Часть 29

Кабинет, в котором обычно располагался художественный кружок, к радости Альберта, оказался пустым. Переодевшийся в чистые рубашку и шорты мальчик устало опустился на стоящий возле окна стул и обхватил голову руками. «Я так больше не могу!» Переживать немыслимую боль из-за воды в реке или сорванного пионерского галстука — не слишком ли большая цена за участие в великом деле? «С другой стороны, я ведь многое приобрёл». Да, невероятное удовольствие от вкуса крови. Силы, знания... «Но я больше не могу творить. Все мои старания умерли». Да, как бы не убеждал себя Альберт, что главное в его жизни — служение тёмному стратилату, любовь к рисованию побеждала долг. «Но Серп Иванович обещал, что скоро всё вернётся. Я стану художником. Настоящим художником!» Успокоив себя подобными рассуждениями, мальчик стал размышлять о Постнове. «Он помог мне, да. Спасибо ему. Но он считает всех нас злодеями. И он хочет нас посадить. А может быть и хуже. А если он узнает про Серпа Ивановича? Хотя, наверное, он уже всё знает. Я должен ему помешать. Ради нас всех и ради Серпа Ивановича! Мне нужно выманить его на улицу этой ночью. А ещё лучше зайти к нему. Но как это сделать?» Взгляд Альберта упал на лежащую на столе возле его мольберта стопку набросков. «Я дорисую его портрет!»