|Глава 21. Изнанка лжи|

Лада немного помялась, грея руки о чашку с горячим чаем и думая, с чего начать свой рассказ, но в итоге придумала и неуверенно начала: — Я.. Это я всё придумала. — созналась девушка. — Но изначально эта идея пришла мне как совершенно случайная. Но один человек эту идею поддержал и помог воплотить в жизнь. — Твой крёстный, Афонсу, да? — спросил Стас, когда Лада сделала паузу. — Да. Я рассказала ему о том, что мне нужно скрыться от одного плохого человека, на следующий день после нападения. Он узнал от бабушки, что на меня напали, и был первым, не считая тебя, кто написал мне в соцсетях. Сначала он предложил защиту – научил меня стрелять и купил пистолет. Конечно, не самая лучшая вещь, которую можно носить для обороны в женской сумочке, но.. Иногда я действительно брала его с собой. Тогда, когда считала, что этот человек сможет причинить мне вред. — Погоди. — приостановил её рассказ Стас. — Пистолет Макарова в загородном домике в феврале 2018 был всё-таки твой или.. — Мой. — холодно ответила Лада. — Понял. — В общем.. На какое-то время он затих. Но в тот февраль снова объявился. И я как чувствовала, что нужно было взять с собой пистолет. Правда.. Я всё равно рада, что вы с Гришей ни разу не попали. Было бы.. Хуже, наверное. Мне этого человека не жалко, я бы не чувствовала вину, но впутывать сюда Гришу, который в нашей холодной войне не виноват, а особенно тебя.. Мне не хотелось. Тот же человек оставил записку. Помнишь, ту, жуткую? — «Ты следующая, если не перестанешь»? — сразу поняв, о чём идёт речь, спросил Стас. — Да. — Лада кивнула. — Он всегда сравнивал меня с лисой. Типо.. Такая же хитрая и никому не друг и не враг. По его мнению я изворотливая. Могу делать вид, что человек мне самый лучший друг, если мне это выгодно. А если мне выгодно наоборот – буду первая кричать, что он мой враг. В целом.. Он аргументировал это действительными случаями. Например, какое-то время я очень много общалась с Катей, хотя мы были совершенно разные. Она считала, что мы лучшие подруги, а я.. Я так не считала. Признаю. Да, было. И мне не стыдно это признать. Жизнь показала – единственный мой настоящий друг, а не знакомый из школы, это ты. При этом же, когда Катю обидел один парень из параллели и хотел слить её фотографии, я громче всех с ним ругалась и больше всех унизила его эго перед другими, хотя мне он ничего плохого не сделал. Этот человек.. Он говорил, что я не имею жалости. И если бы в тех местах, где мы отдыхали, водились бы змеи – он убил бы змею. Он говорил, я хладнокровная. Но я, в отличие от некоторых, умею различать действительно друзей от знакомых. Да, я бываю груба с теми, кто для меня ничего не значит, но я никогда не грублю без причины. Ты же помнишь это? Стас молча кивнул. — Отлично. В общем.. Лиса стала последней каплей. Мы с дядей договорились, что я доучусь в России, а после он заберёт меня к себе, в Италию. При этом об этой идеи никто не должен был знать. Так и вышло. Я предложила обставить это, как будто я умерла. Деньги для него не проблема, он предлагал и варианты, которые вынудили бы истратить гораздо больше. Пусть действительно будут похороны, настоящие документы, результаты судебно-медицинской экспертизы.. А я просто улечу до тех пор, пока мой паспорт признают недействительным документом. Короче, до того момента, как появится справка о смерти. И я успела. Так что на похоронах был только Афонсу, я на тот момент уже была в Венеции. Да, за несколько месяцев до отъезда я начала интересоваться этим городом. Узнала много всякого, вдохновилась, много рисовала.. В день «трагедии» я видела этого человека последний раз. Он снова напомнил про наш уговор, но.. Мне уже было не страшно. Знаешь, гораздо спокойнее, когда в паспорте лежит билет на ночной рейс в другую страну. Судебно-медицинская экспертиза подделана, дядя давно знаком с Рогозиной и она, выслушав мою историю, согласилась на ложную экспертизу. Валентина Владимировна долго думала, но в итоге тоже согласилась. За это я им очень благодарна. Свидетельство о смерти тоже они делали. Ну а хоронили якобы меня в закрытом гробу по причине того, что дядя попросил в ритуальных услугах. Они очень удивились этой просьбе, но несколько тысяч на счёт привели к выводу, что у богатых свои причуды. — Лада невесело усмехнулась. — А потом.. Потом я семь лет жила в Венеции. И тут Стаса осенило. Что бы он не спрашивал про похороны, ему отвечали, что всё сделано «по просьбе родственников», но он то брал в расчёт родителей Лады! А на самом деле похороны организовывал Афонсу! Это всё и объясняет. — Но почему вернулась? — задал разумный вопрос Стас. — Честно? — спросила девушка, глядя ему в глаза. — В Италии, конечно, красиво, но я так соскучилась по родному городу.. По своей старой жизни, по людям из этой самой жизни. Я очень долго винила себя в том, что не смогла рассказать тебе о своих планах. Но если бы этот человек узнал, что ты знаешь, где я.. — Лада опустила печальный взгляд. — Я не хотела, чтобы с тобой было то же, что и со мной. Прости, что так получилось. Я.. Я хотела бы вернуть всё назад и исправить, но как только начинаю думать об этом – понимаю, что другого выхода у меня не было. Это ужасный человек, но на него не указывает ничего. Он примерный, правильный, жутко вежливый.. И репутация у него хорошая. Против моей не катит ни в коем случае. На кухне повисло молчание. Оба думали о своём. Лада – действительно раскаивалась в своих поступках, но она не знала, как на самом деле выразить всё сожаление, которое чувствовала все эти семь лет. Стас – о настоящем, о будущем и в целом переваривал факт того, что семь лет видел картинку мира искажённой. Всё, оказывается, было совершенно иначе. Это как рисовать что-то на планшете, а после включить инверсию. Картина сразу меняется и иногда в лучшую сторону, а иногда – нет. — Может.. — начал Щербаков, не глядя на Ладу. — Ты наконец расскажешь, кто виновен в твоей.. Твоём исчезновении? — Оу.. Нет. — Лада покачала головой и крепче сжала в руках чашку с чаем. А после испуганно начала тараторить. — Нет, Стас. Я понимаю, что моя прошлая отговорка, мол, жизнь изменится и больше никогда ничего не будет, как раньше, не сработает, но, пожалуйста, не заставляй меня называть имя. — Почему? Он всё ещё тебе угрожает? — не понял Стас. — Просто.. Понимаешь, тогда ему только лишь исполнилось восемнадцать, но у него уже были связи, которые позволили ему напасть на меня и остаться безнаказанным, а сейчас.. Сейчас, боюсь, что связей стало либо больше, либо они стали серьёзнее, так что он сможет хоть расстрелять меня в упор на Красной площади на виду у всех и это ему сойдёт с рук! Я хочу жить здесь, но хочу спокойной жизни. И нарываться я больше не хочу.