Глава 60. Праведный гнев

150

      После того, как Скарлетт сполна оценила новый образ, то она начала попросту привыкать и к скованной душе. Чёрные очки, запросто найденные в одной из шкатулок, скрывали цвет белков, отсутствие необходимости общаться с другими позволяло подготовиться к грядущим событиям. Она по большей степени гуляла, не попадалась никому на глаза, и всё шло как по маслу — или, по крайней мере, так наивно думали, пока третий день… кого-то не прервали. 7 ноября, 13:05       Это оказалась Алекс, которая вошла в комнату без стука, чтобы позвать на обед… К слову, раньше Люцифера! Застыв в дверном проёме, ее глаза расширились, выражая смесь полнейшего ахуя и недоумения. Скарлетт, снявшая очки, даже не успела среагировать, как подруга увидела белки — очевидное последствие сделки, которое невозможно было скрыть.       — Э-э… Бро, это чё такое… Ты чё, сделку заключила?! — Алекс не могла поверить своим глазам и с трудом пыталась подобрать слова, чтобы выразить обеспокоенность.       — Оу? Да, я… заключила! Причём с кем-то, о ком меня настойчиво предупреждали, забавно, — ответила она нервно. — В общем… Это недолго продлится, честное слово. Теперь я так чувствую, раз тайна уже начинает всплывать… Ох, как несладко мне скоро придётся! Но я морально подготовилась, всё в порядке, ха-ха…       — Ля ты крыса… И с кем же ты додумалась заключить? Надеюсь, что вы там обговорили все детали. В любом случае, пошли на кухню, обед уже готов, осталось пару моментов в сервировке и всё, — отойдя от шока, ведьма вспомнила о причине визита и направилась к выходу. — Знаешь, тогда тебе ещё повезло, что этого Люцифер не увидел! Иначе, тебе гарантированы-       — Ты имеешь в виду пиздюли или уже что-то пожестче, хм-м? — со смешком ответила Скарлетт, надевая очки и следуя.       — Кто вас знает, голубки! Ваши кинки нам не известны, но раз тебя спалит он, то тогда я, пожалуй, сегодня прогуляюсь до Ала!       — Хотя… В таком случае, ничего не могу пообещать, кроме гнева, — пожав плечами, она постаралась отогнать богатую фантазию от греха подальше и сконцентрироваться на элементарной помощи.       На кухне царило привычное оживление: почти все собрались на обед. Пока Алекс, как обычно, ловко наводила порядок, магически расставляя приборы по местам — Скарлетт случайно задумалась о каком-то предмете, и… Вуаля! Появилась зелёная дымка и после — небольшое зеркальце, при виде которого все замерли, ошеломлённые неожиданной демонстрацией.       — Ха?! Это что, новая сила?! — с удивлением воскликнула Чарли, стоявшая ближе всех, широко распахнув глаза, и только Аластор довольно на это довольно улыбнулся, забавляясь такой реакцией. Чарли хотела ещё что-то сказать, как ее перебила Скарлетт, не собираясь развивать данную тему дальше:       — Кхм, да, это она, Чарли! Но, пожалуйста, не говори об этом, особенно своему отцу, ладно? Просто… так получилось. Не стоит придавать этому значения. Спасибо! — голос прозвучал сдержанно, почти умоляюще и при этом уверенно.       Чарли кивнула, выражая молчаливое согласие, и напряжённость спала. В дальнейшем обед прошел весьма на мирной ноте, никто явно не собирался говорить о той ситуации, как и просили. В то же время чувствовалась напряжённость — Люцифер иногда поглядывал на без того нервную Скарлетт. Он был слишком проницательным, чтобы не заметить явных изменений в виде очков, которые не снимали и теперь начал что-то подозревать. Просто тактично промолчать решил, вот и всё.       После обеда Скарлетт мигом решила отправиться на прогулку, заткнув уши наушниками и проигнорировав прожигающий спину взгляд. Прогулка позволила очистить мысли, избавиться от гнетущей тревоги, и, несмотря на холодок, царивший в воздухе, она насладилась каждым шагом. Прошло пару часов, и когда Скарлетт вернулась к вестибюлю, свежая и посвежевшая от долгого одиночества, мирная прогулка сменилась нарастающим беспокойством. Неприятное чувство, словно над ней сгущались тучи, окутало, и стоило только переступить порог холла, как она застыла на месте — помимо остальных там ее ожидал… Люцифер. Недовольный, с далеко недоброй аурой, он скрестил руки на груди и серьёзно посмотрел на хрупкую шею. О нет, только не говорите, что именно сейчас начнется обещанное шоу… Ах, неужели это кто-то рассказал? Или точнее, наш Король Ада просто-напросто заметил у ненаглядной знакомые, ненавистные зелёные цепи, впрочем, как и у Хаска. Это не могло не разозлить. Предчувствуя неизбежный хаос, вампирша сняла наушники.       — КАКОГО ХРЕНА, СОФИ?! — сразу послышалось в чей-то адрес и только названная оказалась в беззащитном положении, то ее подняли с земли и прижали к ближайшей стене, совсем не будучи нежным, заставив посмотреть только на него, только в покрасневшие глаза, в то время, как ненужные очки от столь резкого движения полетели вниз.       «Опа… Началось», — с ёкнувшим сердцем и громким вздохом, походившего на стон, успела подумать Софи и оглядела чужие руки, что находились по бокам. Кажется, что в этот момент другие старались напрямую не пялиться, но всё равно из-за горячего любопытства поглядывали на представшую сцену.       — Итак… Ты пошла и закончила сделку с Аластором, да?! О, ты действительно начинаешь сводить меня с ума, моя дорогая! Как ты могла так поступить?! Разве я не говорил никогда не принимать его чёртовы сделки?! — стоило только заметить, как цепь на шее стала более материальной — он решил резко потянуть, чем вызвал больше удивления и шёпота где-то сзади.       — Воу… А он страшен в гневе! Прям представляю, как он может ее «наказать», хех… — прокомментировал как всегда о своём Энджел, пока Хаск вовремя не заткнул:       — Лучше молчи с своими извращениями…       «Ох, вдобавок он назвал меня настоящим именем при всех! Значит, ситуация серьёзнее, чем я предполагала», — подумала она и, заметив расширившуюся улыбку Аластора, поняла, что обещанное шоу началось.       Это то, что нужно. Ну а ей самой пора запастись терпением и не оказаться выебанной… Стоит помнить, что ее душа у Аластора временно, ведь Люцифер может в любой момент и разорвать цепи… Ведь так?       — Ох… Да? Я слушаю? — Софи дважды осознала весь пиздец в тот момент, когда он, поймав взгляд, совсем взбесился. Может быть, даже слишком для чьей-либо безопасности.       — Ты-… — замолчал на секунду, пытаясь успокоиться. Стиснул зубы, изо всех сил стараясь не закричать, хоть это оказалось очень трудно — просто не закричать, теряя кромешные остатки самообладания. — Какого хера ты заключила сделку с Аластором?! — на этом голос вмиг переменился, стал более демоническим, как и сама внешность.       — Я! Ох-… — Софи застыла, увидев перед собой изменённый облик — три пары крыльев, рога, да хвост, горящие глаза.       И в последующую секунду, после того, как цепи публично, ловким движением разорвали в клочья, — в иной ситуации, находясь наедине, покрасневшая девушка определённо сказала вслух, что всё это невероятно горячее зрелище, — душа ее освободилась, белки вернули прежний цвет, клыки стали острее. Тяжесть и гнёт исчезли, подобно невидимому корсету, сжимающего грудь. Можно было резко вдохнуть полной грудью, пока свобода заполняла до краёв, и голову слегка склонили, позволяя едва заметную улыбку.       — Что ж, тут есть причины, — более чем оживилась Софи, лишённая временной способности. — Не только потому, что больше было не с кем. Должно быть, теперь тебе стало понятно откуда у меня… была одна способность. До этого момента я могла создавать многие вещи и пусть слишком сильно не меня свой облик, но всё же!       — И ты не могла прийти ко мне по этому поводу! Почему? — поумерив пыл, Люцифер всё ещё был зол и всячески противился факту, вопреки тому, что понемногу возвращал прежний облик, голос. — Я мог дать тебе всё, что ты хотела! Тебе не нужно было заключать сделку с этим остолопом!       — Я… — на этом Софи заметно опечалилась, отвернула голову и обняла себя. Говорить такое перед всеми не хотелось. — Я не… — маска уверенности подтаяла, и, опустив голову, она устремилась в свою комнату.

151

      Понятное дело, что отношения выяснять придётся наедине! Люцифер, естественно, последовал за ней. Боже, как же он возжелал запереть ее, чтобы убедиться, что она не сможет заключить никаких сделок! Находясь теперь одни в комнате, он стал более сдержан в некоторых эмоциях, хотя ревность вырвалась в полном виде, как и нетерпеливость.       — Ну?!       — Я просто-       — Ты просто, что?! — он поднял бровь, ожидая продолжения, но когда она ничего больше не сказала, потерял всякое терпение. — Решила, что я недостаточно хорош для тебя?! Что он лучше меня! — выкрикнул это прямо в лицо, убедившись, что сделал особое ударение на последних словах. Ещё немного, и она снова рискует оказаться прижатой к стене — это если не вспоминать о существовании кровати.       — Ну конечно… Похоже, ты не помнишь почему я опечалилась после нашего последнего свидания, да? — в один миг весь испуг Софи как рукой сняло, и красивое лицо стало чрезвычайно серьёзным. Жаль, глубокая печаль в глазах никуда не делась. — Всё это… «Только скажи, что хочешь, и изменится мир!». То, что мне не нужны подарки по щелчку пальцев, поскольку это нечестно или… Я вдруг захотела такой же способности, магии. Захотела сделать то, что обычно ты делаешь ради меня слишком легко. А вампирские способностей меня особо не удовлетворяют. Только материализация желаемого нужна была… И конечно же, главное, ох, действительно, почему я не обратилась к тебе? Даже если говорить о сделке — это не потому, что я боюсь тебя, как и все, просто… Что я могу тебе дать? Тело? Душу? Она подавно у тебя в другом смысле, поэтому… Если это случится, то я буду мучаться от того, что тебе что-то буду должна, даже если это отнюдь не так, — на глазах выступили слезы. — Всякий раз, когда ты делаешь для меня подарки, то я хочу отплатить той же монетой, сделать что-то необычное… Но кто я такая, чтобы поразить в самое сердце могущественного Короля Ада? — после пронзительной речи, Софи опустила голову, ведь не желала, чтобы позорные слёзы были заметны и дальше.       Люцифер замер. Он определенно не ожидал этого. Конечно, он помнил, какая она была грустная из-за того свидания! О нет, не говорите, что… Теперь, когда падший понял, почему Софи на самом деле пошла к Аластору, он почувствовал себя довольно скверно из-за всего, праведный гнев постепенно начал угасать.       — Софи, посмотри на меня, — последовал более мягкий тон.       — Хм? — рассеяно и печально отозвалась она, пока Люцифер нежно потянул за подбородок. Несмотря на то, что негатив прошел, он был расстроенным из-за чужого решения.       — Я бы помог тебе получить твою способность, — вздохнул и ненадолго замолчал. — Но уже слишком поздно менять прошлое. Сейчас важно то, ты моя, Софи! И только моя…       Последние слова пробудили в девушке сладкую… волнующую дрожь. Кровь прилила к щекам, пульс участился, и на миг ее охватила непроизвольная улыбка, хотя взгляд всё же был направлен в сторону, избегая чужих, всё ещё покрасневших глаз. Столь уверенное заявление, что она принадлежит кому-то, захватило мысли, пробуждая странное, как нельзя горячее чувство.       — Люци… — выдохнула почти тихо и поднесла пальцы к пухлым губам, чтобы «скрыть» внезапный трепет. И несмотря на попытку удержать самообладание, жар всё сильнее охватывал. Люцифер, уловив момент, наклонился ближе, совсем не спеша, но уверенно, ждал чего-то ещё. И дождался, столь же очевидного, как дважды два. — Ох, чёрт возьми… Как же сильно ты ревнуешь меня к Аластору!       — Пф, конечно я ревную! Ты пошла к нему, когда я — самый лучший вариант практически во всех отношениях, — закатив глаза, ответил очевидным образом он и под конец лукаво улыбнулся.       — Да, конечно, извини… И мне интересно вот что! Раз ты, вот, готов сделать для меня всё что угодно, только бы я попросила… Но если бы дело дошло до сделки, то что бы ты от меня потребовал, ха? Душа моя у тебя, как и сердце… — не могла не покраснеть пуще прежнего Софи от такого откровения и вопроса, но сменив тему.       Кое-кто не был готов к такой смене, однако чуть сильнее решил обнять, прижав к себе и показывая недовольство от того, что ранее сделали.       — Хм… Да, верно, твоё тело, душа и сердце уже мои. Но я бы попросил твоей любви. А так, тебе больше действительно нечего мне предложить, моя милая Софи!       — Знаешь что? Раз речь зашла о сделке, то… Наверное, мне стоит внезапно поменять мнение? Я имею в виду… Те силы, магия, с помощью которой я могла много что создавать — я не готова с ней окончательно расставаться и… — медленно протянула ему руку. — Любовь, значит? С этим проблем таковых нет, я так скажу! Разумеется, о моём терпении слагают легенды, оно тоже входит в приятные преимущества, как и сама верность. Ох, разболталась я-       После такого ответа, это был тот самый лучший вариант, чтобы без сильных трат получить желаемое. И похоже, что Софи была сразу готова заключить, ведь сама предложила это, что не на шутку смогло поднять настроение, потешить задетое эго. И вот, руки их соприкоснулись, и тёплый золотой свет озарил всю спальню — это тепло, необычное и ласковое, как поток спокойной реки, проникло вглубь, заполняя ощущением защищённости, которого так жаждали.       Когда случился договор, Софи ощутила существенную разницу между Аластором и возлюбленным. Сейчас вся она — драгоценный подарок, который оказался в руках того, кто был готов хранить с трепетом и обожанием. Это действительно было так непохоже на сделку с Аластором — это не те холодные цепи, сковывающие свободу, а тёплые золотые ленты, что мягко обернули не только душу, но и всю ее, напоминали о любви и преданности. Она и стала его подарком, пусть только попробуют отобрать!       — Так тепло? Очень странно и мило, — вырвалось после случившегося, стоило открыть глаза и ненадолго успеть увидеть на правом запястье золотую ленту и некий бантик. — Ах! Это вместо жутких цепей, не так ли? Если так можно, то… Почему бы и нет? — она попыталась убрать руку, но Люцифер не дал сделать это так просто.       Он нежно коснулся хрупких пальцев губами, подобно коту, поочередно целуя каждый, с особым вниманием и лаской, словно оберегая нечто бесценное. Тепло прикосновений ощущалось всё глубже, и девичье сердце пропустило очередной удар. Это не могло не вызывать знакомый прежде жар в области щёк и не только…       — Теперь-то я думаю, мы оба в плюсе, не так ли, моя леди? — в медовых глазах светилась нежность, которой было так много, что Софи невольно отвела взгляд, чувствуя, как близость охватывает целиком.       — Вот же… — пробормотала она, ощутив горящие от смущения уши. Ещё вчера упрямая версия, которая никогда бы не поверила в возможность такой сделки, возмущённо отвернулась, уверяя себя в ненужности таких шагов. Сегодня всё было иначе, и невозможное стало возможным. — А вообще… Я даже думать не хочу, что было со мной, если бы я заключила контракт с тем Валентино, который так любит предоставлять свои услуги!       — Вот о нём точно думать не надо, как и об этом… Аласторе. Лучше обрати внимание на меня! Я думаю это самый лучший вариант, а? — ещё бы он не был самым лучшим!       — Ха! Смотря ещё в каком плане самый лучший. Ведь даже если говорить о Валентино, то тут уже все должно приобрести совершенно другой смысл-… Упс! — собственная прямота когда-нибудь ее погубит.       — В этом смысле тоже, поверь мне!       — Не так быстро, — подняв указательный палец, предостерегла Софи и тут же стушевалась, вспомнив свои же… грехи. Сон, который длительное время не давал покоя. — Или… — вздохнув, решилась на что-то важное, и принялась рассказывать о том самом сне, который долго… беспокоил.       Рассказывать в подробностях то, как сели к нему на колени, растаяв от поглаживаний, как соблазнительно облизали щеку и окунулись в омут страсти, начав это первой, поддавшись искушению. Стало не важно, сколько продлится история — жаркие образы из сна всплыли на поверхность — живые, почти осязаемые… Но возможные ли? Вполне, поскольку такое развитие событий куда больше приближено к действительности, и девушка это осознавала.       — Я подумала, что об этом знать теперь можно, потому что порой мне бывает тяжело, в то же время и страшно… Ах, невинные девушки они такие, да? Сны, конечно, могут выставить их желания крайне пошлыми. Ну, подсознание — удивительная штука! За него я, увы, не ручаюсь, — чётко слыша сердцебиение, подошла к концу Софи и наконец-то осмелилась взглянуть на реакцию. — До сих пор мне кажется, что это случилось из-за моего долгого отсутствия, ну, тоска сыграла важную роль и понеслась! Кто бы мог подумать, что происходящее будет выглядеть весьма правдиво? Гляди однажды сама не выдержу и накинусь, Боже…       — Как бы то ни было, я никогда не буду против осуществить твой сон, милая! Тем более, всегда могу заверить тебя в том, что после такого я никуда от тебя не денусь! Кто знает, может мы могли провернуть это и сейчас… — приблизившись к невинному личику, перешёл на больно уж соблазнительный шёпот, коснувшись ладонью талии.       — Оу? Вот оно как? Пожалуй, сейчас я больше похожа на перепуганную пташку! Да и народ думает, что меня тут вообще будут мучать. Насчёт Энджела вопросов нет, он явно подумал о нужн-… другом, — отмахнувшись, ответила на это Софи и присела на кровать, параллельно стараясь не бросаться в крайности.       — Ха-ха понял, тебя! В любом случае, я крайне рад что ты мне раскрылась в таких мыслях, и у нас всё наладилось! — затем Люцифер сел рядом и, пожалуй, начал с более насущной ситуации. — Так значит, тебе нужны были способности, чтобы также создавать вещи? И что же ты хотела такого сделать?       — Не знаю, честно говоря. Даже не знаю, что я могу теперь делать?       — По крайней мере, раз ты взяла малую часть моей силы, то теперь способна на что-то вроде создания вещей… и-и небольшого изменения пространства и внешности!       — Звучит странно, но… — Софи решила попробовать эту новую способность, выставив руку перед собой, на автомате закрыв глаза, представив желаемое и… Сработало. В руке появилась резиновая уточка, не абы какая, а в виде неё же — об этом говорила причёска, клыки, глаза и печальное выражение лица, будто вот-вот и заплачет. — О как… Даже так?       — Ох, великолепно вышло! — принял он творение, забрав себе. — Только…Почему же она грустная?       — Так вышло, что ей немного совестно, поскольку она ведь вот такая, сама пошла и заключила одну сделку, хах! Но это уже не важно, — улыбка казалась спокойной, но в глазах оставалась неуловимая, почти невидимая тень.       В глубине взгляда засквозила скрытая печаль, старое, не залеченное ранение, о котором говорила только крохотная уточка, что теперь покоилась в его руках. Хотя поверхностный мир и вернулся в душе — тут само время покажет, какие ещё скрытые эмоции и страхи предстоит преодолеть. То ли из-за недавно пережитых событий, то ли по причине чего-то более глубокого… Это, кажется, было только началом.