Часть 1

      Как там Пушкин писал, «Мороз и солнце, день чудесный»? Почему он чудесный, если в такой трескучий мороз на улицу нужно выходить и идти куда-то, когда хочется дома остаться, в тепле и уюте? Про уют Валера, конечно, загнул, ведь вряд ли можно применить такое словечко к его комнате и к квартире в целом. Он сам-то старается здесь не появляться, торча всё время в качалке или подвале с пацанами. Окинув комнату взглядом, он недовольно поморщился, отмечая и давно пожелтевшие обои, и потрескавшийся потолок. Не о такой жизни он мечтал в детстве, но ему и повзрослеть пришлось рано, а после и с улицей связаться. Улица его и воспитала.       Турбо квартиру всё-таки покидает, надеясь, что до качалки дойдёт быстро. Там должно быть тепло, а с пацанами время быстро пролетит, от всех ненужных мыслей отвлечётся. Некогда думать о всяком, когда обстановка на улицах такая неспокойная. Но Валера к этому привык, он, в принципе, ко всему уже привык. И к вечным ранам на теле, которые проходить не успевают, и к сбитым костяшкам, и к тому, как под его взглядом скорлупа съёживается, побаиваясь супера в гневе. Не может он свою жизнь другой представить, не то время для этого, да и пацанские понятия уж больно крепко в его голове засели.       В качалке пацаны сидят, все каким-то делом заняты. Кто на ринге тренируется, кто в карты играет, кто время за разговорами убивает. Турбо ухмыляется, заходя внутрь и с пацанами здороваясь. Вот то, к чему он так привык. Здесь всё уже такое родное. К Зиме подходит, рукопожатием обмениваясь, и за младшими наблюдает. — Маратика, а ты чего такой загадочный сегодня? — наконец-то голос подает, обращаясь к Адидасу-младшему, который в последнее время в своих мыслях летает. Возвращение брата так на него повлияло? А может что посерьёзнее? — Влюбился наш Маратик, — отвечает Зима за младшего, так ещё вздыхая наигранно грустно, мол «Смотри, Турбо, дети-то растут, теряем мы Маратку». — Ни че я не влюбился, — тут же встрепенулся Марат и нахмурился, услышав старших. Ему не хватало ещё как маленькому ножкой топнуть, чтобы точно поверили. Усмешка лица старших тронула, но донимать вспыльчивого Марата не стали, настроения на это как-то не было. Хотя Турбо сам спокойствием не отличался, мог вспыхнуть от косо брошеного взгляда. — На дискач с ней пойдёшь? — ухмыльнувшись, спросил Зима, видимо, решив все-таки помучить младшенького Адидаса. Марат глаза закатил, что-то говорить начал, но Турбо о своем задумался. Улыбнувшись уголками губ, он предвкушал, как время на дискотеке проведет. Если повезет, то спокойно себе отдохнёт, расслабится, с девчонкой какой-нибудь потанцует, а может и не просто потанцует, тут как пойдёт. Ну, а если кому-то скучно станет, то и кулаками может придётся помахаться, на дискотеках такое не редко бывает. Главное, чтоб потом в милицию не забрали. В них, знаете ли, уюта тоже никакого нет.

***

      Так и прошёл день, в компании с пацанами он пролетел незаметно. Выдохнув морозный воздух, Туркин сигарету достал и закурил. Легкие мгновенно наполнились никотином, а на душе как-то спокойнее стало. Шагая по знакомой дорожке, он думал о том, как их Маратка умудрился влюбиться. Вместе с Зимой они всё-таки Адидаса-младшего разговорили, тот не очень-то делиться подробностями хотел, поэтому получал свою порцию насмешек, но если и говорил что-то, то так нежно о своей этой Айгуль отзывался. На Марата это даже не было похоже. Вот, что творит влюбленность с людьми. Даже такими, как Маратка. Турбо, если честно, склонялся к тому, что недолго это у них продлится. Он и в любовь не больно-то и верил, но тактично почему-то промолчал, не собираясь говорить об этом юному Ромео.       Внимание Валеры привлекли чужие голоса, заставившие его нахмуриться и ускорить шаг, направляясь к тем, кто его побеспокоил. Чувствовал, что что-то там нехорошее творится. Интуиция его не обманула, какие-то отморозки к девушке приставили, явно требуя от неё чего-то. И хорошо бы, если просто мелочь какую-нибудь. — Не трогайте, у меня ничего нет! — звучал так близко девичий голос, обладательницу которого разглядеть Валера не сумел. Спиной она к нему стояла, крепко прижимая к груди сумку какую-то, которую пытался отобрать один из парней. — Красавица, мы тебя не тронем, если будешь хорошей девочкой, и отдашь нам то, что нужно. Или же мы сами поищем, отдавай сумку, — пытался ласково произнести прокуренным голосом высокий парень, который, видимо, был самым смелым. — А может у меня поищешь? — грубо спросил Валера, прерывая этот беспредел, желая защитить незнакомку. — Вы чё тут забыли? Ещё и к девушке пристаёте, давно по фанере не получали? — подходя поближе к «лидеру» этой всей шайки, грозно спрашивал он, замечая, как уверенность и смелость отморозков постепенно на «нет» спадает. — Слышь, а ты кто такой, а? — не так смело, конечно, но всё же спрашивает тот высокий парень, что девчонке мозги запрудить пытался. Хмыкнув, Турбо выругнулся сквозь зубы, и кулаком по лицу тому зарядил. Тот от неожиданности упал прямо в искрящийся от света фонаря снег, а «единомышленники» его в сторону бросился, сбежать намереваясь. — Универсам, слышал о таком? Сделай так, чтобы я вас здесь больше не видел, — как будто делая одолжение, произнес Турбо, и тяжёлым взглядом проводил убегающих парней, которые и вякнуть бы что-то хотели, да права на это не имели, территория-то чужая.       Развернувшись, взору Валеры наконец-то предстала та, которую он почему-то решил защитить. Невысокого роста девушка смотрела на него то ли с благодарностью, то ли с недоверием, то ли и с тем, и тем одновременно. Только сердце Туркина будто бы удар пропустило, что-то замереть его заставило, разглядывая незнакомку с таким интересом, которого он в себе раньше и не замечал. Куртка на ней такая большая, сумку свою прижимать к груди продолжает, щёчки румянцем покрылись, что Валерку умилиться заставило. Забавная такая и маленькая, такую защищать ото всех надо. — Спасибо Вам, — произносит наконец-то этот ангелочек, лаская уши Турбо голосом своим приятным. Валера невольно в улыбке расплывается, поближе к девчонке подходит. В глазах её все тоже недоверие, но он и решимость в них разглядывает. — Да не за что, — впервые слов подобрать не может, и это всё таким странным кажется. Никогда с ним такого не было, а сейчас перед девушкой, которую первый раз видит растаять готов. Бред какой-то, не иначе. Мороз на него, что ли, так влияет? — Ты бы поаккуратнее по вечерам ходила, мало ли что может с тобой произойти, — произносит, продолжая девчонку разглядывать. — Давай провожу тебя до дома, — предлагает, сам от себя такого не ожидая. Девчонка на него удивлённо смотрит, но против ничего не говорит, только лишь головой положительно кивает и в нужном направлении шагать начинает.       Валерка рядом с ней идет, сумку из рук забирает, получая на это недоверчивый взгляд, но против она всё также ничего не говорит. Так и проходит вся дорога в молчании, а Туркину даже как-то комфортно. — А я, кстати, Валера, — решает всё-таки познакомиться, когда к дому девушки подходят. Сумку ей возвращает, на мгновение касаясь своими пальцами её, и отмечая, что замерзла она, но почему-то молчала. — Ещё раз спасибо Вам, Валера, — делая акцент на его имени, произносит девушка вторую фразу за время их знакомства, и обе эти фразы с благодарностью. Турбо улыбнулся, ожидая, что сейчас и имя незнакомки узнает, но она лишь разворачивается, к двери подъездной направляясь. Непонимание застывает на лице кучерявого, заставляя того удивлённо глазами ей в след смотреть. — А имя своё не скажешь? — обращается к ней, все-таки надеясь имя узнать той, которую спасал. Она останавливается, оборачивается и окидывает его взглядом задумчивым. — Скажу, но если это только судьба. Вот встретимся, если ещё раз, то обязательно скажу, — хитро произносит девушка, плечиками своими пожимая. Себя она таким образом от опасностей огородить пытается, зацепилась она за слова Валеры про Универсам, когда он её защищал. Улыбнувшись, ручкой помахала и скрылась за дверью, оставляя спасателя своего в недоумении.       Валерка минуту ещё постоял, гипнотизируя дверь подъездную, не понимая, что сейчас произошло. Может это и к лучшему, что имени она своего не сказала, всего-то случайная встреча. Они точно первый и последний раз виделись, зачем им это знакомство? Только почему-то он внутри разочарование почувствовал, а после желание увидеться с ангелочком ещё раз и имя её узнать. Засунув это желание куда подальше, Турбо подумал, что глупость это какая-то, и к себе домой зашагал, стараясь не думать об этой странной встрече.