Часть 1

      Она красива сломом где-то на периферии. По-честному, каждый в их пресловутом отряде лишь труха из собственной просранной жизни. Квин алым окутана, словно всполохами и Рик себя на мысли предательской ловит о том, что наверное хотел бы, что бы роли распределились по-другому. Тогда бы у них был шанс на простое и правильное совместное «возможно». Но шанса нет. Есть ли душная и цветущая Испания и миссия похожая на бермудский треугольник. Когда он едва-едва выживает сам, мысль, чтобы спасти Харли становится той опорой, которая не дает сознанию поплыть окончательно. Миссию по собственному спасению рушит сама Харли. Она появляется из ниоткуда, в привычно-горящем алом, воинственно держащая наготове копье. И Рик на секунду теряется, потому что чувства нараспашку, а волна осознания сбивает с ног. Он пытается отвлечься говоря о том, что они пришли спасти её, но выходит только лишь хуже, потому что он фокусируется на ней против собственной воли. У неё по-детски дрожит губа, а в глазах закипают слезы. Флэгг думает о том, что идиоты те, кто считают её куклой, потешным арлекином. В ней слишком много переплетений и чувств, которыми она буквально захлебывается, сама этого не осознавая. — Вы пришли меня спасти? — Харли не верит и это отчего-то отдаётся у него в груди тупой ноющей болью. — Да, пришли тебя спасти. Она влетает в него подобно вихрю. Руками оплетает, опаляя дыханием шею и замирает, шепча: спасибоспасибоспасибо. Рик думает, что все, вот он край и он за него шагнул. Ему отчаянно хочется коснуться пальцами кожи на открытой спине её платья, но он самого себя обрубает четко и по-военному статично, чувствуя как сердце все же болезненно ударяется прямо об ребра. Он чуть сжимает её в ответных объятиях, поглаживая по спине рукой с зажатым в ней пистолетом. Ледяной металл на бледной коже смотрится чуждо, но Квинн отстраняется и с улыбкой зеркалит его взгляд. Рик осознаёт сразу же, что в этом взгляде привычного сумасшествия нет. Есть лишь осознание. Горькое. Болезненное. И застывший вопрос, на который у Флэга ответа нет. ***       У них есть эта ночь перед миссией для смертников и задрипанный придорожный отель. Когда отряд фриков разбредается по номерам, Квинн не сидится на месте. У нее в руках отмычка и она целенаправленно движется к бару. Флэгу одернуть хочется, вернуть назад, но отчего-то он просто идет в след за ней. — Так и думала, что это ты. — она болтает ногой, свесив ее с подоконника, обнявшись с бутылкой виски. — Запрыгивай, места хватит. Рик в ответ кивает, усаживается рядом и вопросительно смотрит на бутылку, на что Харли лишь морщит нос. — Ой, не надо нотаций. Я может быть завтра умру, а если и нет, то у меня впереди ничего, полковник. — Харли отпивает и протягивает ему бутылку во встречном жесте.  — У меня тоже. — виски осаживаются на языке торфяной горечью. И это пугающая схожесть рушит преграды. Рик теряет момент, когда Харли оказывается рядом. Когда касается мягко, но настойчиво, шепча:"Меня никогда не целовал тот, кто любил бы по настоящему». Рик целует, ощущая на губах привкус пепла и крови. Какая разница. Ведь завтра для них равняется лишь пустоте.