1.2.Детство

***

Лучи солнца уже давно пробились сквозь окно и шторы в маленькую комнатку. Но ее хозяин все еще нежился в объятиях Морфея, не желая расставаться с царством сновидений. Раздался тихий стук в комнату, но мальчик не шелохнулся. И вот, словно вихрь, в комнату ворвалась девочка с копной каштановых, волос. В ее чертах угадывалось сходство с братом: те же каштановые волосы, те же голубые глаза, в которых сейчас плескалось недоумение. — Настя, что за напасть? Дай поспать! — сонным голосом промолвил мальчик. — Ты так проспишь половину дня, как и вчера! Вставай же, мне скучно! — И ты поспи, — пробурчал Саша, отворачиваясь к стене, — во сне скучно не бывает. Всё уйди! Тогда Настя решилась на крайнюю меру, на то, чего Саша боялся больше всего на свете — щекотку. Ее руки взметнулись, и через мгновение мальчик уже неистово извивался на кровати, смеясь и улыбаясь. Девочка, захлебываясь собственным смехом, отняла руки. Этот миг позволил Саше выпутаться из сестринских объятий. Он тут же попытался перехватить инициативу, намереваясь повалить ее и начать сводить счеты. Но Настя, будучи быстрее, ловко ускользнула и ринулась в коридор. — А ну стой! — крикнул Саша, бросаясь вдогонку. Сестра уже отворила входную дверь и пулей вылетела наружу. Она со всех ног помчалась за дом, рассчитывая скрыться за раскидистым кленом, что укрывался неподалеку. Казалось, ей удалось избежать "наказания". Но Саша оказался хитрее сестры. Выскочив из дома, он растерянно осмотрелся. Обойдя весь сад, он, однако, не решился заглянуть на задний двор. В итоге, решив, что Настя уже незаметно вернулась в дом, он направился обратно. Но у самого входа в усадьбу донесся знакомый голос: — Настенька, тебя бабушка зовет. Это была няня, Арина Родионовна, ставшая им второй матерью с самого рождения. Вдруг заслышав топот приближающихся шагов, Саша метнулся и спрятался за угол дома. Когда шаги затихли совсем рядом, он, не раздумывая, выскочил из укрытия и сбил сестру с ног. Девочка, не успев пикнуть, мягко плюхнулась на траву. Она удивленно подняла глаза на брата, который, расплывшись в широкой улыбке, навис над ней, словно коршун, поймавший добычу. — Поймал! — прошептал Саша, крепко прижимая сестру к земле. — Настало время мести, сестренка, — проговорил он с ухмылкой, готовясь пустить в ход руки. — О нет… — О да! Но тут вновь раздался голос Арины Родионовны: — Настенька, не заставляй бабушку ждать! — Ее голос был непреклонен. Спорить не стал никто. Саша первым поднялся, помогая сестре встать. — Сегодня тебе повезло. Но в следующий раз пощады не жди, — сказал он, все еще улыбаясь. — Нечестно нападать из-за угла! И я тебе просто поддалась, — ответила Настя с досадой, но в глубине души радовалась, что ей удалось вытащить брата на улицу. Она направилась в комнату бабушки. Саша же, сделав вид, что ушел в гостиную, на самом деле решил подслушать разговор. Двери в доме оказались не такими уж и толстыми, чтобы помешать мальчишескому любопытству. Прижавшись ухом к деревянному полотну, он стал ждать.

***

Маленький кулачок постучал по двери. — Да, войдите, — послышался голос из комнаты. Настя приоткрыла дверь и увидела бабушку, склонившуюся над письменным столом, за которым она что-то старательно выводила. — Бабушка, вы звали меня? — промолвила девочка, выглядывая из-за двери. Мария Алексеевна отняла руку от письма и повернулась к внучке. Мягкая улыбка коснулась ее губ, но в глазах таилась печаль. — Проходи, милая, — сказала она, и Настя, закрыв за собой дверь, вошла. — Вы меня звали. Случилось что-то? — Ох, что ты, внученька, совсем ничего. Просто пришло письмо от твоей матушки. — И что там написано? — Мария Алексеевна помедлила, собираясь с мыслями. — Она просит меня отпустить тебя обратно в Москву. Чтобы ты начала готовиться к поступлению… в институт, — последние слова сорвались почти шепотом. Расставание с внучкой давалось тяжело. Чувство, что ей осталось совсем немного, преследовало ее, и мысль о том, что она видит внучку в последний раз, разрывала сердце на части. Год назад, когда Насте исполнилось пять, родители завели разговор о ее дальнейшем образовании. Было принято решение: девочка отправится в самое лучшее, на тот момент, учебное заведение для юных девиц — Смольный институт благородных девиц. Марии Алексеевне было невыносимо смотреть на внучку. Она ничего не могла поделать: ни уговоры, ни доводы о том, что Настя еще дитя, ни предложенное домашнее обучение не могли поколебать твердости Надежды Осиповны. Та желала повысить статус семьи, отправив дочь в институт, откуда выходили будущие фрейлины или девушки, удачно выходившие замуж. Но в душе Марии Алексеевны теплилась надежда, что дочь все же оставит Настю дома. Однако надежда эта умерла, когда небольшой конверт с письмом из Москвы доставили в Захарово. А вместе с ним ещё один конверт с печатью от Смольного института. Его уж точно нельзя было спутать. Именно это письмо предрешило дальнейшую судьбу маленькой девочки.