Тёмный слуга

      Графиня Беллатриса Блэк, проснувшись рано утром, сладко потянулась на кровати и, встав, накинула на себя халат. Она подошла к зеркалу, чтобы снова, как и всегда, насладиться своей красотой. Но вместо слов, воздающих хвалу ей самой, с ее губ сорвался громкий крик, и она схватила зеркало и бросила его на пол. Зеркало разбилось на множество осколков.       — Что такое, госпожа? — к ней со стуком вошел слуга, неся на подносе завтрак.       — Я уродина… — прошептала Белла и посмотрела на него. — Я старая уродина, Гарри.       Гарри осторожно подошел к столу, поставил на него поднос и немного помедлил, перед тем как повернуться к ней лицом.       — Вы не уродина, госпожа. Но да, к несчастью, вы стареете, — он покорно опустил голову. О, в его голове был план, которого он был готов придерживаться.       — Но я не хочу стареть! — прикрикнула Белла и топнула ногой. — Должно же быть решение. Должно быть!       Гарри немного помедлил и, подойдя к ней, помог сесть за стол.       — Я обещаю, госпожа, что я найду решение вашей проблемы, — он поцеловал ее руку и ушел, приказав служанкам убрать осколки зеркала.       Гарри спустился в подвал и улыбнулся, а после расхохотался. О, его это все забавляло. Очень сильно забавляло. Он знал, как помочь его графине. Но для этого ему потребуется много невинных девушек.       ***       Наступил вечер. Весь день графиня была печальна и зла.       — Да, Гарри? — спросила она, когда тот постучался в ее кабинет.       — Я знаю, как вам помочь, госпожа, — он вошел в кабинет и плотно закрыл дверь. — И я уже приготовил вам лекарство.       — Так давай его сюда! — хлопнула ладонью по столу Белла.       На мгновение лицо Гарри озарила улыбка, но тут же оно стало серьезным.       — Увы, это не то, что можно было бы выпить, госпожа. Пойдемте в вашу ванную. Лекарство там.       Гарри открыл дверь и повел Беллу дальше по коридору в ее ванную комнату.       — Прошу, — он поклонился, пропуская ее вперед, когда открыл дверь.       Белла с недоверием посмотрела на него, но прошла в ванную, где царил таинственный полумрак.       Она осторожно подошла к ванной, которая была наполнена красной жидкостью.       — Что это? — спросила Белла, посмотрев на Гарри.       — Лекарство. То, что поможет вам вернуть молодость и сохранить ее на долгие годы, — Гарри улыбнулся, подойдя к ней, и стал развязывать ее платье. — Доверьтесь мне. Пожалуйста.       Белла позволила Гарри раздеть ее и с его помощью забралась в ванную и легла. Ощущение было необычным, не таким, к какому она привыкла, принимая ванную.       — Еще одна просьба. Поспите. Не бойтесь, вы не утоните, — попросил Гарри и, поклонившись, ушел.       Беллатриса задумчиво посмотрела на закрытую дверь и прикрыла глаза. Теплота жидкости так ее уммротворила, что она не заметила, как уснула.       ***       На следующий день Белла проснулась и потянулась в ванной.       — Госпожа, вы прекрасны, — улыбнулся Гарри, помогая ей вылезти из ванной и обтирая ее тело полотенцем.       — Да? — Белла с недоверием посмотрела на него.       Гарри только кивнул и подвел ее к зеркалу. На Беллу смотрела она же, только моложе вчерашней.       Белла вскрикнула от радости и расцеловала Гарри.       — За мною долг, мой верный слуга, — улыбнулась она и пошла одеваться. ***       Шли годы, и в подвалах дворца не стихали крики. Кровавая жатва все продолжалась и продолжалась.       За все те годы графиня так и не постарела, из-за чего в народе пошел слух, что она стала ведьмой.       Народ, конечно же, взбунтовался, и настал час расплаты. Мятежники рубили всех, кто стоял на их пути.       — Графиня, — Гарри поклонился ей. На его губах была улыбка, и он прислушивался к тому, что происходило за дверью гостиной, в которой они прятались. — Пора вернуть долги, родная, — он шутливо поклонился и исчез в темноте.       Вдруг дверь распахнулась, и в комнату вбежала озверевшая толпа.       — Попалась, ведьма, — сплюнул один из нападавших и, подойдя к Беллатрисе, приставил к ее горлу нож. — Ты останешься здесь до скончания своей никчемной жизни.       ***       Шли годы, а Беллатриса пребывала в заточении в том доме, что стал для нее тюрьмой.       За этим наблюдали Морта и Вита.       — И что нам делать? — спросила Жизнь, посмотрев на сестру. — Судя по всему, это одна из твоих любимых песен.       — К несчастью, нам остается только уйти. Тут мы ничем уже не поможем. Но мы можем постараться спасти других, — с этими словами Морта исчезла, а за ней и Вита.