***

Он оказался в Раю, в чудесном месте для светлых душ. Чарли так хотела, чтобы грешники смогли попасть сюда. Он должен быть счастлив, но это не совсем так. Да, здесь хорошо. Он даже успел сблизиться с одним ангелом, Молли, которая так напоминала ему о друге, оставшемся в Аду. О друге… Под конец своей адской жизни он ведь нашёл друзей, любовь, у него была там семья. А теперь почти никого. Эмили, конечно, позволяет ему наблюдать за ними, но это всё не то. Теперь они не могут обняться, как раньше, не могут поговорить, выпить вместе, теперь он не может поцеловать Черри Бомб ещё хотя бы раз. Это было смело с его стороны. А если бы он не рисковал жизнью, он бы так и не признался ей в любви? Даже если нет, то они могли бы быть рядом. Хотя… Он ни о чём не жалеет. Он хотел спасти всех, в том числе и её. Особенно её. Она ведь о нём помнит. Он пару раз видел, как она сидит возле его портрета и болтает с миньонами. Даже его портрет повесили. Приятно. Но он бы тоже хотел быть там рядом с ними, а не просто наблюдать издалека. Рай хорош, но это не его место, его место рядом с ними, с теми грешниками, которых он полюбил, с миньонами, рядом со своей семьёй. Молли — хорошая подруга, с ней весело, но иногда так хочется, чтобы рядом был Энджел. Они могли бы прекрасно провести время втроём. О, а если бы ещё и Хаск был здесь! Это было бы идеально. Наверное, Молли бы понравился Энджел. Наверное, они были бы рады встретиться. Сэр Пентиус снова сидел с Эмили, рассказывая о своей жизни в Аду, в особенности о том, как проходило время в отеле. Жаль, что он не может попасть туда вновь. Чарли, наверное, и подумать не могла, что кто-то, оказавшись в Раю, захочет обратно. Она и не знает даже, что он здесь. Расстроилась, думая, что он умер. Как же хотелось сказать ей, что это не так, что всё хорошо, что он скучает, что всё получилось. Хотелось бы сказать, что он здесь счастлив, хотя это не совсем так. Ему не хватает её, ему не хватает их всех. Прошло немало времени, прежде чем кто-то ещё из Ада оказался здесь. Как же он был рад увидеть своих дорогих миньонов. Он не поверил своим глазам, когда увидел этих малышей здесь. Но стоило им позвать его, как змей сразу кинулся их обнимать. Его милые яйца-миньоны. Как же он скучал. Как же хотел обнять. Как же мечтал о новой встрече. Но как? Что случилось? Кто их убил? Сюда же только после смерти попадают? Впрочем, все эти вопросы не так важны. Важнее то, что они теперь снова вместе. Хочется узнать, как они там жили. Он хочет знать всё. И сам многое хочет рассказать. Ему есть чем поделиться. И вот он представляет свою семью Эмили, не менее обрадованную тем, что они оказались здесь. Искупление работает. Этот уже не первый случай, и хочется надеяться, что не последний. Истребление постепенно теряет смысл, от него же можно избавиться, не заставлять страдать других. А если ещё и разобраться, как попасть в Рай, не умирая, всё станет ещё лучше. Но сейчас это интересовало лишь её, мысли Сэра Пентиуса были заняты совершенно другим — его семья теперь с ним. При первой же возможности он познакомил и Молли со своими «детьми». Эти малыши действительно были ему как дети. И были похожи на него самого чем-то. Девушке они понравились. Как такие малыши могли не понравиться? Самые лучшие малыши в Аду и в Раю. Для него уже точно самые лучшие, самые любимые. Спустя ещё какое-то время в Раю оказались Энджел и Черри Бомб. Как же он был рад их видеть! Безумно. Сразу кинулся в объятия, как только увидел. Он так скучал, так скучал! Черри, любимая его, она здесь. Он снова может с ней поговорить. Только снова теряется, не знает, что же сказать, потому и молчит, глядя на неё. «Я тебя помню», — произносит девушка, вспоминая последние слова Сэра Пентиуса, сказанные в Аду: — «Запомните меня». Она и запомнила. Он чуть ли не плакать готов. Снова рядом с ним. Ему это не снится, это реально. Она настоящая. Она в Раю. Его любимая в Раю! Дождался! Он, конечно же, сразу спешит им показать Рай, с волнением рассказывая обо всём, что здесь есть, и о том, как он проводил здесь время, пока их не было. Он спешит познакомить Энджела с Молли, которая так похожа на него. Не просто же так эта схожесть? И правда, не просто так. Несмотря на то что в таком виде они встречались впервые, легко смогли узнать друг друга. Брат и сестра вновь встретились. И как же Сэр Пентиус этому рад. Черри Бомб лишь усмехается, глядя на то, как на его глазах наворачиваются слëзы счастья. Ни капли не изменился. И снова робеет рядом с ней. Похоже, ей придётся брать всё в свои руки. Черри просит Пентиуса продолжить экскурсию, но уже лишь для неë. Паучкам надо побыть вдвоём. И им тоже. Конечно, он не может отказаться. Конечно, он этому рад. Она сама попросила. Она сама хочет прогуляться с ним. С ним! Какое счастье. Он слишком быстро всё рассказывает, путается в словах из-за волнения. Всё как всегда. Он не изменился. А вот она — да. Один поцелуй изменил всё. Заставил посмотреть на Сэра Пентиуса с другой стороны. Он казался забавным, Черри и не воспринимала его всерьёз, но сейчас… Сейчас всё не так. Он не такой уж и глупый, смешной, как оказалось, храбрый и милый. Точно, милый. Его волнение воспринимается теперь совсем по-другому. «Ты всё ещё любишь меня?» — спрашивает Черри и Сэр Пентиус, заикаясь, сразу отвечает: «Конечно», — и через некоторое время добавляет: «Я люблю Вас, мисс Черри Бомб». Такой милый. Приятный голос. Она не будет медлить, как он. Берёт дело в свои руки, хватает за пиджак, притягивая змея ближе, и целует. Но быстро отстраняется, отводит взгляд, смущаясь. Сэр Пентиус же не способен смотреть куда-либо кроме Черри Бомб. Щеки пылают, он расплывается в улыбке. Это ли не счастье? Теперь это место — точно Рай. Его Рай с любимой девушкой. Он же может это считать ответным признанием? Точно может. Иначе бы она его не поцеловала. Да, вот это счастье. Они снова вместе. Вместе навсегда.