Малина подождёт

Догорающие звезды бледнели и лес окутывался молочной дымкой рассвета, с неохотой пропуская лучики солнца. Они отражались во всём. В чистых капельках росы на траве и больших листьях папоротника. В блестящих ягодах ежевики и костяники. В гладких, обточенных водой, валунах. В смоле стройных сосен. В блестящих перьях ворон, тереревов и глухарей. Всё постепенно просыпалась, раскрывалось новому дню. «Хрусть.» Гнилая ветка глухо разломилась на две половинки и прочнее вжалась в землю под весом девушки. — Ау, здесь есть кто-нибудь?! — фраза дрогнула в конце, но потом я снова крикнула, уже тише. —Ау! —но в ответ ничего не было. Лишь молчание леса в виде слабого ветерка и запаха душистых трав. Я беспомощно топталась на одном месте, не зная, стоит ли идти вперед? А может быть назад? Проснувшись сегодня утром, я с горечью поняла что всё это был не сон. Я и в правду находилась в тайге, без знания дороги, правил выживания, без друзей. У меня были некоторые вещи с собой. Благодаря Ксюше и её хорошему предложению, у меня был рюкзак. Над лесом сверкало ясное солнце и голубое небо было без единого облачка. Свет и осознание того что сейчас утро и тёмная ночь прошла, давало мне надежду на будущее. Мысли путались в голове, и я не могла принять какое-то решению, что мне делать. Ясно было одно. Мне нужно найти дорогу обратно. И как можно скорее. — Нужно просто идти назад. Тем же путём, — проговорила я вслух. Мысль логическая, верно? Но я не знала, где это "назад". Вокруг всё было одинаковое и похожее друг на друга. Такие же сосны, ветки, шишки, мох, кусты с резными листочками и колючими стеблями. И как бы я не старалась напрячь память и детальнее вспомнить вчерашний вечер, я помнила только лёгкую панику, сумерки и силуэты деревьев. Я тогда была напугана тем, что заблудилась. Поэтому все стороны давно перепутались. Я стояла кроссовками на мягкой земле и вокруг меня возвышались высокие сосны, которые своими тонкими верхушками кажется, касались неба. Я подумала, что может стоит попытаться забраться на одну из этих сосен? Все они были почти одинаковые, но я выбрала ту, чьи ветки были ниже остальных. Я сбросила со спины голубой рюкзак и, поправив куртку, приблизилась к дереву. Кора была шершавая, словно побитая временем, она ошметками висела на стволе. В некоторых её расщелинах блестела золотистая и ароматно пахнущая смола. Я попыталась дотянуться до первого низкого сучка, но мой невысокий рост этого не позволял. Тогда я обхватила руками ствол выше и постаралась подтянуть себя, помогая руками. Но соскользнула, и руки начали противно жечь от небольших царапин. —Ццц.... Просто офигенно! Я вскинула руки при этой фразе и отошла назад. В одиночку поневоле начнёшь разговаривать сама с собой. Было понятно, что стоит найти что-то, с помощью чего я могу залезть выше. Я оглянулась в поисках подходящего. Вокруг всё было чисто, и никаких сломанных деревьев я не увидела. Было понятно что нужно искать где-то поблизости. Я надела рюкзак снова на свои плечи, поправив всё время давящую лямку, и пошагала вперед. Я протиснулась сквозь заросли кустов. Ветки неприятно цеплялись за волосы, стягивали шапку и закрывали лицо паутиной, которую я благополучно не замечала сначала. Выбравшись из зелёных дебрей, я побрела мимо папоротников и высокого пырея. Стаи комаров радостно запищали мне в ухо и я начала яростно отмахиваться от них. Махая руками, я почти пулей выскочила из кустов и налетела на лежавшую на земле корягу. Старое разломанное дерево, которое уже давно лежало в земле, и постепенно начинало сгнивать. То что нужно. Моё внимания привлекли бордовые ягоды брусники, которая удачно росла прямо позади развалины. Не сдержавшись от урчащих позывов в животе, я положила несколько красных ягод себе в рот. Голод давал о себе знать, ведь я не ела примерно с вчерашнего обеда. Поэтому пара бутербродов в рюкзаке тянула к себе всё сильнее и сильнее. Но я решила, что с этим стоит повременить. Позади мимо вдруг резко хрустнула ветка и зашевелились кусты, отчетливо выдавая чье-то движение. Я испуганно подскочила и повернулась лицом в ту сторону, откуда был звук. Осознание того, что я в диком лесу, а не в городском парке, давало о себе знать, я стала очень дерганой и пугливой. Секунд пять я стояла не шевелясь, даже затая дыхание, молча ожидая невидимого врага. Но он видимо пожелал остаться неизвестным. По прошествию некоторого времени, любопытство взыграло и победило осторожность. И я тихо прокралась к тем кустам. Раздвинув ветки, я никого не увидела. Возле многочисленных здесь кустов ежевики тоже было пусто. Но тут моё внимание привлек простой листок из блокнота. Листок из блокнота в непроходимой тайге. Я быстро подняла его и принялась разглядывать. Было ясно что там что-то написано, но вот что, мне было сложно разобрать. Почерк был корявым и написан быстро, поэтому я лишь сунула записку внутрь кармана куртки. Но если здесь записка от человека значит и человек должен быть рядом! К тому же я слышала шорох. — Здесь кто-то есть? Выходи! — у меня появилась надежда что меня найдут. Может это человек из какого-нибудь поисково-спасательного отряда? И может этот кошмар закончится, не начавшись? Но в ответ на мои крики была лишь тишина. Только птица где-то неподалеку вспорхнула с ветки, и я замолчала. Не стоит извещать весь лес о том, что я здесь. Эта небольшая записка снова пробудила во мне разные эмоции. Я была воодушевлена тем, что здесь кто-то был, но в то же время меня пугало то, кто здесь был, когда я увидела эту записку? И почему «он» не вышел, хотя я кричала? Мне оставалось лишь снова вернуться к своему делу, стараясь не думать о произошедшем. Это мог быть какой-то зверь, а то что именно там оказалась записка, — всего лишь совпадение. Я развернулась и побрела к гнилой коряге. Нужно было вытащить её из земли, в которой она плотно засела. Это оказалось сложно. Несмотря на то что это было наполовину расщеплено, скорее всего молнией, оно было очень тяжелым. С трудом выпихав его из законного места, где образовалась ямка, я покатила её к той сосне. Толкала ногами и руками, поэтому мои руки были покрыты грязью. Иногда я вытирала их о мокрые листья и снова начинала толкать вялыми рывками. Да, с передвижением дело шло туго. Внезапно, я почувствовала неприятный запах. Он доносился из густых зарослей травы и папоротников. Остановившись, я с интересом посмотрела туда, вглядываясь и пытаясь рассмотреть источник запаха издалека. Но это было невозможно, поэтому я направилась туда. Да, идея довольно плохая, но мой инстинкт самосохранения почему-то тогда отшибло, а вот интерес подключился. Наравне с тем как я подходила, запах становился ещё невыносимее, и это уже была вонь. Будто кто-то умер и его труп гниёт здесь уже пару недель. Я стала сомневаться, стоит ли узнавать это, но раз я уже пошла, интерес не даст мне уйти, не насытившись. Старая коряга преградила мне путь. Это было большое, наверное вековое дерево. Но сейчас оно неуклюже повалилось на землю, а ее ствол был разломлен. Зацепляясь за сучки, я неуклюже перелезла на другую сторону и уже хотела спрыгнуть, как ошарашено застыла, ухватившись за торчащую рядом ветку. Внизу, возле мелких зарослей кустиков, лежал мертвый лось. Вы мне скажите, — "Что в этом настолько ужасного?" Я должна была ожидать подобного, ведь это не зоопарк в городе или аллея с фонтанчиками окруженная ровными дорожками, а дикий лес, кишащий хищниками, насекомыми и птицами. Но этот лось был не простым трупом. Я осторожно спрыгнула на землю, взмахнув руками, и остановилась у животного. На нем не было видно ни малейших царапин, шерсть немного топорщилась и глаза были закрыты. Будто он просто спал. Только в такой необычной, странной позе. Я могла подумать что рана была на другом боку, вот только даже крови не было видно. И запах стоял такой, словно ему было уже неделю. «Наверное он умер своей смертью. Правда, почему его никто не съел?» Я, осторожно ступая, обошла его с другой стороны и внезапно прикрыла рот ладошкой. На его лбу, в том месте где могли находиться рога, было огромное отверстие. Я даже не поняла, почему я не заметила его вначале, но потом догадалась что это отверстие было слишком наклонено и закрыто липкой шерстью, чтобы разглядеть её с другой стороны. Похоже это отверстие не имело выхода. Что могло так его проткнуть? Выстрел? Слишком большая же тогда была пуля, сантиметра три с половиной в диаметре. Я передернула плечами и поскорее отвернулась, не желая больше лицезреть это. Хоть и тревожность длинными когтями глубоко впилась в моё сердце после того, что я увидела, я молча вернулась к ветвистой коряге и начала скорее толкать её вперёд, желая быстрее уйти с этого места. Надоедливые мысли крутились в голове. « Что, если я не смогу выбраться из леса? Что, если меня не найдут? Мне придётся выжить самостоятельно. Но я совсем не уверена в собственных силах, и не могу понять, что делать» Вяжущая душу, надежда заставляла меня не бросить всё и не кинуться куда глаза глядят, в самые дебри восточных джунглей. Громкий вскрик птицы заставил меня испуганно подскочить и обернуться. Черная тень мелькнула на земле, а потом ветви близстоящего дуба шевельнулись. Всего лишь птица. Я облегчённо выдохнула, но тут же почувствовала странный холодок позади спины. Точно кто-то дотронулся легким прикосновением, отчего кожа спины и лопаток покрылась холодными мурашками. Я снова обернулась. Никого. Далёкий крик какой-то птицы как будто смеялся надо мной и моим страхом. А может я это все себе придумала? Я молча стояла на небольшом промежутке между деревьев, и оглядываясь. Как испуганная дичь, ожидавшая нападение из неоткуда. Но ведь никого нет! Почему я не могу прийти в себя и вздрагиваю от дуновения ветра? Уже разозлившись, я ущипнула себя за руку. Эта боль помогла немного прийти в себя и снова начать толкать корягу. «Если слишком много волноваться, я позабуду о самом важном: держать себя в руках.» Когда впереди я увидела просвет, то вздохнула от облегчения и, наконец, последний раз толкнув, бревно оказалось возле сосны. Осталось только перенести ее в вертикальное положение. Это оказалась непросто. Оно было очень тяжелое, как я и говорила ранее, и мне пришлось приложить уйму усилий. Кряхтя и отдуваясь, я всё же спустя пару минут смогла опереть его о ствол сосны. И вот, осталось самое последнее, залезть на неё, после на сосну. Кроссовки упрямо соскальзывали с бревна, отчего я ударялась коленками о древесину и неприятная боль заставляла меня раздражаться все сильнее. Когда я оказалась на вершине бревна, то взглянула вверх. Передо мной и постепенно уходя всё дальше, красовались облезлые суки. Они торчали во все стороны и были давно засохшие, поэтому легко могли сломаться. Из-за чего я схватила за основание сучка, который был ниже. Отпихнувшись от бревна, и ухватившись за второй сучок, я отпихнулась от бревна и совершила ошибку. Коряга, покачнувшись, повалилась на бок, упав на землю. Я не поскупилась на ругательства. Конечно, здесь всего чуть больше полтора метра, но спрыгнуть, не поцарапав себе всё, что можно — сложно. И все таки, раз я уже повисла как яблоко на яблони, то чем падать и разодрать себе колени о корягу и её сучки, лучше попытаться забраться повыше. Осторожно дотянувшись одной рукой до второго сука, я беспомощно повисла на дереве, так-так с подтягиванием на турнике у меня было всё плохо и теперь вспотевшие ладони медленно соскальзывали с ветки. Я не помню, как у меня получилось залезть на сук и обнять усталыми руками ствол дерева. Вокруг была лишь тишина, которая нагнетала на меня чувство одиночества, и чтобы не отвлекаться на него, я полезла выше. Всё выше и выше. Постепенно торчащие сухие сучки стали сменятся живыми ветками, украшенные зелёными иголками, и вскоре уже я как большая белка перелазила с ветви на ветку, стремясь вверх. «Главное не смотреть вниз.» «Главное не смотреть вниз.» Твердила я себе, забираясь на такое расстояние, что сквозь кроны деревьев было видно... «Ничего.» Но я не отчаивалась. Ведь лагерь был небольшим, а дорога могла быть неприметной. Но даже когда я забралась выше, и было видно кроны многих деревьев, я не заметила ничего, что указывало бы на окончание тайги, или место жительства людей. «Но как так? Ведь я ушла не настолько далеко! Или просто ничего ближе лагеря здесь нет? Но ведь у меня может не получится найти его. Но скорее всего меня уже ищут!» Мысли беспорядочно сновали по голове, не давая подчиниться дисциплине и разумности. Успокоить себя было сложно. Мысль о том что я здесь застряла, вернулась и взошла на первый план. Ведь это тайга. А не какой-то небольшой лесок, через который пройдёшь и выйдешь на луг с полевой дорогой, на которой кроты вырыли мягкие чёрные кочки. Здесь прохладно, одиноко, если не искать компаньона среди деревьев, и обитают хищники. Остаётся лишь надеяться на помощь спасателей и то, что про меня никто не забыл. Я мысленно постаралась напомнить себе о Вике, которая будет волноваться и точно не оставит мою пропажу на самотёк. «Но ведь я не могу оставаться здесь, дожидаясь того, когда меня найдут? (И найдут ли вовсе?) Стоит найти убежище, или соорудить его. К тому же, срочно нужна вода. Если бы я блуждала где-то возле той реки, было бы легче.» Я осторожно посмотрела вниз. Сейчас меньше всего хотелось шмякнуться на землю с пятнадцати метров, и сломать себе позвоночник или шею. Или всё вместе. С переломами я точно не доживу. Шаг за шагом, судорожно хватаясь за ветки каждый раз когда вспоминала высоту, я спускалась с этой сосны, царапая руки о шершавый ствол. Где-то недалеко запела свои поочерёдные звуки кукушка. «Ку-Ку... Ку-ку...» Я с трудом остановила себя от соблазна спросить, сколько мне осталось. Я твёрдо верила (или старалась верить), что скоро этот день закончится, а завтра я проснусь дома или в палатке рядом с Викой, и мы будем обсуждать мои приключения. И вот наконец я снова оказалась на нижнем суку, присев на нем на корточки, как долбанный человек паук, посматривая вниз. Мой взгляд старался просчитать, куда будет лучше прыгнуть, что бы обойтись без ушибов. К сожалению вероятность того что я приземлюсь на расстояние от бревна была мала. И всё же я отпустила ствол сосны, и оттолкнувшись одной рукой от сука, спрыгнула вниз. Приземлилась я на ноги, но от такой резкости покачнулась и упала на колени, измочив штаны холодной росой. Осторожно встав, я подумала о том, что мне нужно делать в такой ситуации. У меня не была маршрута, я не знала где нахожусь, лишь примерно понимала, что лучше идти на юг. Но никаких знаков, что бы определить стороны света я не находила. Поэтому решила, что пока стоит заняться чем-то другим. «Сначала стоит поискать воду. А возле неё уже найти убежище и еду.» Тяжело вздохнув, я сняла с плеч рюкзак и осторожно присела на корягу. Внизу центрального кармана лежала небольшая бутылочка. Я быстро достала её и увидела что воды там осталось совсем немного, на пару больших глотков. В боковом кармашке шуршали мешочком пара бутербродов. Их стоит сегодня съесть, ведь они могут и вовсе пропасть. Но сейчас я решила, что не время доедать последние припасы и начав рыться в глубине рюкзака, достала носки и кофту-водолазку. Почему-то до этого я не додумалась надеть больше одежды. А сегодняшнее утро было холоднее вчерашнего. В городе было намного теплее, чем в лесу. Легкая улыбка проскользнула на моем лице, когда я почувствовала что холод в пятках и груди постепенно отступает и приятная теплота окутывает тело. Но простые вещи не смогут всегда сохранять тепло, поэтому я задумалась над костром. Нужно соорудить его в безопасном месте, а дымом я смогу привлечь спасателей, если они будут меня искать. -Апчхи... — я закрыла себе рот ладошкой по привычке, наклоняя голову к земле и чихнула. «Ну вот, ​только заболеть мне ещё осталось», — пролетела мысль в голове и я начала искать спички в глубине рюкзака. Всё время что-то мешалось, он был набит разным мусором. Я даже нашла там упаковку от чипсов, в которой поселились пара моих резиночек для волос. Я перебрала пару брелков - подарков от Вики, переложила свой телефон в более внутренний карман, попутно посмотрев, есть ли мобильная связь. Конечно же её не было. Как и спичек. Действительно, зачем я решу брать с собой простые спички, когда в городе они редко нужны. Про поход я совершенно не задумывалась тогда. Я вновь сунула ладонь в рюкзак и начала усиленно искать небольшой коробок. «Может всё же мама положила? » Мне уже шестнадцать, и я до сих пор как ребёнок надеюсь во многом на маму. Но видимо моя мама тоже не учла такую ситуацию, где я решу уйти в лес по зову сердца и удачно заблудиться. Её ребёнок редко попадал в неприятные происшествия, но похоже удача покинула его на этот раз. Я громко застегнула рюкзак, так, что скрип замка разнёсся по полянке, и после этого я почувствовала, как здесь тихо. Всё это время я находилась в раздумьях или движении, стараясь отогнать страх перед неизвестностью, перед одиночеством. Но сейчас я прислушалась. Я нечасто бывала в лесу, но такая тишина начинала меня пугать. Словно все притихли, в ожидание чего-то. Что это может быть? Птицы больше не щебетали где-то вверху, заставляя поднимать голову и жмуриться, рассматривая их. Ветер словно застыл во времени, остановившись и больше не смея касаться стволов и ветвей роскошных, зелёных крон деревьев. Острые тонкие иголочки неподвижно висели на ветках, и никакая птица не тревожила их, хвоя не осыпалась на землю. Я тоже застыла, затаив дыхание, и прислушавшись. Вокруг я не слышала чего-то опасного, но моя интуиция почему-то долбила сердце так, что оно кажется отбивало чечётку в ушах, отчего я неприятно хмурилась. Снова. Снова это чувство, зовущее чувство, зовущее в лес, за собой. Как и вчера. «Наверное я свихнулась.» Может со мной что-то не так? Мне стоило бы обратится к психологу или психиатру, когда я вернусь домой. «Вернусь домой?» Слова раздались эхом в моей голове и я испуганно ойкнула и прижала ладонь ко лбу. Но лоб был теплый, не горячий. Больше всего меня напугало что эта мысль была словно вопросительная, а не утверждающая. Огромная тень заслонила поляну от света и я подняла голову. Большое тёмное облако закрыло собой солнце и теперь всё вокруг было пасмурным и холодным. Я поспешно сдвинулась с места, отойдя от ступора и закинула рюкзак на спину. Чрезмерная осторожность тоже погубит меня. Если не наткнусь на голодного хищника, то ничего особого со мной не случится. «Правда ведь? » Мне нужна еда и вода. Возле той коряги я видела красную бруснику. Я не смогу её чем-то помыть, да и она кислая, но припасы мне не помешают. Как раз в рюкзаке затерялся один маленький пакетик. Будет хоть чем немного перекусить. Проходя мимо кустов, я спугнула черного, как уголь ворона, с широкими крыльями и темным клювом. Он уставился на меня своими крошечными глазами, немного наклонив голову, словно рассматривая. От этого непрерывного взгляда я даже смутилась. Что-то в этой птице было другое, не похожее на тех, которые пугливо прыгали по веткам, или нахально разглядывали, а чуть ближе подойдёшь, так улетят сразу. Когда я подошла, ворон остался на месте, все ещё уставившись на меня, словно сова. Его черные глаза-бусинки не выражали никаких эмоций. «Что ты несешь? Это просто птица, почему она должна выражать какие-то эмоции? » Я перестала обращать на ворона внимание и пошла дальше, раздвигая руками кустарники и перешагивая через запутанные стебли травы. Оглядываясь, я рассматривала вокруг себя лес, надеясь что может, всё же где-то в просвете мелькнет человеческая постройка или что-то похожее. Из-за этого я совсем не смотрела себе под ноги. А зря. Почва здесь была болотистая и множество незаметных кочек были спрятаны под мхом и зарослями травы. —Бух. Я, зацепившись за что-то, вскрикнула и повалилась на землю, махая руками. К счастью, получилось упасть на землю, а не на палки и твердый хворост. —Ммм...​ — протянула я на выдохе, почувствовав плечом острый камень. Темная птица пролетела рядом и уселась на нижнюю ветку лиственницы. Это был Ворон. Наверное тот самый. Он непрерывно смотрел на меня, и словно усмехался бусинками глаз. —Что смотришь? Тебе то хорошо, у тебя здесь дом. Или он тебе и не нужен. А мне... — я поскорее поднялась и начала отряхать куртку от пожухлой листвы и земли. Протискиваясь сквозь колючие ветви, высокую траву и паутину, я вскоре снова оказалась на месте, где недавно лежала та коряга. Спелые наливные ягоды, упругие и достаточно и большие разожгли во мне аппетит. Очень жаль, что как только я попробовала первые ягоды, тут же скривилась. Брусника точно не моя любимая ягода. Неподалёку я обнаружила маленькие ягодки костяники, и они понравились мне больше, но кустиков было мало. В память пришел момент, когда я заметила возле мёртвой туши лося дикую малину. Она была немного подсохшая и блеклая, поэтому я мало обратила на неё внимания. Но сейчас снова двинулась туда. Сомневаюсь что животное, котрое убило лося, до сих пор помнит о нем. Ведь такое состояние трупа говорило о долгом его нахождении здесь. Как бы мне не хотелось снова чувствовать этот «аромат», я понимала что искать сейчас другие кусты ягод было бы странным поступком. У меня не слишком много времени. Поправив рюкзак, я пошла в сторону тех злополучных папоротников. Комары давно давали о себе знать, но в зарослях этой травы я чуть не взвыла и постаралась побыстрее перебраться на другую сторону. Сейчас я даже не хотела смотреть на мертвое животное, и поэтому упрямо отводила взгляд, дырявя им неказистые порванные листья на земле. Но когда я спрыгнула, я заставила себя взглянуть на труп, и тут же шокировано прикрыла рот ладошкой, охнув. Совсем недавний труп животного, который был почти не тронут, если не считать морды, сейчас был разорван на куски. И нет, это не были простые откусанные кусочки, или место трапезы волка. Нога была полностью оторвана, да и самое тело представляло собой лоскуты мяса и внутренностей. От этого вида вчерашний скудный обед захотел наружу, и я закрыла нос курткой. Это явно сделал кто-то большой. Медведь? Я бы услышала скорее всего его. Или у меня настолько плохой слух? И в любом случае, раз это случилось недавно, хищник не успел далеко уйти. Мои ноги сделались резко ватными и непослушными. Сдвинуться с места было сложно. Мне казалось, что вот двинусь, и послышится шорох в кустах. А потом ничего хорошего не случится. «Надо валить от сюда как можно скорее и как можно дальше.