Всего лишь ребёнок, нуждающийся в помощи взрослого

Регто был единственным, кто решил позаботиться о нём, не имея плохих намерений, единственным, кто не сказал ни одного обидного слова про его изуродованные конечности и не искривлялся в омерзении при их виде. Рудо ощущал себя странно при мысли о том, что он может поделиться этим с кем-то на земле.