Часть 20. Оппозиция готовит удар

— Что значит «хвостатой тварью»? — Глаза Акиро метали молнии. Он походил на очень злого медведя, точнее, медведицу, медвежонка которой схватил чересчур самоуверенный охотник.        Два, сидевшая на плече Владимира, тонко запищала, и сыщик пояснил, заглядывая за угол:        — Он превратил его в енота. Что ж, теперь понятно, кто разгромил лабораторию… А он говорил, что это был дикий зверь.        — Если Даня пострадал, я лично вытряхну душу из этого старого пса! — прошипел Акиро, следуя за сыщиком в лабораторию.        Мыши, поплутав за Филиппом, рассказали много интересного — такого, что не знали ни Владимир, ни Акиро. Что ж, зато теперь вся подлая сущность советника была у них на ладони. Предатель отравил короля, чтобы занять его место. Он надеялся править Дримтери, но оказалось, что у Великого был наследник. Этот наследник пропал — народ посчитал его нечистым, ведь северяне такие подозрительные (ха-ха, классика!). Но Данил никого не травил, ведь сам стал жертвой кровожадного любителя власти.        Старому пауку нужна была корона — символ королевской избранности. Кажется — что в этом плохого? Предатель и убийца не мог быть выбран чистым артефактом. Но, как оказалось, и тут Филипп уже всё продумал, используя слабость короны — её привычку редко сидеть на голове. Короли Дримтери не носили её постоянно — им это было не нужно: народ и так знал своего короля и не было нужды везде доказывать свой статус. Поэтому корона надевалась лишь во время церемонии. С помощью зелий, вычитанный, наверняка, в какой-то книге, Филипп заставил артефакт думать, что церемония уже прошла — тогда, в тронном зале, когда он надел на голову принца то, что мгновенно считало его мысли, чувства и цели. Церемония была проведена… так думал артефакт, мгновенно уснув после. Но правда была в том, что никто не был свидетелем той церемонии, кроме Филиппа и погружённого в печаль Данила, что, наверное, так и не понял, свидетелем и участником какой гнусной лжи стал.        Итак, корона спала. Пробудить её могла лишь новая церемония — но для этого принц, тайный король, должен был лично отречься от престола. Либо корону должен был надеть тот, кого не могло быть на престоле — человек, не принадлежащий этому миру, животное. В Дримтери таких людей не водилось, а животные не интересовались правлением людей, поэтому Филипп мог быть спокоен хотя бы в одном.        Всё это, всю, казалось бы, невероятно секретную информацию, о которой не должна была знать ни одна живая или мёртвая душа, Владимир узнал… от мышей. Да, советник, конечно, был умён, но уж очень болтлив — и почему-то не страдал здоровой подозрительностью к замковым стенам, у которых тоже могли быть уши. К счастью, он не знал, каких маленьких помощников Владимир носил за пазухой.        К несчастью, план советника был ужасен и почти выполнен.        — Нам нужно вернуть принца домой до того, как он решит провести коронацию, — буркнул Владимир, пытаясь вскрыть лабораторию. — Люди не знают о пройденной церемонии. Артефакт будет спать, пока думает, что нынешний король уже избран. Но все решат, что советник чист, так как его не отвергли. У нас проблемы.        — Может, твои мыши могут её украсть?        — Если она столь важна, не думаю, что он оставит её без защиты.        — Что ж, хотя бы сраный пёс не будет мешать, — поморщился Акиро.        Донесли мыши и другое — то, что советник остался один. Вернувшийся из другого мира Снипс притащил корону и свои надежды, но был раздавлен и уничтожен. Данил был прав — паука интересовали только свои интересы. Сжимая корону, свой трофей, который он не заслужил, Филипп совсем не думал о другом — том, кому обещал многое, но не сделал ничего.        Когда Снипс тявкнул, что пора бы выполнять свои обещания, то получил в ответ лишь хмыканье. «Думаешь, я убирал её со своего пути, чтобы вернуть после? Соперницу? Эту опытную суку?» — издевательски заметил он и, когда слуга издал негодующий вой, швырнул ему под ноги зелье, мгновенно окутавшее Снипса с головы до ног липкими чёрными жгутами. Как и предсказывал Данил, Филиппу не нужны были ни преданность, ни честь, ни выполненные обещания. Отправив пса обратно в другой мир, Филипп спрятал корону за пазуху своего плаща и с видом победителя ушёл, вызвав даже у мышей оторопь — такого гнусного предательства они ещё не видели. Тем выгоднее на фоне противного паука смотрелся их собственный хозяин, что всегда держал слово.        Владимир и Акиро попали в лабораторию. Два тотчас сорвалась с плеча сыщика и метнулась вниз, чтобы показать, где советник хранил телепортационное зелье.        — Здесь только два, — заглянув в тубус, мрачно заметил Акиро.        Владимир кивнул.        — Ты лучше знаешь принца, так что иди. Я постараюсь сдерживать церемонию так долго, как смогу.        — Смотри, не стань следующим, кого превратят в тварюшку, — с лёгким сарказмом, но всё-равно беспокойно напомнил Акиро. — Судя по всему, товарищ он упорный. И пойдёт к цели по головам, если ему надо.        — Да, новых конкурентов он явно не потерпит, — согласился Владимир. — В крайнем случае попытаемся украсть корону. Если ты не найдёшь принца или если он…        — Он жив! — отрезал Акиро, так резко, будто готовый напасть, если с ним начнут спорить. — Полскун, мы росли вместе! Как братья! Я точно знаю, что он жив. Жив…        — Ладно, жив, — кивнул Владимир. — Нам же лучше, если это так. Но вдруг… если… тогда хотя бы его тело. Артефакту хватит, если оно будет в Дримтери.        Акиро глянул на него, как на что-то, что ненавидел, но спустя мгновение огонь ярости в его глазах потух. Сыщик, хоть и говорил неприятную вещь, был прав. Сейчас он, Акиро, должен был думать не как человек, друг Данила, а как король, которого Дримтери сейчас не хватало. Если с Данилом что-то случилось… Что ж, Акиро ни за что не позволит его убийце получить этот трон.        — Как оно работает? — спрятав одно из зелий в карман, потряс склянку он.        Два пискнула, взмахнув лапками.        — Просто разбей её об пол, — пояснил Владимир.        Сжав зубы, Акиро швырнул склянку на пол. Раздался звук разбитого стекла — и стремительный вихрь вырвался на волю, дохнув в лица присутствующим голубыми искрами. Владимир и Акиро невольно отпрянули, но Два снова запищала и указала лапой на появившуюся воронку.        — Иди, оно перенесёт тебя, — произнёс Владимир.        Акиро решительно расправил плечи и шагнул вперёд.        — Даня, я иду, — выдохнул он — и через мгновение осыпался искрами, медленно тающими в воздухе.        Два и Владимир переглянулись.        — Да уж, не такое я ожидал первое задание без наставника, — вздохнув, признался сыщик, и мышь сочувственно прижалась тельцем к его прохладной руке.