Часть 9. Чудная новость

       Лёжа на его груди, она всё ещё не могла поверить, что происходящее реально. Но размеренные удары мужского сердца под её головой являлись самым наглядным доказательством обратного. И её мысли полностью совпадали с сомнениями Какаши.        Он разглядывал белый потолок, положив свободную руку под голову и размышлял, сколь резкий поворот совершила его жизнь на своей дороге. Два месяца назад он и мечтать не смел о какой-то взаимности, зная о её твёрдой и упрямой любви к Учихе.        Но со своими чувствами ничего поделать уже не мог.        Он не хотел смиренно ждать чуда, потому что его не случилось бы, особенно когда на его глазах деревню покинули двое его учеников. И лишь скрепя сердце он отпустил её вместе с бывшим преступником, искренне желая им счастья на своём пути. Хатаке не упивался страданиями в отсутствие Сакуры, но отчетливо понял: с её уходом ушло и маленькое, но такое далёкое светлое счастье из его жизни. Спустя месяц, укоряя себя за малодушие, он подумал, что может теперь Сакура оставит мысли о Саске, когда она пришла к Хокаге домой.        Меньше недели назад, когда она сказала, что в её сердце Учихе отныне нет места, в нём проснулась призрачная надежда: может у него есть шанс? Но боги или судьба наконец снизошли до измученного жизнью Хатаке, сделав ему бесценный подарок: взаимную и светлую любовь. Что не давила и не сковывала, как это было с Шизуне, а лишь окрыляла и дарила умиротворение.        Но она не только оказалась взаимна. Сакура и не испугалась услышанного, не осудила Какаши, хотя он и сам себе не мог объяснить этот страх: если бы она ушла, узнав его тяжёлую тайну из прошлого, что оставила на его сердце такие же грубые шрамы, как и на коре дерева.        Хатаке настолько привык быть один, что начинает казаться, будто он временами намеренно поступает безрассудно, застыв на грани отчаяния и любви: он заглянул ночью в её кабинет, когда Сакура уснула за столом; неожиданный поцелуй и их вечерний разговор об отношениях. Будто Какаши не только привык терять из своей жизни дорогих людей, но и в последствии намеренно отталкивать их от себя.        Прошедший вечер расставил все точки над «i». И Какаши уверен: он сделает всё, чтобы защитить новую для них обоих и пока хрупкую обретённую связь, их личный мир, и саму Сакуру, что уже мирно сопит на его груди, положив руку на его твёрдый живот.        Сакура зашевелилась и его взгляд упал на её розовую макушку. Её губы выдохнули:        — Я люблю тебя.        Какаши улыбнулся самой счастливой улыбкой в мире. Он не знал: не спит она ещё или уже разговаривает во сне. Но он ответил тем же:        — Я тоже люблю тебя.

***

      Утром Сакуру разбудил шум воды в ванной. Первой мыслью было: кто, кроме нее, мог находиться в ванной. И вдруг шум прекратился, а через минуту из вышел высокий светловолосый мужчина, завернутый в её небольшое фиолетовое полотенце. Сакура удивленно вытаращила глаза и губы её чуть приоткрылись в невысказанном «о».        — Доброе утро, Сакура, — произнес Какаши, придерживая одной рукой предательски сползающее с бедер полотенце, другой хватая со стула свою одежду.        Сакура смотрела, разинув рот. Но смотрела отнюдь не на его лицо.        Сакура и раннее видела некоторые части тела Какаши-сенсея, когда в разного рода обстоятельствах требовалась медицинская помощь. Но не впечатлялась, будучи увлечённой Учихой. Но она никогда не видела его полуобнаженным. И не только поэтому сейчас всё совершенно иначе.        Её щёки вмиг налились румянцем и невзирая на это, она беззастенчиво глазела на его тело, поскольку это тело провело с нею целую ночь, целовало её, гладило ей волосы и шептало разные приятные слова. И это тело было соединено с превосходным разумом и глубокой, страстной душой.        Она вдруг подумала, что мужчина слажен и красив как полубог.        И даже выделяющийся среди прочих шрам в виде креста на всю грудь, оставленный Обито, вовсе не портил внешний вид мужчины. Только лишний раз служил напоминанием о той боли, многолетней вине и упущенном времени... У неё в голове возникла задумка.        — Сакура?        — Доброе утро, — опомнившись, произнесла она.        — Как спалось? — улыбаясь, он подошёл к кровати, и оперся кулаками и одним коленом на матрас, подтягиваясь к девушке за поцелуем.        Сакура неопределённо кивнула. Ей подумалось:        — «Наверное, так жарко в этой постели бывало только летом...»        — Ты с утра всегда так молчалива? — усмехнулся мужчина, глядя на исступлённую девушку.        — Просто ты... это потому что ты полуголый, — вырвалось у неё.        — Это легко можно исправить, — лукаво произнёс он, спуская одной рукой полотенце чуть ниже.        Сакура была близка к обмороку.        — Я пошутил, — он поцеловал её, вернул полотенце на место повыше и потрепал Сакуру по голове.        Она восторженно глядела на него. Так странно и в то же время столь естественно происходящее между ними.        — Выглядишь счастливым. Ты сегодня словно светишься, — её губ тронула застенчивая улыбка.        — Как я могу выглядеть иначе, когда провёл потрясающую ночь в одной постели с тобой? — он выразительно посмотрел ей в глаза и сам не сдержал улыбки. — Голодная? Хочешь я приготовлю завтрак?        — Да. Было бы славно.        — Сейчас оденусь и всё будет.        Какаши вернулся обратно в ванную, закрывая за собой дверь на пару мгновений позже, чем сбросил с себя полотенце. Сакура, оставшаяся сидеть в своей постели, покраснела ещё сильнее, но не смогла отказать себе в удовольствии поглазеть на его ягодицы.        Она почему-то уверена: он не из тех мужчин, кто молча пыхтит, делая своё дело. В постели он был бы страстным и чувственным любовником. Ей вдруг стало интересно, как звучал бы его голос во время стона.        Она тряхнула головой и воровато оглянулась, словно Какаши мог слышать её мысли и упала обратно на кровать. Сакура подняла руки вверх и сладко потянулась. Усмехаясь, мимо прошёл Какаши, уже полностью одетый и Сакура медленно проводила его взглядом. В её голове прозвучали его слова о проведённой вместе ночи. Она была действительно потрясающа.        Приведя себя в порядок в освободившейся ванной, она спустилась на кухню, откуда её манил чудный аромат приготовленной еды. Какаши как раз раскладывал всё на тарелки. Сакура присела за стол в улыбчивом ожидании.        — Чем нужно помочь?        — Ничем, я всё сделаю сам.        — У тебя сегодня выходной?        — Нет, мне скоро нужно будет уже уходить, Сакура. Позавтракаем и я полечу на службу.        — Поняла...        Мужчина поставил перед ней тарелку с омлетом с томатами и зеленью, приправленный тёртым сыром Ламбер. Посередине стола уже красовалось блюдо с нарезанными ломтиками ветчины, сыра, хлеба и красных яблок.        — Угощайся, — довольно проговорил Какаши.        — Спасибо! Приятного аппетита, — Сакура принялась за завтрак.        — Спасибо.        От удовольствия Сакура даже прикрыла глаза. Омлет можно приготовить по-разному. И сейчас он просто бесподобен: то ли оттого, что его приготовил именно Какаши, то ли оттого, что она была жутко голодна.        — Как вкусно! Признавайся, ты использовал что-то секретное? — отчего-то в её глазах Хатаке стал ещё более притягательным. Кажется, Сакура только что для себя открыла, что ей импонируют мужчины, что умеют готовить.        — Ну-у-у, — протянул он. — Просто вместо подсолнечного масла я всегда использую сливочное. Так вкус получается мягче.        — Буду иметь в виду, — улыбнулась она.        — Какие у тебя планы на сегодня?        — Я хотела пригласить к себе девочек в гости. Мы давно не собирались вместе.        — Будет алкоголь и дебош трёх сильнейших куноичи? — посмеиваясь, уточнил он.        — Ничего такого. Всё будет мирно и цивильно. И безопасно для всех жителей деревни, — Сакура стрельнула глазами, откладывая вилку. — Спасибо. Всё было очень вкусно.        — Пожалуйста, — он вытер губы салфеткой и принялся убирать со стола.        — Оставь, я сама. Ты же приготовил, значит я уберусь.        — Хорошо, — Какаши поцеловал её, обнимая.        Сакура помедлила. Ей хотелось сказать ему кое что очень важное, но она не хотела портить их утреннюю идиллию. Он заметил перемену в её лице.        — Что такое? — продолжая обнимать её одной рукой, правой он заправил за её ухо прядь волос.        Сакура перехватила его руку, прижав к своей щеке. Она огладила его ладонь и отстранила, крепко сжимая.        — Какаши… спасибо тебе, — она заглянула ему в глаза. — За правду. За то, что ты открыл мне и доверил.        — Сакура... — его голос зазвучал со смесью непонятных ей эмоций: надломленность или умиление. — Спасибо. Что приняла меня.        Прикрывая глаза, Какаши поцеловал её в лоб и сделал «тык» по веснушчатому носу.        — Отдыхай. Я уверен, ты вымоталась за последние дни.        — До свидания, Рокудайме-сама, — улыбаясь Сакура поддразнила его, зная как он относится к официальному обращению.        — До встречи, — он ответил улыбкой и скрылся за дверью.

***

       — Так, значит, ты и вправду его разлюбила, — задумчиво протянула Ино.        — Да, — отозвалась Сакура, переглядываясь с Хинатой. Было странно первым делом услышать такой вывод после рассказанного Сакурой о событиях месячной давности с Саске.        Девушки сидели на одном большом диване, обложившись чаем и вкусностями. Хината настояла на отсутствии спиртного на себя в этот раз под предлогом отсутствия желания сегодня выпивать, с чем Сакура согласилась, а Ино не захотела пить алкоголь в одиночку среди подруг.        — В любом случае, я рада, что ты в порядке и поделилась этим с нами.        — Ты поступила правильно, — согласилась Узумаки.        — Спасибо...        — Он никогда не заслуживал тебя, Сакура, — Хината озвучила свои мысли вслух. — Тебе соответствует гораздо более достойный мужчина, — она стрельнула глазами, недвусмысленно намекая. И увидев, что Сакура не против явления Яманаке тайну её отношений с Хокаге, Хината продолжила. — Как Господин Шестой, например.        — Что-о-о?! — у Ино расширились глаза от удивления, а брови поползли вверх.        Сакура кивнула, немо соглашаясь с главным вопросом Ино:       — Вы встречаетесь?       Хината прыснула в кулак, глядя как Ино вертит головой с приоткрытым в шоке ртом, глядя то на Сакуру, то на неё.        — Это шутка? Почему я узнаю об этом самая последняя?        Сакура улыбнулась, предугадав реакцию подруги. Конечно, её первым делом волнует почему не она первая в курсе всех событий.        — Как давно встречаетесь? Как это началось? У вас всё серьёзно? — Ино на мгновение приостановилась в расспросах и её осенило. Заговорщически поинтересовалась: — Ты видела его лицо?        Сакура опешила от шквала вопросов, не зная на какой ответить первым. И в то же время она поймала и приняла странное ощущение: ей вовсе не захотелось делиться ни с кем увиденным: не хотелось описывать лицо Какаши и самую неожиданную часть его лица — родинку. Поэтому в своей манере она ответила уклончиво:        — Он... очень красивый, — она улыбнулась, отводя глаза в сторону и почесала подбородок на том месте, где была его родинка. — Мы вроде как только начали отношения и хочется думать, что всё будет серьёзно.        — Я уверена, он ответственный мужчина не только в работе, — улыбнулась Хината.        — И как он... — Ино шаловливо заиграла бровями. — Тебе в постели?        — Нет, мы ещё не... — Сакура нахмурилась и её прервал на полуслове стук в дверь и девушки непонятно переглянулись.        Она встала, отбрасывая декоративную подушку с колен и отправилась в коридор. За дверью оказался внук Хирузена с корзинкой в руках.        — Конохамару?        — Привет, Сакура-чан!        — Привет, а ты чего... — закончить предложение ей вновь не дали. Конохамару явно не планировал задерживаться на крыльце её дома надолго.        — Это тебе! — подросток протянул Сакуре корзинку с чудными цветами, незнакомыми ей. Видя удивление Сакуры, он с улыбкой во все тридцать два зуба добавил: — Это не от меня. Я просто подрабатываю в одном из цветочных магазинов. А это от неизвестного заказчика.        Из-за спины Сакуры заинтересованно выглянули Ино и Хината, тихо подплывшие к прихожей. Сакура благодарно переняла подарок, вдыхая дивный аромат растений.        — Здравствуйте!        — Привет, Конохамару, — одновременно произнесли девушки.        — А ты подрос! Уже такой взрослый стал, — улыбнулась Яманака, выгибая бровь.        — Спасибо... Ну, мне пора… Передавайте привет Наруто, Хината-сан! До свидания! — смущённый мальчик покраснел и помахал рукой, убегая.        Сакура хотела окликнуть его, чтобы спросить должна ли она ему что-то, но видимо загадочный отправитель обо всём позаботился самостоятельно. Она закрыла дверь и обернувшись к девочкам, встретилась с выразительными беззрачкомыми глазами бирюзового и лавандового цветов.        — Что вы на меня так смотрите?        — Да так, — Ино подошла ближе, опытным взглядом смотря на собранную композицию и по достоинству оценила цветы. — Кальмия и агапантус, Сакура, изумительное и нечастое сочетание, когда большинство мужчин предпочитает открещиваться розами.        От услышанного вновь стало чуточку неприятно, когда Харуно вспомнила букет алых роз от Учихи.        — Цветы и правда потрясающие, я не встречала таких, — Хината наклонилась к букету, вдыхая их аромат, с удовольствием прикрывая глаза. — А пахнут не менее роскошно, чем выглядят.        — Вот-вот, а я о чём говорю. Рокудайме-сама явно хотел тебя порадовать, — она помедлила. А Сакура не стала отрицать: очевидно это действительно Какаши постарался. — И сделать тайное послание.        — О чём ты?        — На языке цветов кальмия символизирует изящество и силу духа. Возможно этим он хотел подчеркнуть твои качества. А вот агапантус, — протянула она, растягивая название и играя бровями. — Символизирует визит любви!        — И правда, — Хината словно что-то вспомнила, — «Агапе» ведь переводится как любовь.        Сакура засияла. Она счастлива получить подарок с необычным смысловым наполнением от любимого мужчины. Она сжала корзинку чуть плотнее, вновь вдыхая аромат подаренных цветов. Теперь ближайшие несколько дней они будут радовать её и диковинным видом и ароматом.

***

       Какаши глянул на стену, где висели часы. На следующий день после женских посиделок у Хокаге выдался выходной и он был рад провести его с Сакурой. Она горячо отблагодарила его за цветы и проявленное внимание. Он смущенно принял её порыв, считая что сделал он совсем немного и оценивая её реакцию: чтобы осчастливить её — нужно не так много. Видимо, Сакуру не слишком баловали. Однако за разговорами и взаимным наслаждением обществом друг друга они потеряли счёт времени.        — Сакура, время уже позднее, — начал мужчина, неожиданно зевнув, и она хотела уже было сказать, что собирается уходить, как он опередил её. — Можешь остаться у меня, если хочешь или если тебя не... напряжёт моё предложение, — деликатно проговорил Какаши, остерегаясь, что его предложение может показаться ей вульгарным. — Но если захочешь домой, я провожу тебя.        — Я поступлю хитро, отвечая вопросом на вопрос: а ты бы хотел, чтобы я осталась? — ей не хотелось быть навязчивой и оставаться у него дома, если он предложил ночёвку из вежливости. Но и в то же время она надеялась, что он хочет видеть этой ночью её рядом.        Этот вопрос — проверка. Его истинного желания, а не её. Сакура внимательно смотрит на его странную улыбку*, возникшую на лице, переживая, что происходит у него в голове.        — Я бы хотел.        Сакура улыбнулась, обрадованная ответом. Но в то же время осеклась: уходя к мужчине в гости, она не планировала оставаться с ночёвкой. А значит и сменной одежды с собой нет.        Поднимаясь за ним на второй этаж в спальню, она спросила:        — Могу я позаимствовать у тебя майку для сна? И полотенце.        Какаши представил Сакуру в своей одежде не по размеру для её тела и ему стало чуточку душно. Хоть они уже и спали вместе, эта ночь вновь станет для него испытанием на прочность. Их тела будет разделять только его майка на её теле и их нижнее бельё. Хатаке не привык спать в одежде и сделал исключение ради Сакуры в её постели. Но сегодня они будут в его спальне.        — Конечно, — его голос прозвучал отчего-то с хрипотцой. Он достал вещи из шкафа и протянул девушке.        — Спасибо! — она приняла вещи и скрылась за дверью ванной.        Стоя под струями тёплой воды, она нежилась ощущениями, прошедшим днём и происходящим между ею и Хатаке.        Внезапно её озарила мысль, приведшая к лихорадочным размышлениям: они будут спать в одной постели.        Странно, что это озарение не снизошло до неё в их первую ночёвку и к чести Какаши он вёл себя как настоящий джентльмен. Тогда что изменилось сейчас? Он мог бы и в этот раз сдержаться. Она выйдет сейчас из ванной, ляжет в постель и они уснут в объятиях друг друга.        — «Почему меня трясёт?! Шаннаро...»        Тогда Сакура в виду наивности не допустила саму мысль, к чему могут привести ночные обнимания и поцелуи.        — «Почему я думаю об этом? Неужели я... готова? А разве ещё не рано?»        Девушка выключила воду и завернулась в большое мягкое полотенце, разглядывая себя в зеркале. Она старалась дышать медленно, успокаивая разогнавшееся сердце и разминала руки, прогоняя из них дрожь.        — «Так то лучше»        Сакура оделась и убедившись, что её внешний вид не говорит ни о каком волнении, вышла из ванной навстречу мягкой тьме спальни Какаши.        Её глаза быстро справились с привыканием к темноте и она увидела сидевшего на краю мужчину, что смотрит в окно на луну. Он обернулся через плечо и увидев всё что хотел, спросил:        — Ложимся спать?        — Д-да, — она оказалась рядом.        Какаши лёг на спину, вытягивая руку для Сакуры. Ей понравилось эта поза — лежать на его груди, обнимаемая со спины его рукой. А Какаши в такие моменты чувствовал, что обнимает настоящее сокровище всей его жизни, чувствуя себя защитником.        Спустя некоторое время ей вдруг захотелось поделиться главным и она встала, садясь на кровати по-турецки. Какаши тоже чуть привстал, опираясь спиной о спинку кровати, заинтересованно глядя на неё.        — Представляешь, Хината беременна. Твой ученик скоро станет отцом.        — Да ты что? — он округлил глаза и взъерошил волосы. — Довольно неожиданно… Даже не знаю как реагировать.        — Да! Я тоже сначала впала в ступор и спросила Хинату, точно ли это. Но да, это так и Наруто ещё не знает, так что тс-с-с, — Сакура приложила указательный палец к губам. — Она хочет сказать ему это в день рождения. То-то мне сразу показалось странным, что она отказалась от мартини.        — Думаю, для него это будет чудной новостью.        — Согласна, — она помедлила, задумавшись наперёд. — Но... как думаешь, он будет хорошим отцом?        — Этого нельзя знать наверняка. Поймём, когда родится ребёнок.        — И то верно. Просто... у него не было полноценной семьи. Сам понимаешь. Старику Хирузену в основном не было дел до него. Отца ему заменил только Джирайя-сан и то совсем ненадолго, — Сакура грустно улыбнулась, переживая за своего друга. Какаши нежно погладил её по щеке, видя её задумчивость.        — Я буду помогать ему, если или когда это будет необходимо. Вы все для меня в какой-то степени как дети, — посмеиваясь проговорил Какаши, видя напускное недовольство Сакуры на последнем предложении.        — Да, я тоже по мере возможностей буду участвовать. Хинате в декрете как никогда будет требоваться чьё-то присутствие рядом.        Какаши на мгновение представил картину, отозвавшуюся в нём восторгом и умилением, а в груди теплом. Его взгляд потеплел: на детской площадке шумят и резвятся дети, бегая друг за другом. Они считают себя достаточно взрослыми, чтобы уже играться с песком и фигурками. А в песочнице сидят двое малышей. Светловолосый мальчик с чистыми голубыми глазами и причудливыми отметинами на пухлых щёчках в виде двух полос помогает девочке насыпать песок в ведёрко. Её щёчки налились румянцем под стать цвету волос, а внимательные чёрные глаза сосредоточенно наблюдают за стараниями мальчика. А недалеко от песочницы сидят родители и умиляются: вот Сакура хвалит мальчика, что он такой же джентльмен, как и подошедший к Хинате Наруто. А Хината шепчет, как девочка похожа на своего отца глазами и характером, а на Сакуру обворожительной внешностью...        Какаши отвлёкся от далёких мечтаний и тряхнул головой.        — Хорошо, что мы все есть друг у друга, — он помедлил. — Только став Хокаге, я понял, что слова Наруто действительно правдивы: все жители деревни это как одна большая семья.        — Надеюсь, у него получится совмещать две важные роли: Хокаге и отец.        — Ну-у, будет нелегко соблюсти баланс в обеих сферах жизни. Но Наруто избрал своим путём ниндзя дорогу со всеми сложностями и препятствиями. Возможно философия его жизни как раз в преодолении...        — И преодолеть одну из таких сложностей это тоже часть его пути ниндзя, — подхватила его мысль Сакура. Какаши кивнул, медленно прикрывая глаза, соглашаясь.        — Поэтому я верю, что он справится. Ты хороший друг, Сакура. И надёжный товарищ. Я не ошибся, когда решил стать сенсеем седьмой команды.        — О-о-о, — удивлённо протянула она и даже привстала. — Кажется кто-то расчувствовался, — её голос прозвучал немного хитро и крайне удовлетворённо.        — Д-да нет, ничего такого, — отчего-то Какаши и сам покраснел. Последний раз Сакура застала его с румянцем на щеках, когда он зачитывал страницы из своей эро-книжки, когда требовалось разгадать шифр, оставленный рукой Джирайи-сана на спине Фукасаку.        — Ага! А чего тогда покраснел? — Сакура тыкнула в его скулу указательным пальцем, улыбаясь как объевшийся сметаны кот.        — Я сейчас сам заставлю кого-то раскраснеться, — предупредительно прошептал мужчина.        Какаши обхватил запястье девушки и повёл на себя, желая чтобы Сакура потеряла равновесие. Чтобы совсем не шмякнуться о его торс, Сакура чуть расставила ноги в надежде, что это позволит ей сохранить устойчивость, но этот манёвр лишь привёл к тому, что она оказалась верхом на мужчине в недвусмысленной позе.        Он с самодовольным видом лицезрел, как за пару секунд её растерянное лицо начало приобретать розовый, а затем и красный цвет.        — Ну, — он выгнул бровь и плутовато улыбнулся. — Я же говорил, что сделаю это.