То что нас не убивает, делает нас сильнее

"Призрак", идущий на полном ходу, стал стремительно рвать разницу в глубине с поверхностью.

3600 метров под поверхностью воды. Восемнадцать километров от берега.

- Капитан, вы входите в самый опасный исследованый слой моря. Рекомендуется включить режим "Тихого хода". - Нам хватит энергии до берега? - Произвожу расчёты... Да. Энергии хватит на то, чтобы доплыть до берега и обратно ещё пять раз. - А если нам понадобиться применить защиту? Щиты там, лазеры... - Простите, я забыла учесть данный фактор. Перерасчёт... В случае частого использования систем защиты энергии хватит ровно до поверхности. - Насколько часто мы можем их использовать при таком раскладе? - Каждые тридцать секунд, если щит, и каждую минуту, если залп из всех лазерных башен длинной в тридцать секунд. - Довольно часто...

3400 метров под поверхностью воды. Семнадцать километров от берега.

- Внимание, прямо по курсу зафиксирована аномалия, схожая с той, что вы встретили при отстыковке. - Что?! Стоп машина! Но не успел я ничего и сделать, как субмарина затряслась, а через пару секунд всё стабилизировалось. - Плана...

1800 метров под поверхностью воды. Десять километров от берега.

- Воу... Эта оказалась действительно полезной...

Внимание! Биологическая сигнатура, схожая с существами класса "Левиафан" обнаружена в пятиста метрах от вас!

Гидролокатор снова стал отображать красную точку, медленно подползавшую к подлодке сзади. "В случае чего мы должны успеть, ведь так?..." - Капитан, двигатель перегрелся. - Чего?! - Винт, как и гребной механизм, не могут всё время работать на такой высокой мощности. Рекомендую вам снизить мощность двигателя до пятидесяти процентов, дабы исключить риски потери управления и пожара. - Я правильно понимаю, что машина после этого станет в два раза медленнее? - Верно. - Пизда... Нормальный ход!... - Принято. - Плана, свяжи меня с През... - Вызываю машинное отделение... - Да? - Плохие новости - мы замедляемся. Хорошие новости - мы пропустили "слой Левиафанов". - Угу... А почему мы замедляемся? - Двигатель перегрелся... - А как мы так быстро прошли? - Та же аномалия, что нас на ту глубину вывела... - Понятно... - У вас там что? - Системы активированы, ведётся поиск целей. Джексон вовсю над реактором пашет, пытается разобраться в его устройстве... - Левиафан в трёхста метрах от вас. - Странные вы люди - вроде бы вывели меня на гигантскую глубину, населённую огромными морскими тварями, а вроде и ничего плохого в вас нету... - Двести семьдесят. - През, подготовь защиту - Левиафан, а точнее то существо, что сбежало из Абидоса, менее чем в трёхста метрах от нас. - Поняла... Джексон! Включи генератор щита! - Отключаюсь. Удачи нам всем... - Да поможет нам бог... - Связь оборвана. - Держи меня в курсе насчёт дистанции до существа... - Двести тридцать метров. - Хули оно такое быстрое?! - Из услышаного мной разговора могу предположить, что существо пережило ещё один мутагенез, приспособившись к жизни в воде. - А ведь это когда-то была обычная девочка...

1500 метров под поверхностью воды. Восемь километров от берега.

- Нужно подниматься выше... Думаю, на поверхности у нас есть шанс выжить... - Внимание! Приготовтесь к столкновения! Существо атакует! Не успел я и руки от штурвала убрать, как по корпусу ударили с такой силой, что меня откинуло на два метра. Быстро встав и снова оказавшись "у руля", потянул штурвал на себя, в надежде порвать дистанцию резким всплытием. - Атака! Последовал ещё один мощный удар по обшивке субмарины, но в этот раз я смог устоять на ногах. - Плана, свяжи с През... - Выполняю... - Аякс, вот прям совсем не вовремя! - Включите щит! - Мы пытаемся! Существо успело войти в радиус до того, как генератор заработал, поэтому нам нужно сначала порвать дистанцию, а потом включать... - А "Буря"? - Ах ты негодник, все документы перечитал... Нам хватит энергии если мы будем её применять? - Плана сказала, что если мы хотим всплыть - можем по полминуты жечь эту падаль, а потом минуту отдыхать. - А нам нужно доплыть, а не всплыть! Всплыть можно и к верху пузом... - Это с учётом щита. Думаю вы вполне можете давать существу короткие лучи в ответ на атаки. - Атака! - Твою!... - Всё в порядке? - Это как посмотреть... Мы так-то в морской пучине с рыбой, желающей нами полакомиться... - Ответьте этой твари чем-нибудь! - Ха! Как пить дать! - Надеюсь на вас. Задайте жару!

1200 метров под поверхностью воды. Шесть километров от берега.

- Есть слабый радиосигнал. Попытаться связаться с сушей? - Спрашиваешь ещё!

***

- Куда мы едем? - К побережью. - А... Зачем нам столько артиллерии? - Что-ж... Видимо я всё же должна тебе рассказать и про это... - Да почему вы любите всё замалчивать?! - Иногда информацию нужно держать в тайне, так как она может вызвать непредсказуемую реакцию... - Ценой человеческой жизни?! - Мисс Сорасаки... Вам не кажется, что не в вашей компетенции такое говорить? - Что вы... - В инциденте в академии обвиняют именно ВАС, вы в курсе?

Я... Я... Я не хотела никого обидеть...

- Кхм... Да... - И какие тогда вопросы? Вы - начальник геноцида, обвиняете меня в том, что я скрываю важную правительственную информацию, которая при этом касается только пары человек. Не академии, не общества, только пару человек. Чувствуете разницу? - ... - Мы почти приехали. - Введите меня в курс дела... - Наши локаторы засекли сигнал подводной лодки, полностью совпадающий с сигналом атомного подводного крейсера "Призрак". Технология производства как и сама субмарина секретна, и мы не можем допустить утечку такой информации за границу... - Погодите, вы считаете, что Аякс... Угнал эту подлодку?! - Не исключаю этого факта. За такую машину за границей могут очень хорошо заплатить... - Я понимаю, что он жестокий, иногда недоверчивый, да и сам он особо доверия не вызывает, но он не предатель! Он обещал нам помочь, значит эта субмарина нужна ему для какой-то другой цели! - И какой же? Да и тем более, это в любом случае угон. У него не было разрешения правительства. - ... - Приехали. Выйдя из лимузина мы направились в сторону пляжа. На побережье вместо шизлонгов и волейбольных сеток была расставлена артиллерия, а к нашему прибытию на пляж прилетело несколько боевых вертолётов. - И... Зачем... Зачем это всё? - На всякий случай. У "Призрака" отличная броня и система периметральной защиты - щиты и лазеры которые образуют смертоносное и почти непробиваемое поле. Если Аякс и вправду взял субмарину для каких-то личных целей - он просто нам сдастся. В противном случае... Мы будем готовы.

***

- Атака! *Удар* - Капитан, существо скоро начнёт наносить ощутимый урон субмарине. - А мне блять что сделать?! Моя бы воля - вышел бы и набил пиздак этой мрази, да не могу! - Атака! *Удар* - Нарушена целостность корпуса в машинном отделении, возможен пожар. - Блять! Автопилот! - Принято. Огнетушитель находится в отсеке. - ... "Ещё пожара рядом с ядерным реактором не хватало..." - Атака! *Удар* - ДА ЗАЕБАЛА! Быстро пробежав Джексона и През, я оказался рядом с реактором - обшивка изнутри и вправду была порвана, а из стены торчали провода, искря маленькими молниями. - И где пожар? Стоило только об этом подумать, как по корпусу прогремел ещё один удар, пробивший обшивку. В корпус медленным ручейком начала заливаться вода, а маленький баллон с газом, нужный для портативной газовой плиты, невольно привлекал моё внимание. "Если он ёбнет - может сдетонировать вся машина..." - Атака! *Удар* Этот удар оказался сильнее других - пробив обшивку, одно из щупалец этого существа повредило баллон, толкнув его прямо к оголённым проводам... - НЕТ! Прогремел мощный взрыв, а пламя обожгло моё лицо, правда понять я этого не успел - сразу после этого я упал без сознания, лёжа на полу затапливаемого машинного отделения... "Только... Не... Реактор..."

***

*Взрыв* - Твою мать! - Джексон, проконтролируй здесь всё! Я пойду посмотрю что там произошло... Метнувшись к шлюзу, я почти сразу заметила Аякса - он лежал на животе, руки были на лице и, судя по всему, он был без сознания. - Аякс! Аякс! Что-то мокрое захлюпало под ногами - в корпус стремительно просачивалась вода. - Нет-нет-нет! Держись! Снова оказавшись в комнате управления системами защиты, я взяла из шкафчик ремонтный инструмент. Мои работники говорили, что он может заваривать при любых условиях - от воды, до чистого вакуума. - Надеюсь его мощности хватит, чтобы заделать пробоины...

***

- ... - ...? - ? - Где я? Я лежал на мягкой, зелёной траве, которую видел только в фильмах. Рядом стоял гигантский дуб, высотой с пятиэтажное здание, и, раскинув свою крону, защищал меня от солнечного света, видного даже через густые листья. - Как-то... Необычно... Вставать не хотелось. Впервые в жизни я хотел остаться на холодной земле не из-за ужасных мыслей, а из-за комфорта... - Так...

...Приятно...

...Тихо...

...Удобно...

- Я тут один? Ау? Мне никто не ответил. Пересилив себя и встав, я выглянул за дерево, увидев залитый солнцем берег... - Как ярко... Медленным шагом идя по траве в сторону пляжа, я подмечал, что тут кроме этого ничего нет - ни домов, ни заводов, ни армии, ни проблем... Ничего. Пустота и покой... Травяной покров кончился, и вместо него начался золотистый песок - не тот, что на пляжах, полный мусора и ракушек, а чистый, яркий и тёплый песок. Сняв берцы, я впервые обратил на себя внимание - на мне была лишь лёгкая униформа, без автомата, пистолета, брони, разгрузки... Тепло медленно окутывало всё моё тело и я невольно расслабился, позволив себе сесть на песок. "Какой смысл проверять местность на угрозы, если тут так хорошо?..." Я никогда не мог нормально отдохнуть... Сначала из-за семьи, потом из-за навалившихся обязанностей... Когда мне было девять, у меня погибла сестра. Это не была её вина, она попала в уличную перестрелку и получила ранение в сердце. Когда её привезли в больницу, врачи уже не могли ей помочь... Именно тогда мой детский мир начал рушиться. Если безопасное окружение забирает дорогого тебе человека, задумайся - а безопасное ли оно вообще? Когда я стал старше, отец почти полностью перестал взаимодействовать с нами - его единственной любовью стала бутылка. Мать пыталась вернуть его на "светлую дорожку", но что бы она не пробовала - бесполезно. Именно в этот период жизни, когда мне больше всего нужна была поддержка, когда я больше всего хотел заработать похвалу, когда моя душа пыталась стереть всё то плохое, что было в прошлом...

Мне не помогли...

Мне нужна была рука помощи...

Но мне её не протянули...

Может ли ребёнок, выросший практически без родительской любви, стать кем-то хорошим? Нет. Родители - люди, формирующие в тебе человека. Без них ты не больше, чем тело с человеческой внешностью, но не чувствами. Но что делать детям-сиротам? Или тем, кого ещё в детстве сдали в детский дом? Ответ до боли в душе прост - не дали тепла, тогда...

Создай его сам.

Я зациклился на учёбе. Лучшие оценки в классе, потом в параллели... Каждый месяц я ездил на трижды ненужные мне олимпиады, участвовал в соревнованиях, зарабатывал награды... Всё это было только ради того, чтобы хоть раз услышать простое, человеческое...

"Молодец, сынок!"

Но в ответ тишина. Я поступил в кадетское училище, в надежде произвести впечатление хотя бы на маму, но в ответ снова тишина, и тихое "Хоть подохнешь как человек..." от папы. Этот удар был больнее всех тех, что я пережил за свою жизнь. Отец продолжал пить и бить нас с матерью, и несмотря на мою отличную физическую форму я продолжал терпеть. Я защищал только мать, не позволяя ему её ударить, перенимая весь гнев на себя. Его кулаки оставляли гигантские синие следы на моём теле, но он не понимал, что ломает не мою стойкость, а мою психику. Точнее, доламывает то, что осталось... Он надеялся изменить моё решение грубой силой, но я был непоколебим - я с отличием закончил училище и пошёл в академию ФСБ. К тому моменту я уже полгода работал на подработке, и получал достаточно денег чтобы съехать. В отличие от других, я не питал ложного чувства "свободы", я понимал - взрослая жизнь началась, и я теперь сам за себя. Мне никто не поможет, я должен рассчитывать только на свои силы, считать каждую копейку, оплачивать счета и квартиру, покупать еду не по прихоти, а по степени полезности. Первые несколько месяцев были самыми тяжёлыми - денег хватало еле-еле, питался я в основном лапшой и макаронами, травя свой желудок химией и приправами, часто ругался с арендодателем квартиры из-за сроков оплаты... Но потом всё изменилось. Всё стало... Легче. Я наконец смог рассчитать деньги так, чтобы мне хватило на месяц, а потом ещё и чуть-чуть оставил, начав экономить на пицце и прочем фастфуде. Я отучился и начал работать. Деньги не то что потекли рекой, но их стало достаточно для проживания с чувством комфорта.

За всё это время мне ни разу не позвонили мои родители.

Да, я мог бы позвонить и сам, "запихнуть свою гордость в задницу", как любил говорить мой отец, но тут дело было не в гордости - им было настолько плевать, что они даже не удосужились спросить, куда я вообще еду. Я буду любить их несмотря ни на что, и в случае чего всегда буду на их стороне, но тёплых отношений между нами нет и не будет. Даже если мой батя "прозреет" и решит извиниться за свои поступки... Я прощу его. Но не вернусь. Слишком много времени прошло для того, чтобы можно было всё забыть. Пока дети-сироты находят себе девушек, создают семью, получают ту любовь что у них отняли... Я ничего не делаю. Не потому что я зациклен на себе, не могу принять взгляды других, чужие ценности... Хотя нет, всё же часть этого есть... Но не в этом дело. Просто всё тщетно. Я много раз пытался завести девушку, найти верных друзей, влиться в чью-нибудь компанию... Но ничего. Лишь провалы, подрывавшие мой авторитет и самооценку. Я перерос и этот возраст, и понял одну важную вещь...

Я умею создавать тепло, но я не умею его чувствовать...

Я люблю Аню, но никогда не хотел, чтобы меня любили в ответ. Нет, безусловно я рад, что я ей нравлюсь и она считает меня отцом, но если бы всё было наоборот - она бы меня ненавидела, хотела бы прекратить общение, отстраниться... Я бы всё равно бы за ней присматривал. В ущерб себе, но стал бы. Хина... Она такая же, как и я - мягкая, хрупкая, верящая в доброту... Но только я это запер внутри себя, лишь изредка показывая эти чувства, а она выставляет их на всеобщее обозрение. И в этом как её сила, так и её ошибка - академия явный тому пример. Они бы не пошли убивать детей, если бы она была хоть чуточку жёстче... Сидя на песке и вспоминая прошлое, я вдруг услышал два голоса - женский и мужской. Они были не тут. Несмотря на всю неразборчивость, я всё же смог услышать несколько фраз: - Но это крайне рискованый опыт! Что будет, если мы допустим ошибку, если мы... - Так не допустите её! Он должен жить несмотря ни на что, понятно?! - Хорошо... Но понравится ли ему он сам, когда он придёт в себя? - Об этом он нам и расскажет, а сейчас - приступайте! - Хорошо, госпожа Президент...