10 Глава - Шок

Вылетая в окно, было только одно чувство — страх. Он разрывал меня изнутри. Я чувствовал, как умру, ведь там точно несколько бойцов превратят моё тело в решето. Не меньше. Шансов на то, чтобы уйти живым, у меня не будет. Так не хочется умирать... Но разве я могу что-нибудь сделать? Нет. Каким же медленным казался мне этот полёт. Бойцов я не видел, но я слышал этот вскрик о том, что они засекли меня. А звуки выстрелов... Они были, но не в меня? Кто же забрал внимание с меня? Раньше мне казался звук искр очень противным, но сейчас, когда я всё-таки увидел, что забрало внимание бойцов с меня, то я был рад им как никогда. Недолго радость моя длилась, потому что удар об землю, на которой были стеклянные осколки, меня не порадовал. Хотя это лучше, чем пули, которые не порежут, а прошли бы сквозь меня. И вот, приземлившись, я уже хотел рвануть со всех ног, пока Людвиг там дерётся, но мне в спину прилетело что-то металлическое. — Эй, не спеши бежать, сейчас будет что-то с чем-то, — с вызовом и долькой возбуждённости сказал Людвиг. Я, ничего не поняв, обернулся и увидел на полу, на котором виднелось стекло с малыми пятнами крови. А из колена текла кровь... Не так, как раньше: она неслабо так затянулась. С чего бы вдруг? Но моё внимание привлёк объект, который также был рядом и, по-видимому, тот, который кинул в меня Людвиг. Крышка от мусорного бака? — Ты чё, олух, думаешь, что я буду, как рыцарь, пойти спасать нашу базу с этим куском дерьма? — Моё недоумение даже заглушило лёгкую боль в спине и колене. Уже хотел обернуться и побежать, как вдруг Людвиг, схватив меня за плечо, сказал громко: — Слушай сюда и не перебивай, времени нету! Ты встаёшь на эту крышку и проводами зацепишься за машину, которая проедет. Бежевая иномарка, усек? — Сказав это, он немного подтолкнул её в сторону дороги. Я уже было хотел что-то сказать, но он уже выламывал щиток, который только недавно починили, ведь ранее он его уже ломал. На ходу за машину? Он, должно быть, сошёл с ума. Придурок, умалишённый. Хотя альтернатив точно нету. Была не была, пойду и сделаю. Выбегая из переулка, я услышал, как Людвиг, кажется, там дрался с бойцами ИКЗ и полиции у парадного входа. Обернувшись, я понял, что мне всё ещё нужны провода. Рванул к тому самому щитку, забрав оттуда все провода. Тут я заметил пистолет у тела бойца ИКЗ. Взяв его, я побежал снова к дороге, завидев, как мчится машина вдали. Я понял, что пора. Встав на крышку, из за чего кровь из ноги немного усилилась, я быстро обмотал её так, чтобы закрепиться, а именно провод зацепился за рукоятку крышки. Когда машина проехала сквозь ту часть дороги, где дрался Людвиг, я увидел, как тот бежит за машиной. И догоняет её? Охереть... Ладно, насрать, я готов. Убрав руки немного дальше от туловища, я ждал, как выкину провода, чтобы зацепиться. И вот момент икс. Она приближается. Только один шанс! Давай. Вижу, как она немного замедляется. Вот так намного лучше. Один... два... три! Бросаю руки и провода, зацепился, кажется. Убедился я в этом, когда меня уже выкинуло из переулка, и крышка от бака так громко шумела, как будто пыталась всех уведомить о происходящем. Но я потерял равновесие. Сильный удар — и сперва одежда порвалась, а после уже и кожа начала тереться об асфальт. Ужасно больно. Я, стиснув зубы, пытался сосредоточиться на том, чтобы держать руки и выровняться. Чёрт возьми, я не могу уже терпеть! Вскрикнув немного от боли, я зажмурил глаза, как вдруг меня начало немного щипать — а именно электричество. Это был Людвиг, который не только просто бежал, но и приподнял меня, что дало мне встать снова. — Давай, олух, держись! — с уверенной улыбкой он начал ускоряться, и через пару секунд он уже залез на крышу машины и тянул меня. Позади уже слышалась сигналка. Пиздец, какого черта происходит в моей жизни, — именно эта фраза промелькнула в голове. Отвратительная ситуация. Не только кожу порвало, но и ещё мне сейчас прилетит пара пуль. Может, в голову, может, в спину или ноги, чёрт знает. Я обернулся и увидел БТР, который гнал где-то там позади. И вот мы вошли в поворот. Сначала я услышал звук разбившегося стекла, а после меня подкинуло. И на этой дороге уже были машины. Подкинуло меня даже слишком удачно, ведь я перелетел машину, которая была навстречу мне, а после — ещё одну, когда я уже спускался вниз. Я уже хотел отпустить провода, чтобы сделать хоть что-то, но вдруг их потянуло, и меня выровняли так, что я оказался позади машины снова. И снова он творит чудеса — Людвиг! Он тянул мои провода, чтобы я тоже мог залезть на машину. Тянул он из заднего окна, ведь на крыше не за что было бы зацепиться. Я видел, как он с оскалом меня тянет, ведь, разбив окно, он упёрся грудью в некоторые осколки стекла. Я в стороне тоже не остался и начал наматывать на предплечье провода, чтобы приблизиться. И так тянули мы, тянули. Людвиг, приподняв голову, цыкнул. Я, обернувшись, увидел БТР, который был ближе. Ну да, ему-то не надо было... Додумать мне не дали. Опять меня пошатнуло, и я потерял равновесие. Сразу стиснул зубы, ведь мне начало рвать колени. Я специально перевернулся и вытянулся, чтобы опираться на крышку. Та уже была в очень плачевном состоянии. Людвиг тянул. Мне же просто оставалось ждать, пока он тянет, и смотреть на этот грозный БТР. Когда уже я почувствовал холодный металл у спины, я понял, что Людвиг притянул меня достаточно. Я выкрикнул: — Подкинь меня в сторону через... один... два... три! По окончании счёта Людвиг поступил, как я и желал. Я же, в свою очередь, отцепил крышку бака, выгнул спину и опёрся ногами о бампер. И сразу же меня подтянуло назад. И так я попал в салон машины через окно. Конечно же, не без исцарапанной спины в кровь от стекла, хотя раньше ситуация была не лучше, и меня начало немного вырывать. За рулём оказался Минг. Отвлекать его смысла нет. Я достал пистолет, который ранее подобрал, и нацелился на БТР, в стекло, где должен быть водитель. Но пуля просто отлетела от него. Ясно, я здесь мало что сделаю. — Отличная идея — стрелять в брони машину с пистолета, — говорил запыхавшийся Людвиг, который наблюдал за моим действием. Ответить мне было нечего. Я начал думать, как же сделать хоть что-то. В голову ничего не лезло, но тут я понял, что можно было бы сделать. — Слышь, Людвиг, ты ведь вполне сможешь добежать до машины снова, если тебя выкинуть с неё? — Смотрел на него и так ждал ответа. — Да пошёл ты нахер, не буду я сам убегать! Они за нами обоими гонятся, придурок, — Людвиг уже агрессивно ответил. Обиделся, кажется. Хотя не об этом сейчас. — Да ты не понял! Мне нужно, чтоб ты мою сетку им на стекло поставил, чтоб им из машины пришлось вылезти и снять её, понимаешь? — Я был в ожидании ответа и даже немного выпустил провода, показывая готовность. — Давай, всё равно вряд ли по-другому оторвёмся, — с неохотой ответил он. Я же начал плести, если можно было бы так сказать, сеть. Небольшую, но плотную, на окно. Как раз должно будет хватить. И два ещё провода, чтоб он мог зацепить их там. Показав свою работу, Людвиг открыл дверь, которая в тот же момент отлетела. Ну, нам и на руку это. Людвиг взялся за ручку и начал ждать момента. А я начал делать сетку. На протяжении всего времени машину шатало, от того что мы перегоняли машины. Долго ждать не пришлось я сделал сетку и передал ее Людвигу и тот накинув ее на шею. Запрыгнул на крышу машины которую шатало, и я начал наблюдать. Людвиг прыгнул вперед, а сетка была как плащ, и электричество шло от него линиями, сам же он поднял руки как будто набросился на БТР, и в моменте засветился очень ярко из за чего БТР шатнуло, главное Людвиг запрыгнул на крышу. Он отлично приземлился, оказавшись на крыше, он был всё ближе к окну, как вдруг ствол высунулся из боковой двери БТР. Я, недолго думая, снова взялся за пистолет и выпустил кучу патронов в сторону ствола. Хотя бы пусть один попадёт. Людвиг же прижался к крыше БТР, но пуля, благо, попала по стволу, и боец убрал его, видимо, в ожидании ещё выстрелов. Людвиг времени не терял — уже начал цеплять сетку. Они уже начали тормозить. Но тут Минг вошёл в поворот, и я полетел в сторону, где не было двери. Я успел среагировать и одним проводом зацепился за раму окна. Потянув сильно, провод слетел, и я влетел спиной в перила автобусной остановки. Кряхтя и лёжа у автобусной остановки, мне было плевать на испуганных людей рядом. Любой человек бы остался инвалидом. Ну, я просто не мог встать прям никак, хотя может я и стал инвалидом. Так бы я и лежал, но, услышав чей-то быстрый бег, меня начало волочить по земле в какое-то тёмное место. Я, поняв, что это Людвиг, обрадовался, но после того как он меня закинул в большую мусорку, я рад не был. — А чё ты творишь, дебил? — кряхтел я, волочился там внутри. — Жизнь нам опять спасаю, — произнёс он и запрыгнул в бак следом, закрыв крышку. Так и сидели мы некоторое время. У меня не было сил говорить, а Людвиг просто сидел. Не знаю, сколько времени прошло, ведь я ничего не видел. Людвиг вылез из люка. — Подожди тут, хотя не то чтобы ты мог сказать нет, да? — усмехнулся он напоследок. Я так и лежал внутри. Тело ныло от боли и травм. Пуля, которая всё ещё была в моём колене... Но рана затянулась. А участки кожи, на которых не было кожи... Как бы парадоксально это ни звучало, кровь не шла. Давно не шла. Хотя её запах так и смешивался с мусором. Было тяжело дышать. Я, наверное, просто отсрочил свою смерть. Ведь в этой мусорке я точно подхвачу что-нибудь, как минимум заражение крови — уж точно. Какая жалость. Хотя сейчас меня волновала моя способность двигаться. Неужели я сломал позвоночник? Хотя вроде нет. Всё ещё могу двигать руками, ногами и немного корпусом. Но так больно. Так и лежал я там внутри до прихода Людвига. — Привет, бомж, пошли. Думаю, сырой подвал тебе будет больше по нраву, — открыл бак и осветил меня своей тупой улыбкой этот клоун. Ладно, делать нечего. — Придурок, — именно это я сказал, с тяжестью вылезая из мусорки. На улице уже были сумерки. Неужели меня вырубило немного, а я даже не заметил? Когда вылез, я и вправду был похож на бомжа. Оборванная одежда, ужасная вонь — так и доносилось от меня. Хотя Людвиг выглядел... ну, лучше: подпалины, фингал, да и зуба у него не оказалось. На тусклом свету я это смог заметить. Он жестом показал, чтобы я следовал за ним, и мы зашли в какой-то подъезд. Мимо проходящий мужчина косился на нас, но нам же было плевать. Он открыл дверь, ведущую в подвал. Ну, мне так казалось, и не зря. Ведь крыса, которая пробежала там внутри, чётко дала мне понять, что это и вправду подвал. Делать нечего, надо лезть. Я прошёл, ну и, увидев обломки замка, понял, что впустили Людвига сюда не за его красивую улыбку. Закрыв дверь, стало очень темно. Но сзади меня оказалось одно светило, так что ладно. Я решил пропустить его вперёд. Тот же включил одну тусклую лампочку. Запах сырости и, кажется, дерьма? Так и витал в воздухе. Прекрасно. Я просто сел на пол там, где не было лужи, и смотрел в пол. О боже, как же всё это бесит меня. Сырость, именно это слово пронизывала воздух и мои мысли, пока мы с Людвигом сидели на холодном бетонном полу. Лампочка, висевшая на перекосившемся проводе под потолком, тускло освещала обшарпанный подвал. У стены лежали обломки сломанного замка, а где-то в углу зашуршала крыса, заставив нас обоих насторожиться. Мы уставились в темноту, но ничего больше не произошло. Я вернулся к своим мыслям, пока Людвиг, как обычно, не прервал тишину своим голосом. — Эй, знаешь, что я скажу? — с детской улыбкой начал он, протирая кровь с губы. — Ты меня приятно удивил сегодня. Если честно, когда мы только начали работать вместе, я думал, что ты слабак. Ну, сам знаешь… выглядел как парень, который сломается при первом же задании. Я ничего не ответил, только поднял бровь. Людвиг продолжал, будто не замечая моего взгляда. — А сегодня ты просто зверь! Как ты стрелял, прикрывал меня, отвлекал их... Да ты теперь не олух, а целый напарник! Хотя не то что бы и целый. — Он рассмеялся, задорно глядя на меня. — Я даже начинаю думать, что не зря мы тут с тобой застряли. Его искренность была заразительной, и я поймал себя на том, что чуть улыбнулся. Но не показал этого. Стараясь говорить сдержанно, я ответил: — Просто делал то, что должен был. Это не геройство. Людвиг отмахнулся, как будто мои слова не имели значения. — Ладно, скромник. Но ты ведь знаешь, что стал другим. Я не вижу в тебе того парня, который сомневался при каждом применении способности. Теперь ты… ты хорош. Его слова заставили меня задуматься, но я не подал виду. В этот момент лампочка замигала и погасла, погрузив подвал в темноту. Людвиг мгновенно подскочил, и его рука заискрилась. — Тьфу, всегда так. Положишься на что-то, а оно вот так… — пробормотал он. Искры пробежали по его пальцам, и свет вернулся. — Полезно, — коротко ответил я, опустив взгляд на свои руки. Лёгкая дрожь в пальцах выдавала напряжение. Мы действительно пережили сегодня слишком многое. Где-то за пределами подвала послышался шум проезжающего транспорта. Я невольно напрягся, но звук быстро стих. — А у тебя как с братом было? — вдруг спросил он, беззаботно перекидываясь словами, будто мы говорим о погоде. Я напрягся, но постарался не показывать этого. — Никак. Просто… он был. А потом его не стало. Людвиг нахмурился, но быстро сменил тему, будто ему стало скучно. — Да уж. Знаешь, я раньше думал, что жизнь, — это набор испытаний. А потом понял: если рядом нет нормальных людей, испытания заканчиваются. — Он бросил взгляд на меня. — Хорошо, что ты со мной, Дао. Серьёзно. Я не ответил. Просто кивнул. Где-то на улице завыла сигнализация служебной машины, и мы оба замерли, напрягая слух. Несколько секунд мы вслушивались, пока звук не стих, а затем переглянулись. Лампочка снова замигала, как будто в такт нашим напряжённым мыслям, но пока продолжала гореть. — А как у тебя жизнь была до всего этого? — спросил я, чтобы отвести разговор от себя. Людвиг ухмыльнулся и задумался на мгновение. — Жизнь? Ну, это громко сказано. Я же сирота. Детдом, драки за еду, ничего необычного. А потом открылось это… — он поднял руку, и между пальцами пробежали лёгкие искры. — Сбежал оттуда, жить-то надоело, как в клетке. Нашёл себе группировку, а там уж как пойдёт. Драться я всегда умел, знаешь, не силой, так ловкостью. Держал дистанцию, бил прямыми ударами. Блоки — это не про меня, я больше по уклонениям. Он засмеялся, вспоминая что-то из прошлого. — А ещё… знаешь, я всегда мечтал быть очень богатым, как в фильмах, где ни-будь в Америке, на пляже. Вот это был кайф. Я лишь слегка улыбнулся и посмотрел на свои руки, слушая, как он продолжает рассказывать о себе. Это было что-то, что отвлекало от сырого подвала и мыслей о смерти. В углу снова зашуршала крыса, и мы оба повернулись на звук, готовые к любому неожиданному движению. — У Чао шансов не было, — сказал я, возвращая разговор к сегодняшнему дню. — Мы ничего бы не сделали. Как и для остальных. — Знаю, — тихо отозвался Людвиг. Его голос вдруг стал гораздо серьёзнее. — Всё равно жаль. Бросать их так… неправильно это. Мы сидели в тишине, пока он не добавил: — Питякорн-то предлагал нам место у себя. Может, это и выход? Мы оба знаем, что нашей группировке конец. И змеям мы будем полезны. Я поднял взгляд, задумавшись. Глубокая сырость подвала начала ещё сильнее пробираться под кожу, а в углу снова зашуршала крыса, вынудив нас обоих взглянуть в ту сторону. — Ты уверен? — спросил я, стараясь, чтобы голос не выдал мои внутренние колебания. — Это не будет предательством? Людвиг посмотрел на меня так, будто я только что спросил, что такое вода. Он даже рассмеялся, но не весело, а горько. — Да брось! Это не предательство. Это… адаптация. Мы с тобой выжили, и это главное. Остальные… они бы всё равно нас не ждали. Ты же понимаешь это? Я молча кивнул, соглашаясь, хотя внутри оставался небольшой осадок. Может, он прав. Может, нет. Я смотрел на лампочку, которая снова замерцала, а затем обернулся к двери, за которой слышался приглушённый голос — кто-то на улице активно что то обсуждал. — Если останемся здесь, найдут, — тихо сказал я, указав на дверь. — Нужно двигаться. Людвиг кивнул, но вместо ответа вытащил из кармана телефон. Его лицо осветилось от экранного света, и он начал набирать номер. — Знаешь, — сказал он, пока ждал ответа, — иногда мне кажется, что я родился для таких моментов. Забавно, да? Но вот сидишь в сыром подвале, весь побитый, и думаешь… как же всё-таки круто жить. Я хмыкнул, не зная, что сказать. Он был прав от части — это чувство я познал. Даже сейчас, когда боль в теле мешала нормально дышать, а перед глазами всё расплывалось от усталости, я знал, что мне повезло. Мы оба выжили. Лампочка снова мигнула, и я услышал голос на другом конце линии. Людвиг улыбнулся — Йоу, Питякорн как ты? Я отвернулся, понимая, что пути назад уже нет. Впереди нас ждали новые битвы, но пока… пока мы были живы. И я этому был рад. Я все еще сидел на холодной земле, прислонившись к сырой стене. Тело всё ещё ныло от ран, но боль постепенно утихала. То, что ещё пару часов назад я с трудом мог шевелить руками и ногами, теперь казалось сном. Вдохнуть полной грудью всё ещё было сложно, но движение возвращалось. Вот оно, быть зенетиром, — мелькнула мысль. Наблюдать, как тело восстанавливается после такого побоища, было… странно. Удивление и лёгкий страх боролись внутри. Ведь раны не были обработаны, кровь остановлена — но все еще они затягивались. Однако мысли о том, что я мог подцепить какую-то болезнь, не отпускали. Инфекция? Слишком большая удача нужна, чтобы всё обошлось без последствий, — думал я, разглядывая уже подсохшие следы крови на своих руках, и одежде. Отверстия в колене всё ещё была видна, но кожа вокруг выглядела намного лучше, чем несколько часов назад. Это не могло быть просто обычным везением. Тем временем Людвиг что-то тихо напевал под нос, сидя рядом, и улыбался сам себе. Его настроение будто не соответствовало тому, через что мы только что прошли. — Ты договорился с Питякорном? — спросил я, стараясь отвлечься от своих мыслей. — Ага, конечно, — с задорной улыбкой ответил он. — Это крутой парень. Думаю, он будет рад нас видеть. — Крутой? — я нахмурился. — Скорее ушлый. Что-то в нём есть… такое. Людвиг рассмеялся, отмахнувшись. — Ты просто не понимаешь. Он отличный. Тебе нужно будет просто привыкнуть, вот и всё. Ну знаешь в интернете таких пруд пруди, и я неплохо умею общаться с такими людьми. Я промолчал, и наш небольшой спор быстро сошёл на нет. У Людвига всё ещё было слишком хорошее настроение, чтобы всерьёз задуматься о моих словах. А я не видел смысла продолжать. Мы просто вылезли из подвала, в подъезд, и ждали прибытия машины. Когда за нами приехала машина, вопросов не возникло. Мы молча вышли сперва, из подвала а после, и из подъезда и сели на заднее сиденье. Автомобиль был новым, и достаточно просторным. За рулём сидели двое мужчин, явно работающих на Питякорна. Один из них был азиатом с загорелой кожей, носившим кепку. Второй, в очках, время от времени поправлял их, будто они всё время сползали. Людвиг уселся рядом со мной и начал ерзать, устраиваясь поудобнее. Он взглянул на водителей, но ничего не сказал. Машина тряслась на ухабах, а Людвиг вдруг заговорил о чём-то совсем неожиданном: — Ты знаешь, Дао, меня вот всегда что-то подводило. — Его голос стал тише, но улыбка не исчезла. — И в жизни, и в играх, и в той старой группировке с Чао… Я всё время был один. Все поручения выполнял сам, с кем-то работать никогда не получалось. Они только мешали. Я ничего не ответил, но посмотрел на него внимательнее. Он продолжал: — А знаешь, каково это? Когда ты играешь в какой-нибудь игру, и вдруг ловишь одну волну с напарником? Или когда на деле кто-то знает, что делать, и вы просто понимаете друг друга без слов? Это как… я не знаю… будто ты нашёл правильного человека. Вот тогда я был по-настоящему счастлив. Людвиг посмотрел на меня. Его глаза светились каким-то странным, детским восторгом. — И знаешь что? Кажется, я нашёл такого человека. — Его улыбка стала шире, но он не сводил с меня взгляда. Я же бросил взгляд на них, слегка кивнув в их сторону. Людвиг тут же оживился. — Эй, мне вообще плевать, что вы думаете, — заявил он, обращаясь скорее ко всем, чем к кому-то конкретному. Его голос звучал с вызовом, но на лице была та же беззаботная улыбка. — Слышишь, водила? Мне насрать, что ты там слушаешь. Водитель, сидевший на пассажирском месте, прикрыл лицо рукой и тяжело вздохнул. Второй, за рулём, сдержанно усмехнулся, но ничего не сказал. Я лишь покачал головой, бросив на Людвига короткий взгляд. Его безрассудство порой было даже забавным. — Ты такой, какой есть, — пробормотал я. — Ага, именно! — отозвался он с улыбкой, будто не заметив моего сарказма. Я вспомнив о чем мы говорили замолчал. Его слова застали меня врасплох. Я посмотрел на него, не скрывая лёгкого удивления, а потом отвернулся к окну. На лице появилась едва заметная улыбка, но я не хотел, чтобы он её увидел. Снаружи пролетали старые здания и полузаброшенные улицы. Машина продолжала трястись, но внутри на мгновение стало почти уютно. Людвиг откинулся на сиденье и тихо добавил: — Думаю, это будет интересно. Я ничего не ответил, но это был один из тех редких моментов, когда я соглашался с ним. Машина остановилась у большой гостиной, выглядевшей довольно современной, хотя в ней явно чувствовалось что-то недосказанное. Людвиг первым вышел из автомобиля, потягиваясь и осматриваясь. Я же последовал за ним, всё ещё ощущая лёгкую боль в колене. Двое мужчин, которые нас везли, остались сидеть в машине, не предпринимая никаких действий. Вскоре к нам подошёл сам Питякорн. Его длинные чёрные волосы были аккуратно собраны в хвост, а стильный пиджак с яркими узорами придавал ему вид человека, привыкшего к роскоши. Лёгкая улыбка играла на его губах, но в ней читалось нечто большее — скрытая оценивающая холодность. Его светло-зелёные глаза, словно пронизывая нас, искали слабые места. Он выглядел дружелюбным, но я не мог избавиться от ощущения, что за этим скрывается что-то куда более опасное. — Приветствую, герои, — с лёгкой иронией в голосе сказал Питякорн, подойдя ближе. — Выглядите так, будто через ад прошли. Что ж, рад, что вы целы. — Ты не представляешь, как мы круто справились, ну почти... — начал Людвиг, ухмыляясь. — Твои парни, конечно, не торопились, но мы выкарабкались. — Да уж, — сдержанно ответил Питякорн, едва заметно улыбнувшись. — Кстати, для ясности: это место пока официально не открыто. Мы только начали обустраиваться, поэтому здесь постояльцев нет. Места много, никто не мешает. Так что будем считать, что вы первые гости. Он пригласил нас внутрь. Гостиная была обставлена стильно и с размахом, но чувствовалась некоторая временность. В коридорах мелькали мужчины азиатской внешности, загорелые, с суровыми лицами и явно привычные к опасной жизни. Их внешний вид говорил сам за себя — это были бандиты. — Кстати, как ты? — обратился Питякорн ко мне. — Выглядишь так, будто тебе нужен отдых. Или помощь? Я кивнул и коротко ответил: — В колене пуля. Нужно вытащить. Питякорн хмыкнул и жестом указал в сторону коридора. — Пойдём, у нас есть медпункт. Там тебя осмотрят. Людвиг остался в гостиной, а Питякорн проводил меня в подвал. Медпункт оказался скромным, но функциональным. Меня усадили на кушетку, и мужчина в майке принялся за дело. Боль, хоть и приглушённая обезболивающим, всё равно была острой. Я чувствовал, как металл инструмента касается кости, как пуля вынимается из плоти. Потом рану промыли и перевязали. Несмотря на физический дискомфорт, я заметил, что восприятие боли постепенно становится привычным. Когда всё было закончено, я вышел в коридор. Питякорн и Людвиг оживлённо что-то обсуждали. Судя по смеху Людвига, разговор был на подъёме. Завидев меня, Питякорн коротко кивнул. — Присоединяйся, мы собираемся устроить ужин, — предложил он. Я покачал головой. — Не, я слишком устал. Если можно, проводи меня в комнату. И еду с собой, пожалуйста. —Тихо произнес я. Питякорн пожал плечами и повёл меня наверх. Он показал мне небольшую, но уютную комнату. Свет был мягким, а на столе уже стояла бутылка воды. Питякорн сказал, что одежду и еду мне принесут, а потом оставил меня одного. Сняв рваную одежду, я задумался о своей жизни. Раньше всё было проще: ходить в школу, беззаботно проводить дни. А теперь? Я сидел в комнате на базе криминальной организации с перевязанным коленом и с большой болью. Жизнь изменилась до неузнаваемости. Еду принесли быстро: рис с мясом и овощами, всё выглядело свежим. Я ел молча, с каждым кусочком чувствуя, как возвращаются силы. После еды я улёгся на кровать и закрыл глаза. Боль в теле была почти неощутимой, и вскоре я провалился в сон.