Астрономическая башня.

Полночь на Астрономической башне была особенным временем. Воздух был прохладным, чистым и невероятно тихим, нарушаемым лишь легким свистом ветра. Звезды горели над головой, словно бриллиантовая россыпь на черном бархате, и в их свете мир казался огромным, но в то же время невероятно личным. Астория пришла сюда, потому что сон, как обычно, ускользал от нее. Последние дни были слишком напряженными, слишком наполненными… им. Она пыталась не думать о Малфое, но его образ, его запах, его прикосновения преследовали ее. Башня казалась единственным местом, где можно было сбежать от всего, даже от себя. Она стояла у парапета, вглядываясь в темный, раскинувшийся внизу замок и Запретный лес, когда услышала легкие шаги по каменным ступеням. Ее сердце дрогнуло. Кто еще мог быть здесь в такой час? Она инстинктивно напряглась, готовясь отругать незваного гостя, но затем увидела знакомый силуэт, который медленно поднимался по последнему пролету. Малфой. Конечно, это был он. В тусклом лунном свете его светлые волосы казались еще бледнее, а высокая фигура выглядела еще более отстраненной. Он, кажется, тоже не ожидал никого увидеть. Когда его взгляд упал на нее, он замер на месте, его брови чуть нахмурились от удивления. — Астория? — прошептал он, его голос был необычно тихим, почти растворяющимся в ночной тишине. В нем не было обычной насмешки, только чистое недоумение. — Что ты здесь делаешь? Астория почувствовала, как по ее венам разливается это знакомое, тревожное тепло. Почему она всегда натыкалась на него в такие моменты? Почему именно он, когда ей хотелось быть одной? — Не спится, — просто ответила она, не пытаясь придать голосу резкости. Она отвернулась, снова глядя на звезды. — А ты? Драко не ответил сразу. Он медленно подошел к парапету, останавливаясь в нескольких шагах от нее. Его присутствие было ощутимым, почти осязаемым, но он не нарушал ее личное пространство. Астория чувствовала его взгляд на себе, но не осмеливалась обернуться. — Тоже, — наконец произнес он, его голос был еще тише, чем раньше. Он тоже уставился в небо, и в его позе было что-то необычно задумчивое, почти меланхоличное. Это был не тот Драко Малфой, которого она знала, не тот, который всегда был полон презрения и самоуверенности. Они стояли так несколько долгих минут, два одиноких силуэта на вершине башни, под огромным, равнодушным небом. Между ними висело невысказанное. Воспоминания о совместных уроках, о вечеринке, о каждом взгляде, каждом случайном прикосновении. Теперь, в этой тишине, эти моменты казались еще более реальными, еще более значимыми. Астория осмелилась взглянуть на него краем глаза. Он смотрел на звезды, и свет луны падал на его лицо, выделяя острые черты, придавая им какую-то особую, почти хрупкую красоту. На мгновение ей показалось, что она видит в нем не заносчивого аристократа, а просто уставшего парня, который тоже ищет ответы в ночном небе. Их взгляды случайно встретились. В его серебристых глазах читалось что-то, что она не могла понять — смесь усталости, скрытой боли и… чего-то еще, что заставило ее сердце сжаться. В этот момент не было ни факультетской вражды, ни социальных барьеров, ни застарелых обид. Были только двое людей, столкнувшихся в самый неподходящий, но, возможно, самый нужный момент. Драко отвел взгляд первым, снова сосредоточившись на звездах. Он не сказал больше ни слова. И Астория тоже молчала. Ей казалось, что любые слова нарушат хрупкое перемирие, возникшее между ними, разрушат эту необыкновенную близость. Она просто продолжала стоять рядом с ним, чувствуя его тепло, его присутствие. И впервые за долгое время, глядя на звезды, она не чувствовала себя такой одинокой. Она не знала, сколько времени они так простояли. Возможно, десять минут, а может быть, целый час. Но когда первые проблески рассвета начали окрашивать горизонт, Драко слегка пошевелился. — Мне пора, — тихо сказал он, даже не взглянув на нее. Его голос снова стал более отстраненным, словно он уже возвращался к своей обычной маске. Астория лишь кивнула, не в силах произнести ни звука. Она смотрела, как он медленно отходит от парапета, как его фигура растворяется в сумеречной дымке, спускаясь по ступеням. И хотя он ушел, его присутствие все еще ощущалось рядом. Тишина на башне стала еще глубже, но звезды над головой все еще горели, и в них теперь таилось что-то новое — невысказанное обещание, намек на то, что эти случайные встречи были далеко не случайными.