Глава 12 Академия Шрек

Ченсянь открыла глаза, и утренний туман Шрека встретил её ароматом росы, влажной земли и… старого дерева, которое явно давно пора покрасить.  Она медитировала всю ночь. Не потому, что её заставили и не потому, что её что-то тревожило, а потому, что силы было мало.  На мгновение она закрыла глаза снова, проверяя внутренний мир. Её духовная сила едва заметно выросла — не шаг, не рывок, но движение. И это движение было достаточно, чтобы в груди загорелось ощущение правильного пути.  Она встала. Одежда подсохла от ночного воздуха, волосы мягко свисали на плечи, и когда она шагнула — земля под ногами была холодной, но такой живой, будто приветствовала новую хищницу в лесу.   Она прошла между кривых деревянных построек. Пахло травой. И болотом. И ещё… Чем-то таким, от чего принцесса из благородного клана бы развернулась и ушла, держась за нос.  Но Ченсянь не морщилась. Её глаза блестели любопытством.  Академия Шрек. Место, где обычным не место. Тут талант и безумие — неотделимы, сила важнее всего, даже стены кричат: если ты слаб — уходи.  Пока шёл рассвет, Ченсянь тренировалась в одиночку. Дыхание — ровное, движения — точные, тело — послушное. Приседание со штангой, отжимания на пальцах, ягодичный мостик со штангой, занималась с гантелями. Все инструменты она взяла из дома.   Через три часа тренировок она увидела Оскара первым — он, зевая, нес на плечах корзину с овощами и сонно повторял:  — Я непристойный маленький колбасник… Я непристойный маленький колбасник…  Ченсянь остановилась, моргнув. Он поднял глаза, увидел её — и замер, будто встретил священное животное.  — Ты… уже проснулась?! Ты… всю ночь?.. Ты…  Он забыл говорить. Колбасник без слов — настоящее чудо.  — Две большие востанавливающие сосиски дай, пожалуйста... — сказала Ченсянь просто.  — Уже тренируешься? — спросил Оскар, выдав ей две сосиски восстановления.  — Да. Спасибо.  — Ты уверена, что ты не… — он сделал паузу, — тайная родственница... Дай Мубая? У вас этот взгляд одинаковый. "Если не стану сильнее — умру".  Она не ответила. И Оскар понял: да.  — Ладно, не буду отвлекать. — вздохнул Оскар, — Но не сильно перегружать, впереди ещё урок. А они адские.  После ухода Оскара она продолжила свои тренировки.  Каждый удар, каждый шаг, каждое движение духовой энергии — как молитва миру, который она намерена покорить.  Когда солнце поднялось, она уже стояла, будто готовая к битве с небом.  И тогда прозвучал голос:  — Ну, раз ты уже тут, идём на урок.  Дай Мубай подошёл. Он выглядел роскошно, уверенно — и немного расстроенно, словно мир перестал быть только его ареной.  — Доброе утро, — сказала Ченсянь.  — У нас тут, — он щёлкнул пальцами, — не благородная академия. Здесь доброе утро начинается с синяков и тяжёлого дыхания.  Она спокойно кивнула.  — Подходит.  Он усмехнулся.  Учебная площадка выглядела ещё страшнее, чем вчера: трава выжжена, земля врезана следами от сражений, рядом поваленное дерево — видимо, жертва одного из тренировочных дней.  Чжао Уцзы стоял как гора.  — Сегодня мы проверим вашу реальную боевую подготовку, — рычал он. — В Шреке нет слабых. Если ты слаб — ты вылетаешь. Если ты ленив — ты вылетаешь. Если ты плачешь — ты просто плачешь, но всё равно дерёшься.  Ма Ходзюнь уже присел, будто хотел спрятаться. Оскар ел булку, но дрожал. Ченсянь стояла прямо, глаза спокойные, дыхание ровное.  — Хм, — Чжао Уцзы посмотрел на неё. — Ты хотя бы поспала?  — Тренировалась.  Учитель хмыкнул. В глазах мелькнуло: опасная.  И началась тренировка: бег, уклонение, удары, парные спарринги. Все были на пределе. Даже Дай Мубай вспотел — пусть делал вид, что нет. Ченсянь — не дрогнула.  Когда урок закончился, ученики лежали, как побитые лисы, а она просто медленно выдыхала, убирая последние колебания энергии.  И учителя смотрели не на группу — на неё. На девочку, что приняла их ад… как обычное утро.  — У вас есть два часа на отдых, потом мы идём на практику на Боевой стадион.  Через два часа:  — Сегодня ты увидишь нашу арену, — сказал Дай Мубай, когда солнце уже склонялось.  Стадион был грубый, деревянный, круглый. Пахло пылью, кровью и амбициями.  — Здесь мы проверяем силу, — сказал он. — Не ради славы. Ради выживания.  Ченсянь смотрела молча. Потом сказала:  — Хорошо.  — Не волнуйся, — Оскар попытался улыбнуться. — Здесь редко умирают.  Ма Ходзюнь поднял палец:  — Но это не точно.  Ченсянь улыбнулась — тихо, едва заметно. И в этот момент весь Шрек почувствовал странное… Эта девочка не просто монстр. Она — вызов. Вызов всему миру.  Она поднялась на верхний ярус деревянной арены. Ветер тронул её волосы. Мир был тих, и она видела вдали раскинувшуюся нетронутую природу, поле, лес — дикую красоту, что окружала Академию Шрек.  Глаза её медленно закрылись. И она пообещала себе: "Я стану сильнее, чем вчера. И завтра — сильнее, чем сегодня."  Мир духов дрогнет. Гордые упадут. Небеса расколются. И имя Ченсянь станет эхом, которое не сможет затихнуть.