный человек, обладающий привилегией свободного доступа к своему начальнику. Его кабинет располагался на одном этаже с Драко, так как Джеймс являлся его правой рукой, а потому должен находиться поблизости, чтобы в случае чего быстро решать различные проблемы и вопросы. Ларсон был умелым и верным сотрудником. Малфой уважал его и ценил за профессионализм, ответственность и надежность. Более того, Джеймс также был волшебником, что немаловажно для Драко. Именно поэтому их сотрудничество слаженное и результативное. — Только хотел поинтересоваться, как прошла ваша встреча с мисс Грейнджер, — ответил мужчина, останавливаясь недалеко от стола и сцепляя руки в замок за спиной. Драко удержался оттого, чтобы фыркнуть, но глаза все же закатил. Вздохнул и, повернувшись к Ларсону, без особого энтузиазма произнес: — Терпимо. — Полагаю, без вопросов от мисс Грейнджер не обошлось, — полуутвердительно-полувопросительно предположил Джеймс, шагая чуть вперед. — Пф, еще бы, — подтвердил его догадку Малфой. — Ее чертовски сильно возмутило отсутствие четких сроков нашего соглашения. — Ожидаемо. — Она уперлась, требуя обозначить временные рамки. Поэтому мне пришлось их ей дать. — Но, мистер Малфой… — вдруг ощетинился Джеймс, опустив руки вдоль туловища. — Спокойно, — ладонь Драко взметнулась вверх. — Я обозначил в контракте срок три месяца. Уверен, этого хватит сполна. Возможно, наш брак аннулируется и раньше, на что я очень надеюсь. Однако Ларсон молчал, поджав губы. На его лице отобразилось недовольство, не ускользнувшее от Малфоя. — Что не так? — Ничего, — мотнув головой, ответил мужчина. — Джеймс, — Драко облокотился на спинку своего кресла, устремляя прямой взгляд на того, — с каких пор ты снова начал предпочитать держать собственное мнение при себе, даже если оно не сходится с моим? Мы что, первый день вместе работаем? Давай, выкладывай, что тебя смущает. Джеймс протяжно выдохнул, явно колеблясь с ответом, что не на шутку насторожило Малфоя. Прежде его помощник так себя не вел, когда собирался высказать совершенно противоположные мысли по тому или иному вопросу. Обычно Ларсон решительно оспаривал мнение Драко, не боясь и не остерегаясь гнева с его стороны. В этот же раз что-то было не так. Драко прищурился. — Говори, — потребовал он тоном, не терпящим возражений. — Вам не стоило указывать какие-либо сроки, не посоветовавшись со мной, — наконец послышался ровный голос Джеймса. — Существует ряд возможных обстоятельств, способных повлиять на длительность вашего договора с мисс Грейнджер, которые нужно было принять во внимание прежде, чем обозначать четкий временной период. Что-то Малфою подсказывало, что Джеймс сказал не совсем то, что хотел бы. Будто решил оставить неозвученной суть. Что ж, даже если это и так, Драко не собирался допытываться до всей правды. Почему-то казалось, что ему не понравилось бы, услышь он полный ответ Ларсона. — Может, ты и прав, — задумчиво проговорил Драко. — А может, следовало с самого начала прописать гребаные сроки, чтобы Грейнджер не вынуждала меня поспешно принимать подобные решения. Помнится мне, что именно ты предложил опустить этот момент в контракте. — Так и есть, мистер Малфой, — не стал отрицать Джеймс. — Признаться честно, я немного запамятовал о том, насколько скрупулезна мисс Грейнджер. Мое упущение. Извините. — Перестань, — отмахнулся Драко. — Она в любом случае нашла бы, к чему придраться. Собственно, это Грейнджер и сделала. — О чем еще она спрашивала? — О пункте про ее переезд ко мне. Естественно, она не была в восторге, но таки приняла это как данность. Даже практически не пришлось ее убеждать. Малфой усмехнулся, а следом за ним и Ларсон, который через мгновение спросил: — Что с ее требованиями? Вас все устраивает? — В целом они все приемлемы. Только… — Драко на несколько секунд замолчал, вспоминая его спор с Гермионой. Затем, фыркнув, продолжил: — Одно из ее условий гласит о том, что мне нельзя ее целовать. И в принципе тактильность между нами должна быть максимально редкой и ограничиваться лишь несколькими касаниями. Джеймс заметно нахмурился. — Сэр, не хочу показаться грубияном по отношению к мисс Грейнджер, но это условие несуразно. Оно противоречит главной цели вашей сделки, а именно — создавать видимость влюбленной пары. Хмыкнув, Малфой развернулся и подошел к окну. — Думаешь, я этого не знаю? Я ей подробно изъяснил, почему ее требование нелепо, но она, черт возьми, была непреклонна в этом вопросе. — И вы хотите сказать, что… — Да. Я согласился на него, — подтвердил Драко мысль своего помощника. — У меня не было выбора. Иначе бы я остался без так называемой невесты. А времени искать другую нет. И ты это сам прекрасно понимаешь. Он увидел в отражении, как Джеймс кивнул. — Контракт уже подписан. Остается дело за малым, — Драко сомкнул пальцы в кулаки, — сыграть счастливую и влюбленную пару. — Уверен, все пройдет наилучшим образом. Я не сомневаюсь в вас и… в мисс Грейнджер, — несмело добавил Ларсон. Потом откашлялся, и его голос зазвучал тверже: — Как дела с миссис Гриффин? — Та часть имущества, которую она хотела, перейдет к ней. Плюс мы выбили неплохую сумму, которую обязан выплатить ее муж. Развод почти завершен. Так что мы с ней закончили, слава Салазару, — последнюю фразу Малфой пробормотал себе под нос. — Я не поверю, что она так просто вас покинула, — со смешком произнес Джеймс. Драко закатил глаза. — Конечно, она не упустила возможности еще раз испытать свою удачу и развести меня на встречу вне офиса. Но ее попытка провалилась точно так же, как и предыдущие. К счастью, я ее больше не увижу. По крайней мере, очень надеюсь на это. На что Ларсон тихо посмеялся. — Кстати, Джеймс, у меня к тебе есть дело… — заговорил Малфой, оборачиваясь к тому, но резко замолчал, когда его внимание привлек посторонний предмет, лежащий на столе. Гермиона забыла свой зонт. Случайно или намеренно, Драко не знал, хотя все же больше придерживался первого варианта. Он вернулся к окну, удачно выходящему на фасадную сторону офиса. Просканировав улицу, обнаружил знакомую копну кудрявых волос. Однако… Грейнджер была не одна. Неизвестный мужчина, выглядевший очень подозрительно, стоял чертовски близко к ней. Они о чем-то разговаривали. Похоже, спорили. Гермиона попыталась его обойти, но тот ей не позволил. Малфой прищурился. Какого хрена? Затем произошло то, что заставило Драко вмиг вспыхнуть от гнева. Засранец нагло схватил Гермиону, притиснув вплотную к себе, что явно не понравилось девушке. Малфой хорошо видел, как она боролась, пытаясь освободиться, но тот ее не отпускал. О чем-то молвил, а Грейнджер препиралась. Последней каплей стало то, что мужчина дотронулся до ее лица, будто намеревался поцеловать. Шумно втянув воздух, Драко резко развернулся и быстрым шагом направился к двери, попутно командуя рукой, чтобы Джеймс следовал за ним. — Что случилось, сэр? — встревоженно спросил тот. — Прямо сейчас на улице через дорогу от нашего офиса к Грейнджер пристает какой-то ублюдок, — впопыхах начал объяснять Малфой. — Мне нужно, чтобы ты немедленно пошел в отдел охраны безопасности и просмотрел все камеры, расположенные на лицевой стороне здания. Быть может, какая-то из них смогла заснять его рожу. Оба мужчины зашли в лифт, и Драко, несколько раз судорожно нажав на кнопку с номером один, продолжил: — Если же нет, запросим разрешение взять записи с камер наблюдения магазина напротив. Делай что угодно, Джеймс, но достань мне информацию об этой сволочи. — Будет сделано, мистер Малфой, — кивнул Ларсон и, немного замешкавшись, спросил: — У вас есть предположения, кто бы это мог быть? Драко громко сглотнул, ощущая внутри себя разрастающуюся тревогу. — Нет, — и это пугало его больше всего. Он не знал, кто этот сукин сын, который, блядь, посмел прикоснуться к Грейнджер. Не знал, но скоро узнает. Сделает для этого все возможное и невозможное. — Какого черта мы так долго едем? — еле слышно пробубнил Малфой, выдавая собственное волнение. Сука, если этот урод причинит вред Гермионе, он подпишет себе смертный приговор в лице Драко. И ему плевать на то, что убийство — это преступление. Ради безопасности Грейнджер он станет кем угодно. Даже гребаным киллером. — Послать с вами кого-то из охраны? — предложил Джеймс, учтиво игнорируя беспокойство своего начальника. В этот самый момент раздался звонок, объявляющий о прибытии. Двери распахнулись, и Драко вместе с Ларсоном пулей вылетели из кабины. — Времени нет. Я сам справлюсь. Но ты предупреди их, — наспех кинул Малфой и, сорвавшись на бег, устремился к выходу, не обращая внимания на заинтересованные взгляды сотрудников. Оказавшись на улице, он завидел Грейнджер все еще в компании мутного типа, и, не медля ни секунды, поспешил к ним, совершенно забыв проверить наличие транспорта на дороге. Драко ступил на проезжую часть и пробежал всего пару-тройку метров, как вдруг его оглушил гудок машины, заставивший остановиться. Пропуская мимо ушей яростную ругань проезжающего водителя, Малфой смотрел в ту сторону, где находилась Гермиона, и судорожно дышал. Когда наконец автомобиль исчез с поля зрения, Драко кинулся к девушке, заставая ее одну. Тот мужик исчез. Блядь.

So Cold (The Good Wife Trailer) — Ben Cocks

— Грейнджер? — настороженно позвал Малфой, замечая, как та вздрогнула. Он сделал неуверенный шаг к ней. — С тобой все в порядке? Ему показалось, что Гермиона дрожала. Черт. Неужели этот подонок таки сделал ей больно? От этой мысли Драко сжал кулаки, испытывая сильнейшую злость. Но сейчас ему нужно было сохранять здравый рассудок. Ради нее. — Гермиона? — вновь несмело окликнул он, осторожно двигаясь к ней. Она же, очевидно почувствовав надвигающегося Малфоя, сильнее напряглась. Драко, мысленно проклиная себя за то, что вызвал такую реакцию, все равно продолжил приближаться, пока не остановился в шаге от нее. Он притупил желание коснуться плеча Грейнджер, а потому всего лишь произнес: — Гермиона, посмотри на меня. Однако та не двигалась, будто бы даже не дышала. — Пожалуйста, Гермиона, — взмолился Драко, повторно не получая никакой реакции. Он вздохнул и, немного поразмыслив, обошел Грейнджер, встречаясь с ее заплаканным лицом и опущенным взглядом. Его сердце болезненно сжалось. — Эй, — Малфой нежно коснулся ее подбородка, собираясь потянуть вверх, но Гермиона уклонилась и отступила чуть назад. Мужская рука так и зависла в воздухе, пока Драко, моргнув, не опустил ее. Серые глаза внимательно следили за поникшей и напуганной девушкой, стоящей перед ним. Он не знал, как вести себя. Такое с ним было впервые. — Что случилось? — со всей серьезностью спросил Драко. Гермиона и дальше сохраняла молчание, смотря куда-то в район его груди. — Кто это был? — следующий, более важный вопрос соскользнул с его губ. Грейнджер словно пребывала в астрале. Она тупо стояла и пялилась в одну точку. Такое ее состояние всерьез насторожило Малфоя. — Гермиона, кто это… — Никто, — наконец едва слышно ответила она, крепче обнимая себя. Драко стиснул челюсти. — Он что-то сделал тебе? Он угрожал или… — Со мной все в порядке, — прервала его Грейнджер слабым голосом. — Не уверен, — нахмурившись, возразил Малфой. — Давай мы вернемся ко мне в кабинет и… — Нет, — Гермиона покачала головой, по-прежнему не смотря на него. — Я просто… хочу домой. — Хорошо. Давай я тебя проведу, — аккуратно предложил он. — Не надо. — Грейнджер, что произошло? — терпение у Драко кончалось. — Почему ты отказываешься что-либо рассказывать про человека, который повел себя недопустимо по отношению к тебе? Почему не принимаешь мою помощь? Что с тобой? Объясни! Грейнджер тяжело сглотнула. Ее веки затрепетали, прежде чем взгляд сфокусировался на лице Малфоя. И в карих глазах он увидел то, что навсегда отпечатается шрамом на подкорке его сознания — боль, слабость, страх и отчаяние. Она была почти разбита. Почти, потому что где-то там, в глубине ее радужек, все еще мерцал тусклый огонек прежней Гермионы, которая справлялась с абсолютно любыми трудностями и не знала, как это — сдаваться. Драко хотел бы дать ей искру. Он мог бы, но она не желала получать ее от него. — Просто оставь меня в покое, Малфой, — обессиленно прошептала Гермиона, находясь на грани истерики. — Пожалуйста, — добавила совсем тихо. Драко ничего не оставалось, кроме как молча отойти в сторону, позволяя ей уйти. Возможно, позже он пожалеет о том, что отпустил Грейнджер. Возможно, он разгневается на себя и еще больше возненавидит ее. И возможно, сегодня свой вечер он разделит в компании огневиски, а ночь проведет без сна. Малфой смотрел вслед сломленной девушки, чей облик постепенно отдалялся, пока не скрылся за углом. Вдруг на его макушку упала капля. Потом еще одна. И еще. Драко медленно поднял голову к небу, подставляя лицо под накрапывающий дождь. Повеяло промозглым холодом, от которого Малфой даже не поежился, вопреки тому, что стоял лишь в рубашке и брюках. Глубоко дыша, он прикрыл глаза, осознавая, что зонт Гермионы остался лежать на его столе. Она ушла, и злость в нем запылала с новой силой. Он резко распахнул веки и твердым шагом направился обратно в офис, решительно настроенный отыскать этого ублюдка. Драко достанет его из-под гребаной земли. Чего бы ему это ни стоило.