Хе... Хе-хе... НЬЕХЕХЕХЕХЕХЕХЕЕЕ!!!

Когда Салли со своей Сейко взлетели в рассветающее небо, Вигго вышел на палубу и понаблюдал некоторое время за отдаляющимися наездницей и её драконом. Он не отвлёкся на приближающиеся шаги подчинённого и просто смотрел на то, как дракон исчез в облаках… — Мистер Гримборн, там трупы… — доложил охотник, явно впечатлённый от увиденной кровавой сцены в одной из клеток драккара. — Уберите их… И держим курс на деревню… — только и сказал холодно Вигго, безразлично взглянув на охотника. — …Как скажете, мистер Гримборн — ответил охотник, помедлив, а после пошёл передавать приказ об уборке клетки и команду об изменении курса в сказанное направление остальным охотникам. Вигго ушёл в свою каюту. Проходя мимо кровавой сцены, он остановился и перевёл взгляд на изувеченные трупы. Сейко — безжалостный дракон. Она не просто стремилась освободиться, она стремилась убить… Любой другой дракон старался бы как можно быстрее уйти, не добивая валяющихся без сознания и не преследуя тех, кто просто пытался сбежать, но не эта. Она невероятно умна и либо быстро очухалась, либо всё это время притворялась. Этот дракон всё придумывает и продумывает на ходу, точно знает что будет делать. А Салли… Если так подумать, то такому чудовищу нет смысла привязываться к человеку, но Салли является доказательством обратного. Она боится за Сейко, хотя, по сути, бояться должна за себя… Да за такого дракона беспокоиться и не нужно!.. И всё это её привязанность к Сейко… И, видно, Сейко это тоже чувствует… Если рассуждать и дальше, то Сейко защищает также и тех, кого любит Салли, так что если та полюбит его, то ему бояться нечего. Сейко будет защищать и её, и Вигго. …Конечно, не факт что относиться она будет с любовью или дружелюбием, но не тронет, это точно. Вигго глянул на пришедших охотников с вёдрами и тряпками. Те ужаснулись, увидев обезображенные трупы. Голова, откусанная от тела, смотрела на них пустыми мёртвыми глазами. Вигго развернулся и исчез в своей каюте. Закрыв дверь за собой, он прошёл по тусклому помещению, освещаемому лишь восходящим солнцем, лучи которого попадали в небольшое окошко. Сел за стол и облокотился на спинку стула, вытерев лицо обеими руками, после чего одну положил на стул, а другую поставил на стол, потирая висок. Вигго пустым взглядом смотрел в перед собой, будучи в своих размышлениях, после чего ухмыльнулся и посмеялся. — «Пусть Салли и смогла сбежать, она уже в ловушке. Можно сказать, осталось только подождать и продолжать заманивать. Ей, как ребёнку, воспитанному в насилии и ужасных травмирующих условиях, нужны нежность, защита, ну и, конечно, понимание и забота…» — подумал Вигго тёмно-карими глазами взглянув на палочку для волос, которую она забыла в спешке. Вигго повторно осмотрел эту недорогую вещь, на его взгляд. Хотя это и была ручная работа, но еë явно шлифовали от чего-то. Вероятно, Салли её и не покупала вовсе, а где-то нашла… Вигго положил палочку с выгравированным смертохватом на стол и, встав, подошёл к своей кровати. Он разулся и лёг на не сильно и мягкое ложе — снизу просто постелен мех, не более, а подушка набита шерстью. Вигго это вполне устраивало. Он лёг на спину, запрокинув руки за голову и смотря уставшими глазами в потолок. Некоторое время он вспоминал и изучал реакцию Салли. Вроде она в первый раз казалась безэмоциональной и спокойной, а здесь, перед ним, точно была напугана и обескуражена… А самое главное — смущена. Вигго, перекатываясь с боку на бок, всё же уснул, но, как обычно, не на долго.

***

Полет длился бесконечно долго. Я не ела перед миссией, да и не пила тоже, потому и в туалет даже не хотелось. Солнце клонилось к закату, показывая, что мы находились в воздухе уже как целый день. Бесконечные часы полета без перерыва выматывали… Голод мучил невыносимо — желудок сводило спазмами. Казалось, он начал переваривать сам себя. Горло пересыхало до хруста, язык прилипал к нёбу. Голова кружилась — от истощения, переизбытка мыслей или, возможно, от сотрясения. …«Возможно» — это слишком слабое слово. Тошнота, пульсирующая головная боль, размытое, нечеткое зрение — все это указывало на серьезные проблемы. Усталость давила, хотя, возможно, это было связано с недостатком сна. Но, если бы началась забывчивость, я бы обрадовалась — любая потеря памяти в этом кошмаре была бы благом. Ко всему этому добавлялся стресс — мощный, всепоглощающий. Почему я не осознавала его масштабов раньше? Вероятно, адреналин притуплял чувства… Однако сейчас меня буквально лихорадило, трясло от страха и неопределенности. Я не знала, где мы находимся… Куда мы летим? Хватит ли у Сейко сил продолжать полет?.. Мысли били по голове, словно град. Внезапная потеря управления, падение в океан, смерть… Этот полет — безумие. И поцелуй Вигго… Что было бы, если бы Сейко не сумела вырваться? Воспоминания о прикосновениях Вигго отдавались мурашками на коже, его жесты то и дело всплывали перед глазами, а словах эхом отдавались в голове. Всё это смешалось в ужасающую какафонию, сводящую с ума… Голова раскалывалась от боли… На красном закатном небе, впереди, показались чёрные грозовые тучи, из которых вырывались ослепительные вспышки молний. Гром уже доносился до наших ушей, становилось все громче и страшнее. Сейко влетела в огромную грозовую тучу. Оглушительные раскаты грома, слепящие вспышки молний… К своему вероятному сотрясению, помимо тошноты, размытому зрению и усталости, добавились светобоязнь и гиперчувствительность к звукам… Хотя, возможно, мы просто были слишком близко к их источникам. Я заткнула уши, надеясь хоть как-то уменьшить боль, но… Молнии были слишком яркими, слишком частыми, слишком близкими. Каждый удар грома — как удар молота по черепу. Сердце колотилось, как бешеное. Мне казалось, что вот-вот разорвусь на части от страха, боли и бессилия. Каждая секунда тянулась вечность… Я молилась о спасении, о том, чтобы увидеть землю, хоть какую-нибудь землю, очутиться в безопасности. Мы летели в этом адском урагане, словно лодочка на гребне огромной, яростной волны, не зная, доберемся ли до берега… И всё это время, помимо физического дискомфорта, меня не покидали мысли о Вигго, о его руках, его глазах, его поцелуе, о всей той странной нежности и тепле, которое он дарил мне непонятно за что. Теперь это казалось миражом, бледной тенью на фоне настоящего кошмара… Каждое мгновение приближало нас либо к спасению или к гибели. И я не знала, что нас ждёт… Резкая, словно удар, остановка не принесла облегчения. Сейко зависла на месте, беспорядочно взмахивая чёрными крыльями. Она осмотрелась и издала пронзительный визг. Это по новой ударило по ушам и отдалось пульсирующей болью в голове. У меня пошли слёзы от того, что терпеть уже было невыносимо! Пробежавшись глазами по сторонам, вдруг увидела, как из облаков вынырнул он — тот самый кревет, тёмно-серый с фиолетовым градиентом чешуи. Размытое изображение, но я была почти уверена… — Милашка? — вырвалось у меня тихим, едва слышным голосом, выдававшим удивление неожиданной встречей. Кревет, вроде как, сощурился, но, видно, узнал нас и просто фыркнул. Сейко звонко, лающе рявкнула — новый удар по ушам!.. А гром — удар и по ушам, и по голове. Я уже не обращала внимание на то, что кревет прошипел ей что-то в ответ. Сейко что-то фыркнула и подлетела ближе. Кревет ничего не ответил, лишь перевёл взгляд на меня, и на морде его я увидела даже какую-то долю жалости, после чего он нырнул вниз, в облака. Сейко точно его видела, и потому смотрела и медленно поднимала голову. Кревет плавно вылетел из облаков и, пролетев мимо, ударил хвостом по морде Сейко. Та издала раздраженный визг, что перешел в яростный крик, но кревет уже начал удаляться. Она, не задумываясь, бросилась за ним в погоню. Начался стремительный, изнурительный полет на большой высоте. Сотрясение, скорость, нарастающий голод и жажда — все это создавало ощущение отвратительного, тяжелого кошмара. Сейко изо всех сил старалась догнать кревета, но, казалось, ее силы таяли. Мне же становилось все труднее наблюдать за происходящим, и я просто хотела закрыть глаза и исчезнуть в небытие сна. Отвлечься было единственным выходом, чтолы облегчить боль… Мне было бы легче, если бы я хоть что-то знала о Сейко. Точнее, о ней я знаю многое, но я про другое, ведь, как я поняла, она — не тот, показанный в фильме индораптор. Во-первых, она самка, а в фильме индораптор был самцом. Во-вторых, у неё всё намного лучше работает. Та же эхолокация! В фильме индораптор не мог трёх людей найти в здании, а здесь… В-третьих, будь она тем индораптором — она бы меня просто-напросто сразу убила, не колеблясь. И тот факт, что я её, вроде как, спасла, мне бы не помог. В ней определённо что-то было… Какие-то гены… Возможно, гены Блю, но в таком случае, как это возможно? Ведь в состав завершённого индораптора должен был быть добавлен геном велоцираптора Блю, что сделать не смогли, потому что в кровь Блю попала кровь тирекса… Создатели индораптора считали, что послушание, продемонстрированное Блю, может быть передано гибриду, и тогда индораптор будет послушен к командам. То есть… Сейко и есть завершённый индораптор? Но как такое возможно? Что, какая-то паралельная вселенная? Я начинала такое размышление, но до конца, по крайней мере, не доходила. Ну, или я просто готова думать о чём угодно, но не о Вигго. — Что за бред… — буркнула я, тихонько качнув головой, а после вспомнив, что я до этого и в драконов не верила, как и в их существование. Для меня они не существовали в принципе. И вообще, я уже должна была либо работать, либо учиться в каком-нибудь институте, а не гонять на драконе с другими подростками. Не воевать на драконе с какими-то охотниками, не жить с ними в средневековье, как викинг… Быстро я приняла тот факт, что паралельные вселенные, вероятнее всего, существуют, и закончила мысленную дискуссию… Время тянулось мучительно долго. Ночь сгустилась. Холодный ветер с запахом соли бил в лицо, напоминая о том, что мы летим над океаном. Я чувствовала себя разбитой. На горизонте задребезжал рассвет, но это не приносило облегчения. Я откинулась назад, обхватив живот, и беззвучно заплакала от отчаяния, голода, головной боли… Я в этот момент возненавидела эту жизнь… В момент, когда Сейко замедлилась, и кревет подлетел к нам, я села, судорожно вытирая слезы и схватившись за голову. Впереди я увидела густой туман. Кревет взвизгнул, и Сейко, глянув на того, недовольно рыкнула. Он глянул на меня, как-то странно фыркнув и рыкнув, а после развернулся и улетел назад. Сейко проводила его раздражённым взглядом, а после, пролетела сквозь густой белый и ледяной туман, и я увидела Олух. В первых лучах солнца он выглядит красиво, люди толком даже ещё не проснулись. Только рыбаки на пристани собирались, наверное, и, вроде как, Плевака идёт к кузне. Сейко взлетела выше и уже над деревней спикировала на главную площадь, издав протяжный вопль. Приземлилась она, мягко говоря, неудачно: передние лапы подвели, и дракониха просто свалилась, прокатившись мордой по земле. После встала и устало потянулась, тряхнула головой и раздражённо прошипела. Я тоже, только от боли в голове. Посадка и для меня неприятная была… Вся это резкость была ужасной, но наконец-то… Мне помогут… — Салли? — спросил удивленный Плевака, что вышел из кузни. — Ты сбежала от Вигго? За ним, сзади, лениво плёлся Ворчун. Оглядев Сейко, тот уркнул. — Ага… — сказала я, отстегнувшись и спрыгнув с Сейко, вот только мои ноги даже моего собственного веса не выдержали, отчего подогнулись, и я упала на колени. — Ох… Боже мой… — Ты чего это? — спросил тот, поднимая меня рукой за предплечье. Я схватилась за ту одной рукой, а другой за голову, стоя на дрожащих ногах. — Целые сутки в седле, не спала, не ела, не пила и, кажись, сотрясение… Так что плюс нарушение координации… Это сто процентов сотрясение мозга. — перечислила я и погладила не менее уставшую Сейко, что уже мордой помогла мне держаться на ногах, хотя ей и самой было трудно. — Ух ты ж, Тор. Ну-ка, пойдём-ка мы с тобой к-— начал Плевака, наклонившись ко мне, как вдруг мы услышали голос вождя. — Салли? — спросил тот, подойдя. Крушиголов, что шëл позади него, сел и перевёл взгляд на Сейко, которая переминалась с лапы на лапу и уставше стояла, слушая разговор. — Да, вождь — ответила я, кивнув. — Ты всё-таки сбежала? Вигго тебя голодом морил? Не трогал? Не пытал? — начал спрашивать Стоик. — …Нет, вождь. — сказала я, помедлив с ответом и по новой вспомнив Вигго и все его действия и слова в мою сторону. — Мы с Сейко просто улетели с его корабля… Но ни я, ни Сейко даже не могли понять, в какую сторону лететь, поэтому сутки толком не ели и не отдыхали. Сейко ещё ослаблена из-за артемисового порошка. Мы, в общем, очень устали… — сказала я и погладила Сейко под подбородком, отчего та прижала свою морду к моей груди и проурчала. Я перевела уставший взгляд на Стоика. — Вот оно как. Плевака, позови Готти и принеси корзину мяса для Сейко. А ты, Салли, пошли в хижину. Сейчас ты и Сейко попьёте, поешьте, Готти осмотрит тебя и вы с Сейко отдохнёте. — сказал тот, ведя меня за плечо к своей хижине. — Можно Готти и Сейко осмотрит? Я буду её морду держать, если что… — сказала я, оглянувшись через плечо и взглянув на индорапторшу, что теперь уставшей походкой плелась за мной. Я вспомнила, как её били и тыкали копьями, буквально обездвижили и уж точно напугали… — Конечно осмотрит, если тебя беспокоит её состояние. Не волнуйся… — сказал тот, похлопав меня по плечу. — Спасибо, вождь… — сказала я, выдавив улыбку и глянув тому в глаза. Тот по-доброму улыбнулся, по-отцовски, я бы даже сказала. Хотя откуда мне знать, мой отец никогда не смотрел на меня так, так что… Может, это просто доброта в глазах вождя… Стоик завёл нас в свою хижину и усадил меня за стол. Сейко как зашла, подошла к давно потухшему костру и завалилась около него, распластавшись на полу. Не свернулась как-нибудь калачиком, а именно легла так, занимая много места на полу… Мне поставили стакан с каким-то напитком приятного рыжеватого цвета, который я залпом же и выпила. Напиток был плотный и насыщенный, с терпким, но сладким послевкусием… Я облизнула губы и перевела взгляд на Стоика, что поставил передо мной тарелку с рыбой и овощами. — Это с ужина осталось, мы обычно завтрак едим через два часа после пробуждения. Ещё медовухи? — спросил тот, глянув на уже пустой стакан. — Спасибо, но мне бы воды… — сказала я, взяв вилку и став быстро, почти не жуя заглатывать еду. Стоик взял пустой стакан, зачерпнул воды из бочки, промыл и вылил во окно, а потом зачерпнул уже в чистый стакан воды и поставил на стол рядом со мной. После повернулся и подошёл к Сейко, что до этого, прикрыв глаза, просто лежала. — Сейко, ну-ка встань, давай седло сниму… — сказал вождь, подойдя. Сейко приоткрыла глаз и, глянув на меня, поднялась на лапы и наклонила морду к Стоику. Тот отстегнул и скинул уздечку на пол, а потом принялся растёгивать седло. Сейко стояла спокойно, не дёргалась. Избавившись от седла, она снова легла и даже как-то злобно глянула на меня, поцарапав когтями деревянный пол, оставив светлый след. После в хижину входят Плевака с корзиной в руке и Готти. Я же уже всё съела, а есть ещё хочется… Но это терпимо, сейчас голод пройдёт… — Эй, как там тебя… — позвал Плевака индорапторшу, и та нехотя подняла голову и пофигистично посмотрела на мужчину. После она принюхалась, её глаза округлились. Она ещё принюхалась и, встав, подошла к мужчине, принюхалась к корзине и предкушающе заурчала. Плевака открыл корзину, и Сейко тут же вцепилась в неё лапами и стала быстро поедать куски мяса. — Какой аппетит… М-да… — буркнул Плевака, отходя от Сейко, подняв руки. Я глянула на то, как Сейко засовывает голову в корзину и пытается проглотить большой кусок мяса. — Сейко, не торопись… — сказала я, на что та, уже откусив и заглотив, на мгновение отвлеклась, только чтобы прошипеть и снова начать есть. — Ладно… — вздохнула я. Готти, привлекая моё внимание щелчком пальцев, махнула рукой, задавая немой вопрос. — …Голова болит, устала… Ммм… Ещё в стену впечаталась, из-за этого, думаю, сотрясение мозга… Стресс… — сказала я, помассировав висок, а та, задумчиво потерев подбородок, махнула рукой, чтобы я следовала за ней, и пошла на второй этаж. Я двинулась за ней, там она ощупала мне спину через одежду и нашла пару болезненных точек, от которых я вздрогнула. Попросила снять платье ну и верх. Так я и сделала. Смущающе, но в целях медицины нормально. Свой 'лифчик на верёвочках' тоже пришлось снять, сидела прикрывая грудь руками. Готти ещё понадавливала, как я думала, на синяки, но нет. Сейко так меня ударила, что на лопатках, из-за неровной стены, мою кожу пробили камни, от чего была кровь. Кожа, можно сказать, не выдержала удара и порвалась. Хоть раны были и маленькие, но всё же. Да она в принципе вся высохла, за сутки то. Готти продезинфицировала раны, нанесла на них мазь и дала серую выцветевшую рубашку, словно говоря: «Поспи в этой, она свободная, а твоя одежда обтягивающая, неудобная». Ну, по крайней мере я её так поняла. Подтвердила она моё сотрясение, положила на кровать, палкой аккуратно ткнув в голову и положив её на подушку. После она спустилась вниз… Там я слышала, что Плевака переводил записи Готти, но я в принципе и так знаю, как лечиться от сотрясения, так что… Полежать пару дней, в моём случае, вероятно, больше недели, но надеюсь на быструю поправку. А так, отдыхать в спокойной обстановке, никаких физический нагрузок, первые два или даже три дня постельный режим и только. Я перевернулась на бок и даже не заметила, как сон затянул меня в свои… Страстные объятья.

***

Готти проверила Сейко — раны не серьёзные, но она всё равно всë продезинфицировала. Стоику же она наказала дать Салли утром ещё пару отваров и ушла. Вождь написал письмо наездникам и отправил его жуткой почтой. Сейко наконец-то спокойно уснула на лежанке Беззубика, но, будто бы почувствовав беспокойный сон Салли, подползла к ней и положила голову на её живот. Она слушала, как Салли что-то бормочет во сне и учащённо дышит, ворочась.

***

Снова злополучная каюта Вигго. Салли, съежившись, сидела на краю кровати, а Вигго навис над ней, положив руки по бокам от неё. — Расслабься, — прошептал он, кладя руки ей на плечи. Вигго повалил её на спину, нависая сверху. Салли попыталась отбиться, но безуспешно. — Не сопротивляйся, тебе понравится. — промурлыкал Вигго, начиная целовать её шею. Горячее дыхание опалило кожу, вызывая дрожь. Он грубо потянул её за волосы назад, открывая себе больше пространства для поцелуев, и оттянул ворот платья. Зрение Салли словно затуманилось, а вот слух, обоняние и осязание были слишком… Слишком чёткими! От голоса Вигго проходили тысячи мурашек, его действия ощущались слишком остро! А запах просто витал вокруг, будто вместо воздуха… Рука Вигго скользнула под платье, оставляя за собой обжигающий след. Салли отчаянно пыталась вырваться, но Вигго игнорировал её сопротивление. Как бы она ни извивалась, она была бессильна. Он продолжал осыпать её шею поцелуями и укусами. Паника захлестнула Салли, смешиваясь со странным ощущением внизу живота — возбуждением. Она невольно сжала ноги, раздираемая между страхом и нежелательным влечением. В следующее мгновение Вигго грубо сорвал с неё платье. — Аа! — испуганно вскрикнула Салли. — Тише, ты же не хочешь, чтобы нас услышали? — прошептал Вигго ей на ухо, вызывая новую волну мурашек. — Прекрати, Вигго… — взмолилась Салли, пытаясь оттолкнуть его. — Но мы только начали, Салли… — холодно ответил Вигго, стягивая с неё безрукавку. Он бесцеремонно ласкал её грудь через лифчик, проводил руками по оголённому животу, осыпал поцелуями шею и ключицы, оставляя на коже болезненные укусы. Салли одновременно нравилось и пугало происходящее. Паника нарастала. Вигго приблизился к ее лицу и настойчиво поцеловал в губы, углубляя поцелуй, и, к ее ужасу, Салли ответила. Этот сон казался бесконечным.

***

Я распахнула глаза и минут пять, наверное, смотрела в потолок, положив руку на грудь, будто так я успокою стук своего сердца. Осознание того, что мне приснилось, заставляло меня краснеть и стыдиться. Сейко подняла голову и, проурчав, наклонилась ближе к моему лицу. Я повернулась на бок и почувствовала, как мои щёки горят от стыда. — «Господи! КАК МНЕ ВООБЩЕ МОГЛО ТАКОЕ ПРИСНИТЬСЯ?!» — подумала я, закрыв красное от смущения лицо руками. Мне было ужасно стыдно. Сейко вопросительно проурчала и ткнула меня в спину своей мордой. — Сейко… Это какой-то позор… — промолвила я, перевернувшись на спину и посмотрела на ту. Она с рокотом наклонила голову в вопросительном жесте. Я вздохнула и перевернулась на бок, а Сейко обошла кровать и наклонила ко мне голову и снова пророкотала, только более раздражённо. — Всё хорошо, девочка моя… — сказала я, погладив её морду и отвела взгляд. — …Мне приснился Вигго… Знаешь, обычно, когда я сплю с тобой, кошмары мне не сняться, а здесь… Я надеялась, что из-за сильной усталости мне ничего не приснится в принципе, так почему бы на кровати не поспать, а тут приснился Вигго и… О боже мой! Как так вообще можно! Он повалил на кровать, целовал шею, он меня раздел и лапал о бож- — тараторила я, пока Сейко глядела на меня и, видно, понимала лишь раздражающее имя и пыталась распознать мою эмоцию… Но замолчала я не из-за этого, а из-за того, что вождь, Стоик Обширный, оказывается стоял на лестнице и в шоке смотрел на меня.