Беллатрикс

      Утром меня пригласили на завтрак. Если, конечно, слова эльфа «Грязнокровка, спускайся на завтрак к Хозяину!» можно считать за приглашение. Я проглотила это. Нужно выяснить, что на этот раз задумал Змей. Поэтому, быстро нацепив на себя белую водолазку и маггловские джинсы, которые так ненавидели чистокровные снобы, я спустилась вниз в столовую. На удивление, никого в ней не было кроме... Беллатрикс. Я остановилась на пороге. Белла сидела во главе длинного стола — слишком расслабленно для человека, который ждёт. Чёрные волосы спадали на плечи беспорядочными волнами, пальцы лениво обхватывали чашку. В ней было что-то кошачье: внешнее спокойствие, под которым пряталась готовность вцепиться. Наши взгляды столкнулись. На долю секунды, — ровно на одну, — её лицо выдало удивление. Потом губы изогнулись в медленную, ядовитую улыбку.       — О, — протянула она. — Ты.       Слово прозвучало так, будто оно было грязным. Я с гордым видом зашла в столовую и села по правую сторону от стула Лорда. Туда, где он в прошлый раз меня посадил. Рядом. Я буквально услышала, как женщина заскрежетала зубами от злости.       — Как ты смеешь садиться сюда?!       — Мадам Лейстрендж, осмелюсь напомнить вам, что на это место указал мне Тёмный Лорд. А разве я смею спорить с его... желанием? — невозмутимо ответила я и взяла чашку с чаем.       — Ах ты, мелкая...       — Если ты решила устроить спектакль, — сказала я ровно, перебивая женщину, — предупреждаю: я не зритель.       — А ты, я посмотрю, зелье храбрости выпила?! Помнится мне, в последний раз, когда мы виделись в Малфой Мэноре, ты плакала и умоляла меня тебя не трогать. Уже забыла? Может, мне стоит напомнить тебе...       Я медленно поставила чашку на блюдце. Фарфор тихо звякнул — единственный звук в зале.       — Я всё прекрасно помню, спасибо. С тех пор прошло много времени. Теперь я вижу что бояться тебя... не стоит. Жалких людей не стоит бояться, им надо только сочувствовать. — спокойно сказала я. Белла рассмеялась.       — Жалкая?! Я?! Деточка, ты явно нарываешься. Что ты о себе возомнила?! Думаешь, что если Лорд дал тебе место рядом, то ты особенная?! — зарычала женщина. Вот оно. То, чего я добивалась. Бешеный огонь в глазах, трясущиеся руки... Белла с ума сходила от ревности. Я еле сдержала улыбку. — Я была рядом, когда ты ещё училась правильно держать палочку. Я проливала кровь. Я…       — …а теперь сидишь за столом и ждёшь, — перебила я тихо. — Пока он зовёт не тебя.       Бум! Кажется я услышала, как лопается капилляр в её мозгу от злости. Беллатрикс вскочила так резко, что стул с визгом отъехал назад. Чашка опрокинулась, тёмное пятно чая расползлось по скатерти, но она этого даже не заметила. Палочка оказалась в её руке.       — Маленькая заносчивая дрянь! Тебя Господин терпит только потому, что ты нужна для мира с Орденом. Но когда мы одолеем французов, он уничтожит тебя! Нет, он отдаст на растерзание мне! О, как же ты тогда пожалеешь, что нагрубила мне сегодня....       — Не отдаст. — я медленно поднялась со стула и встала напротив женщины, храбро смотря ей в глаза. — Потому что я ЕГО. А своё он никому не отдаёт. Понимаешь? А тебя вот отдал замуж за Рабстана. Так ли ты ему нужна? Я бы на твоём месте задумалась. — сочувственно сказала я. Беллатрикс побледнела. Не метафорически — буквально. Будто из неё разом выкачали кровь, оставив только ярость, подпитываемую унижением. Губы её в кривой усмешке, но я видела. Я попала в цель. Женщина направила палочку на меня и уже вычерчивала знакомую руну:       — Круц....       — Довольно! — прозвучал громкий голос. Я не обернулась — не нужно было. Я почувствовала его раньше, чем услышала шаги. Холод, который не имел отношения к температуре. Присутствие, которое не требовало взгляда.       Белла замерла. Медленно, почти не веря, опустила палочку.       Он стоял у входа. Чёрная мантия стекала с плеч, как тень, взгляд был направлен на Беллу.       — Ты смеешь поднимать палочку на МОЕГО гостя, Беллатрикс?       — Мой Лорд… — она попыталась улыбнуться, но вышло плохо: губы дрожали. — Она спровоцировала меня. Эта девчонка забыла своё место…       — Нет. — перебил он. — Это ты его забыла.       Он сделал шаг вперёд. Всего один — но столовая словно сжалась. Воздух стал густым, вязким. Мне показалось, что даже свечи пригнулись.       — Ты в моём доме, — продолжил он спокойно. — За моим столом. И решаешь, кого здесь можно пытать без моего разрешения.       Беллатрикс резко вдохнула.       — Я… я думала, вы позволите… — прошептала она. — Вы всегда…       — Всегда — было раньше, — холодно отрезал он. — Я говорил тебе уже, что девчонку мы не трогаем. У нас уговор с Орденом. У тебя плохо со слухом?       — Нет, м-мой Лорд... — Беллатрикс опустила голову, но я видела, как у неё дёргается челюсть.        Он остановился напротив неё.       — Тогда повтори, — спокойно сказал он. — Чтобы я был уверен, что ты поняла.       Белла сглотнула.       — Девчонку… — слово далось ей с трудом, — нельзя трогать. Без вашего… разрешения.       — Умница. Видишь, вроде не сложно. Как ты думаешь, твои мозги справятся с этой задачей?       — Д-да... Господин. — пропищала Белла. Лорд повернулся ко мне.       — Сядь. — холодно приказал он мне. Я послушно опустилась на стул. Всё-таки его спокойный тон пугал меня сильнее, чем если бы он кричал.       — Ты сказала, что моя слуга жалкая. — произнёс он задумчиво. — Почему?       Вопрос был ловушкой. Я поняла это сразу.       — Потому что она живёт прошлым, тем, что когда-то было. — ответила я, тщательно подбирая слова. — А вы — будущим. — Тёмный Лорд громко рассмеялся.       — Хорошо. Возможно, шляпа ошиблась, ты хитра, как настоящая Слизеринка.       — Вы сами сказали. — тихо ответила я. — Принять все свои стороны.       Уголок его губ дёрнулся. Почти улыбка. А затем повернулся к Беллатрикс.       — А вот ты, — его голос стал мягче, и именно это было страшно, — ошибаешься слишком часто. Белла вздрогнула. Она всё ещё стояла, ссутулившись, словно под невидимым грузом. Я видела, как она сжимает пальцы — так сильно, что побелели костяшки.       — Ты позволила себе забыть, кто определяет ценность людей в этом доме. — продолжил он. — И это… разочаровывает.       — Мой Лорд, — выдохнула она, резко поднимая голову. В её глазах блеснуло отчаяние, почти мольба. — Я просто хотела защитить вас. Она… она играет. Она провоцирует. Она не знает своего места!       Он медленно склонил голову набок.       — Наоборот, Беллатрикс, — сказал он тихо. — Сегодня она как раз очень хорошо показала, что знает своё место. Между ними повисла тишина. Густая. Тяжёлая. Беллатрикс побледнела ещё сильнее — если это вообще было возможно.       — Ты свободна, — произнёс он наконец. — Иди. Приведи себя в порядок. И постарайся больше не позорить меня такими… вспышками. — губы женщины после его слов дрогнули. На долю секунды мне даже стало её жаль. Но потом я вспомнила о родителях Невилла, и жалость тут же пропала. Белла развернулась и вышла, почти не глядя по сторонам. Когда дверь за ней закрылась, Тёмный Лорд снова посмотрел на меня.       — Ты довольна? — спросил он без обвинения. Просто констатация.       — Более чем. — кивнула я. Он задержал на мне взгляд дольше, чем требовалось для простого ответа. Не оценивающе — изучающе. Словно проверял, не дрогну ли теперь, когда Беллатрикс ушла и спектакль закончился.       — Самоуверенность,— медленно произнёс он, — погубила многих людей, Грязнокровка.       — Как и власть. Но вам это не мешает к ней стремиться. — ответила я, не отводя глаз от его лица. Ответ повис между нами, как натянутая струна.       Я ожидала вспышки. Крика. Боли — любой формы.       Но он лишь чуть склонил голову, разглядывая меня так, будто я только что сделала ход, который не вписывался ни в одну из известных ему партий.       — Смело. — произнёс он наконец. — Ты путаешь дерзость с прозорливостью.       — Нет. — спокойно возразила я. — Я просто называю вещи своими именами.       Он сделал шаг ближе. Медленно. Не угрожающе — наоборот, лениво. От этого стало труднее дышать.       — Ты думаешь, что понимаешь, к чему я стремлюсь? — спросил он тихо. Сердце забилось в груди быстрее. Я ступила на скользкий и опасный путь. Любой мой неверный ответ... И меня спишут.       — Я думаю, — ответила я, — что вы не терпите, когда вам напоминают, что вы тоже человек. Со страхами. С желаниями. С будущим, которое не полностью под вашим контролем. На секунду — всего на секунду, — воздух дрогнул.       — Осторожнее. — сказал он мягко. — Такие мысли опасны.       — Для кого? — спросила я. Он усмехнулся.       — Для тех, кто слишком близко подходит к истине.       Он развернулся и сел во главе стола, наконец занимая своё место по праву. Жестом велел подать завтрак. Эльф появился мгновенно, дрожа, как осиновый лист.       — Ты сегодня перешла грань. — продолжил он уже спокойнее, будто обсуждая погоду. — Беллатрикс. Меня. Саму структуру этого дома.       — Но вы меня не остановили. — заметила я.       — Нет, — согласился он. — Потому что мне было интересно, чем это закончится. — Он наклонился вперёд. — Но запомни, Гермиона Грейнджер. — произнёс он негромко. — Я позволяю тебе дерзость лишь до тех пор, пока дерзость служит мне. В тот момент, когда ты перепутаешь влияние с властью…       Он не договорил. И не нужно было. Я уже всё поняла...       — …я стану для тебя тем, кем ты всегда меня считала. — по коже прошёл мороз от его слов, но я выдержала его взгляд.       — Великим тёмным волшебником? — спросила я. Лицо Лорда исказила злая усмешка.       — Лесть... Тебе не идёт. — скривившись, сказал он.       — Это не лесть. Это констатация факта. — спокойно сказала я. — Но это не вся правда о вас.       — Вот как... А что ещё ты можешь про меня сказать? — спросил Лорд, наклоняясь ко мне ближе.       — Оставлю это при себе. Если вскрою все карты сразу, то будет неинтересно, верно? — тихо спросила я. Внутри всё сжалось от напряжения.       — Умная малышка. — зашипел довольно Змей и с любопытством впился в меня взглядом. — Но запомни: ум — это инструмент. А инструменты имеют свойство ломаться, если ими пользуются не по назначению.       Он выпрямился, жестом позволяя эльфу закончить сервировку. Звякнули приборы, запах горячего хлеба и крепкого кофе резанул по нервам — слишком обычный для этого дома, для этого утра.       — Ешь. — бросил он, не глядя. — Нам предстоит долгий день.       Я взяла кусок хлеба, хотя есть абсолютно не хотелось. И буквально заставила себя сделать пару укусов. Это было так странно. Я и Тёмный Лорд. Сидим за столом и... завтракаем. И он ест, как обычный человек. Почему-то такая обычная вещь, как еда и сон, никак не вписывалось в мое представление о нём. Он всегда был монстром. Чём-то тёмным и страшным. Такое должно питаться младенцами и трупами врагов, но он сидел рядом и ел как... человек. Эта мысль была настолько неправильной, что я едва не поперхнулась. Я украдкой взглянула на него поверх чашки. Он ел медленно, без спешки, почти рассеянно — как будто завтрак был не паузой между казнями и интригами, а частью ритуала, который он соблюдал годами. Движения точные, экономные. Ни суеты, ни удовольствия — лишь необходимость.       — Ты слишком пристально смотришь. — заметил он, не поднимая глаз.       — Пытаюсь понять. — честно ответила я.       — Что именно? — спросил он, разрезая хлеб.       — Как вы совмещаете это. — я сделала неопределённый жест рукой. — Вот это… — стол, чашки, утро, — и то, кем вы являетесь для остального мира.       Он на секунду замер. Лезвие ножа остановилось, не коснувшись тарелки.       — Остальной мир, — произнёс он спокойно, — редко задумывается о том, что я завтракаю.       — Именно. — кивнула я. — И это ошибка.       Он наконец поднял взгляд. В его глазах мелькнуло что-то похожее на интерес.       — Почему же?       — Потому что легче ненавидеть чудовище, чем человека. — ответила я. — Чудовище не сомневается. Не ест. Не спит. У него нет слабостей. А человек… — я резко замолчала, увидев злой огонь в его глазах.       — Запомни, Грязнокровка... Иногда. Лучше чего-то не замечать. Или не озвучивать вслух. Если хочешь жить. — я кивнула. Разговор о его человечности — табуированная тема. Запомню. Лорд встал из-за стола и молча отправился к двери. Судя по всему, завтрак был закончен. Тёмный Лорд обернулся в дверях.       — И ещё... Когда мы одни, можешь обращаться ко мне на ты. — сказав это, он вышел, оставив меня растерянно провожать его взглядом.