Пролог

Эта история произошла со мной в молодости. Я жил тогда в деревне. Совсем далеко от крупного города. Столичные люди относились к нам с пренебрежением. А потому у нас сформировалась своя обособленная общность. Мы жили по своим правилам. Со своими устоями, традициями, а также… легендами. И одна из них, к счастью, оказалась вовсе не легендой. Это было нечто мистическое и даже завораживающее. Что-то такое, что с обычными людьми не происходит. Издавна нашу деревню посещало одно удивительное существо. Его видели на протяжении многих поколений. История передавалась от дедов детям, от детей своими детям и так много-много далее, пока эту историю не услышал лично я. А была она о девушке в образе лисицы. Ее тело наполовину было покрыто шерстью. Вместо ног лапы, а вместо пальцев длинные острые когти. И раз в какое-то длительное время она приносила на окраину деревни глиняный кувшин. И от того, чем этот кувшин был наполнен — ее и не взлюбили. Некоторые старожилы считали, что ее появление и такие вот сюрпризы сулили одни только беды. Один охотник, опрокинув такой кувшин обнаруживал внутри стаю голодных крыс. Другие — песок. А некоторые бабки, по счастливой случайности находя такую посуду, говорили о вылетавших оттуда летучих мышах; о протухших овощах внутри, а кто-то даже о злобном, словно львином рыке прямо изнутри. Такие находки, а именно кувшины, люди потом собирали в центре деревни и ночью на фоне пылающего костра, закапывали. Но каждый раз под утро те загадочным образом пропадали. Хоть и ставили смотрящего, но только тот закумарит на минутку, так ямка оказывалась раскопанной и, главное, пустой. Не любили, одним словом. А почему, мне было непонятно. К каждому разу люди готовились, как к пришествию конца света. Царила тревога. Люди вешали на входе обереги и постоянно молились, чтобы беда обошла их мимо. Я жил с бабушкой и дедушкой. Родителей не стало, когда я был еще совсем маленьким. Но слова «не суди о том, чего не понимаешь» навсегда отпечатались в моем сознании. Их мне говорила бабушка в далеком детстве, когда я отходил ко сну. Говорила, мама моя была той еще мечтательницей. И всегда старалась понять истинную суть всех вещей. Будь то что-то сложное или неизведанное или же простое и обыденное. И в некоторой степени мне тоже передалась эта черта. С самого детства мне было любопытно, почему же эта загадочная лисица приходит к нам в деревню и оставляет такие вот подарки. Называл я это именно подарками. Потому что сам ни разу ее не видел, да и истории эти про летучих мышей, или гнилой запах были правдивы только со слов самих рассказчиков. А вот сами горшочки я видел. С виду совсем обычные. Ровные, без сколов или трещин. Но внимание привлекали именно выгравированные рисунки. На каждом он был свой, индивидуальный. Помню пару таких: на одном танцы вокруг костра, на другом бегущие по степям животные. А где-то даже… она сама. В тени деревьев или же на берегу озера. Это было очень любопытно. И хоть никто не разделял моего взгляда, я мечтал однажды с ней встретиться и просто пообщаться. Пусть и звучит довольно инфантильно. С последнего ее визита прошло почти полгода, а потому многие уже готовились к скорому ее визиту. При чем готовились так, будто она и впрямь может сделать что-то плохое. Охотники чистили ружья, точили вилы. Бабки шили обереги. И что бы я ни говорил, все махали на меня рукой, словно на умалишенного. «Где ж это видано, чтобы люди демонов покрывали». Или то, будто околдовали меня. Единственные, кто хотя бы не осуждали меня за мои мысли были бабка с дедом. Но даже в их молчании была толика негодования. Слова матери и ее проницательность хоть и играла на их губах. Но понять меня полностью им тоже было не дано. Сказывался страх неизвестного и как бы не случилось чего плохого со мной. Но мне страшно не было. Только любопытство и желание докопаться до истины. Некоторое время назад я стал сам предпринимать попытки найти эту лисицу. Всякий раз, как меня пошлют за хворостом или за водой к реке, я тайком пробирался глубоко в лес в надежде отыскать хоть какую-то зацепку. В каждом шорохе, в каждом звуке я старался найти отголосок той непонятной магии, которой «славилась» наша деревня. Но ничего необычного. Лес жил своей привычной дикой жизнью. Спрашивал у старожилов и охотников, где ее чаще видели. Но никто не помнил, либо не хотел говорить. Нарисовав карту местности, я обошел каждую тропинку, отметил почти каждое деревце. Осмотрел все норы и углубления в лесу, где она могла бы прятаться. Но тоже ничего. Спустя некоторое время меня даже начала посещать мысль, будто вся эта история и впрямь может оказаться обычной байкой, чтобы придать поселению загадочности и пугать молодняк темным лесом. Но в тоже время… все эти приготовления и тревожность от возможной встречи. Здесь не может быть совпадений. Если в этот раз она придет, то я должен ее увидеть. Сидя на опушке леса, я крутил в зубах соломку. Уже смеркалось, но я пока не собирался домой. Я до сих пор надеялся, что в этом полумраке мне в какой-то момент она покажется из-за дерева. Но до сих пор мне не везло. — Глядите, кто у нас тут сидит. Со стороны деревни в компании еще нескольких парней и одной девчонки шел местный задира. Он любил подлить масла в огонь и подтрунить надо мной. Во всю эту историю он не верил и считал, что глиняный горшочек, да и вообще вся эта история с лисицей не более, чем детская байка. — И что, я тебе чем-то мешаю? — крикнул я ему. — Зверей пугаешь мордой своей, — присвистнул он. — Сидишь тут, живность отпугиваешь. Шел бы домой лучше, а не то охотники тебе самого за зверье примут. Компания засмеялась. — Что ты сказал? Я вскочил и пошел в его сторону, но между нами встала девушка. Аня. Дочка старосты деревни. Она хоть и часто проводила время в компании этих задир, но сдается мне, что именно благодаря ей большинство конфликтов сходило на нет. Всякий раз, как мы сцеплялись между парнями, она выгораживала меня, защищала. А этим оболтусам потом подзатыльники раздавала. — Хватит, — крикнула она, встав между нами. — Или вы хотите со старостой пообщаться? Прошлого раза не хватило? Задиристый демонстративно засунул руки в карманы. — Да больно надо с этим… сумасшедшим. Он заразу поди переносит. От лисицы той самой. Тут я хотел замахнуться, но Аня придержала меня за грудь. Компания снова расхохоталась. — А ты что, влюбилась в этого? Бродит он тут, про лису все талдычит. В детские сказочки верит. Девушка, услышав это, тут же развернулась и пошла в его сторону. А, подойдя, схватила его за ухо и хорошенько так помотала из стороны в сторону. Он, в несвойственной ему манере, начал охать и ахать грудным женским голосом. Секундой позже отпустила. — Уже темнеет, марш в деревню, — шикнула она на всех и те начали расходиться. А тот, что задиристый, схватившись за ухо, плюнул на последок, да и сам пошел. Остались только мы с Аней. — Ну вот скажи мне, зачем ты так? — почти строго спросила она. — А я что? Я не могу посидеть здесь? — Ты прекрасно знаешь, о чем я. В этих погонях за сказками, ты только внимание к себе лишнее привлекаешь. — То есть, ты тоже не веришь? Девушка задумалась. — Я верю в то, что вижу. А вижу я… мечтателя, который не хочет двигаться дальше. Еще годик, а потом два. Кто-то в город поедет, кто-то за хозяйством начнет следить. — А как же все это? — обвел я рукой деревню вдалеке. — Все эти истории и легенды. — Их рассказывают старшие. Тебе ведь не кажется странным, что эту загадочную лисицу видели все, но только не мы? Я не нашел, что ответить. Подул ветер, стало прохладно. Да и желание вместе с тем что-то доказывать также улетучилось. Сняв накидку, я дал ее Ане. — На, возьми. А то простудишься. — Не надо, — улыбнулась она. — Я-то тепло одета, а ты. — Одень, — настоял я. Покраснев, девушка, одела ее поверх своей одежды. — Спасибо. Пойдем? — Ты иди, я скоро приду. — Смотри, а не то подмогу позову. — Хорошо, — улыбнулся я. Только девушка скрылась из вида, я побрел в сторону леса. На душе была обида. Слова девушки, да и поведение этого задиры немного возымели эффект. Ведь действительно. Эту лисицу видели все, но только не мы. А те, кто видел позже утверждали, что им возможно привиделось. Может волк пробежал, а может и еще какая живность. Да и я сам, обойдя лес вдоль и поперек, за столь долгое время не встречал ничего странного. С этой мыслью я пересек черту деревни и вошел в уже смеркающуюся обитель. Немного дальше проходила речка. А на ее берегу стоял большой булыжник. На него можно было сесть и сидеть так очень долго, наблюдая за бескрайними просторами. Так и сейчас. Взобравшись на него, я сел и стал думать. А вдруг все это правда выдумка. А я, как дурак брожу по лесу и ищу того, чего нет. Обо мне в деревне и так уже сплетни и слухи ходят. Старожилы говорят, что околдован. А молодняк, что ребенок, верящий в сказки. И ни тем, ни другим не угодишь. На душе стало тоскливо. — А чего ты тут сидишь? Со спины послышался женский голос. — Аня, я же сказал, что я скоро приду. Зачем ты пошла за мной? Девушка не ответила. И спустя секунду задала уже другой вопрос: — Заблудился? Вопрос мне показался немного странным. Да и только сейчас мне пришло осознание, что голос хоть был отдаленно похож на Анютин, но он явно был не ее. Ничего не ответив, я развернулся. По моей спине пошли мурашки. Никого не было. Оглядевшись по сторонам еще внимательней, я пришел в недоумение. Ведь голос был словно за спиной. Сначала мне стало не по себе. Потом немного страшно. Еще позже я стал ловить себя на мысли, что мне просто показалось. Последняя же заставила биться мое сердце чаще. Дыхание участилось. — Кто это? — почти шепотом спросил я. Ответа не последовало. Я спрыгнул с камня и почти бегом двинулся обратно в деревню. Раньше мне казалось, что встреть я эту загадочную особу, мы с ней просто поговорим, подружимся. Но сейчас в дело вступили инстинкты. Почему-то мне стало страшно. Раньше ведь я не задавался вопросом, почему ее никто не видит. А потому и выходит, что неизвестно, чем эта встреча закончилась бы. Я старался прогнать от себя эти мысли. Всю дорогу мне казалось, что кто-то за мной наблюдает. Но я никого не видел. Теперь каждый силуэт вызывал у меня пугливость. В конце концов я перешел на бег. И остановился я только тогда, когда вышел из леса. Смотреть назад было страшно. Но я пересилил себя и обвел все взглядом. Ничего необычного не было. Тряхнув головой, я уже пешком пошел в деревню. Все было, как всегда. Бабки вышивали платки, деды, да охотники беседовали на непринужденные темы. А молодняк, что чуть младше бегали вдоль изб и смеялись. За одним из поворотов стоял тот мальчуган в компании других хулиганов. Тот лишь посмотрел на меня и покрутил пальцем у виска. Я сделал вид, что не заметил. Зайдя в избу, я сбросил с себя ботинки и прошел внутрь. Бабка тем временем напекла всяких снастей. Порасспрашивала о том, как прошел день, да снова ушла в отдельную комнату, где продолжила шить то-ли кофточку, то-ли шарф. А дед просто сидел и читал газету, что днем ранее привезли из города. Я поел, попил и ушел в свою комнату. Лежа на кровати, я глядел в окно. Вид открывался на тот самый лес, где я и услышал загадочный голос. Было уже темно. Но я различал где-то ближе к опушке легкий туман. Это не было чем-то загадочным или необъяснимым. Очень часто он проявлялся под вечер, а к утру развеивался. Но почему-то сейчас мне казалось это чем-то навевающим. Что-то, что сулит в дальнейшем важное событие. Удивительным образом события на камне отступали на задний план. Все казалось каким-то расплывчатым. Будто воспоминанием или выдумкой. Словно мне это и правда показалось. С этими мыслями я и провалился в сон. А снилась мне она. Лисица. И кажется она что-то мне нашептывала…