Тот момент, когда все быстро переходит грань сознанья

      Суровый князь, не верящий в любовь? Дудки, ему лишь все равно на эту сопливую романтику. Тот самый тёмный человек совершенно случайно оказался в круговерти, стоило ему использовать не тот артефакт.       Ах, как он в молодости любил быть независимым и одиноким. Никакого доверия людям вокруг, только деньгам и вечерам наобум, лишь бы развлечься. И вот он опять с абсолютно непробиваемым лицом смотрит на принесённое ему красное волокно, свисавшее с ру его покорных слуг, которых так же манила своеобразная алчность. Стоило паре монет оказаться на их толстенных лапках — они испарились с первой ночной тенью, как оживает кошмар, стоит зайти луне. — Ну что же ты мне дашь, чтобы вновь оказаться выше остальных? — Молвил увлечённо Морок, перебирая нити ткани своими острыми когтями, подобно охотнику, — может магию? Али власть над очередным мелким существом? Кого же ты покоришь?       Его жестокая ухмылка трепетала. Он был нервным человеком, скупым на очередной шанс доказать кому-то, что он выше, достоин. Только вот рядом была густая пустота, отмеряющая его сердцебиение, стуча по ушам в ожидании.       Ничего не сказало полотно, лишь слабая нитка потянулась в его сторону, внезапно обернув палец этой острой заразой, иначе называемой судьбой. — Огонь, — шепнуло погибающее покрывало, плавно растворяясь где-то далеко, под мерным тусклым светом лунного лика, — Лишь он способен сжечь весь твой позор, словно ненужные листы бумаги.       Пока князь Влад, скуля от боли, захватывал кость у пальца, все растворилось. Лишь тонкая серая нитка зацепилась за него, ведя куда-то вверх. Ничтожество, бесполезный артфект, что лишь глупость нес.       Да и слышал он, что подобные нити откуда-то издалека, из-за границы, где красный обозначает то, что ищет каждый человек на свете. Удача, победа, любовь. Но искал Морок уж иного. Только жгла эта нитка страшно. А серым оттенкам расшифровки нет. Поэтому на то место водрузилось толстое серебряное кольцо — лишь под ним не было видно этого ужасного позора, словно обрубок болтающегося где-то в воздухе, на полпути к чему-то неважному.       Где же то величие? А как же власть да те двадцать два королевства? Разве этого много дял такого, как ОН? Обычный мальчишка, просто умный и гордый. Только чего он доказал? Его поспешность лишь обрекла мужчину на долговременный неизвестный договор, режущий палец на уровне средней фаланги, в очередной раз напоминая о глупости.       Такой же, как совершили волшебники, не признавшие его ума и силы. Ну или родители, так просто оставившие трон на чуть ли не младенца. Тупизм. И при этом кто-то умудряется жаловаться на трудное детство? Пока кто-то остался без очередной подружки, которую скоро заменит новое временное обстоятельство — еум ничего не оставалось, кроме того, чтобы набираться новых ссадин на неизвестности. ***      Но так ли проста судьба? Долгое заточение совсем сводило с ума, а в серых крыльях противно путалась та нитка, порой мешая ровно лететь. и вот зачем он поверил людям? Очередным алчным чудовищам, жаждущим денег да власть? Одно сплошное отребье. Ничего поразительного. кроме несломимой защиты на стеня замка, которым он однажды правил.       И вот он, шанс. Казалось — просто. Отыщи пару ярких браслетов, которые еще в его времена носили модницы. Плёвое дело, если твоим соперникам не триста лет. И тем более неженкам, ч то никогда в пылу битвы не бывали, где он мог преподавать, наблюдая холодным взглядам, как жертвы оправдывают цель.       Не он ли это — триумф любого мастерства?       Облик, что можно заменять на четыре пешки. Простецкое дело. Но так лишь казалось, видимо старина дала своё.       Какой бы наивной не казалась Снежка, какой бы глупой дурочкой не была Алёнка — раз! И вот она, удача, часть плана, спасение — уже не в его руках. А те лишь дурачатся!       Теряет хватку. А может дело в юном теле? В том, что Владислав — обычный? Да нет же, так не может быть — князь никак не ровня той малодушной компании, что без особого ума может оказаться старше его на пару лет лишь в одних движениях по особой случайности. Всё это черная полоса, кот дорогу перешел, бабушка с пустым ведром пощеголяла!       Только нитка жглась и болела, словно добираясь куда-то до его глубин. Но ему было всё рано — его слепила ненависть и близость исполнения мечты. Он доверился.       Глупо это было? Абсолютно да. Вот они уже с рыжей бестией стоят за воротами, а вокруг — никто его не ждёт. Пустые стены, да рядом надоедливый фоновый шум, что по наивности души, не умеющий, видимо, хватать умные мысли на лету, по доброму и задористо глядел в его ледяные очи.              Ничего, все кончится вот вот.       Но жизнь далеко не дура — они в западне. И еще это надоедливое имя, что ничуть не служило ему. Образ, игра, новая роль, в которой он никак не мог найти себя даже насильно. Его раздражал её голос, особенно бесило ничтожное доверие, которое в очередной раз растоптали. Он не сдержался.              Упрямость девушки его поражала — лезть на всесильного врага, да и укусить его за руку!..       Чёрт. Кровавое пятно, казалось, вот вот расплывётся от сгиба. — Не кусайся — выпалил парнишка, сжавшись от боли, но умолкнул, стоило тёмной башке монстра появиться в стороне от него, показав длинные зубы.       На автомате всю дорогу Морок и без того по наитию пытался утащить подальше наивную дурнушку. От неё ему нужен был лишь ключ, что спокойно покоился в его правом кармане. Но не мог князь тьмы просто так бросить эти наивные милые огненные хвостики с огромными глазами, оглядывающие округу. Чуял — что-то не так, они в похожем состоянии. Не мог принять, что подобное нечто, как Алёнка, держало что-то наверху!       И вновь он уставился в на свою укушенную руку, когда на раздумье дано немного. Из-под серебряного кольца блеснул алый огонь. Он поранился? Чёртовы бестия!       Нет. Та прозорливая нахальная нитка окрасилась в цвет крови, противно мелькая из-под серебра, словно помигивая.       Было ли то удачей, как было в легендах? Стоило ему услышать вопрос от малышки — он дал своё добро. раз так велит его жизненная удача — стоит согласиться. Иначе зачем ему этот несменный артефакт?       Плавно переставала давить та противная леска, мгко грея пальцы Влада, стоило ему вновь схватить огненную за руку, а того и лучше за талию. Он явно слабел, стоило в воздухе раздаться весёлому «Владик», которому вновь Морок решил довериться. И чёрт, как же он не прогадал. Огонёк вставал против своих друзей, стараясь словно в шутку закрыть врага от свои товарищей. И почему Алёнка так поступала?       Ответа не было, но Влад чуял свою ответственность, как бы то слово ненавидел. ненавидел и её гиперактивность, так же как и хитрые взгляды, коим незаметно стал подражать, пытаясь перегнать.        Терпеть не мог это тягучее «Владик», но видя тёплый взгляд перестал отказывать. На свои годы она не походила. Обычно таких добрых давили, уничтожали и подчиняли себе. Но видеть слёзы на карих усталых глазах — невыносимое мучение. И в который раз он убеждал её, что у него есть план. А Владик лишь хотел утешить, быть рядом.       Поэтому испугался, стоило ей оттолкнуть мужичину на балу. Разочарование от дистанции? Но он же.       Чёрт. Влюблён.       В эти честные глаза, в её оптимизм, да даже в ту чрезмерную эмоциональность!       Он никогда не сдастся. Ему нужна рядом лишь эта чертовка, что заставила его нитку заалеть, сплестись, как однажды их губы в нежном поцелуе на их свадьбе. Да. Вот оан мечта и непостижимое человеческое тщеславие. Но Влад любил, по настоящему.