Часть первая, она же единственная

      Невозможно прожить две абсолютно одинаковые жизни, так же как невозможно войти в одну реку дважды и так же как нельзя "поставить на повтор" определенный, несомненно самый лучший, день. Но существуют опорные точки, неизменные для любого времени, места, да и что уж говорить, Вселенной.       Никто уже не помнит обстоятельства их первой встречи: где, когда, как их звали, кто там был еще; знают только, что каждый раз они пересекаются все раньше и раньше, чувствуя друг друга. Их никогда не растаскивает слишком далеко ни во времени, ни в пространстве. —Однажды мы родимся близнятами, — смеются, когда очередная реальность сталкивает их уже через шесть лет — ничтожный срок в масштабах бесконечности.       Сознание, конечно, здорово запаздывает, и на воскрешение памяти уходит время, но из глубин подсознания доносится практически крик "Я узнаю́ тебя!".       Каждая жизнь похожа на предыдущие: все тот же цветок, на этот раз в пластиковом стаканчике (хоть в первые разы его и не было, но он успел прочно прорасти сквозь время и изменяющиеся Вселенные), все та же рубашка (как ей удается столько пройти и не потерять актуальности до сих про остается загадкой), все тот же брат (то, что он никогда ничего не помнит, а иногда и не появляется вообще, не мешает ему быть почти незыблемой частью этого сумбурного бега по жизням), очень часто все те же партнеры (даже иногда бывает скучно знать наперед)... И абсолютно всегда заветная фраза "Увижу — узна́ю".