Замечание

Глава 11. Коридор, по которому шёл Айсберг, был не просто огромный — он был гигантский! В него умещалось множество студентов, и Айсберг едва не упал в обморок, когда обнаружил среди них сов, волков и... Драконов. Эти огромные чешуйчатые создания и раньше вызывали у него ужас, но увидеть их так близко было просто страшно. Айсбергу казалось, что они сейчас сожгут его одним дыханием или растопчут огромными лапами. Пронырливые совы летали над его головой, то и дело задевая крыльями по затылку. Айсберг понимал, что они делают это не специально, но всё равно раздражался. —Неужели нельзя лететь чуть выше? —зашипел он на сову и попытался задеть её когтями. —Или идти пешком, как все приличные ученики? —Не могу-у, —проухала та. —Лень! Да и толпа тут, жу-у-уть! Они меня затопчу-ут! «Меня тоже. Жаль, что я летать не умею. » Айсберг украдкой покосился на Нирока и Фенго. Старший кот защищал своего маленького друга от огромной толпы. Айсберг невольно фыркнул. Вот он уж точно не нуждается в помощи! Хотя, судя по всему, Нирок тоже был не особо рад суетливости друга. Наверное, но Айсберг не мог читать его мысли. Интересно, почему? Тут он так и застыл с разинутой пастью. Прямо посреди коридора стоял огромным жёлтый дракон и приветливо говорил с какой-то серой кошкой. Неужели та совсем его не боится? Это какой-то преподователь? Тут дракон заметил и его. —Здорово, юнец! —добродушно сказал он. —Ты из новеньких, да? Тогда вам ко мне. Я провожу вас на распределение. Айсберг сглотнул и с неохотой подошёл к дракону. Его горячие дыхание чуть не подпалило ему кончик хвоста. Во время ходьбы по коридору Айсберг старался держаться подальше от гиганта. Он стал незаметно разглядывать окружающий его учеников. Первым в глаза бросились Нирок и Фенго, перед ними, высоко задрав хвост, шла какая-то весёлая рыжая кошка. Рядом с ней бежала другая, бурая с большими ушами. Тут Айсберг едва не споткнулся, потому что его чуть не сбил с лап бело—коричневый кот-крепыш. У его глаза было чёрное пятно, похожее на синяк. Выглядел он неопрятно. За ним неуверенно бежала маленькая серая с белым кошечка. Айсберг увидел её небесно-голубые, почти стеклянные глаза, и поёжился. Она как будто ничего не видела перед собой. Такие необычные коты его пугали, хотя он сам был необычный. Но в другом смысле. Он проследил взглядом за слепой кошечкой. Та вдруг врезалась в Фенго, заставив его охнуть. —Осторожнее!—прошипел он. Но та не обратила внимания на его тон и дружелюбно ответила: —Привет, как тебя зовут? —Я Фенго, —поздоровался он. —А я Тцай, —представилась кошка. Тут Фенго обратил внимание на особенность своей новой подруги, и с опаской заметил: —У тебя такие серые бесстрастные глаза... —Я слепая, —хмуро ответила Тцай. Похоже, ей не нравилось, когда кто-то говорил об этом. Но ей приходилось говорить об этом всем, кто становился её новым знакомым. —Ах, вот в чём дело, —моргнул Фенго и осторожно стал разглядывать её, но кошка почувствовала это и невольно прижала уши. —А как ты попала сюда? —как ни в чём ни бывало спросил Фенго. —Я умею видеть будущее, —хвастливо сказала Тцай. —А я Маг Когтей, —гордо сказал Фенго. «Маг Когтей? Это что ещё такое? Какая это способность? » Айсберг попытался прочитать мысли Фенго, но тот думал только о каком-то незнакомом чёрно-белом коте. Думал он с грустью, и Айсберг предположил, что это его друг. От размышлений его отвлекло сердитое шипение бело-коричневый кот, за которым тогда шла Тцай. Он обращался к Фенго: —Кто Маг Когтей!? Ты что-ли, хлюпик!? А я думал, Маги Когтей сильные и красивые! Фенго поморщился, а Тцай предостерегающе зашипела на задиру. —Да ты такой дохляк, ну просто крысая помойная! —захохотал тот. —Перестань, ты его пугаешь, —обратилась к нему Тцай. —Пусть боится! В академии только один Маг Когтей, и это я! —рявкнул Пятнышко. Айсбергу эта стычка уже была не интересно. Он повернулся и поискал глазами Нирока. Теперь, когда он остался один, без друга, Айсберг мог вдоволь над ним поиздеваться. Все маленькие котята вызывали у него смех и желание скорее их раздавить. Раздавить... Как он раздавил Пучка. Нирока он так и не увидел, и неизвестно, сколько бы он ещё шёл в толпе, если бы кто-то не крикнул громко: —Распределение!