Город грехов

«Как страшно жить в этом жестоком мире: Все время ждать ножа в своей спине. Я как мишень в треклятом старом тире, Пятном кровавым распята на стене…» Olivia Sorel' ***       Этот город прогнил насквозь, словно огромное червивое яблоко. Узкие, тёмные, грязные улочки, наполненные отчаянием и болью разбитых надежд, несбыточных желаний. Здесь ужасно воняет мочой и дерьмом, дешёвым алкоголем и блевотиной. Господи, как же мне все это осточертело… Захожу за угол и вижу пьяного шатающегося бомжа, что справляет малую нужду за ближайшим мусорным баком. Заметив меня, он начинает орать что-то несвязное и показывать свободной от члена рукой жест, означающий, что он хочет стрельнуть сигарету. Плотнее кутаюсь в кожаный плащ и прохожу мимо, игнорируя вонючего забулдыгу. Впереди вижу нужный мне бар, он называется «Адский котёл». Отличное название, я считаю, как раз для этого проклятого города. Вывеска на фасаде здания горит тусклым светом, намекая, что чужим здесь не рады. Неожиданно путь мне преграждают две размалеванные, на манер клоунов, проститутки, в рваных капроновых колготках и сапогах на высоком каблуке. Одна из них сразу же задирает свою короткую клетчатую юбку, демонстрируя товар «лицом». Вторая подходит ближе, хватает меня за плечо и шепчет грубым прокуренным голосом: — Хочешь развлечься, малыш?       С отвращением откидываю её руку, ведь неизвестно, где успела побывать эта клешня. Не хватало ещё подцепить какую-нибудь опасную заразу. Иду дальше, пока обиженные моим равнодушием шлюхи кричат вслед самые грязные оскорбления. Подхожу ко входу в заведение и громко стучу в массивную металлическую дверь. Через несколько секунд охранник открывает затвор узкого отверстия, предназначенного для глаз и окидывает меня оценивающим взглядом. — Я от Бобби.       Бугай за стальной дверью сразу начинает звонить кому-то по мобильному телефону, видимо, хозяину бара. Тот отвечает своему подчинённому практически мгновенно. Они перекидываются парочкой фраз, а затем охранник произносит сиплым басом, обращаясь ко мне: — Покажи деньги.       Достаю из внутреннего кармана плаща пачку аккуратно сложенных купюр и демонстративно машу ею у верзилы прямо перед глазами. Он говорит в трубку, что кэш при мне, после чего раздаётся щелчок и скрип — дверь в мир греха и порока открыта теперь и для меня. Быстро прячу наличку обратно во внутренний карман и уверенно вхожу внутрь помещения.       Здесь пахнет приятнее, чем на улице, но обстановка немногим лучше. Кругом полумрак, тускло освещаемый разноцветными огнями диско шара. В нос резко бьёт запах сигарет, травки, дешёвого женского парфюма и грязного секса. Отодвигая штору из блестящих бусин, прохожу дальше. Внутри полно людей. Стриптизерша на шесте с наигранным удовольствием трётся голыми сиськами о полированный металл, облизывает его языком, словно ласкает мужской член, а затем задницей размазывает слюни по всей длине своего рабочего станка. Устроившись поудобнее на красных велюровых диванах, сидят мужчины в дорогих костюмах и золотыми ролексами на руках. Кто-то снюхивает со стеклянного стола очередную дорожку кокса, кто-то заливает в свою глотку самый дорогой скотч, а кому-то увлеченно сосет член шлюха, пока его хозяин говорит по мобильному телефону. Если Содом и существовал в действительности, то с уверенностью могу сказать, что этот город — его реинкарнация.       Пробираясь через толпу полуголых, а то и полностью обнаженных, извивающихся тел продажных девок, краем глаза замечаю, что на одном из диванов сидит мэр города — Уильям Смит. Его жирная ряха расплывется в блаженной улыбке, когда хиленький паренек расстёгивает ему ширинку и полностью заглатывает старую морщинистую плоть своим горячим молодым ртом. У меня сразу возникают рвотные позывы, приходится отвести взгляд, чтобы не проблеваться.       Сегодня в «Адском котле» аншлаг, поскольку недалеко от мэра я увидел главного судью, который пытался запихнуть свой вялый стручок в упругую задницу чернокожей девушке. Она призывно извивалась перед ним, пытаясь возбудить этого старого импотента. Я невольно усмехнулся, до чего же жалкое зрелище.       А вот и жена начальника департамента полиции, прямо передо мной. Старая блядина, не стесняясь, сосется со стриптезершей, которая совсем недавно облизывала свой шест. Затем эта мерзкая тётка пихает девушке сто баксов в трусы и с удовольствием теребит силиконовые титьки.       Сраные ублюдки только здесь могут расслабиться, снять маски добродетелей и раскрыть миру свои истинные демонические сущности, коими они являлись, и воплотить в жизнь все свои извращённые фантазии: литрами пить алкоголь, закидываться различной наркотой и совокупляться со всеми, без разбора. Было бы у меня сейчас хотя бы пятьдесят килограммов тротила, взорвал бы к херам собачьим этот вонючий притон вместе со всей засевшей тут нечистью.       Наконец добираюсь до нужной двери, впереди длинный плохо освещенный коридор, соединяющий множество приватных комнат. В каждой из них царит полнейший разврат. Тихо прохожу мимо одной и вижу как две шлюхи страпонят какого-то толстого лысого мужика, пока тот лижет им ноги. Они бьют его плетками и он визжит от удовольствия, как довольный хряк, которому налили в корыто очередную порцию помоев. В другой комнате молодой парень насаживает свою продажную жопу на член заведующего городским домом культуры. — Фу, как некультурно! — еле слышно прыснул я.       В третьей комнате две симпатичные лесбиянки, в позе шестьдесят девять увлечённо лижут друг другу, громко постанывая и причмокивая. Знакомых лиц нет, но возможно одна из них является любовницей кого-то из верхов. Ведь в «Адский котёл» не пускают простых смертных, здесь отдыхают только сливки общества.       Я же явился по приглашению. Мне нужно было отдать долг за дурь, которую мой друг Бобби недавно приобрел у владельца этого злачного заведения. Он был конченым наркоманом, перепробовал все наркотики в мире. Сколько раз я вытаскивал с того света этого передознувшегося придурка, не счесть. «Почему ты так заботишься о нем?» — спросите вы.       Дело в том, что он мой лучший друг детства. Мы буквально выросли вместе, здесь неподалеку, в южном гетто. Он всегда был мне как младший брат, я любил его и заботился, оберегал, как только мог. Раньше Бобби был нормальным парнем, но однажды я не доглядел за ним. Как многие жители этого города, мой друг ступил не на ту дорожку. А как известно, если один раз нырнешь в реку «Чудес», обратно уже не выплывешь.       Так вот…       Бобби задолжал много денег владельцу этого бара. Но отдавать долг, конечно же, ему было нечем. Как только в кармане появлялся хоть какой-то кэш, он сразу сливал его на наркоту. А если нет бабла, то плати ростовщику натурой, либо чем-то ещё. Но Бобби ничего не имел и не умел, поэтому оставался только первый вариант — торговать собственной жопой.       Буквально вчера этот идиот припёрся ко мне и стал на коленях умолять, чтобы я спас его шкуру. Жалкое было зрелище. В очередной раз я согласился помочь ему, о чём непременно скоро пожалею. Налички у меня было достаточно, осталась с прошлой жизни. К слову, в прошлой жизни я был наемным убийцей. Дело в том, что у алкашей родителей не было денег сыну на колледж, поэтому пришлось определяться с профессией самостоятельно. Сначала мелкие кражи, угон машин, затем грабежи, а там дело дошло и до мокрухи. Мне всё удавалось без особого труда. Один мафиозник заметил меня и мой талант, позвал к себе работать. Я согласился, ведь плата была высока, даже очень.       Убивать было легко. Ствол, нож, удавка — неважно. Я хладнокровно убивал всех, кого прикажут, а затем уходил, не оборачиваясь и не сожалея о своем поступке. Среди своих меня прозвали «Мясником», поскольку жертв за моими плечами было бесчисленное множество. Но, как это иногда бывает, в один прекрасный день я понял, что больше не хочу быть преступником. Решил бросить всё, устроиться на работу, снять скромное жилье на окраине, в общем, остепениться. Мой босс очень расстроился, когда я ему объявил о своем уходе, долго уговаривал остаться, предложил повысить плату за услуги. Я отказался. Начал жить как нормальный человек. Но это длилось недолго, поскольку тени прошлой жизни постоянно преследовали меня, тянули обратно на дно, не давали двигаться дальше. А затем я познакомился со своей Элис. Более доброй и милой девушки я прежде не встречал. Светлые волосы до плеч, зеленые наивные глаза, как у котенка — настоящая красавица. Она была такой маленькой и беззащитной, словно ребенок. Конечно же, я влюбился в неё. Элис всегда оберегала меня, не давала скатиться обратно в бездну, протянула свою хрупкую руку помощи. Я буквально ухватился за неё, как за спасательный круг, и следовал по пятам. Эта девушка пробудила во мне надежду и веру в светлое будущее. Мы стали жить вместе, стали семьёй, в какой-то момент даже начали планировать рождение ребенка. Но нашему счастью не дали права на существование.       Это был обычный осенний день, погода стояла просто отвратительная. Сегодня я должен был встретиться с Бобби, дать ему денег взаймы, но мой грёбаный начальник заставил работать сверхурочно под угрозой увольнения. Ко всему прочему, я ещё и забыл дома мобильный телефон, Бобби наверняка обзвонился. Погруженный в собственные мысли, я не сразу заметил патрульную машину возле дома, в котором мы жили с Элис. Поднявшись по лестнице на второй этаж, я подошёл к двери нашей квартиры и замер на пороге. На полу в прихожей, в окружении копов, с пробитой головой, лежала моя любимая девушка. Её застывший взгляд был устремлён прямо на меня, словно она просила помощи, спасения. Сердце сжалось от боли. В последние секунды её жизни меня рядом не оказалось, я позволил этому случиться, не углядел. Один из легавых потом рассказал мне, что кто-то вломился к нам в квартиру с целью ограбления, поскольку все деньги и ценные вещи исчезли. Да вот только одним ограблением дело не обошлось. Ублюдок, что зверски убил Элис, сначала надругался над ней, причем довольно изощрённым способом, а затем проломил череп огнетушителем. Но это было ещё не самое страшное… В заключении, которое я получил после вскрытия, было сказано, что моя девушка была беременна.       После этого мой рассудок помутился от ярости. Я вернулся в тёмный мир зла и насилия, вновь в нём полностью погряз. Подключив старые связи, я вышел на того, кто мог обладать информацией об убийце Элис. Совпадение или нет, но этим самым человеком являлся владелец бара «Адский котёл».       Я стоял у входа в его кабинет и не решался постучать. Перед глазами возникло лицо любимой, её остекленевший взгляд и квартира залитая кровью и серой массой. Сглотнув ком, подступивший к горлу, я, наконец, постучал. — Входи, — раздался громкий мужской голос.       В кабинете, помимо хозяина заведения, сидели ещё двое здоровенных амбалов. Охранники, судя по всему. Эта парочка смотрела на меня, как на смертельную угрозу. Они держали руки на оружии, готовые прикончить подозрительного типа в любую секунду. — Я пришел отдать долг за Бобби Уайатта.       Босс амбалов откинулся на спинку черного кожаного кресла и тяжело вздохнул. — Что ж этот жалкий наркоша сам ко мне не пришел? Зассал что ли? — Вот деньги, — кидаю на стол стопку купюр, прямо перед хозяином бара. — А ты не из болтливых, — усмехнулся мужчина и приказал одному из охранников посчитать деньги.       Я наблюдал за тем, как качок старательно пересчитывает наличку. Правда, исходя из его внешнего вида, я усомнился в том, что он вообще считать умеет. — Ты ведь Мясник, верно? — задал вопрос владелец заведения и я перевел свой угрюмый взгляд на него. — Я был им. — Слухи о твоём мастерстве заставляют кровь стыть в жилах, бешеный потенциал. Почему бросил это прибыльное ремесло?       Плотно сжав губы, я раздумывал, стоит ли вообще участвовать в данном разговоре. Но поскольку мне требовалось получить информацию от этого напыщенного индюка, наладить диалог оказалось бы верным решением. — Встретил девушку, — сухо ответил я. — Ох уж эти превратности любви, — мужчина переглянулся с одним из охранников, и они оба издевательски ухмыльнулись. — Здесь все, — раздался голос бухгалтера на стероидах. — Отлично, — хозяин бара поспешил спрятать кэш в ящик стола. — Джонни Вилчер сказал, что ты можешь помочь мне кое с чем, поделиться информацией.       Мой тон был спокоен и холоден, а взгляд был устремлён на человека, что мог знать имя убийцы Элис. — Мда, Джонни никогда не умел держать свой язык за зубами, — мужчина прикурил сигару и выпустил кольцо серого дыма, — За всё в этой жизни нужно платить, особенно за ценную информацию. Что ты можешь мне предложить взамен? — Проси, что хочешь. — Даже так? Хм… — владелец «Адского котла» потер щетину на подбородке, — Мне нужно избавиться кое от кого. — Назови имя, — уверенно произнес я. — Бобби Уайатт.       Я хотел было возмутиться и запротестовать, но всё же смог взять себя в руки и тактично промолчать. В итоге я лишь поинтересовался: — В чем его вина? — Он украл у меня крэк, много крэка, — мужчина поднялся с кресла и начал обходить стол, — Он никогда не соберет достаточно денег, чтобы расплатиться, даже работая здесь шлюшкой и продавая свой тощий зад. — Я не могу этого сделать, — опустив взгляд, я сжал кулаки, что выглядело довольно жалко. — Хм... Я ведь знаю, зачем ты пришел ко мне, Мясник. Джонни мне рассказал про твою девушку и про то, что с ней случилось, — он сочувственно похлопал меня по плечу, — И я знаю, что за гандон это сделал.       Резко подняв глаза, я взглянул с надеждой на хозяина бара. — Я уничтожу любого, кого попросите! Только скажите мне имя убийцы! — меня трясло от нетерпения, я впервые был так близок к разгадке. — Как бы иронично это не звучало, но это всё тот же Бобби Уайатт.       В этот момент меня будто с головы до ног окатило ледяной водой, дыхание сперло, все мысли вмиг испарились, я не мог поверить в то, что слышу. — Это шутка какая-то? — Нет, мой друг, это правда в первой инстанции, — сказал мужчина, набирая код на клавиатуре сейфа, что находился за картиной на стене, — Мы оба знаем, что наш дружок Бобби конченый наркоман. Однажды он пришел ко мне, угашенный в дюбеля, в очередной раз умолять, чтобы я простил ему долг. Как раз в тот день мы и заметили пропажу крэка. Но не суть… Он тогда сказал, что нашёл деньги, но возникла одна небольшая проблемка. Друг, который обещал дать ему эти деньги, не отвечал на звонки, поэтому Бобби пришел к нему домой. Но и дома его друга не оказалось. Дверь открыла какая-то незнакомая телка и стала прогонять его, уверять, что никаких бабок тот не получит. Тогда наш малыш Бобби, будучи в порыве ярости и тяжёлом наркотическом опьянении, напал на бедную девушку и изнасиловал её, а затем прикончил, проломив голову огнетушителем. Он так сокрушался, что это чертова стерва испортила ему всю малину…       Пока он рассказывал, я представлял эту картину у себя в голове, в мельчайших деталях. Испуганное лицо Элис, её крики о помощи, умоляющий взгляд, а также представил разъяренного Бобби, держащего огнетушитель над головой моей девушки. На глаза выступили слёзы, но так и не покинули их.       Последний раз я плакал, когда мне было пять лет. Тогда мою любимую собаку Линду сбил сосед на своём ржавом пикапе. С того самого злополучного дня я зарекся, что больше не пророню ни одной слезы, а затем пошел поджигать дом виновного. Моя жизнь всегда была похожа на сраную мелодраму с элементами триллера и душераздирающим концом. — Тебе пригодится вот это, — владелец «Адского котла» протянул мне новенький Магнум, — Магазин полный, так что развлекайся.       Взяв оружие из рук мужчины, я поспешил сунуть его за пояс, а затем, быстрым шагом, направился к выходу. — Приходи завтра, есть работа, — крикнул довольный хозяин бара, за секунду до того, как я захлопнул за собой дверь. ***       Стоя перед обшарпанной дверью квартиры Бобби, я крепко сжимал в руке револьвер. Больше всего на свете мне хотелось пустить пулю ему в лоб и с упоением наблюдать зияющую дыру в его гребаной башке. Пожалуй, не стоит долго оттягивать этот потрясающе приятный момент.       Стук в дверь. — Да кого там черти принесли на ночь глядя? — раздался недовольный крик моего бывшего друга, — Кто там? — Это я, — ответил я сухо.       Недолгое молчание. — Ты уже отдал деньги? — спросил Бобби дрожащим голосом, не торопясь открывать дверь. — Отдал. Дверь открой. — Эмм… Извини, но я не могу, — начал мямлить он, — Я тут не один. — Я знаю, что ты пиздишь, Бобби. Последний раз говорю, открой дверь! — крикнул я.       Но реакции не последовало. Приложив ухо к двери, я прислушался. Внутри была какая-то возня и тихие всхлипы. Я понял, что этот вонючий нарик не собирается открывать, видимо догадался, что его ждёт расплата. Благо входная дверь была старой и обветшавшей, петли ржавые, а откосы гнилые. Отступив назад, я немного разбежался и выбил дверь ногой, она с грохотом упала на пол. В нос резко ударил запах тухлятины вперемешку с мочой и марихуаной. Зайдя внутрь, я огляделся — Бобби нигде не было. С учётом того, что квартирка была крохотной, мои поиски продлились недолго. Я нашел этого гондона в уборной. Он сидел в ванной, грязный и обоссаный, отвратительно жалкий, со слезами на глазах. Достав из-за пояса Магнум, я демонстративно скрепил ладони перед собой, чтобы Бобби осознал какова цель моего визита. Увидев оружие, он заскулил, словно побитая шавка: — Нет, прошу, пожалуйста, не убивай меня! — он рыдал и трясся от страха. — Ты изнасиловал и убил мою беременную девушку, вонючий кусок дерьма! И после этого смеешь просить у меня милости?! — я взмахнул рукой и наставил на Бобби револьвер. — Прости, умоляю! Я не понимал, что делаю! — он закрылся руками и зажмурил глаза. — Мы же лучшие друзья! — Уже нет, — произнес я стальным голосом и спустил курок.       Выстрел. Затем ещё один. И ещё. И еще раз. Я выпустил в ублюдка всю обойму. Успокоился только тогда, когда магазин стал беспомощно щёлкать из-за отсутствия патронов. Вся ванная окрасилась в багрово-красные оттенки. Кровь была везде: на потолке, на стенах, на полу, на мне. Лицо Бобби превратилось в отвратительное месиво. Глаза вытекли, нижняя челюсть повисла на лоскуте кожи, почти касаясь ключицы, нос полностью отсутствовал. Удручающее зрелище.       Что я испытывал в этот момент?       Ничего. Я был мертв внутри ещё до того, как пришёл в этот клоповник. Словно душа покинула тело и осталась лишь оболочка, что будет постепенно гнить и разлагаться от отсутствия чувств, эмоций. Мне было плевать не только на смерть Бобби, но и на свою собственную судьбу. Дальше меня ждали лишь непроглядный мрак и бездна безысходности.       Выйдя из уборной, я подошёл к окну, достал из кармана пачку Мальборо и закурил сигарету. На улице стеной лил дождь, небо было серым, неприветливым… Оно тут всё время такое. Люди, идущие по раздолбанному тротуару, словно ненастоящие, склеенные из картона, пустые внутри и безликие снаружи. Кругом всё те же грязь, жуткий смрад и безнадёжность. Боже, как же я ненавижу этот прогнивший насквозь город. Город пороков. Город грехов.