|Глава 13. Первые улики|

Делая смывы с картины, забранной из квартиры Шутовых, Стас думал над содержанием послания. Послание было адресовано ему, как будто Лада заранее знала — до истины начнёт докапываться именно он. И это было странно и ожидаемо одновременно. Они когда-то переписывались книжным шифром, не смотря на то, что это было долго и муторно. В младших классах ради забавы, а вот в старших – писали записки друг для друга. Например те, которые никто не должен был понять. «Будь осторожен с близкими. Иногда они делают больнее, чем другие». Что это значит? О ком говорит Лада? Об их совместном окружении или о его родных? Будь осторожен.. Стас всегда осторожничал в разговорах с семьёй – предпочитал не рассказывать слишком много, иногда упускал какие-то детали, которые не влияли на повествование, но которые не поняли бы родители. Да и Андрею он никогда многого не говорил. Да, был с ним достаточно близок, но их вряд-ли можно было увидеть сидящих в одной комнате за душевным разговором. Щербаков иногда предполагал, что много чего не знает о брате, но.. Не видел, в общем-то, в этом ничего странного. Это совершенно нормально, недоговаривать что-то друг другу. Стас, например, предпочитал бы держать свою личную жизнь в секрете, потому как это только его дело. Хотя говорить об этом было бесполезно, после Лады у него было несколько отношений, но они были недолгие и.. Как будто искусственные. Там не было такой любви, какой была первая любовь. И это, собственно, и приводило к расставанию. Из всей семьи самые близкие отношения у Стаса были с отцом. Он понимал Щербакова, как никто, всегда выслушивал, давал советы и верил в него. С матерью отношения были неплохие, но, можно сказать, натянутые – она обращала больше внимания на успехи Андрея. Стас на неё не сердился, но.. Иногда было больно от этого. Не смотря на подобное, Щербаков не считал себя травмированным ребёнком, потому что это не такая уж и редкая история в семьях, где есть более одного ребёнка. Да и всё его устраивало, он проводил время с отцом в гараже, а Андрей мог часами болтать с матерью о всяком. Не смотря на это, они выбрали один и тот же путь: полиция. А что значит «Самая сумасшедшая мысль будет верной»? Насколько сумасшедшая? Было ясно, что мысль должна быть сумасшедшей относительно этой истории. Но самая большая глупость, которая могла прийти в голову, это.. Действительно, что это? Пока Стас размышлял по этому поводу, на компьютере высветились результаты экспертизы. На холсте, помимо отпечатков Александра Дмитриевича и Ирины Захаровны, были отпечатки пальцев Лады и.. Андрея. Это было странно. Андрей никогда не общался с Ладой и единственные два случая, в которых они могли разговаривать – спор с одноклассниками, вроде Мохьмада, и случайная встреча в квартире Щербаковых. Надо бы разузнать у Андрея, как так вышло. Может, он вспомнит, при каких обстоятельствах трогал холст? Впрочем, Стасу повезло. Только он об этом подумал, как в кабинет, совершенно бесцеремонно и без стука, зашёл Андрей. — Всё работаешь? — устало спросил он. — Ага. — откликнулся Стас, отводя взгляд от монитора. — А скажи мне, пожалуйста, что твои опечатки делают на холсте? Это последняя работа Лады, она несла её домой законченную в день своей смерти. — Холст?.. — удивился Андрей, но ответил достаточно быстро. — Дело в том, что тогда я встретил Ладу ещё до художественной школы и помог донести сумку до класса. Удивлён, что ты этого не сделал. — Лада сказала, что опаздывает, и убежала, я даже слово не успел сказать. — растерялся Стас. Почему-то все подозрения сразу пропали. Такое ведь действительно могло быть. — Но вы с Ладой никогда не ладили.. — всё-таки напомнил Щербаков. — Да, я знаю. Но так вышло. Я хотел.. Уточнить у неё кое-что. Классная руководительница сказала, что скоро можно будет забирать фотоальбомы, а я должен был донести эту информацию до старосты. — ответил Андрей, поправив очки за душку. — Ясно. — А у тебя что? Продвигается расследование? — как будто ради приличия поинтересовался собеседник. — Немного. Я ходил к Александру Дмитриевичу и Ирине Захаровне.. Они в полном здравии. Осмотрел старые вещи Лады, выудил картину и блокнот. — Стас решил умолчать про записку. Слишком.. Сомнительного она была характера. — Сейчас делаю смывы с картины, потом буду блокнот смотреть. — Главное допоздна не засиживайся. — сдержанно кивнув, ответил Андрей. — Хорошо. — ответил Стас. После этого Андрей вышел из кабинета, не сказав больше ни слова. А Щербаков, глядя ему вслед, почему-то задумался, что лучше в подробности этого дела брата не посвящать. Он сам разберётся, что делать. А потом, может, действительно оформит дело и после этого сможет претендовать на должность следователя. Изучая блокнот Лады, парень заметил, что там много рисунков одного и того же города. Венеция. Шутова в последнее время рисовала очень много сюжетов и пейзажей этого города Италии перед своей смертью, искала открытки и фотографии в Интернете. Когда-то Лада рассказывала, что у неё есть крёстный, двоюродный брат отца, который живёт в Венеции. Они часто общались по переписке, но мужчина редко приезжал в Россию и в жизни она видела его два или три раза. Но Шутова очень его любила. Они всегда находили о чём поговорить, он часто давал ей советы и ту поддержку, которую из-за работы и сложных отношений порой не успевали дать родители. И этот дядя из Италии стал следующей зацепкой.