О страхе

Прохладная ночь становится глубже и тише. Асфальт под ногами уже остыл и отдаёт дневное тепло лишь смутным воспоминанием. Фонари рисуют на земле длинные, мягкие тени, и в их жёлтом свете медленно кружится пыль, похожая на крошечные звёзды. Дыхание заметно в воздухе - не пар, а лишь ощущение свежести в груди. Где-то скрипит старая калитка, потом снова наступает тишина. Окна домов темнеют одно за другим, и ночь будто собирает город в ладони, убаюкивая его своей прохладой и спокойной, неторопливой темнотой. Но отдел полиции Звериполиса никогда не спит. Находясь в очередной раз под прикрытием в весьма не дешёвом номере для молодоженов, напарники ожидали информацию о преступнике, что занимал важную роль во влиятельном наркокартеле. Наркобарон был большой шишкой в преступном мире и его поимка означала бы значительное продвижение в отделе по борьбе с наркотиками. В номере стоял густой запах кофе, а неподалеку вальяжно раскинулась коробка со сладкими пончиками. Пол украшали лепестки роз, а в уголке комнаты скромно стояли два чемоданчика набитые оружием, и многими другими вещами необходимыми для работы под прикрытием. За плечами стоял тяжёлый день, который предвещал о затяжной миссии. Часы на стене безучастно указывали время. 2:37. Парень украдкой взглянул на напарницу. Та тихонько посапывала после тяжёлой смены. Он смотрел, как слегка дрожат девичьи ресницы и даже спящей, девушка оставалась невероятно очаровательной. Ник невольно загляделся, после ситуации в баре оба дружно сделали вид, словно ничего не произошло. Было ли это правильно? Вряд ли. Но безусловно это было очень удобно. Те же шутки, подколы, все вернулось на круги своя, но слова девушки не выходили из головы. С тобой. Я бы переспала с тобой, Николас Уаилд. Воспоминание молнией прорвалось в разум. Вне всяких сомнений он хотел того, что случилось между ними, а на смелость его подтолкнул градус в крови. Но все это казалась неправильным, Николас боялся подобной близости с напарницей. Он не сомневался в воле и огромной душевной силы напарницы, но для него Джуди была, словно из фарфора. Хрупкая, нежная и пожалуй слишком чистая, чтобы быть на такой короткой дистанции с ним. Это не был голос самобичевания, пожалуй это был неоспоримый факт для Ника. Он совсем из другого измерения. Там где солнце - это спичка, там где надежда - это сказка перед сном. То что Ник имел полицейский значок, а на нём практически каждый день красовалась форменная рубашка. Целиком и полностью заслуга Джуди. Без нее он бы пропал в этом сомнений нет. Девушка показала, что все может быть иначе, что порой не нужно солнца, чтобы ощущать тепло. Что порой вера и есть наш единственный смысл. И никогда не поздно поступать правильно. Но в тот вечер он был на грани сделать нечто непоправимое. Что раз и навсегда поставило бы незримую границу между ними. Это была слишком большая плата за мимолетное желание. Но было ли оно мимолётным? Сказать наверняка, Ник не мог. В последнее время он вообще плохо понимал, что с ним происходит. Ему всегда казалось, что ситуация под контролем. Что опасаться абсолютно незачем. Самоуверенность всегда играла с Ником в дурные шутки, ибо каков был ужас, когда парень ощутил на тонкой коже - ошейник, красиво обрамляющий его шею. А за поводком был никто иной, как Джуди Хоппс. Девушка, которая сводила его с ума. Это будет по-круче любой дури, что тихонько толкал Ник в своём районе, когда жизнь катилась ко всем чертям. Парню чуть ли голову не сносило, лишь от одного вида своей напарницы. Но в тот вечер особенно. Какой игривой и податливой она была, слишком красивой, слишком провоцирующей. Казалось, что их шуточные заигрывания перешли в решительный и абсолютно вульгарный флирт. И он бы соврал самым наглым образом сказав, что ему не понравилось. Потому что будь его воля он остался бы жить в этом воспоминании. Ник оправдывал все алкоголем. Он был не трезвым и был почти готов поиметь свою напарницу прямо возле зеркала. Заставляя её смотреть ему в глаза и кричать от удовольствие его имя. А ведь она в свою очередь как на зло не сопротивлялась... Даже наоборот, будто хотела этого. Стоп. Стоп. Стоп. Ник отчаянно провёл рукой по волосам, ему нельзя даже думать о таком. Это было опрометчиво, глупо и он чуть было все не испортил. Единственное, что мог позволить себе Ник - это с дикой нежностью смотреть на спящую девушку и думать о том, что никогда не станет явью. Ему было противно от самого себя, но он был абсолютно бессилен против своего воображения. Ник аккуратно накрыл напарницу одеялом и не удержавшись практически невесомо поцеловал ту в лоб. Тяжело вздохнул и заел своё горе приторным пончиком. Спустя час проснулась Джуди и решила быстро сходить за очередной порцией кофе. И вот они снова вдвоем, пялят на монитор словно зомби, выжидая свежей информации по делу. А в руках дешманский стаканчик с чёрной жидкостью. Ожидание - пожалуй самая отвратительная и тяжёлая часть работы. Когда ты бесцельно тратишь время на дополнительную, а порой абсолютно бесполезную информацию. Что ж не всегда же им бегать, как ошпаренные от неминуемых неприятностей. Сейчас они по крупицам собирали все детали в единое целое. Стараясь, как можно качественнее увидеть картину происходящего и предвидеть следующий шаг преступника. И Ник уж лучше бы бегал за нарушителями закона, чем наблюдал за ещё более нервной Джуди, которая все никак не могла понять причинно-следственные связи дела. Что ж это было оправдано, но выглядело забавно. Быстрые монологи в моменты тишины, вечное дерганье то ногой, то пальцами. Голова девушки кипела в раздумьях, которые увы ни к чему не приводили. Ник давно смирился, факты были на лицо "недостаточно улик". - Морковка, сейчас ни к чему ломать голову. Завтра если получиться будет крупная вылазка и мы предугадаем его следущий шаг. Мы можем лишь гадать и ничего более. Я бы на нашем месте потратил это время на сон. Сил нам понадобится, как у быка в сезон размножения, - устало пробормотал Ник. Энтузиазм напарницы всегда вызывал восхищение, но ночи без сна давали о себе знать. А кровать выглядела все более привлекательной. В комнате стояла тишина, Нику был безразличен этот факт, но он каждой частичкой тела ощущал напряжение от той, что сидела рядом. Тяжело выдохнув, Ник проговорил: Мы ничего не можем сделать. Это лишь вопрос времени. - Не поверишь, но ты не первый кто говорит мне подобное. Я постоянно жду, терплю и снова жду. Единственное, где я могу хоть что-то сделать или изменить это в своей работе. Потому что моя реальная жизнь совсем не под контролем. Так что ты либо помогаешь мне, либо не мешаешь, - раздражение читалось в каждом слове девушки. Ник не мог понять, хочет ли она плакать или избить его бейсбольной битой. Складывалось впечатление, что все одновременно. - Джуди, я понимаю, возможно есть вещи в твоей жизни о которых ты мне не рассказываешь. И тебе тяжело, но мы можем поговорить об этом в любое время. Я выслушаю тебя где угодно, - он практически никогда не злился на девушку. Исключая те моменты, когда она подвергала себя чрезмерному риску. Но точно не сейчас. Джуди выглядела измотанной и почему-то глубоко несчастной. Возможно не последнюю роль играл сон по 2-3 часа в сутки. И вот уже порядком затянувшиеся задание. Но девушка практически никогда не уставала от своей работы, даже наоборот. А потому Ника поражало, то что происходило с напарницей сейчас. Есть вещи, которые ты не сможешь понять. Бесцветное прошептала девушка. Она даже не удостоила его взглядом, словно Ника и вовсе не было в комнате. Атмосфера между ними накалялась с каждой секундой, словно воздуха в комнате стала критически мало. - Да ты права, я не собираюсь разрывать твою душу на части, лишь бы удовлетворить своё любопытство. Я просто хочу помочь. Ни больше, ни меньше. Так что я совершенно не заслуживаю твоей грубости, Джуди, - устало пробормотал парень. Его совершенно не привлекала перспектива вступать в конфликт. Даже больше, он испытывал сочувствие и совсем немного тоски. Джуди никогда не скрывала от него свои раны, не стеснялась и уж тем более не боялась своей боли. Это было несвойственное ей поведение, а значит то что таилось в её сердце, было действительно тяжким бременем. Последнее, что хотел Ник, так это сыпать соль на рану своми глупыми распросами. - Ты даже не знаешь о чем ты говоришь. Как ты можешь быть таким спокойным? Наша работа стоит на месте, а мы пашем как белки в колесе и это абсолютно бесполезно. И единственное, что мы можем это сидеть тут, ужираться дешманскими сладостями и надеяться, что все наладится. Но так не работает, ты понимаешь? Потому что если ты что-то хочешь, нужно приложить усилия. А мы делаем недостаточно. Я делаю недостаточно. Я всегда делаю недостаточно. А твой слова, словно плевок мне в душу с отвратительными нотками жалости. Прошу не добивай меня. Не заставляй меня чувствовать себя беспомощной, - голос девушки с потрохами выдавал надвигающийся нервный срыв. Сна в последнее время чрезвычайно не хватало, оба были взвинчены, раздражены. В постоянном напряжении от грядущих перемен. Но как это было связано с Ником? Разве он был виноват в этом? Он тоже старался, рвал задницу на британский флаг, лишь бы достать крупицу информации и ко всему прочему пытался облегчить работу Джуди. - Морковка, иди спать. Ты устала, я устал. Но по крайней мере у меня хвает сил держать себя в руках. Прости если я перегнул палку. Я... я просто подумал, что возможно если ты расскажешь, что у тебя случилось, я смогу разделить твои тревоги. Мы ведь напарники. Прости, что был слишком навязчив, - устало произнес Ник. Он не мог злиться на девушку, пожалуй на это просто не оставалось сил. Джуди развернулась и неприлично долго смотрела на парня. В глазах девушки читался океан сомнении и страхов. Казалось она решалась сказать, нечто очень важное и одновременно пугающее. Глаза приобрели шальную тень азарта и беспощадного отчаяния. Такой взгляд заставил Ника застыть в ожидании чего-то неизбежного. Спина покрылась колкими мурашками страха и трепетного волнения. -Я люблю тебя, Ник. И мне никак уже не помочь. Без всякого стеснения произнесла Джуди. Кажется он слышал, как бешенно стучится девичье сердеце. На мгновение, Нику показалось что время застыло вокруг них и кроме пронзающего взгляда девушки ничего не связывало его с реальным миром. -Это пройдет... Словно уговаривая самого себя, хрипло произнёс парень. -Ты все еще в это веришь? - Нет. Все было очень запутано, голова шла кругом. Кислорода стало порядочно не хватать.... Правда резала по ушам, но в этом не было вины Джуди. Он все понимал с самого начала, но момент принятия пришёлся ему совершенно не по вкусу. Он знал чего боится девушка. В одном он понимал её без слов и это — страх. Если они переступят порог дружбы, будет большой риск и вовсе потерять друг друга. Отношения между людьми куда более хрупкие, чем дружба или партнерство. Словно фарфоровый сервиз, который проще хранить на полке и любоваться его красотой, потому что пользоваться им значит не бояться разбить. А Ник боялся и в этом страхе понимал Джуди сполна. Они занимали слишком важную часть в жизни друг друга, минутная слабость могла лишить их абсолютно всего. Ник знал все с самого начало. Знал и ничего не сделал. Они ходили по тонкому льду, а с приходом солнца он неминуемо тает.

***

Джуди было невдомек, когда между ними все так переменилось. Когда она стала задерживать на нём взгляд чуть дольше положенного? Когда случайные касания перестали быть случайностью? Когда ей стало мало простых слов? Пожалуй с самого начала их знакомства. Простой ответ разрешил все её внутренние споры. Да, вначале их знакомства, Ник был ужасно заносчив, груб и надоедлив. Но вся поверхностность быстро отступила, стоило взглянуть поглубже. Девушка увидела невероятную личность за всей этой мишурой. Первого человека, который искренне поверил в неё, первого человека с которым было не страшно ошибиться. Человека за которого не страшно было погибнуть. Он столько раз выручал её, поддерживал самые безумные идеи и никогда не сомневался в ней. Да... В Николаса Уаилда, тяжело было бы не влюбиться. Джуди все так же неотрывно смотрела на своего возлюбленного. Это кажется чем-то странным, но в жизни каждого есть люди перед которыми сердце робеет и затыкает разум. Такой человек был и в жизни Джуди. Он имел не послушную рыжую копну волос, отличное чувство юмора и сногсшибательную харизму. Он был так близок, так понимал её и Джуди не смогла себя перебороть. А может просто не хотела. Аккуратно встав со стула девушка робко поцеловала слегка сухие губы. Руки била крупная дрожь. Происходящие было полным абсурдом. Все казалось слишком нереальным. Слегка отстранившись, девушку встретил взгляд зелёных глаз. Не долго думая, парень потянул к себе Джуди захватывая её в жадный поцелуй. Сидя на коленях у Ника, девушка чувствовала, как тёплая ладонь с нетерпением спускается с шеи к аккуратным полушариям. Кожа под его пальцами горела, покрываясь мурашками, словно от сквозняка - хотя в комнате было душно. Тихий стон вырвался из женских уст, приглушённый поцелуем в уголок губ - неожиданно мягким, почти робким. Между ног разливалось липкое, тягучее тепло, а на языке всё ещё держался горьковатый привкус кофе. Ник стянул футболку через голову, а следом двинул вверх бюстгальтер, оголяя бледную грудь. Её дыхание сбилось, когда он - до лёгкой, щиплющей боли - сжал одно из полушарий, а после, словно извиняясь, принялся рисовать багровые узоры на мягкой плоти. Кончиками пальцев - едва ощутимо, потом ладонью - жёстче. А через секунду его губы уже касались того же места - бережно, так, будто он задувал свечу. Джуди сильнее вцепилась в рыжие волосы на затылке, притупляя волну удовольствия, которая накатывала откуда-то из позвоночника. Её руки нетерпеливо скользнули к бляшке ремня. Металлический звон украсил симфонию мокрых звуков - их губ, их дыхания, влаги, которая уже пропитала тонкую ткань её белья. Ник вдруг перехватил её запястья - резко, даже грубо - и прижал их над её головой, когда она уже почти расстегнула пряжку. На секунду он замер, глядя сверху вниз: тяжёлый взгляд, сжатая челюсть. - Не так быстро, - выдохнул он хрипло, и в голосе была не только власть, но и мольба. Он отпустил её руки так же внезапно, как и схватил. И вместо того чтобы продолжить, вдруг уткнулся лбом ей в плечо - просто дышал, горячо и сбивчиво, пока она гладила его по затылку. Шею обжигал горячий шёпот, низкий и томный, от которого хотелось закрыть глаза и одновременно смотреть не отрываясь. - Ты сводишь меня с ума, — прошептал Ник в кожу, и это прозвучало не как комплимент, а как признание в слабости. Сердце стучало как бешеное. Джуди смотрела в родные глаза и почти не видела в них привычной зелени - только тёмный, расширенный зрачок и радужку, ставшую цвета мокрого мха. Томный, затуманенный взгляд пожирал каждую частичку её сознания, доводя до безрассудства. Но когда она потянулась к его губам, он отстранился на миллиметр - и провёл большим пальцем по её нижней губе, медленно, изучая её форму. Не целовал. Смотрел. И это было мучительнее любых ласк. Приспустив брюки, Джуди с наслаждением приняла в себя горячую плоть напарника - медленно, на выдохе, чувствуя, как он напрягся всем телом. На секунду он замер внутри неё - неподвижно, глубоко, только лбом касаясь её лба. Никто не двигался. Они просто дышали одним ртом, и где-то на грани этого замирания было больше интимности, чем в любом толчке. А потом он сорвался. Ей нравилось смотреть, как парень низко выдыхает, будто его ударили под дых, как по-хозяйски его руки изучают каждый участок её тела - как он приподнимает её бёдра, чтобы войти глубже, и в тот же миг его пальцы нежно гладят её по щеке. Как потом он притягивает её за шею, чтобы подарить грязный и мокрый поцелуй с прикусом нижней губы и коротким смешком, когда она вздрагивает, а сразу после целует уголок её глаза, солёный от выступивших слёз. Ей нравилось знать, что именно она - причина его удовольствия, и лишь от этой мысли она была готова раствориться в наслаждении без остатка. Всё произошло слишком резко, слишком жадно. А следом повторилось ещё раз. И ещё. И ещё. Они не могли насытиться друг другом - каждый толчок был глубже, каждый вздох громче. Он вжимал её в кровать с силой, которая граничила с опасностью, но в то же время его губы выцеловывали каждую родинку на её плече. Широкая спина покрывалась красными полосами удовольствия. Она водила ногтями, оставляя за собой следы, которыми гордилась бы кошка. Жадные поцелуи покрывали девичью шею, мочку уха прожигали горячие выдохи парня и где-то на грани между «ещё» и «не могу» он шепнул её имя так, будто молился. А потом вдруг замедлился до почти полной остановки и начал двигаться мучительно плавно, глядя ей прямо в глаза. Каждое движение - как вопрос. Каждый вздох - как ответ. Джуди никогда в жизни не чувствовала себя такой желанной и необходимой. Ник буквально не мог насытиться ей: изучал изгибы её тела, спускался ниже, проводя дорожку из поцелуев по животу, по внутренней стороне бедра - туда, где кожа тоньше всего. Он пробовал её на вкус между ног - медленно, с явным удовольствием, и когда она почти закричала, он поднял голову, облизнул губы и повторил её имя снова. Шёпотом, как заклинание. Повелительно заставлял смотреть ему в глаза, налитые тьмой и в этой тьме горел маленький, испуганный огонёк: «Только не уходи. Только не останавливайся. Мне страшно, как сильно ты мне нужна». Он хотел её всю. Без остатка. И Джуди была готова отдать всё, что имела. Они говорили без слов: пальцами, зубами, сбитым ритмом сердец. В какой-то момент она зарылась лицом в его шею, чтобы не закричать, а он замер на секунду, давая ей перевести дух и обрушил новую волну, от которой слёзы выступили на глазах. Джуди не помнила, когда в последний раз была настолько счастлива, как сейчас. Они просто смотрели друг на друга и глупо улыбались, как детишки чьё проказничество сошло с рук. - И все же ты не соврала мне тогда в баре, - лукаво улыбнулся Ник. - А я никогда не вру. И как правило всегда получаю, что хочу. Ник поцеловал её в макушку - небрежно, будто случайно. Но губы задержались на волосах дольше, чем нужно для случайности. - Спи, морковка - сказал он тихо. И даже это слово прозвучало как обещание. Она не ответила. Только придвинулась ближе, уткнулась носом в его шею и выдохнула последний раз - перед тем, как провалиться в сон. А Ник так и лежал, глядя в потолок, гладя её по спине, думая о том, что никогда в жизни не чувствовал ничего более правильного, чем тяжесть её тела на своей груди.