Часть 1

Девушка бежит по школьному коридору как никогда. Звонок на урок физики прозвенел минуту назад. Учитель по физике — сущий дьявол и монстр. Чэвон, хоть и училась хорошо, боялась её очень сильно. Пока Ким бежала, в мыслях она прокляла свою классную руководительницу. Именно она её задержала, а Чэвон — примерная ученица, которая никогда не опаздывает на уроки. Она спускается по лестнице, не обращая внимания на табличку, которую поставила уборщица: «Пол помыт, скользко». Чэвон подскальзывается и падает с лестницы. Холодная дрожь пронзила всё тело, когда ступень исчезла из-под ног, и удар реальности настиг её. Она скулит от боли и тихо стонет. На секунду Чэвон представила, что её поймает какой-нибудь парень, но это всего лишь иллюзии. Вместо парня перед её глазами — женские туфли. — Чэвон, с тобой всё хорошо? — обеспокоенно спрашивает учительница физики. Значит, Чэвон не одна опаздывала. — Встать сможешь? — Да, со мной всё хорошо, — врёт она. Правая нога сильно болела и ныла. Ким пытается встать, но, когда наступает на правую ногу, чуть ли не кричит от боли на весь коридор. Учительница помогает ей подняться. — Ох, Чэвон, дорогая, тебе нужно к медику. Я помогу тебе дойти. — Всё в порядке, я сама смогу дойти, — говорит она, стоя на одной ноге и придерживаясь за стенку. Но больше всего её удивляла доброта учительницы и то, как она обсыпала её ласкательными словами. — Подожди, моя дорогая, — говорит учительница в тот момент, когда Чэвон хромая, пытается обойти её и потихоньку уйти. — Совсем забыла, что медсестра вчера уволилась. Кабинет пустует. Я вызову скорую помощь. Учительница достаёт из кармана брюк телефон и набирает номер, бурча под нос о том, что школе срочно нужен медработник. Чэвон совсем забыла об этих горячих новостях: молоденькая красивая медсестра уволилась, и якобы у парней-учеников и учителей начался кризис. Ким даже не протестует, потому что знает, какая это учительница — упёртая. Учительница Кан объясняет всё дежурному медработнику, и Ким слышит: «Через пару минут приедем». — Чэвон, я отправлю твоих подруг, чтобы они помогли тебе спуститься. Мне нужно на урок, не волнуйся, я оповещу твоего классного руководителя. — Чэвон лишь кивает и вспоминает о своих подругах. Подругами их тяжело назвать, потому что Чэвон дружит с ними только для того, чтобы не быть серой мышкой. Юри и Чеён постоянно болтают о каком-то пустяке, что Чэвон совсем не интересует. По сути, она держит их рядом только «для красоты». Иногда ей кажется, что Чеён и Юри понимают, что она дружит с ними фальшиво, но она быстро отгоняет эти тревоги. — Чэвон, ты как?! — из кабинета выбегают запыхавшиеся подруги. — Сильно болит? Как ты умудрилась упасть? — вопросы сыплются на неё, а она не успевает отвечать. Ким впервые видит, что её подруги так переживают о ней. — Мы через пот и нервы отпросились у этой учительницы, чтобы поехать с тобой в больницу. В общем, мы едем с тобой. — Не стоило пропускать из-за меня уроки, — мягко улыбается Чэвон, пытаясь не показывать свою боль. — Ничего не говори, мы же твои подруги, — они берут её под руки и помогают спустить на первый этаж. Чэвон сквозь боль еле ковыляет, лодыжка сильно пульсирует. В этот момент заходят медработники с носилками. Она ложится на носилки, и когда они оказываются в машине скорой помощи, медсестра задаёт вопросы, а Ким нехотя, но отвечает на них. Юри и Чеён всё это время рядом, переживая за её ногу больше, чем она сама. Водитель, видимо, настолько устал, что включает сирену и несётся на скорости, чтобы быстрее добраться до клиники. Когда её привозят в больницу, к ним подходит медсестра: — Что у неё? — лениво спрашивает она у второй. — Вывих лодыжки, скорее всего. Ей на рентген нужно. — Да, на рентген и потом с результатами к врачу Ким Сону. Чэвон, сняв гольфик в кабинете рентгена, ужасается: лодыжка синяя, опухшая. Она уже сомневается, точно ли это вывих. Подруги остаются снаружи по её просьбе. Через пару минут Чэвон, прыгая на одной ноге, выходит из кабинета. Затем они десять минут ждут результаты. Медсестра проводит их в кабинет врача Ким Сону. — Врач Ким Сону сейчас в операционной. Подождите немного, — пискляво говорит медсестра и уходит. Подруги остаются в коридоре. Чэвон сидит на кушетке и думает, как хорошо, что недавно сделала педикюр — ноги хоть выглядят прилично. Дверь распахивается. Чэвон дёргается от неожиданности. Заходит Ким Сону. Она представляла его пожилым, а перед ней молодой мужчина. Он смотрит на неё, потом подносит снимки к свету. — Вывих, — говорит хриплым голосом. Чэвон мысленно проклинает этот день. Раз вывих — значит вправлять будет. Она мысленно раз сто перекрестилась, боясь того, что он будет сейчас делать. Он подходит и произносит: — Будет больно, потерпи. Он осматривает ногу, его руки ледяные. Чэвон ёжится и кусает губу. Она читает на бейдже: «Врач-травматолог Ким Сону». Он замечает её страх и как скапливаются слезы на её глазах. Для Сону это дело лёгкое: он резко вправляет сустав, раздаётся хруст. Чэвон закусывает губу так сильно, что чувствует металлический вкус крови. Боль была, но терпимая. Девушка рада, что не разрыдалась и сумела вытерпеть. — Я забинтую тебе ногу. До завтра опухоль спадёт. Но завтра на занятия не рекомендую идти, — говорит он безразличным тоном, бросая взгляд на её форму. Он достаёт мазь, наносит её, потом бинтует ногу. — Посиди немного, чтобы боль стихла, — говорит он, направляясь к раковине. Через зеркало замечает её любопытный взгляд и тоже в упор смотрит на неё. Когда взгляды встречаются, Чэвон смущённо отводит глаза. — Я открою тебе больничный, — он садится за стол и начинает печатать. — Назови имя. — Ким Чэвон. — Дата рождения? — Две тысячный год, первое августа. — Вес и рост? — Он печатает. Она косится на него. — Зачем вам эта информация? Разве она нужна? — Да, нужна, — он протирает переносицу, чувствуя тяжесть усталости. — Мне тем более эта информация не интересна, — парень пытается скрыть раздражимость, но девушка всё равно замечает и поджимает губы. — Метр шестьдесят три, сорок три килограмма. Он печатает дальше. Чэвон решает спуститься с кушетки, и по привычке наступает на правую ногу, и тут же теряет равновесие, падая на пол. Нога снова начинает ныть, она опять закусывает губу, боясь реакции врача. — Я же сказал, чтобы ты посидела, — устало вздыхает он. Подходит, поднимает её как ребёнка и сажает на кушетку. У Чэвон от его действий сердце стучит как-то по-новому. Щёки краснеют. Она старается не смотреть на него. Он — наоборот, смотрит пристально, потом возвращается к столу. Он распечатывает рецепт и отдаёт ей. Она берёт бумагу, а он, развалившись в кресле, прикрывает глаза. Чэвон, решившись, аккуратно встаёт на левую ногу и начинает обувать белые кроссовки. — Я же сказал, чтобы ты посидела, — его голос звучит низко и строго. Чэвон вздрагивает от неожиданности — Всё в порядке, нога уже перестала болеть. Она кое-как обулась и, прыгая на одной ноге, почти выходит, когда он останавливает: — Через день приди на перевязку. Она кивает и уходит. Юри и Чеён подбегают, поддерживая её за локоть. — Всё нормально? — спрашивает Юри. Чэвон коротко отвечает: «Да». Втроём они идут к выходу. — Чэвон, мы вызовем такси и поедем с тобой. — Я могу и сама… — Ты с ума сошла? Ты ходишь на одной ноге. Просто дай нам помочь, — возмущается Чеён. — Чеён права. Мы не успокоимся, пока не отвезём тебя, — добавляет Юри. Через десять минут они уже были в такси. По приезду Юри оплачивает проезд: — Аджосси, подождите нас пять минут. — Хорошо, только ровно пять. Они заходят в жилой комплекс. Школьницы только хотели зайти с ней в лифт, но Чэвон останавливает их. — Я дальше сама, не беспокойтесь. — Ты уверена? — спрашивает Чеён. — Конечно. Я же дома. Подруги немного смягчаются и улыбаются. — Чэвон, если завтра придёшь в школу, мы лично отправим тебя обратно домой. Чтобы ноги твоей там не было! — говорит Чеён, и двери лифта закрываются. Ким доходит до квартиры, держась за стену. Дверь, как всегда, не заперта. На пороге — мужская обувь. В ту же секунду она слышит кокетливый смех матери и мужской голос. Чэвон устало закрывает глаза и думает когда же это всё закончится. Через «не хочу» она идёт в комнату. Мать даже не замечает её. Если бы не больная нога, Чэвон ушла бы из дома прямо сейчас. Родители разведены несколько лет. У отца новая семья, но он всё так же общается с Чэвон. Мать же меняет ухажёров каждую неделю. Оба успешные, и в деньгах девушка не нуждается. Иногда она думает, что лучше бы жила с весёлым отцом, а не с холодной матерью. Она любит маму, но чувствует, как та охладела. Чэвон переодевается, ложится, надевает наушники, чтобы не слышать разговоры матери, и думает о завтрашнем дне. В школу она пойдёт обязательно — лишь бы не быть дома. Позже она садится за стол делать уроки. ⸻ После ухода школьницы Сону собирался идти в раздевалку и уезжать домой, но в кабинет заходит Эрик — Сон Ёнджэ, друг и по совместительству его коллега. — Ты что, домой? — спрашивает Эрик, развалившись на диване. — Да. И ты прям вовремя, — с сарказмом отвечает Сону. — У тебя завтра выходной? И почему ты такой хмурый? — Нет. Я же говорил, что пойду в школу на специальный урок, — съязвил Сону, избегая последнего вопроса. Парень не хотел признавать вслух, что сегодня едва не потерял пациента. Он не всегда присутствовал на операциях, но на этот раз хирург вызвал его срочно. Тело пациента было изломано множеством переломов и тяжелых повреждений, и без травматолога было не обойтись. Но в какой-то момент сердце человека остановилось, на одну минуту наступила клиническая смерть*. Каких-то чёртовых шестьдесят секунд показались Сону вечностью, за которые он успел представить самое страшное. Но сердцу удалось вернуть ритм. — A, да, точно, забыл, — неловко хохотнул Эрик. — Ты же нейрохирург, проверь сам себя, — Сону смеётся, глядя на сменившуюся физиономию лица друга. — Да ну тебя, — Эрик закатил глаза и более серьёзно продолжил: — Ты не рассказывал, зачем тебе в школу. Сону сразу перестаёт смеяться и проговаривает: — Для выпускников буду преподносить специальный урок. Нужно рассказать какой-то бред, чтобы они поступили на медицину. — Какая школа? — Ханлим. — Мои соболезнования, сейчас подростки очень тяжелые, — смеётся Эрик. Сону резко встаёт. Он в шутку кидает в друга ручку, но тот уже вышел. Ручка падает на пол. Сон открывает дверь, подбирает её, кидает обратно и посылает воздушный поцелуй. Ручка попадает прямо в лоб Сону, а из коридора слышится громкий смех Эрика. Клиническая смерть - это состояние, когда у человека остановилось сердце, но клетки головного мозга ещё не погибли, то есть шанс вернуть человека обратно есть. Буду благодарна, если оставите отзыв, надеюсь вам понравилась первая глава, буду рада почитать ваше мнение)))