Глава 1– Убежище №324

– Вставай, опять опоздаешь на работу! Мягкий голос пробился сквозь пелену сна к лежащей на боку Мэй. Она протерла глаза и посмотрела в окно. Утро в этом городе не отличалось от ночи, потому что город находился под землей. Подземные города были нормой в этом мире созданном для выживания, но это не значит что подземный город – безопасное место. – Как не хочется то... — Сонно проговорила девушка, но все же встала с кровати и схватила одежду лежавшую на стуле. – Ты так каждый день говоришь, а потом снова мыслишь о том что попадешь на верх и все там изучишь. — Алиса подала ей завтрак, горячий, вкусный суп с двумя кусками хлеба. – С такой работой я могу и передумать. Наверное жители там даже не думают взять в руки пергамент на котором нарисована карта города. Сверху были те же города, но у жителей которые там жили было больше возможностей и действовали законы. Что бы попасть на верх надо было не мало постараться – для начала заработать прилежную сумму что бы заплатить стражникам у ворот, а затем что бы не умереть иметь талант или хорошие знания. Этого и хотели добиться Мэй с Алисой. Мэй встала из за стола, но руки подруги легли ей на её округлые плечи и усадили обратно. — Доедай. — Мягкий голос подруги стал строже. Алиса не отошла от Мэй, наоборот, её хрупкие и тонкие руки дотянулись до расчёски и она прошлась ею по темно-медным волосам подруги. – Необязательно расчесывать мои волосы! — Мэй недовольно фыркнула, но не сопротивлялась и доедала суп. – Твои локоны выглядят так будто в них устроили бойню! — Расческа доходила до лопаток и обратно возрашалась к макушке. – Смотрятся так, будто ты ночью через вентиляцию лазила, а не спала, — парировала Алиса, и расческа заскользила вниз, к лопаткам,осторожно распутывая узлы. Закончив с супом, Мэй резко встала. – Ну ладно, я пошла. Не скучай в своей лаборатории без меня. Мэй вышла накинув на себя кожанный жилет. Каждый город имел свой номер и название. Наши девушки жили в "Убежище №324" нумеровка не имела смысла. В каждом таком Убежище жило по пятьсот, а то и тысяча человек, а сверху, где жили одни богачи или обычные люди, ценился комфорт. По раздумкам Мэй наверху в таких же "Убежищах" жило по сто или триста человек, но она лишь представляла как выглядит внешний мир, поэтому не могла утверждать что там все схоже по внешним параметрам. Сегодня её раздумья снова были о внешнем мире, обыденное для неё дело. Улицы города были пыльными и грязными, дышать было невозможно, но Мэй как и остальные жители города привыкла к такой среде обитания. Она шла по переулкам и разным улицам, но куда бы она не шла на неё всегда смотрело хотя бы одна пара глаз. Она уже давно приметила что в мыслях у этих людей. Если эти люди уже знакомы с ней лично, то думают они "Опять эта странная, будто с небес на нашу голову свалилась.", а если её видели впервые, то думали "Неужели барышням сверху наскучило настолько, что они явились вниз?" — Люди удивлялись тому как в таком бедном городе может жить девушка с живым телом, а не костями. Мисс Нора развешивала белье на балконе, заметив Мэй она проговорила своему мужу мистеру Кайлу который сидел в гостиной и попивал горячий суп. – С каждым днем удивляюсь видя эту девчонку.  Где она еду берет? Мистер Кайл отвлекся от супа и взглянул на свою жену — Высокая, с длинной шеей и вся худая. – Повезло девчонке, вот и всё. Вряд ли еду ворует, здесь воровать то нечего. Нора смотревшая вслед Мэй зашла обратно в комнату и закрыла двери на балкон. – Вот только знаешь ведь что родители у неё сверху, может как то ей едв отправляют? Мужчина лишь усмехнулся заявлению женщины. – Так они ж родную дочь здесь оставили, думаешь им есть до неё дело? Бросили бедную одну, взяли только старшую. Зачем тебе вообще они, у тебя своя жизнь есть. Нора больше ничего не добавила, уступив своему мужу. В это время Мэй уже дошла до таверны в которой работала баристой. Ей предлогали быть оффицианткой, но попробовав себя в этой роли она решила что это не её. – Доброе утро, мистер Кольт! — с порога поздоровалась Мэй. – Доброе! Сегодня без опоздания? Удивила. — хрипло произнес старик, попивая пиво. – Ну что вы, говорите так будто я каждый день опаздываю. — Вешая жилет ответила Мэй. – Хе-Хе-Хе, дней с опозданием у тебя больше чем дней пришежших вовремя. — без злобы произнес мистер Кольт. – Да ладно вам. — Девушка вышла из раздевалки поправляя фартук. – Сегодня должно быть клиентов много будет? Слышала сверху офицеры спускаются что бы проверить что то. Но не успела Мэй услышать ответ, как дверь таверны распахнулась и вошла первая волна клиентов. Вздохнув девушка встала за стойку и ждала первых заказов. Утро сменилось днем, казалось бы ничего интересного за день не произойдет, но в миг воздух застыл и раскололся. Дверь не распахнулась с грохотом — она открылась ровно настолько, чтобы впустить вертикальную тень. И вместе с ней в помещение вкатилась волна холодного, чужеродного воздуха, пахнущего озоном и стерильной сталью. Он вошёл. Высокий. Жилистый, не мускулистый в подземном понимании, где сила груба и очевидна, а подтянутый, будто каждый мускул был туго натянутой струной. Его осанка была оскорбительно безупречной — прямая спина, отведённые назад плечи, подбородок, выставленный под таким углом, что казалось, он не смотрит на людей, а рассматривает образцы под микроскопом. Черты его лица казались выточенными ледяным резцом: высокие скулы, резко очерченная линия скул, тонкий, лишённый всякой мягкости рот. Но главным были глаза. Цвета колодезной тьмы на глубине, куда не доходит свет. Они медленно скользнули по залу, и под этим взглядом привычный гул голосов стих, будто кто-то выдернул вилку из шума. Люди инстинктивно отводили взгляд, съёживались, стараясь стать незаметнее. На нём был мундир. Не грубая униформа местной стражи, а сложный крой из ткани, которой здесь не знали, она не поглощала свет, а отталкивала его матовым, угрожающим блеском. На отвороте — несколько миниатюрных значков, смысл которых был ясен без слов: власть, доступ, неприкосновенность. С первого взгляда он казался статуей, отлитой из льда и стали. Но волосы... Волосы были живыми. Они лежали не гладким шлемом, а беспокойным, многослойным облаком, от которого в разные стороны отходили темные, «рваные» пряди, будто их стригли в темноте, полагаясь на интуицию. Объем на макушке отбрасывал на его лицо подвижные тени, и это единственное движение в его облике заставляло Мэй смотреть снова и снова. Лишь потом она заметила, что он вошел не один — следом, как его собственная, более приглушённая тень, вошёл другой. Чуть ниже, чуть шире в плечах, с лицом, в котором не было ледяной резкости, но была каменная, непробиваемая ясность. Его светлые, цвета холодной воды глаза не метались по залу — они методично сканировали пространство, фиксируя выходы, лица, потенциальные угрозы. На нём была та же матовая форма, но без лишних инсигний. Он не привлекал к себе внимания, но его присутствие делало фигуру Зейна в дверном проёме ещё более абсолютной и непререкаемой. Если Зейн был клинком, то этот человек — рукоятью и ножнами: неотъемлемой частью оружия, той, что остаётся в тени, но без которой удар невозможен. – Вот и пришли наши гости сверху. — старик Кольт недовольно вздохнул. – Поди начнут всех расспрашивать обо всем. – А что вообще произошло? — Мэй настолько торопилась на работу, что не услышала ничего от граждан. – Так вчера же выявили что в нашем Убежище зарегестрировали заражение. Совсем не вкурсе что ль? – Впервые слышу! — Удивительно, ведь Алиса была биологом и она должна была знать и рассказать Мэй о любом заражении. – Ну так вот! Говорят пришли что бы разузнать о ситуации, но это маловероятно, еще что то произошло — Старик посмотрел на пришедших снова – Ты посмотри на них. Не похожи они на простых офицеров, разве что тот что ниже. Не будут такие важные люди спускаться вниз лишь что бы о заражении узнать. В их разговор вмешался местный пьяница, Мэй начала наливать ему трубный самогон. – Побольше Сточняка, чего так мало? Неужто жалеешь для постоянного гостя! — Брэм — мужчина средних лет, пахнущий пвлью, пивом и потом неуклюже уселся за стойкой. Он слегка заикался, а значит пил недавно. – Куда тебе столько? Ты себя то видел сученыш! Ты мне еще должок не вернул за прошлый месяц, а тут еще налить просишь? Иж ты! — Кольт сердито пытался выгнать Брэма, но тот лишь отмахнулся. – Ну чего же ты так разорался старик! Верну, верну я тебе деньги! Дай немношка випить хотяб. — он взял в руки не полный стакан сточняка и выпил его залпом. – У тебя самые вкусные напитки в этом ущербном месте, радуйся ж, что к тебе приходят! В итоге Брэм улегся головой об стойку и уснул. – Девочка, иди к этим двои и узнай что они желают. Сидят там и наблюдают за всеми, пусть хотя бы купят что ль что нибудь! — Кольт указал на двух пришедших. Мэй проследила за его взглядом и нехотя взяла маленький блокнот с ржавыми кольцами и ручку. – Как пожелаете старик. — Неохотно она направилась к их столику. Имен их она не знала, хотя они и не были ей нужны. — Вам что нибудь принести, господа? Первым на неё внимание обратил Лукас и с улыбкой ответил – Конечно! Раз уж явились сюда, грех что то не заказать. — Он взглянул на своего спутника и начальника и тогда Зейн наконец взглянул на Мэй. Это не был просто взгляд. Это был холодный, безоценочный акт сканирования. Он скользнул от её непослушных медных волос к поношенному фартуку, задержался на глазах, на мгновение — на слишком округлой для этого места линии плеча, и отступил, закончив инвентаризацию. Холодок пробежал по спине. Странное ощущение — будто её только что взвесили, измерили и присвоили предварительный номер в каком-то отчёте, но она не была из тех кто сломается от одного взгляда. Но Зейн молчал. – Он не особо разговорчив, не обращайте внимания, леди! — Лукас осмотрел меню – Мне пожалуйста вашего Глоу-сидра, а моему другу какой нибудь кофе. – Извините, но у нас кофе не подают. — Её голос прозвучал необыденно грубо, по сравнению с её милым лицом. – О? Правда? — но не успел Лукас добавить еще что то, как Мэй его перебила. – В наш город не поставляют такой редкий ресурс как кофейные зерна. Надеюсь вы это понимаете и не будете строго критиковать наше обслуживание — парировала Мэй, доказывая при этом некомпетентность правительства и их отношения к жителям нижних городов. Лукас на эти заявления лишь усмехнулся и смотрел на Зейна, который был связан с этим правительством. Зейн не взглянул на неё сразу. Его чёрные глаза, казалось, впитали её слова, проанализировали их на предмет скрытых мотивов и угроз, и выдали безэмоциональный вердикт. – Верно. Ресурсное распределение приоритизировано по секторам в соответствии с их продуктивностью и уровнем угрозы, — прозвучал его голос, ровный и безжизненный, как голос автоматического объявления, но на губах появилась ухмылка будто он гордился этим. — Убежище №324 имеет статус «некритичного потребителя». Кофе — продукт стимулирующий. Его наличие здесь могло бы спровоцировать нежелательную социальную активность. Ваша претензия необоснованна. Принесите то, что есть. Цикорий, предположительно. – Значит принимаете нас за скот.. — Она пробормотала эти слова, скорее для того что бы не наводить беду и развернулась. – "Мне ясна их логика, вполне стимулирующая и достойная" — Подумала она и встала за стойкой. Зейн даже не посмотрел в её сторону, проигнорировав сказанные слова, но Лукас нахмурился. – Видимо здесь никто за языком не следит. Повезло ей что на нас наткнулась, а не на других офицеров. — Голубые глаза парня проследили за работой Мэй и вернулись к Зейну. Из-за стойки раздался спокойный, хриплый голос Кольта: – Цикорный щёлок у нас первого сорта, сами растим и жарим. Не каждый оценит, — старик медленно подошёл, взяв на себя удар. — А насчёт журналов и списков... — Он посмотрел прямо на Зейна, игнорируя протокол. — Всё в порядке. Но бумаги — в управе. Мы тут всего лишь скромная таверна «Заброшенный Якорь». Или вас интересует что-то конкретное, что можно найти только здесь? Кольт переводит разговор из плоскости подчинения в плоскость намёка и торга. В этот момент Мэй молча поставила перед Лукасом бокал тускло светящегося Глоу-сидра, а перед Зейном — кружку густого, тёмного цикорного щёлока. Зейн, не глядя, поднёс кружку к губам, сделал глоток и... не изменился в лице. Ни намёка на гримасу отвращения. Это было почти страшнее, чем если бы он выплеснул ему в лицо. Он принял их реальность, не моргнув глазом, как факт. Лукас же отхлебнул своего сидра и, поставив бокал, сказал уже официальным тоном. – По списку. Нам нужен доступ к журналу посещений за последние две недели. И список всех, кто обращался в медпункт с симптомами лихорадки. Дело началось.