Глава 14. Драко

Драко только вернулся из больницы в поместье, перекусил и собирался вновь заняться делами, когда в комнату забежала светящаяся выдра. Голосом Гермионы она сказала: «Кажется, нашла решение. Сможешь прилететь?» Он с сожалением отложил документы, которые только взял в руки, и посмотрел, как светящееся животное растворяется, теряя свою магию. Этот способ связи был таким простым и поразительно удобным… А ещё он был совершенно ему недоступен, ведь Драко не умел вызывать Патронуса. Никто не учил его этому заклинанию, а как освоить его самостоятельно, он не понимал. Для вызова Патронуса нужно было «сосредоточиться на самом счастливом и ярком воспоминании, чтобы почувствовать полноту радости». Драко перепробовал несколько воспоминаний, в основном, это были моменты, связанные с полётами на метле. Все детские воспоминания из мэнора горчили, потому что на картине так или иначе были родители. Даже самая памятная ночь с Асторией на берегу океана не возымела нужного эффекта. Надев пиджак, он аппарировал на поляну перед лесным домом. При его появлении из палатки вылезли авроры с палочками в руках. «Все нормально, кажется, Гермиона что-то нашла. Пойду узнаю», — кивнул он и отправился в дом. Ведьма беседовала с эльфийкой в кабинете. «Спасибо, Тинки. Можешь вернуться домой, я позову, когда понадобится помощь», — сказал он, заходя в комнату. Эльфийка поклонилась и исчезла. «Что ты нашла?» — спросил он без лишних предисловий. Лучше разобраться со всем поскорее. Глаза Грейнджер взволнованно блестели. На ней была та же одежда, что в день памяти, рукава блузы ведьма деловито закатала до локтей, пуговицы сверху были расстёгнуты, обнажая ключицы. «Помнишь книгу? Про связывающие ритуалы. Я нашла один подходящий, правда, там нет прямого указания на взаимодействие с заклинанием Фиделиуса, но принципы, на которых основана его магия, совпадают с теми, что выбрала бы я для решения этой задачи.» Щёки немного раскраснелись, и, казалось, ей сложно оставаться без движения. От прежней подавленности не осталось и следа. «Расскажешь, что включает в себя ритуал?» «Процесс основан на ритуальной магии рун, поэтому нам нужно будет расположиться у рунического круга», — она протянула ему книгу, раскрытую на нужном развороте. Он подошёл ближе. — «Я произнесу заклинание, и мы капнем по одной капле крови в центр схемы. Ритуал сожмёт и запечатает барьер, наложенный Фиделиусом, до размера круга. Заклинание несложное, но длинное, и мне нужно будет не сбиться, а то придётся начинать заново.» Драко осмотрел рисунок, на котором был изображён рунический узор. Знаний хватало, чтобы узнать магию сдерживания, но он не был специалистом, и если в ритуале были тонкости, то он их не видел. «Тебе нужна моя кровь? Уж не мошенница ли ты?» — он слегка усмехнулся. «Пока я тут больше похожа на жертву», — она вернула ему грустную улыбку. «Ты знаешь своё дело», — Драко кивнул, — «давай разберёмся с этим и вернёмся к своим делам.» Она забрала у него книгу и стала собирать вещи, разложенные на столе. «Предупредишь Гарри с Роном, пока я заканчиваю приготовления? Вроде я видела в подвале всё необходимое для проведения такого ритуала…» Он направился к выходу, а она пошла в подвал. Ну вот и всё. Их маленькое, странное, совместное приключение подошло к концу. Одна капля крови — и Гермиона Грейнджер вернётся в Министерство к своим законам и больше не будет обращаться к нему с просьбами. Он застал гриффиндорцев на траве. Поттер сидел, прислонившись спиной к стенду палатки, выдирая вокруг себя листья подорожника, а Уизли лежал на траве, заложив руки за голову и жевал длинную травинку. Драко подавил желание пошутить про отряд Дамблдора за работой и шагнул на поляну. Оба тут же вскочили на ноги. «Кажется, ваша блестящая подружка решила задачку, пока вы тут изображали садовых гномов», — он ждал, что рыжий все же начнёт возмущаться, но тот только гадко ухмыльнулся. «Да ты просто не перестаёшь удивлять, Малфой! Откуда ты знаешь, как выглядят садовые гномы», — спросил он, — «они не живут в ядовитой среде.» Неужели Грейнджер встречалась вот с этой вот пародией на волшебника? Он был одет, как всегда, в какие-то потрёпанные обноски, а круглое лицо было одутловатым. Он перевёл взгляд на Поттера, не желая продолжать разговор с Уизелом. «Она нашла ритуал, который должен заключить барьер в сдерживающем круге. Выглядит несложно, сейчас проведём его и сможем разойтись.» «Отлично», — Уизли хлопнул Поттера по спине. — «Значит, завтра все вместе поедем в Нору.» «Удачи», — посмотрел на Драко с надеждой Поттер, — «передай Гермионе, что у неё всё получится.» Поттер так надеется на успех, потому что переживает за свою подругу, но всё равно тихий голосок внутри шептал, что они хотят поскорее от него отделаться. Драко вернулся в дом, где Грейнджер готовила ритуал. Она жестом пригласила его сесть на пол. Он снял пиджак, повесил его на спинку стула и опустился вниз. Ведьма начала чертить на полу круг и вписывать в него руны, постоянно сверяясь с книгой. Они сидели друг напротив друга, и, пока ведьма перепроверяла порядок ритуала, бормоча себе под нос инструкции и заклинания, легонько поводя в воздухе палочкой, Драко разглядывал её. По сути, сейчас они были одеты похоже, только его рубашка была черной. Драко никогда так близко и так внимательно не рассматривал Грейнджер и сейчас понял, что она выросла в красивую женщину. Не в смазливом смысле, как ведьмы, за которыми волочился Блейз, и это была не та утончённая красота, какая отличала Асторию. У Грейнджер были густые ресницы, обрамлявшие ореховые глаза. На носу и щеках были веснушки, но они были мелкими и из-за тёплого оттенка кожи не бросались в глаза. Она научилась ухаживать за волосами, теперь это были красивые кудри, а не та мочалка, над которой он смеялся в детстве. Сейчас они были собраны на затылке, и только пара прядок покороче обрамляли лицо. Он почему-то вспомнил, как она выглядела на Святочном балу. Его кольнуло острым жгучим чувством стыда. Он вспомнил все те гадости, что он кричал ей вслед, пытаясь раззадорить Поттера. Драко бросил взгляд на зубы, которые случайно увеличил на четвёртом курсе. Он чуть не рассмеялся от мысли, что бы подумал Драко из прошлого, узнай он, что будет день, когда он, Драко Люциус Малфой, найдёт Гермиону Грейнджер симпатичной. Ведьма, тем временем, совершала последние приготовления к ритуалу. Вспомнился урок зельеварения, на котором они работали за соседними столами. Её зелье первым загустело и изменило цвет, и он был в ярости, потому что выскочка опять его опередила. Он никак не мог взять в толк, чем она лучше. Он также следовал инструкциям, движения при работе с палочкой были чёткими и выверенными, но Грейнджер снова обошла его. И вот он сидел напротив, пока она собиралась сотворить какое-то превосходное волшебство. Если она и заметила, что он её рассматривает, то не подала виду. «Ладно, думаю, мы готовы», — она утвердительно кивнула сама себе. Драко чувствовал, что она волнуется. Но сейчас, в отличие от школьных уроков, она не просто хотела оказаться лучшей в классе, от этого ритуала зависело её собственное благополучие. «Очень надеюсь, что ты сдала свои ЖАБА на Превосходно? Что ты сдавала?» «Заклинания, травологию, трансфигурацию, арифмантику, древние руны, зельеварение и защиту от темных искусств», — быстро перечислила она и добавила, немного зарумянившись, — «да, все на Превосходно.» «Что же», — серьёзно сказал он, — «по последнему предмету они могли бы и так поставить тебе зачёт.» Она уловила шутку, но никак не отреагировала и испытующе посмотрела в его лицо. «А ты? Сдал?» Драко кивнул и немного поднял подбородок. «Позднее. После… всего», — ему не хотелось обсуждать с ней всё, что происходило после войны. Как родители заставили его подготовиться и сдать экзамен. Это был его первый визит в Хогвартс после финальной битвы, и этот опыт никак нельзя было назвать лёгким. На этот раз Гермиона улыбнулась. «Всё на Превосходно?» «В тебе проснулся былой дух соперничества?» Гермиона как-то странно на него посмотрела, открыла рот, но тут же закрыла, передумав. «Мы оба знаем, что ты так или иначе скажешь, что собиралась. Сэкономь наше время и выкладывай, чтобы я поскорее смог ответить. И, нет, я не сдавал маггловедение и уход за магическими существами, если ты хотела это узнать.» Она слабо улыбнулась, но посмотрела на него серьёзно. «А ты когда-нибудь думал, тогда в школе или позднее, как могло бы быть? Я имею в виду, иначе. Если бы мы не были врагами. Несмотря на то, что ты был совершенно несносным, я всегда замечала твои стремления в учёбе… до пятого курса, во всяком случае», — стушевалась она к концу своей речи. «Нет», — быстро соврал он, — «мы были тем, кем мы были, в тех обстоятельствах, что нас окружали. Начнём?» — кивнул он на круг, не желая продолжать этот внезапно откровенный разговор, который в опасной близости подобрался к тому, о чём он так старался не думать эти дни. Ведьма кивнула, подняла палочку и начала выводить ею пассы над кругом, произнося слова заклинания. Она говорила медленно и уверенно, словно каждый день колдовала сложные древние ритуалы. Драко невольно залюбовался её колдовством. Возникло ощущение, что воздух вокруг них наэлектризовался. Лицо начало покалывать, и он почувствовал, как волосы становятся дыбом. Незакреплённые кудряшки Гермионы тоже воспарили к потолку. Драко боковым зрением заметил, что воздух в доме пронзили тонкие светящиеся линии, словно решётка. Если глядеть на них прямо, они исчезали, но в расфокусированном поле зрения виднелись и слегка переливались. Видимо, так выглядела манифестация купола Фиделиуса. Интересно, видно ли это снаружи, подумал он. Свободные полы их одежды тоже затрепетали, но Гермиона не отвлекалась. Она закончила читать заклинание, уколола свой палец кончиком ножа, быстро наложила на него очищающее заклинание и протянула ему. Если бы не важность момента, он бы вставил едкое замечание, что не придерживается прежних взглядов относительно чистоты её крови, но сейчас было не время и не место*. Драко повторил укол, на кончике пальца выступила капля крови. Воздух вокруг них словно уплотнился, и ему показалось, что между ними его плотность была сравнима с водой. «Раз», — ведьма вытянула руку в центр круга. «Два», — он, преодолевая плотность сгущённого воздуха, протянул свою, их пальцы почти касались. «Три», — они одновременно перевернули руку, и капли крови упали на руны. Мгновение ничего не происходило. Потом на долю секунды ему показалось, что весь воздух из комнаты резко всосался в одну точку там, где упала кровь на пол. И в следующий миг ударная волна окатила их и разнеслась по дому. Она не была достаточно сильной, чтобы навредить, но толкнула достаточно, чтобы от неожиданности Драко упал на спину и больно стукнулся затылком. Из сада послышались радостные крики, и в комнату вбежали Поттер с Уизли. «Вы в порядке?» — спросил Поттер, оглядывая их, лежащих на полу. «Миона», — рыжий уже кинулся к Грейнджер и помогал ей встать. Та ощупала затылок и наложила на себя и Драко диагностические чары. «Всё хорошо, сотрясения нет. Заклинание нас в конце оттолкнуло.» Удостоверившись, что подруга в порядке, авроры принялись разглядывать дом. «Не вижу никаких рун», — сказал Рон. «Так и должно быть», — она кивнула, — «значит, всё получилось, теперь заклятие Фиделиуса закрывает только рунный круг. Я по-прежнему его вижу.» «И я», — сказал Малфой, потирая ушибленное место. «Интересно, кому принадлежит дом», — задумчиво спросил Поттер, разглядывая книги, принесённые Грейнджер из гостиной, — «или принадлежал…» «Ну, похоже, тебя тут больше ничего не держит», — гостеприимно улыбнулся рыжий, жестом указывая Драко на дверь. «Спасибо за помощь», — Поттер протянул руку, кажется, несколько смущённый резкостью друга. «Да, спасибо за всё», — произнесла Грейнджер и шагнула к нему, как-то судорожно протянув руку. Он взял её маленькую ладонь в свою и легонько сжал. У неё была тёплая и сухая рука, которую он быстро отпустил. К счастью, Уизли ему свою жабью лапу не протянул и с преувеличенным интересом присел, разглядывая область, где прятался рунический круг. «Я пойду», — кивнул Драко, надевая пиджак. В комнате будто похолодало. — «Поттер, свяжемся.» Тот кивнул, и Драко крутанулся на каблуках, но ничего не произошло. Он неловко взмахнул руками и нахмурился. «Видимо, на антиаппарационный барьер ритуал не повлиял», — нахмурилась Гермиона. «Выйду на поляну», — сказал он и пошёл к выходу с веранды. На стуле висела аккуратно сложенная мантия Гермионы. Повинуясь импульсу, Драко провёл по ткани рукой, будто прощаясь, и быстро её отдёрнул. Он покинул дом, размышляя о том, что видит это место в последний раз. Выйдя за калитку, крутанулся и… ничего не произошло. Резко одёрнув полы пиджака, он отошёл подальше за палатку и попробовал ещё раз. Ничего не изменилось. Ущипнул себя за переносицу. Потом пригладил волосы двумя руками. Несколько секунд постоял с закрытыми глазами, а потом направился обратно в дом. В груди зарождалось какое-то неприятное чувство. Золотое трио было в гостиной. Рыжий развалился на диване, уплетая малиновый тарт, явно принесённый Тинки. Поттер с Грейнджер рассматривали книги, стоя у шкафа. Драко кашлянул, удовлетворённо отметив, как испуганно вздрогнул и поперхнулся Уизли, давясь масляными крошками. Грейнджер, видимо, что-то прочла на его лице, потому что положила книгу и сделала пару шагов к нему. «Что случилось?» — спросила она, вглядываясь в его лицо. «Что-то не так. Я не смог аппарировать.» «Такое со всеми иногда бывает, Малфой, не расстраивайся», — прыснул опомнившийся Уизли. «Понимаю твоё стремление к изысканной еде, но ты не можешь позволить себе такой фарфор, не забудь вернуть тарелку», — презрительно бросил он рыжему, мстительно наблюдая, как лицо того краснеет. «Драко», — с укоризной сказала ведьма. Она не злилась, скорее голос звучал устало и разочарованно. Но его больше опять удивило звучание собственного имени. Кроме Дафны, к нему редко кто-то так обращался. Мать звала его «дорогой», отец говорил «сын», а с Ноттом и Забини они обменивались шутливыми обзывательствами. Он обезоруженно поднял руки, надеясь, что они не заметили его замешательства. «От некоторых привычек сложнее избавиться», — примирительно сказал он. — «Мир, Уизли?» Тот недовольно буркнул и принялся с удвоенной скоростью заглатывать остатки пирога. Гермиона уже подошла к нему и анализировала какие-то диаграммы, окружившие его по мановению её палочки. Девушка хмурилась. «Не вижу никаких проблем с твоей магией, видимо, изменилась магия области. Давайте выйдем к палатке?» — предложила она, и все последовали за ней. Драко держался к ней ближе, сам не зная почему. Когда они оказались на поляне, ведьма сказала: «Проверим», — и крутанулась, мигнула и тут же появилась на том же месте. Она оглянулась и задумчиво пожевала нижнюю губу. «Хмм», — выглядела она озадаченно. Вслед за ней аппарировали Рон и Гарри. Один оказался за палаткой, второй — у деревьев. Оба быстрым шагом вернулись к ним. «Ну вот, все работает», — сказал рыжий, — «ты просто не хочешь уходить, признайся, Малфой», — самодовольно ухмыльнулся он. Грейнджер задумчиво смотрела на него. «У меня есть теория, но сейчас мы выясним, так ли это», — сказала она ему тихо. — «Попробуй аппарировать.» Он чувствовал себя по-идиотски, все на него смотрели и, очевидно, ждали, когда же он наконец свалит. И зачем он сразу побежал в дом? Может, надо было отойти подальше. Сосредоточившись на точке прибытия, гостиной мэнора, он крутанулся. Знакомое чувство подхватило его, смешавшись с чувством облегчения, все перед глазами мигнуло, и он очутился…