Глава 9.2

  Примерно двадцатью минутами ранее      — Ух, Поппииии, пожалуйста, сделай что-нибудь. Мой животик меня убивает.      Мадам Помфри бросила на неё уничтожающий взгляд поверх котла с кипящим зельем, прежде чем вернуться к тому, что случилось с Эббот и Боунс.      У Дафны Гринграсс день выдался не самый хороший. Если быть точнее, день у неё мог выдаться отличный, но вместо того, чтобы пойти на завтрак в Большой зал, как любая другая ведьма с головой на плечах, она дала взять себя на слабо: а Дафна от вызова никогда не отказывается. Особенно когда на кону стоят сладости.      Однако, лёжа на одной из больничных коек в явной агонии, она пожалела о том, что на этот риск пошла.      — Вот что бывает, Даф, если не знаешь, когда нужно отступить с достоинством.      — И ты, Трейси? Разве мы не сёстры? Разве мы не клялись в вечной дружбе за чашкой какао?      Трейси Дэвис заправила прядь своих длинных светлых волос за ухо, просматривая последний выпуск «Ежедневного Пророка». Она сидела на стуле рядом с её кроватью, такая вся чопорная и грациозная, как и подобает чистокровной ведьме, и её острые зелёные глаза весело стрельнули на неё, прежде чем вернуться к газете.      — Если честно, Гринграсс, ты единственная, кто принял вызов Пэнси на то, кто съест больше всего конфет. Никто не заставлял тебя доедать весь поднос с шоколадными котелками, когда Пэнси рухнула в обморок, съев всего четыре штуки.      Дафна повернула голову к соседней кровати, где сказавшая это Миллисента Булстроуд помогала своей соседке по комнате проблеваться.      На её лице появилась неуверенная ухмылка.      — Ага…Не самый мой лучший момент, Милли. Но я победила! — Дафна на мгновение высокомерно вздёрнула подбородок к небу, а затем с некоторым беспокойством посмотрела на другую прикованную к постели девушку. — Ты там живая, Паркинсон?      Пэнси бросила на неё убийственный взгляд поверх ведра.      — Т-ты прям с-совсем обжора, Гринграсс. Да кто станет в такую рань есть шоколад? Это ты виновата в том, что я здесь, — её голос стал чуть громче. — Да кто вообще в здравом уме на такое решится?      Улыбка Дафны стала озорной, все признаки боли и дискомфорта забыты, как будто их никогда и не было.      — Что случилось, Паркинсон? Ты же не собираешься сейчас отпенсиваться? Не смогла сама справиться с своим же вызовом?      Зелёное лицо Пэнси покраснело от гнева.      — Фу, как вульгарно. Как чистокровная наследница может говорить так...      Что бы там Пэнси ни собиралась сказать, её лицо вдруг стало таким ярко-зелёным, что ей бы сам Салазар Слизерин гордился, хотя его, вероятно, стошнило бы, когда та нырнула обратно в ведро.      Трейси задумчиво наблюдала за происходящим, как будто находила рвоту своей одноклассницы чем-то интересным. Она с любопытством посмотрела на Дафну, прежде чем на её лице появилась слабая улыбка.      — Знаешь, а ведь её зелёная рвота тут никак не вписывается. Паркинсон, ты ела что-нибудь, кроме шоколада?      Пэнси немного пришла в себя и сделала несколько глубоких вдохов.      — Ты ж там была, Дэвис. Ты видела, что мы обе ели только шоколадные котелки. Нет, подожди, — Пэнси заколебалась, увидев, как улыбка Дафны стала невероятно широкой. — Аж ты жульё! Ты что-то сделала с котелками.      — ХА! Какие у тебя доказательства, Паркинсон? Мы обе ели с одной тарелки. А вообще, это ты купила котелки. Уверена, что ничего не добавила в них заранее? И кстати, Милли, чай, который ты приготовила, был восхитителен. Спасибо тебе за него, он однозначно улучшил моё пищеварение.      Миллисента Булстроуд вздохнула, неосознанно подтвердив последние подозрения Дафны о причастности этой девушки. Из них четверых Милли обычно оставалась нейтральной стороной в любых спорах, которые Дафна и Пэнси затевали каждые несколько дней, чтобы выяснить, кто из них главная сучка на слизеринском курсе. Учитывая, что их там всего четверо и характер их с Трейси отношений, все эти перебранки всегда казались излишними, поскольку между ними всё равно существовал очевидный разрыв, из-за чего Милли встала на сторону Пэнси.      Тем более что Дафна просто не утруждала себя воспринимать их всерьёз, уж настолько она ленивая.      Она была бездельницей-гедонисткой и гордилась этим.      — Я так понимаю, ты узнала о противоядии в чае. Как ты вообще умудрилась поменять чашки местами?      Дафна вскочила с кровати и выпрямилась, как на иголках. Трейси даже глазом не моргнула, уже давно сообразив, что это уловка, в то время как Пэнси так трясло от ярости, что она почти забыла, что её тошнит.      Почти.      — А вот не скажу. Ты уверена, что с тобой всё в порядке, Паркинсон? — Дафна подошла к кровати Пэнси, наслаждаясь страдальческим видом своей соперницы. — Ты так сильно дрожишь, возможно, подхватила эту магловскую болезнь. Как её там? — озорная девочка приложила палец к подбородку, словно в глубокой задумчивости, прежде чем с улыбкой им щёлкнуть. — Ах да, болезнь Паркинсона.      От тишины в больничном крыле аж уши закладывало. Все присутствующие уставились на Дафну, не веря в этот лажовый каламбур.      За исключением цели этого каламбура. Пэнси застонала от ярости, прежде чем снова склониться над своим ведёрком, в то время как Миллисента успокаивающе поглаживала её по спине.      И тут мадам Помфри вмешалась в разговор, покачав головой:      — Простите, мисс Гринграсс, но это ужасно даже для вас.      На лице Дафны появилось выражение предательства.      — Поппи, как ты могла? К тому же, это сработало! Посмотри на неё, она от этого каламбура в полнейшей агонии, и ты знаешь, что она всё заслужила.      Школьная медсестра вздохнула, глядя на Пэнси, которая пыталась выглядеть жалкой и выпрашивала милости, но тут же вздрогнула от сурового взгляда медсестры.      — И я надеюсь, она научится больше никогда не добавлять в сладости зелье от метеоризма, поскольку, как вы все можете видеть, реакция какао и сахара с зельем нарушает его действие. Тут даже обычное антизелье бесполезно, как, я уверена, вы уже сами догадались, мисс Паркинсон.      Пэнси выглядела настолько пристыженной, что Поппи над ней сжалилась и велела выпить специальное варево, которое она приготовила. Через несколько секунд после того, как девочка его выпила, её лицо вновь приобрело здоровый цвет, хотя и слегка порозовело от стыда.      — Что ж, я знаю, что мой совет, вероятно, забудется уже к следующему семестру, но вы уж послушайте бывшую слизеринку. Не позволяйте своим мелким ссорам и иерархической борьбе мешать вам заводить новых друзей, налаживать связи, особенно на других факультетах, и хорошо справляться с учёбой. И ради Морганы, почитайте свои учебники по зельеварению! Подумать только, мисс Паркинсон, вы ведь готовили простое зелье для первокурсников. Как вы могли не знать о его побочных эффектах? Чему Северус учит вас на занятиях?      — Похоже, плохо учит, — с другого конца комнаты раздался ровный хрипловатый голос. — Мои братья жаловались на то, какой он строгий и ужасный учитель. Им пришлось нанять репетиторов для своих ЖАБА, потому что по своему предмету он не принимал оценки ниже «Отлично».      Они повернулись к Сьюзен Боунс, стоявшей рядом со своей подругой Ханной Эббот. Дафна не знала, что с блондинкой случилось, но та уже была здесь, когда они прибыли в лазарет час назад. И фыркнула, услышав о главе их факультета.      — Да, да. Профессор Снейп – худший учитель в школе. Как будто мы этого не знаем, учитывая, что нам приходится с ним сталкиваться ежедневно. Мальчики его, может, и приняли, чёрт, даже по какой-то причине полюбили, а вот нас, слизеринок, его сальность донимает постоянно. Вот почему мы приходим к тебе со своими проблемами, Поппи. А почему бы тебе не стать деканом факультета?      — И нести ответственность за всех вас, а не только за девочек? Думаю, нет.      — Жаль.      Мадам Помфри подошла к ней и тихо сказала:      — Твоя сестра пропускает осмотр уже третью неделю подряд. Разве ты с ней об этом не говорила?      Дафна нахмурилась:      — Я говорила с ней на прошлой неделе. Не волнуйся, Поппи. Если понадобится, я её потом сюда сама притащу. Похоже, я была с ней слишком снисходительна.      Поппи кивнула, прежде чем подойти к кровати Пэнси и выпроводить девочку.      — Если вам стало лучше, то можете идти. Возможно, мисс Паркинсон, вам не помешает немного почитать о ваших зельях?      Пэнси не стала спорить и потащила Милли за собой из помещения, но перед этим бросила на Дафну уничтожающий взгляд.      — Однажды ты своё, Гринграсс, получишь!      Трейси вздохнула, глядя на опустевший дверной проём.      — А ещё однообразнее она не может? Даф, сколько раз она уже повторяла тебе эту фразу?      Дафна потянулась и зевнула, серьёзно задумавшись об этом.      — Я сбилась со счёта после двадцати. Кстати, есть что-нибудь интересное в Пророке?      — Только одно, — Трейси перевернула газету на вторую страницу, где большая фотография занимала половину страницы. Дафна смогла разглядеть Уизли, Дамблдора и многих других. Она также заметила Поттера, Грейнджер и даже чудаковатую подругу Тори Луну, стоящую в унынии перед открытым гробом…      — О... похороны Уизли.      Самопровозглашённая гедонистка не стала бы утверждать, что младшего Уизли знала, но её всё равно печалило, что профессор убил её сокурсника. На самом деле это могло случиться с любым из них, и тот факт, что мальчик погиб, пытаясь спасти свою сестру, вызывал восхищение. Если кто-то когда-нибудь осмелится похитить её Асторию, то она скорее спалит мир, нежели чем позволит похитителям выйти сухими из воды.      — Да, хотя странно, что статья вышла через неделю после события и всё равно не содержит никакой конкретной информации, кроме множества беспочвенных домыслов. Никого из учеников или учителей не опрашивали, а вместо этого у них официальный гость из министерства всю статью переводит в тему безопасности Хогвартса и в то, что Министерство должно принимать более активное участие в жизни школы, — Трейси нахмурилась, указывая на сам снимок. — А ещё остаётся загадка неизвестного фотографа. «Ежедневный Пророк» всегда указывает тех, кто предоставляет им фотографии, и щедро им платит, чтобы привлечь таких больше. Но, похоже, не в этот раз.      — Не знаю, чего в этом такого странного, — задумчиво пробормотала Дафна. — Поттер спас девочку Уизли и, возможно, даже убил Локхарта за то, что тот убил его лучшего друга.      — Я не к этому клоню, — вздохнула Трейси. — Думаешь, Уизли позволили бы кому-то сделать такое фото? Кто бы его ни сделал, он, должно быть, проник туда тайком и не хотел привлекать к себе внимания или же подвергаться возмездию с их стороны.      — А, неплохо подмечено, девчуль, — Дафна улыбнулась подруге. Как и ожидалось от одной из лучших учениц их курса. Она такая умная и интуиция у неё хорошая.      Страдальческий стон, донёсшийся с другого конца комнаты, привлек её внимание, и она провернулась на месте, подскочив к Сьюзен и Ханне.      — А с тобой что случилось, Эббот?      Ханна пыталась натянуть рубашку, и Дафна заметила бинты на её руках.      — Несчастный случай с зельем.      Дафна приподняла бровь и повернулась к Сьюзен, у которой, как она заметила, с собой имелся набор для приготовления зелий. Дафна для своего возраста была высокой, но Сьюзен – ещё выше. Чем, чёрт возьми, там этих Боунсов кормят? Та могла сойти за девушку с четвёртого или даже пятого курса с таким... развитым телом.      Успокойся, Дафна. Твоё время блистать ещё настанет, и, будем надеяться, ещё до четвёртого курса.      Ну да ладно, если не обращать внимания на её рост и достоинства, всегда ещё оставался вопрос, насколько её волосы похожи на кровь, особенно учитывая, что остальные члены её семьи блондины… за исключением её страшной тёти.      Девушка с алыми волосами пожала плечами:      — Может, экзамены и отменили, но занятия по-прежнему открыты для тех, кто хочет их посещать. Поскольку зельеварение – один из наших самых слабых предметов, мы пошли на занятия с профессором Снейпом, надеясь, что это поможет нам исправиться. А он просто посоветовал нам приготовить что-нибудь из того, что входит в программу первого или второго курса из предоставленных ингредиентов, пообещав проверить в конце результат. Поэтому мы решили приготовить Болтушное зелье для... друга.      Дафна понимающе ухмыльнулась, и девушка слегка улыбнулась в ответ, а их взгляды заблестели от озорства. Мадам Помфри, которая только что прибралась после утренней варки зелий, вздохнула и ушла в свой кабинет. Для них нет ничего необычного в том, чтобы время от времени проводить с ней время, и Поппи знала, что может им доверять и что они не устроят беспорядков. А вот когда они однажды его устроили, то все испытали на себе недовольство женщины, и, скажем так, хорошо усвоили урок.      — Дай угадаю, и тогда приключился профессор Снейп?      Сьюзен закатила свои голубые глаза, помогая Ханне одеваться.      — Оказалось, что у ингредиентов, которые мы использовали, была неправильная маркировка. Из-за этого произошёл несчастный случай, и когда мы ему всё рассказали, он снял десять баллов с Хаффлпаффа за то, что мы не смогли отличить корень валерианы от валирийского, даже если это он виноват в неправильной маркировке. Затем ещё десять за то, что зря потратили его время и ингредиенты.      Трейси свернула газету и присоединилась к ним возле кровати Ханны.      — Я так полагаю, это привело к взрыву? Оба корня выглядят удивительно похожими, но валирийский взрывоопасен имеет родство с огненной стихией по сравнению с более распространённым корнем валерианы, что предрасположен к земле.      Хаффлпаффка кивнула.      — Всё так. Котёл взорвался, и осколки, а также кипящее зелье поранили Ханне руки. Мне повезло, что в это время я готовила другие ингредиенты. А ты, Дэвис, знаешь своё дело, как и ожидалось от одной из лучших зельеварок нашего курса.      Трейси застенчиво улыбнулась, а Дафна слегка толкнула её локтем, не переставая ухмыляться.      — Слышала, Трейс? Даже другие факультеты признают твоё величие.      — Я всё ещё не так хороша, как Грейнджер, но спасибо за комплимент.      Ханна слегка фыркнула и хихикнула:      — Не недооценивай себя, Трейси. С Грейнджер никто не сравнится. Эта девушка – просто чудо природы.      Дафна уже собиралась прокомментировать, насколько та «чудиковая», раз мирится с приключениями Поттера, когда все они вдруг услышали торопливые шаги за дверью, прежде чем та распахнулась, и в комнату ворвался Гарри Поттер, а на руках у него…      Нет!      Всё веселье мгновенно сползло с лица Дафны, сменившись ужасом. Её сестра была в объятиях Поттера, она тяжело дышала, лицо её то бледнело, то краснело, а тело дрожало, как в припадке. Воспоминания о том, как Астория в последний раз переживала подобный эпизод, на неё нахлынули, и ей показалось, что все её скрытые страхи и ночные кошмары внезапно сбылись, когда она застыла на месте при виде этого зрелища.      И едва заметила, как за ними вбежала Луна, подруга Астории, и они с Поттером смотрели друг на друга ровно две секунды, прежде чем он открыл рот:      — ПОППИ!      Именно Трейси первой позвала медсестру, которая сразу же выбралась из своего кабинета, вероятно, услышав, как с грохотом распахнулись двери. Поппи бросила взгляд на её сестру, прежде чем взмахнуть палочкой в сторону одной из кроватей, и два хрустальных флакончика с кровью вылетели из шкафчика и застыли в воздухе над койкой.      — Сюда, Поттер.      Гарри Поттер, не колеблясь, быстро, но осторожно положил её сестру на кровать, и только тогда Дафна нашла в себе силы пошевелиться.      — Астория!      Она бросилась к кровати, но Поппи успела взмахнуть палочкой, и перед ней на секунду возник перламутровый щит, прежде чем рассеяться.      — Держите себя в руках, мисс Гринграсс. Я не хочу, чтобы в организм вашей сестры пробралось какое-нибудь заражение. Поттер, держитесь поближе, мне может понадобиться ваша помощь. Мисс Дэвис, закройте двери и попросите посетителей подождать снаружи. Я не хочу, чтобы меня кто-то отвлекал. Если никто не умирает, то меня ни для кого нет.      Дафна застыла на месте, когда всё вокруг неё погрузилось в организованный хаос. Трейси направилась прямо к дверям, чтобы их запечатать, в то время как Сьюзен и Ханна ей помогали. Поттер сел на ближайшую кровать и закрыл глаза, сосредоточенно наморщив лоб. Поппи сняла с Астории мантию, оставив её в нижнем белье с карликовыми пушистиками, и быстро сделала маленький надрез на её руке над одной из вен.      Не желая смотреть дальше, она повернулась к девушке рядом с ней:      — Луна, что произошло?      — Я не знаю! — девочка выглядела расстроенной, её обычная мечтательной и легкомысленной маски и след простыл. — Мы спорили о какой-то ерунде возле совятни, и Тори расстроилась, а потом вдруг начала тяжело дышать и дрожать. Гарри появился из ниоткуда и принес её сюда, — девочка начала всхлипывать. — Прости меня! Это всё моя вина. Если бы я не хотела избежать неприятностей и просто сказала ей, кто ворует мои вещи, ничего бы этого не случилось.      Дафна кусала губы, слушая блондинку:      — Луна, это не ты виновата. А я, что так небрежно отношусь к её здоровью.      Она повернулась к кровати, чтобы посмотреть на сосредоточенную Поппи, направившую палочку на один из флаконов с кровью. Кровь вытекла из горлышка и, лениво кружась в воздухе, вливалась через разрез в вену Астории. Дафна могла распознать какое-то диагностическое заклинание, но понятия не имела, что оно делает, и всё же оно занимало Поппи целиком.      — Возможно, не мне об этом спрашивать, но что происходит?      Дафна обернулась на голос Сьюзен и обнаружила, что остальные девочки присоединились к ней и уставились на работу Поппи.      Трейси выглядела нерешительно, зато Дафна решила, что теперь уже слишком поздно что-то скрывать.      — Я буду признательна, если это не выйдет за пределы этой комнаты. Моя сестра хотела бы жить нормальной школьной жизнью.      — Конечно, Гринграсс.      Она вздохнула, когда Поппи выкачала первый флакон с кровью и открыла второй.      — У Астории есть... болезнь. Она сделала её хрупкой и слабой в детстве и привела к тому, что у неё начались приступы острой нехватки крови. Из-за... болезни её кровь закипает и горит, что вызывает у неё высокую температуру, в то время как недостаток крови делает её слабой и холодной. Восполнение крови оказалось бесполезным, — слова Дафны превратились в шипение разочарования, когда она начала постукивать ногой. — От этой болезни нет лекарства, есть только профилактические меры. Меры, которыми, к сожалению, моя сестра пренебрегает. Единственный способ справиться с приступом – это использовать метод, разработанный маглорождённым целителем. Он называет это переливанием крови, которое сейчас делает Поппи.      Девочки вокруг внимательно слушали, а Ханна протянула Луне носовой платок, чтобы та вытерла слёзы и высморкалась.      — Так вот оно почему, — Луна перестала плакать и уставилась на свою подругу, — Это нормально, что у неё такие приступы?      Дафна покачала головой.      — Нет. В последний раз он был у неё около трёх лет назад.      За её словами последовала мрачная тишина, пока они наблюдали, как мадам Помфри вливает остатки крови из флакона в вену Астории. Медсестра нахмурилась и махнула палочкой в сторону спящей девочки, прежде чем жестом подозвать Дафну к ним. Она поспешила к ней, Трейси молча присоединилась.      — На данный момент ей ничего не грозит, но у неё тяжелая анемия. Глупая девчонка ненавидела тот курс зелий, который я заставила её пить, чтобы поднабрать крови для экстренного случая. Эти два флакона – результат целого года.      Они заметили, как Поттер со стоическим выражением лица не отходил от кровати. Честно говоря, пусть она и была благодарна ему за помощь, но не хотела, чтобы он узнал секреты её семьи.      — Спасибо, что помог моей сестре, Поттер. Могу я попросить тебя дать нам возможность поговорить?      Низенький мальчик кивнул и собрался было отойти, но их прервала громкая ругань снаружи, за которой последовал стук в дверь.      — Поттер! Я знаю, что ты там – открой эту чёртову дверь немедленно!