Глава 13.

Перед началом прочтения приглашаю вас в свой телеграм канал со спойлерами к главам и эксклюзивом: Przetgh 08 Ссылка: https://t.me/lizamelina08 * * * Наконец отложив последнюю тетрадь, Лиза облегчённо вздохнула. Она откинулась на спинку стула и немного взъерошила волосы. Встав из-за стола, пошла в гостиную. Открыв дверь, взглянула на часы, висевшие на стене сбоку. — Катюш, пойдём, уже пора, — оповестила Гурьянова младшую сестру. Девочка задорно кивнула и стала собирать в мешковатую сумку краски и карандаши. Ожидая, пока она будет готова, Лиза вышла в коридор. Подойдя к комоду, девушка ответила на звонок, набирая номер, который уже знала наизусть. В голове у неё крутилось: дома он или нет? Потому что часто бывал занят. — Да? — Лёв, я сейчас Катю на рисование отведу и к тебе приду, если у тебя нет никаких дел. Штейн, к сожалению или к счастью, понял, чего хочет девушка. — Лиз, нет, — устало выдохнув, сказал он. — Лёва, да. Если ты будешь так пессимистично настроен, то шансов вообще не будет! — Хорошо, тогда жду? — Жди, — Лиза положила трубку. Они не видели друг друга в этот момент, но у них обоих на лицах появилась тёплая, нежная улыбка. — Всё? — спросила она, повернувшись к младшей сестре. Девочка бодро кивнула головой. * * * Отведя Катю на кружок по рисованию в дом культуры, Лиза зашла в магазин, а затем направилась к Штейну. Открыв дверь, парень увидел девушку с пакетом в руках. — И что ты задумала? — с лёгкой улыбкой спросил он. — Почему сразу задумала? — Гурьянова невинно взглянула на него. Разувшись, она присела перед Львом на корточки. Положила ладони на его колени и заглянула в глаза. — Печенье будешь? — Буду, куда я денусь? — ухмыльнулся Лев. Затем он взял её руку и поднёс тыльную сторону ладони к губам, нежно целуя. Лиза улыбнулась — немного смущённо, но очень тепло. Она выпрямилась во весь рост и направилась на кухню. Смотря вслед девушке, Лев понял, как ему повезло с ней. Даже после всего, что случилось, Лиза оставалась с ним, не бросила. Она приняла его с новой проблемой. От этой девушки словно излучались бесконечный свет, доброта и нежность. Штейн поспешил за Лизой на кухню. Она стояла возле обеденного стола, держа в руках цветы. — Лёва, это кому? — озадаченно, но аккуратно спросила она. Парень замялся: ведь Гурьянова должна была получить букет в более романтической обстановке, позже, сегодня вечером. — Тебе, кому же ещё? — вздохнув, ответил он. Кудрявая склонила голову, вдыхая аромат чистых белых хризантем. Затем она благодарно посмотрела на него. — Спасибо. Пускай пока постоят, я их потом заберу, — сказала Лиза, возвращая цветы на место в вазу. — Кстати, хочешь посмеяться? — продолжает она, начиная раскладывать продукты. — Давай, — задумчиво ответил Лев. — Проверяла я сегодня сочинения по «Евгению Онегину», и мне там девятиклассники такой бред понаписали... У одного, видите ли, Татьяна к Ленскому ушла после отъезда Онегина! Ну что за бред!? — фыркнула девушка, однако в конце фразы её пробил короткий смешок. — Конечно, гений мне такое написал! Заметив, что Штейн её не слушает, Лиза замолчала и посмотрела на него. — Лёва, всё хорошо? — чуть тише спросила она мягким тоном. Молодой человек посмотрел на неё. В кармане своего пиджака он сжимал маленькую бархатную коробочку, которую всё же не решился достать. Вынул руку из кармана и сцепил пальцы обеих в замок. — Прости, задумался. Лиза пожала плечами, мол, ничего страшного, и продолжила что-то рассказывать. А вот что — Лёва уже, к сожалению, не слушал. Его полностью поглотили мысли. В горле встал ком, и самые важные и одновременно страшные слова застряли вместе с ним. «Ты выйдешь за меня?» — именно это не получалось сказать. Останавливало совсем не сомнение, что с этой девушкой он хочет связать жизнь... Тут вопрос другой: хочет ли она связать свою жизнь с ним? Или Лиза рядом лишь потому, что жалеет его, а не потому что любит... Услышать отказ равнялось смертельной дозе яда, который пустили бы по венам. Штейн так и не осмелился достать кольцо. — Представляешь? — чуть посмеявшись, спросила Лиза. Наклонила голову набок и проницательно посмотрела на Льва. — С тобой точно всё хорошо? Ничего не случилось? — Нет, всё хорошо. Лучше не бывает, — на лице парня появилась лёгкая улыбка. — А печенье-то долго готовить? — он ловко перевёл тему. — Нет, кстати, сейчас пять минут — и будешь пробовать! Всё время, пока Гурьянова с удовольствием хлопотала на кухне, Штейн смотрел на неё, не отводя глаз. Когда наконец она хлопнула дверцей духовки, поставив сладости выпекаться, развернулась к парню, подперев кухонную столешницу ягодицами. Её пристальный, но мягкий взгляд говорил за себя. Он сразу понял, чего она хочет. Лиза подошла к кудрявому и встала сбоку от него. Чуть наклонилась, беря его за руки. — Давай, за меня держись, — проговорила она, пытаясь поднять Штейна. — Врач говорил: надо пробовать и пробовать! А главное — это настрой и желание! Как только парень встал, на лице девушки появилась широкая улыбка, а в её глазах блеснули искорки счастья и надежды. — Вот, я же говорила, что без настроя ничего не получится! Лев прыснул от смеха. Лиза склонила голову набок, заглядывая ему в глаза. — Пойдём? — он сжал губы, на что Гурьянова его подбодрила: — Настрой и желание! Штейн аккуратно перенёс ногу и наступил ей на пол, сделав шаг. — Давай, ещё! — воскликнула Лиза. — Я же знаю: всё ты можешь! И хочешь! Мы же с тобой всю квартиру обходили уже. В добавок к подбадривающим словам она пару раз поцеловала его в щёку. * * * На улице начало потихоньку смеркаться. Лиза не спеша шла по дороге и медленно катила коляску, на которой сидел Лев. К сожалению, он совсем не слушал то, что она рассказывала. Парень полностью ушёл в свои мысли, продолжая думать о кольце, которое всё ещё лежало у него в кармане. Внезапно кто-то тронул девушку за плечо. Она почувствовала, что рука тяжёлая, но тёплая, грубая. Лиза остановилась и настороженно развернулась. — Лиза, Лизонька, ты..? — проговорил мужчина лет сорока восьми. Она не могла поверить своим глазам. Гурьянова приоткрыла рот, изумлённо смотря на него. Мужчина постарел с последней их встречи. В грубых чертах лица девушка узнала доброго друга своего отца. Он всегда приносил подарки, когда приходил в гости к Гурьяновым. — Дядя Давид! — воскликнула Лиза, бросившись к нему на шею. Мужчина обнял девушку в ответ, приподнял и закружил на месте. Лев пристально смотрел на них. Губы парня вытянулись в тонкую полоску. В голове крутился единственный вопрос: кто это и что сейчас происходит? — Вы это как? Сколько лет? — с широко раскрытыми глазами спрашивала Лиза, когда Давид опустил её на землю. Штейн кашлянул, напоминая, что он тоже здесь находится. Мужчина перевёл взгляд на него. — Ты сиделкой работаешь? Кудрявая замялась. Давид мог задавать вопросы в лоб, которые не всегда были тактичными, зато после этого он сразу узнавал всё, что хотел. — Нет, — чуть тише проговорила Гурьянова. — Мы встречаемся... А сейчас вот г-гуляем..! Мужчина понял, что поставил и девушку, и парня в неловкое положение. — Прошу прощения, — прочистив горло, сказал он. Протянул руку Льву. — Давид. — Лев, — Штейн ответил на рукопожатие. Мужчина кивнул головой, отмечая, что у парня довольно крепкая рука. — Я вам тогда компанию составлю, если никто возражения не имеет? Лиза перевела взгляд на Льва. Тот кивнул. Спустя буквально пару минут они были возле дома культуры, откуда Гурьянова забрала младшую сестру. — Катюш, а попрощаться? — напомнила перед уходом девушка. — До свидания! — проговорила девочка, помахав Юре рукой. — До свидания, Юрий, — попрощалась с ним Лиза, а парень тепло улыбнулся им в ответ, продолжая складывать мольберты. Как только сёстры вышли из дома культуры, младшая тут же подбежала к Штейну, увидев его. — Лёва, Лёва...! — воскликнула Катя, начиная что-то живо рассказывать про свой сегодняшний день. Смотря на это, старшая тепло улыбнулась. Она давно уже поняла, что между парнем и девочкой выстроилась какая-то невидимая, особенно родственная связь. Подойдя к сестре, Лиза присела рядом с ней на корточки. — Катюш, ты, наверное, не помнишь — маленькая ещё была, но, — девушка указала на Давида, — дядя Давид — папин друг. Он много игрушек привозил тебе, когда ты совсем маленькой была. Девочка перевела немного озадаченный взгляд на мужчину, рассматривая его. Он в свою очередь сделал шаг ближе и тоже присел на корточки. — Как ты выросла, Катька! Совсем большая стала! — он протянул ей руку. На лице Кати появилась доверчивая улыбка, и она пожала его кисть. Затем Давид посадил девочку на плечи, и они шли чуть впереди. Он рассказывал ей что-то весёлое, стараясь развлечь и занять ребёнка. — Лёва, — шепнула кудрявая, наклонившись к нему. — Ты прости Давида... Просто он... Прямолинейный очень и иногда... Парень вздохнул, потёр переносицу. — Проехали, мне всё равно. Ничего страшного, — однако, несмотря на его слова, в голосе чувствовалось явное напряжение — то ли от усталости, то ли Штейну всё же не было столь безразлично высказывание мужчины. — Ну вот и хорошо! — улыбнулась Лиза, чмокнув его в губы. — Лиза, — позвал он её. Девушка снова наклонилась. — Он сидел? — вдруг спросил парень. — Да, — спокойно ответила она. * * * Зайдя в квартиру, Гурьянова отправила младшую сестру играть в комнату, а сама проводила Давида на кухню. Мужчина сел на стул, развернувшись к ней. Девушка прикрыла дверь и встала почти напротив него, облокотившись на столешницу кухонного гарнитура. — И о чём вы хотели поговорить, дядя Давид? — на выдохе спросила Лиза. Мужчина прочистил горло, однако она даже не дала ему раскрыть рта. — Ой, а вам хоть есть где жить? Может, у нас пока разместитесь, а как всё наладится... — Лиз, Лиза, — остановил он её. — За заботу благодарствую, я у знакомого сейчас пока перекантовываюсь. Послушай меня. Гурьянова смолкла, поджав губы, и внимательным взглядом уставилась на мужчину. — Ты из отцовских кого-нибудь видела? — он осёкся. — Ты вообще кого-то знаешь из них? Девушка отрицательно замотала головой. — Нет, я никого не знаю. Я, конечно, видела некоторых пару раз, но это было давно... И то мельком. — Плохо, — вздохнул Давид. — Лизонька, послушай, ты помочь мне должна. В отцовской банде порядок надо навести. Я всё про них уже узнал. Ты всего лишь съездишь со мной. Мы встретимся, перетрём — и всё! Лиза немного опешила. — Дядь Давид, но я же не знаю, как говорить, что говорить... И вообще... Мне кажется, это плохая затея, — она склонила голову вниз, устремляя взгляд в пол. — Не-не-не, — поспешно говорит он. — Тебе ничего делать не нужно будет. Базарить буду я, а ты постоишь рядом — и всё! — Ну а зачем тогда я? Мужчина вздохнул, устало потирая лоб ладонью. — Пойми, ты — дочь Гурьяна. У Сливы аргументов не будет. Надеюсь... — Слива? — кудрявая непонимающе взглянула на него. — Кто это? — Хер с горы один, подмявший всё под себя! — проговорил мужчина, морщась. — Меня ж не вчера с зоны выпустили, я уже всё знаю, что и как поменялось. Задумавшись, Лиза поняла, что Давид хочет занять место её отца. Однако девушка не понимала, как она поможет ему в этом: она ведь никогда не знала никого, она даже не углублялась в эту тему! — Лиз, пойми, порядки надо навести — и всё! А это я сделаю на раз-два! — воскликнул он. Гурьянова вздохнула. — Ладно, я помогу, — быстро согласилась она. Лицо Давида озарила широкая счастливая улыбка. Он начал благодарить её, однако его прервал дверной звонок. Выйдя в коридор, Лиза, взявшись за ручку двери, спросила, кто пришёл. — Это я, Лиз, — послышался голос Тани с лестничной клетки. Кудрявая открыла дверь, впуская в квартиру подругу. Та выглядела странно. На щеках блондинки, если приглядеться, можно было разглядеть высохшие мокрые дорожки, под глазами — размазанная тушь. Она вся тряслась, но не от холода или слёз, которые уже успела выплакать, — она тряслась от гнева и злости, прожигавших её изнутри. — Таня, — Лиза обеспокоенно вздохнула, беря Морозову за руку. — Что случилось? — Сука, — прошипела девушка. — Какая же он сука. Мне Матвей изменил. Голос Тани был твёрд, словно алмаз, однако в нём всё равно слышалась боль. — Ч-чего? — промямлив, переспросила Гурьянова. — Того! Изменил, блять! Я прихожу и вижу эту инфузорию в нашей кровати с какой-то бабой! — воскликнула Таня, сжав ладони в кулаки. Лиза почувствовала, как руки подруги напряглись, а лицо исказилось в ещё более злой и раздражённой гримасе. — Тань, тише, — мягко сказала она. — Пойдём. Девушка повела Морозову на кухню и усадила её на свободный стул. Сама полезла в дальний шкафчик на кухне и достала оттуда целую бутылку спиртного. — Берегла для какого-нибудь случая, но... Хотя, вот и случай! — Что же это случилось у такой дамы? — вдруг спрашивает Давид. — Мне жених прям перед самой свадьбой изменил! — взорвалась Таня. Она хотела, чтобы все, весь мир услышал, какая Матвей тварь. Мужчина понимающе взглянул на неё и, подняв брови, сжал губы. — Козлина! Что уж тут разбираться! — Как хоть? Он оправдывался как-то? Что он сказал на это? — спросила Лиза. Таня вздохнула, готовясь всё рассказать подруге.