Учиха Саске и Хьюга Хината

      Засада. В нос врезается запах пороха, лёгкие обжигает горячий воздух, но Сусаноо позволяет ему не дать ранить себя. Противники превосходят числом во много раз, но это не просто рядовые шиноби, а настоящие головорезы, коих много в этом мире.       Все знают, что Учиха Итачи мёртв, а его глаза отныне принадлежат единственному выжившему.       Из раза в раз одно и то же все враги преследуют одну и ту же цель.       Эти глаза — проклятье, сомнительный дар, позволяющий управлять сознанием, развязывающий войны, уничтожающий целые нации в самых плохих руках. В Анбу знают, что делать с его телом — запечатать и сразу отправить в Коноху для уничтожения, в том случае, если его убьют, если он станет недееспособным на поле боя. Саске, каждый раз, отправляясь на задания, готов к этому.       Но в этот раз всё иначе. Он обещал ей, что вернётся.       Враги умирают от стремительного разреза чидори, рука острым ножом вонзается в плоть, Саске с чвоком убирает кулак из груди некогда живого человека, тело рядом с ним падает. Он тихо выдыхает, когда дождь уничтожает запах крови, собственная рука в чужой крови — тёплой, тягучей, красной, дрожит, словно он болен. Очередные отнятые жизни, — стоят ли они глаз? — Сокол!       Капитан оглядывает его и множество трупов. — Судя по всему, им нужен был только я, — утверждает Саске. — Акацуки? — Возможно, — Саске задумывается, о них он ничего не слышал с тех пор как вернулся. Брат отдал всё, чтобы стать шпионом ради информации — они собирают всех биджуу, задумывают нечто ужасное, чтобы уничтожить Коноху, мир, изменить его ради собственных целей. — Капитан! — мигом из деревьев появляется человек, что тут же докладывает что-то в ухо, сквозь маску и дождь Саске не получается расслышать. — Что?! Я возвращаюсь в Коноху, Саске, ты остаёшься за главного, выполни задание и сразу же возвращайся.       Их учат не задавать вопросов, и Саске подчиняется, чтобы продолжить осмотр местности пусть и сердце гложет странное предчувствие.       Когда он возвращается в Коноху, то видит, что она разрушена. Дети плачут от того, что их домов нет, взрослые носятся туда-сюда, осматривая раненных. Наруто встречает его — целый и невредимый, но в ушах белый шум, всё, что его волнует, это…       Она лежит — в больничной одежде, изранена, побита. Наруто и Минато не могли находиться в шести точках одновременно, и Хината противостояла одному из Пейнов в одиночку, — не побоялась спасти маленькую девочку, кричащую под завалами. Саске глядит на её измученное лицо и тихо выдыхает. Она дышит, просто спит. — Саске-сан…       Маленькая ручка касается его волос, когда Саске каким-то образом умудряется уснуть около неё. — Я же… не умерла? — Нет… Нет…       Всё внутри холодеет от мыслей о том, не будь Хинаты рядом сейчас. Саске берёт её руку и некрепко сжимает, чувствует пульсацию, — жива, дышит. Светлые глаза смотрят с любопытством, а губы красиво изгибаются в болезненной улыбке. — Никогда не отступать, стать сильнее… — шепчет Хината бледными губами. — Даже если тебе больно? Ты готова поставить свою жизнь ради… чужих людей? Это глупо. — Я люблю Коноху, Саске-сан, также, как и Наруто-сан и Хокаге-сама. Будущее зависит лишь от нас самих, а я хочу мира.       Саске смотрит на несгибаемым взгляд. Хината выросла из робкой девчонки в уверенную девушку, её слова пронизаны любовью к деревне. Саске хочет верить её идеалам, но не может, ради деревни собственный брат убил семью, стал врагом, терпел боль… ради будущего. Такого будущего? Где такие честные и невинные, как Хината умирают ради других? Где один-единственный человек способен уничтожить деревню и всех её жителей? Где все в, конце концов, страдают. — Саске-сан…       Хината нежно касается его щеки. — Обещаю, что больше не попаду в подобные передряги, ладно? — девушка улыбается бодро, чувствуя некую вину, ведь Саске-сан выглядит бледным и расстроенным. — Постарайся сдержать своё обещание, — парень берёт её маленькую бледную ручонку, что утопает в его ладони.       Следующие дни проходят в суете и в работе — Коноха восстанавливается после пережитой атаки, потерь почти что нет благодаря технике воскрешения Нагато. Саске отправляется на краткосрочные задания и возвращается обратно с мыслями о том, что нужно обязательно заглянуть к Хинате. — Взглянем на светлячков? — спрашивает Саске. Они давно договаривались пойти на поляну. — Прямо сейчас? — Хината удивлённо глядит, как Саске открывает окно. — Ненадолго. — Но я… — Хината робеет, всё тело болит после той битвы с Пейном, — Цунаде-сама сказала, чтобы я лежала…       Саске молча поднимает её на руки, отчего Хината неловко решает спрятать покрасневшее лицо. — Держись крепче.       Хината хватается за чужую шею, а руки держат её надёжно, не отпускают. Саске-сан оказывается неожиданно милым, уж она и не думала, что он захочет вообще стать её другом. Он молчаливый, загадочный, изредка способен на хоть какие-либо проявления чувств, но всегда рядом в самые тяжёлые моменты.       Когда она была готова вот-вот сдаться, Саске-сан был единственным, кто поверил. Даже такая крохотная вера способна зажечь огонь в душе, и Хината росла с мыслями о том, что сможет защитить себя, что никому не нужно будет постоянно её оберегать, что не будет напрасных жертв лишь из-за её жизни. Может быть, она далека от идеальной версии себя, но не прекращает совершенствоваться. Маленькими шажками пытается стать сильнее.       Хината маленькая — лёгкая, тихая, Саске и ведь сомневался в ней, что не суждено стать шиноби, однако, она гораздо больше шиноби, чем он сам. Саске уводит девушку за деревню, — совсем недалеко в небольшое поле, скрытое за густыми деревьями. Трава в этом поле высокая, колет ноги, и Саске укладывает Хинату на заранее приготовленный плед. Он садится рядом, глядит на то, как звёзды раскидываются по небу, подобно молочку, а светлячки кружатся в хаотичном танце. Такую красоту он никогда не понимал, но Хинате нравится.       Она довольно улыбается, вдыхает свежий летний воздух, даже ноющая боль постепенно уходит. — Я умерла… Тогда, и была в каком-то месте. Оно было таким холодным и пустым, я думала, что останусь там навсегда.       Пусть и прошло несколько дней, события того ужасающего дня свежи в памяти — не забыть просто так. Хината действовала по инерции, спасая маленькую девочку, вызволила её из завалов, но мужчина с рыжими волосами и со множеством пирсингов хотел лишь одного — полного уничтожения живых людей рядом. Было больно — сломанное ребро, кровь застыла в лёгких, удар под дых будто смешал все внутренности вместе, кажется, она даже приложилась пару раз головой о камни. Дальше лишь холодная тьма.       Первое, что она увидела после пробуждения — взволнованное лицо Саске-сана, что всегда спокоен, но в этот раз в его глазах Хината увидела боль и, кажется, непролитые слёзы. Говорят, что единственный выживший клана Учиха способен лишь на убийства — в точности, как и его брат. Говорят, он жестокий, но разве можно так говорить о человеке, которого не знаешь?       Не Саске-сан жестокий, а мир, в котором он теряется. — Я думала, что не увижу больше никого, ведь… не успела попрощаться. Когда я умирала, то думала о тебе, Саске-сан, что, возможно, ты расстроишься. О брате, о том, что не поблагодарила за возню со мной как следует, об отце и Ханаби…       Саске глядит на смущённое лицо в удивлении. Каждое слово подобно игле, вонзается в его подсознание. С каких пор она вообще стала так близка? Когда? Зачем? И как? Почему он чувствует грусть и злость, думая о том, что будь она сейчас не рядом. Мертва. Похоронена среди других таких же — героев Конохи… — Не лезь на рожон… Никогда больше, — отвечает Саске, пытаясь убрать взгляд с её лица. Удаётся с трудом, и он вновь глядит на небо. «Мой близкий друг…»       Саске навещает Хинату, стараясь не пересекаться с её родственниками. Вряд ли последние будут рады такой компании дочери как Учиха, поэтому он приходит глубоким вечером, проскальзывая мимо регистратурного стола, перед этим предупредив Хинату, что придёт поздно, а она всегда ждёт, чтобы поболтать. В этот раз он открывает двери и замечает рядом с ней Наруто. Пожалуй, он даже ожидал увидеть его здесь.       Хината сама признавалась, что уважает Наруто, что хочет стать такой же сильной, как и он. Она видит в нём не просто сына Хокаге, не джинчуурики, не оболтуса, а надёжного парня, которому готова довериться. После нападения Пейна многие признали его героем. Справился с главным телом, пока Хокаге сражался с неким человеком в маске. Последний же не даёт Саске покоя, о нём брат говорил как о том, кто подстроил нападение, что он не остановится от того, чтобы уничтожить Коноху и забрать Кьюби. Цена этому — сотни жизней. — Йо! Саске, а ты что тут делаешь? — Наруто расцветает, завидев друга. — Не твоё дело, — Саске проходит в палату, чтобы поставить в вазу букет свежих цветов. — А!       Саске глядит на Намикадзе, в голове которого начинают крутиться шестерёнки, наблюдает за его хитрой улыбкой. Учиха сдерживает раздражённый выдох. — Ну, Хината-чан, ещё увидимся! Выздоравливай, — Наруто машет и выбегает из палаты, закрывая дверь.       Хината не успевает ничего и сказать. — Он тебе нравится? — Саске присаживается около неё, глядя на то, как девушка мигом краснеет и начинает отнекиваться. — Н-нет! С чего ты взял? — она прикладывает к покрасневшим щёчкам ладони. — Он всем нравится.       У Наруто есть сила — притягивать к себе людей, заставлять их признавать его и доверять. — Он как солнышко, — признаётся Хината, будто продолжая мысль, и смеётся. — А я? — Саске с любопытством глядит в светлые глаза. — М-м-м, хм-м-м, — Хината смущённо улыбается, — кот. — Говорит она после нескольких секунд раздумий. — Кот? — пожалуй, такое сравнение он не ожидал услышать. — Ты всегда кажешься таким недотрогой, как вредный кот, — Хината сдерживает смех и прикусывает губу, смотря на смешное лицо Саске, — но хороший, если узнать тебя поближе.       Хината глядит как Саске-сан улыбается, и тепло расползается по телу. Он вообще редко показывает эмоции, но не смотря на это, он очень спокойный. Ни разу не страшный или пугающий. Просто молчаливый. — Ты выглядишь уставшим. Снова не выспался? — Хината замечает тёмные круги под его глазами. — Не важно, всё хорошо.       Он замечает, как Хината хмурится, явно не веря в его слова. — Кошмары?       Хината видит кивок и слышит усталый вздох. Она знает, что у такого человека возможны проблемы со сном: тяжёлое детство, брат, к тому же, работа в Анбу, где на глазах умирают и враги, и товарищи. Саске-сан будто не хочет уходить от всего этого, ищет опасности, чтобы однажды просто уйти на миссию и не вернуться. Всё внутри скручивается в горькой узел только о мыслях об этом. — Возьми выходные, Саске-сан, Цунаде-сама сказала, что я быстро восстанавливаюсь. Может быть, половим рыбу?       Хината хочет искренне его помочь, она не знает, почему Саске-сан так отчаянно хочет собственной смерти. Есть ли у него мечта? Что делает его счастливым? Всё так хочется узнать. Саске же не находит причин отказаться от компании Хинаты, после того вечера он решил отправиться к Хокаге. — Отпуск? — Минато выглядит по крайней мере удивлённым. — Конечно! И заявление сам написал, остальное предоставь мне. — Он улыбается, глядя, как Саске сдержанно ему кивает и исчезает за дверью.       Хината помогает в восстановлении домов, а вечером в счастье убегает к Саске, чтобы половить рыбы. Небольшая речка расположена за пределами деревни, и Учиха заранее приготавливает тёплое одеяло — вечером стремительно холодеет, а искренне позаботиться о девушке — его долг. Всё же, она ещё не до конца оправилась, а потому не может позволить ей заболеть.       Хината счастливо снимает сандалии и бежит к реке — она всё ещё тёплая после солнечного дня. Саске с лёгкой улыбкой наблюдает за её движениями, слышит громкий и счастливый смех, позволяет девушке утянуть к водоёму. Слышит журчание, будто окунается в прошлое. Эти безмятежные и добрые мгновения подобны сладкой горечи — они не вечны, но отпечатываются в сознании надолго. Навсегда. Саске готов хранить их в своих мыслях и вспоминать. — Апчхи!       Саске протягивает девушке полотенце, она неловко вытирает мокрые волосы из-за неудачных попыток половить рыбу, в итоге ничего не получилось, но Учиха мастерски выловил несколько штук. — Заболеешь же, — Саске вытирает её ноги, пальцами мягко касается нежных ступней.       Хината выглядит в свою очередь крайне счастливой. — Я давно так не веселилась, — девушка улыбается и глядит на то, как Саске укрывает её спину небольшим одеялом и разжигает костёр нехитрой техникой. — Спасибо, Саске-сан.       Он лишь кивает в ответ. Протягивает ей металлический шампур, чтобы дать пожарить в костре рыбу. Не важно то, что он ни разу не голоден, важно только то, как Хината с большим энтузиазмом ест и довольно улыбается. Чуть прохладный ветер играется в длинных волосах, и Саске подмечает всю её красоту, костёр бросает свою тень на светлое лицо, а лавандовые глаза взирают на него в ответ. — Чем займёмся завтра? — Что хочешь ты? — Хм-м-м, — девушка задумывается, кладя палец на подбородок.       Аккуратные брови чуть сходятся вместе, придавая её лицу серьёзный вид. Светлые глаза смотрят задумчиво на рыбёшку, а аккуратный ровный нос красный от прохлады. — Приходи ко мне вечером! У меня для тебя подарок! — Хината довольно улыбается, даже почти хитро.       Саске и не представляет, что может приготовить девушка, но послушно появляется перед воротами в поместье Хьюга. Дверь ему открывает Неджи, что смотрит с подозрением, но молча впускает гостя. — Знай одно: тебе здесь не рады, Хината-сама настояла на том, чтобы принять тебя.       Саске хмыкает. Как-нибудь переживёт чужое неодобрение, а Неджи вырос с того момента как он видел его в последний раз. Хината рассказывала, что её кузен хороший человек, но Учиха не мог сказать тоже самое. Но судя во взгляду, он стал мягче и с уважением смотрит на Хинату, что радостно приглашает в небольшую кухню. Поместье Хьюга — большое место, которому повезло оказаться вне эпицентра огромного взрыва. Здесь царит спокойная атмосфера, а редкие люди из побочной ветви смотрят косо, тихо приветствуя.       Коричневые стены, сдержанные убранства, поместье старинное, Саске приходилось видеть его только снаружи и только комнату Хинаты. Кухня же небольшая, похожая на столовую. — Ты мой дорогой гость, Саске-сан, присаживайся.       Учиха удивлённо смотрит на Хинату, одетую в домашнее юката, никогда прежде ему не приходилось видеть её в таком одеянии, что несколько выбивает из колеи. Волосы аккуратно прибраны назад заколкой, а руки чуть спрятаны длинными рукавами. Неджи прочищает горло, заметив слишком откровенное разглядывание. Саске же, отмерев, садится за роскошный стол. Запечённая рыба, рис высшего сорта, морепродукты, прочие блюда выглядят вкусно, отчего от запаха скручивает живот. — Хината-сама приготовила всё это, — поясняет Неджи. — Но ты ведь тоже мне помог, брат, — улыбается Хината. — Всего лишь закупил продукты, — парень присаживается слева от Саске, не желая оставлять опасного Учиха наедине с девушкой. — Так вот, мой подарок, та-да~ — Хината смущённо улыбается. — Не знаю, что ты любишь, но приготовила всего понемножку. — В таком случае не откажусь, спасибо.       Саске с жадностью припадает к блюдам не в силах насытиться как следует. Он отродясь всегда ел немного, но не может остановиться сейчас, желая продлить момент кушанья с Хинатой, пусть и Неджи порою бросает подозрительные взгляды, когда девушка смущённо смеётся. Учиха подмечает, что как ребёнок радуется тому, что Неджи почти остаётся без внимания, а Хината внимательно смотрит на гостя. — Вкусно. Давно не ел что-то такое.       Хината смущённо давит улыбку, ведь действительно постаралась. Ей захотелось сделать ему приятно, и искренне рада, что это получилось. Она с жадностью впитывает его довольную улыбку, которая появляется редко в их моменты уединения. Он выглядит как человек, который всегда сдержан во всём и чаще всего сдерживается от проявления чувств. Хината наслышана о его незавидной судьбе, но не испытывает жалости, это было бы нечестно по отношению к Саске. Такому человеку не нужна жалость, он идёт вперёд даже если пусть тернист и сложен, а для этого нужны огромные силы, и Хината искренне восхищается им. Рада, что смогла увидеть другую сторону, которую тот пытается скрыть — нежную, заботливую.       Может быть эгоистично, но она ловит моменты, когда искренне не желает, чтобы Саске увидели с другой стороны и с жадностью пытается сохранить те моменты, когда он улыбается, а затем прячет свои эмоции за маской отчуждения, что равнодушнее маски Анбу. Ждёт ли его кто-нибудь дома? Насколько же он одинок на самом деле? Пусть и рядом с Наруто он выглядит по крайней мере расслабленным, Хината не может сказать наверняка о его чувствах. Саске-сан — загадка, и она хочет увидеть его счастливым. — Я благодарен, Хината. Твой подарок очень приятен.       Саске после ужина присаживается напротив сада. Свежий воздух, журчание воды из небольшого водоёма, дерево, расположенное совсем рядом. Это умиротворение и расслабление, который казались ему далёкими, но такие уже привычные рядом с девушкой. — Я рада, что тебе понравилось, — Хьюга скромно садится справа от него. — Пусть и ужин получился поздним, рада, что тебе понравилось.       Саске внимательно смотрит на щёки в смущении и затем глядит на луну, изредка скрывающуюся за облаками. — Твой отец вряд ли будет рад видеть меня здесь. Из-за меня у тебя появятся проблемы. — Не стоит волноваться, он отправился с Ханаби в соседнюю деревню, так что его не будет до завтра. Чувствуй себя как дома. — А почему он не взял тебя с собой? — Ну… Ханаби — будущая наследница, так что до меня особо дела нет, — она смущённо чешет затылок, боясь выглядеть перед Саске слишком жалко. — Тогда ты не против прогуляться? — Саске встаёт и протягивает девушке руку.       Хината, подумав несколько секунд, уверенно кивает и хватается за широкую ладонь. Парень тут же мягко берёт её на руки, она смущённо хватается за шею и прикрывает глаза, когда они быстро перемещаются по крышам домов. Собственный дом отдаляется, и Саске мигом оказывается с драгоценной ношей в поместье Учиха. Девушка аккуратно оказывается на земле и оглядывается: пустынное место, где некогда теплилась жизнь, теперь уже серое и безлюдное. — Здесь я жил. Поскольку ты пригласила меня к себе, то я не могу не показать свой дом, идём, — Саске мягко берёт тонкую руку.       Хинате интересно как живёт Саске-сан и с удивлением осматривает огромные помещения, где на полу накопилась многолетняя пыль, только одна комната чистая со множеством табличек с именами на стенах. «Фугаку Учиха, Микото Учиха, Итачи Учиха, Изуми Учиха…». — Моя семья… — вздыхает Саске. — Я иногда их навещаю и хотел познакомить тебя с ними.       Хината зажигает благовония, глядя на таблички и кланяется. Для Саске это место — это множество воспоминаний, они ценны и хрупки, а то, что он привёл её сюда, уже значит многое. От такого осознания девушка ощущает себя особенной и унимает быстро стучащее сердце. — Саске-сан, ты мой самый первый друг, — Хината улыбается, вспоминая их знакомство. — Ты мне очень дорог.       Своеобразное признание выбивает из колеи, и Саске оказывается поражён до глубины души. Хината смотрит светящимися глазами на него и крепко хватает ладонь, парень ощущает смущение и жар на щеках. Столь невинная девушка слишком чиста для такого, как он, страх испортить чистый холст отпугивает, но Саске душит сомнения на корню. Он не позволит кому-либо сделать ей больно больше, даже самому себе. Не простит, если увидит слёзы, не выдержит печального лица. Чувство заботы вгрызается в него, одновременно пугает, неужели подобное чувствовал брат, пытаясь защитить от невзгод?       Сделать всё, чтобы близкий человек был в безопасности. Так тяжело и невыносимо нести на себе такую ответственность, но все эти чувства дают людям причину жить дальше. Такая очевидная правда, до которой не так и просто дойти. — Ты… тоже, — может сказать лишь Саске. — Я рада.       Она счастливо улыбается. Саске не смеет задерживать её надолго, поскольку девушке не пристало находиться наедине с одиноким парнем в доме. Больше всего он боится, что на её имя упадёт тень из-за их общения, но Хинату это не волнует. Для неё не важны чужие предрассудки и ненужные слухи, способна видеть человека настоящим, по крайней мере старается заглянуть в самую суть. На такое способны немногие. — Спасибо!       Хината смущённо встаёт на ноги, когда Саске приносит её в дом. Она не может объяснить нежелание расстаться, ведь хочет так много рассказать, о многом поговорить, половина ночи уже прошла в их тихих беседах о всяком: о жизни, о прошлом, о туманном будущем. — Спокойной ночи. — До завтра, Саске-сан. Теперь твоя очередь придумать, что нам делать завтра! — Хината улыбается и глядит в тёплые глаза. — Потренируемся? — Саске не знает, в чём он хорош, но не может придумать что-либо оригинальное, но Хината выглядит по крайней мере воодушевлённой и кивает. — Тогда… До завтра? — Да… — Саске глядит, как девушка скрывается за сёдзи в своей комнате, смотрит на шуршащие листья одинокого дерева и скрывается в густой тьме ночи.       Хината тихо вздыхает и прикладывает к щекам ладони, что горят сильнее огня. Не болезнь или простуда, что-то, может быть, более серьёзнее, и девушка смущённо скрывается в ванной, предвкушая их завтрашнюю встречу, где они будут снова наедине. Удастся ли снова увидеть больше эмоций на бесстрастном лице?       Тем временем Учиха быстро оказывается в своей небольшой квартирке, слышит шорох сбоку, а мгновенный стрёкот чидори разрывает убивающую тишину. — Какаши…       Два шарингана сталкиваются с одним, и Саске убирает от чужого лица руку. — Что нужно? — Саске включает свет и садится на кровать. — Пришёл поинтересоваться как поживает мой ученик. Слышал, ты хорошо подружился с Хьюга. Хочешь поговорить? — Какаши убирает книжку с зелёной обложкой и улыбается, не обижаясь на то, что мог оказать продырявленным. Как Анбу, он готов поклясться, что постоянно быть настороже крайне изматывает, а любой невнятный шорох кажется угрозой даже в собственном доме.       Саске вздыхает и кивает. — Сенсей…       Какаши напрягается. Саске редко его так зовёт. — Я хочу уйти из Анбу… Чтобы быть с ней рядом как можно больше.