Часть 6

Тесно, страшно, холодно, крик. — Я не хотела! Он.. он бы убил меня! Это она, она заставила меня сделать это! Она. Кто она? Что я несу.. что я.. ах да. Точно. Сколько же я Силуна? Да, у меня была мама, был папа. Настоящих имён и лиц я уже не помню — ведь была ребёнком, как они не умерли, а отказались от меня. Раздался мужской голос человека в форме: — Успокоилась? Повыпускают же психов,  —  недовольно сказал тот своему коллеге. Крис — моя единственная подруга детства. Она всегда со мной. Она всегда хотела спасти меня от скуки, всегда брала вину на себя. Но почему-то всё продолжали винить меня. — Амелия, в детдоме нет ни одного человека, кого бы так звали,  —  уверял психотерапевт. Я не верила. Короткие волосы закрывали лицо, по которому потекла слеза. Где же ты сейчас, когда я тебя потеряла? — Я не хочу!  —  вскрикнула, пытаясь вырваться. — Амелия, ты опасна. Там о тебе позаботятся,  —  сказала воспитательница, отдавая меня людям в халатах. Спокойствие, скука и апатия — мои верные спутники с того времени. Побочка. — Почему я в палате одна, а другие дети вместе? — поинтересовалась, смотря на медсестру. — Тебе не нравится иметь личную комнату? Это изолятор. Скука. Крис куда-то стала пропадать, сколько бы я её ни ждала. Смирение. Хотелось спать. Увижу ли я когда-то кого-то ещё, кто был бы похож на неё? Нет. — Да. Больницу перевели на самообеспечение, у нас нет средств, чтобы содержать такое количество. Я — Камила Силуна. Мои родители умерли в детстве, а выросла я в детдоме. Моя память смутна. Живу я в этом мире 25 лет. Так.. кто такая Амелия Сюриал?