Осознание

      Сюдзи Ханма       Она задумчиво натирала стаканы сухой тряпкой, подумывая о наконец то скором окончании смены. Время близилось к раннему утру и посетителей не было. Вся интеллигенция расползалась к восходу солнца, подобно нечести. На её лице была вселенская заебанность, не дай бог бы кто нибудь ещё пожаловал сейчас. Располагаясь в своих мыслях, спереди послышалось «кхм». Тогда её глаза поднялись, и собираясь со всей вселенской доброжелательностью встретить клиента, пересеклись с обварожительной улыбкой постоянного посетителя этого заведения. — Ханма? —это должно было прозвучать удивлённо, но эмоциональная копилка иссякла за весь день, делая вопрос безразличным. — Налей мне как обычно.       Сюдзи вечно ехидный и энергичный, выглядел как-то устало и понуро, не как всегда отвешивая язвительные и саркастичные фразочки в её сторону, наблюдая как она работает. Он не звал её выйти вместе покурить за бар и выпить на работе, ссылаясь на скорое закрытие. В этот вечер он лишь много пил и все время молчал. Пустой взгляд главного суетолога района её настораживал.       Уже было поздно, до закрытия оставалось пол часа, но табличка на двери гласила закрыто. Людей в баре не было, да и она хорошо поработала. Все кто захочет выпить, найдут другую забегаловку, а неё были проблемы по важнее. — Пошли-ка покурим, —она сняла и кинула свой фартук под стол, заодно беря оттуда пачку сигарет.       Ханма кинул на неё взгляд, допивая третий стакан крепкого алкоголя. Он отодвинул пустой бокал и лениво побрел за ней к выходу для персонала.       На улице было прохладно. На Токио опускались близкие к зиме месяца осени и температура заметно снижалась.       Девушка поежилась, чувствуя холод исходящий от бетонных стен, как ей на голову упала мужская кофта. Ханма встал рядом в одной футболке и достал из кармана брюк пачку сигарет, подцепил пальцами одну, и зажимая фильтр между губами, поджег конец зажигалкой.       Она последовала его примеру, глубже кутаясь в серую тёплую кофту с капюшоном. Та была ей велика и свисала чуть выше колена, но зато было не холодно.       В неспешной затяжке лёгкие медленно наполнялись никотином и постепенно выдыхали перед лицом облако дыма. — Кисаки умер, —с хрипотицей выдал Ханма, смотря перед собой.       Кисаки. Она знала о нем из рассказов Сюдзи, пару раз встречала на улице и откровенно говоря, испытывала к нему не тёплые чувства.       На улицах стояли тяжёлые года и про банды гопников было известно многим кто хоть раз пересекал свой мир с ними, а она увы делала это часто. К слову говоря, с Ханмой они познакомились таким же образом. Он был и есть далеко не лучше остальных, по своему жестокий и бесчувственный человек, выбравший эти качества чтобы испытывать насыщенную жизнь, насыщенные чувства. Отчасти она понимала его. Тот момент, когда ты не чувствуешь себе места в жизни. Каждый о чем то мечтает, к чему то стремится и ты смотришь на них, сравнивая с собой. Счастливая семья, работа, дети. Она не знала к чему она должна стремиться, она просто жила, наверное ища этот самый смысл или человека, который станет им. Однако, относилась она к этому просто. Не было бесчисленных мыслей и самакопаний. Просто жить было её девизом, но не все останавливались на этой стадии. Иные люди часто сворачивают с дорожки, творят безрасудство и хватаются за людей, пытаясь найти в них то, что не нашёл в себе. Таким был Ханма. И в данном случае его якорем стал Кисаки. — Блять, я правда не знаю, что со мной, —он провел рукой по лицу, словно пытаясь снять наваждение. — Мне так хуево. — Тебе стоит научиться жить самостоятельно, не искать триггеры в людях, —выдала девушка после размышлений. — В наши года люди учатся, ищут работу, заводят семью. — Хуевая жизнь. Она хмыкнула, соглашаясь. — Ну да, если будешь шляться по барам и бить людям лица, то это будет сложно.       Она докурила сигарету кинула бычок в урную, убирая замерзшие руки в карманы и китаясь глубже в кофту. Девушка невольно вдохнула приятный аромат мужского одеколона, пропитавшего одежду. — Ты сама работаешь в баре и бьёшь людям лица. — Ну вот, как-то странно мы живём, хотя не всем быть примерными членами общества. — Ты бы не понравилась мне, будь ты такой, —тихо засмеялся Ханма, видя на её лице разочарование в себе. — Это было признание? — Как сказать, —протянул он, туша сигарету о крышку урны и кинул бычок в мусорку.       Ханма повернулся к невысокой по сравнению с ним девушке, чёрные длинные волосы обрамляли вечно задумчивое женское лицо. Оно было точно таким же когда она ударила в лицо распускающего руки пацана, тогда под ошеломленный взгляд Ханмы, парень согнулся пополам и девушка схватив его за шею сзади в таком же согнутом состоянии вышвырнула его на улицу. Обворажительная картина была, наверное тогда он и захотел с ней познакомиться. — Чего лыбишься? — Нашу первую встречу вспомнил, мм, —он раслабленно выдохнул и под недовольные прирекания потянулся к девушке, обнял ее со спины, укладывая подбородок ей на макушку. — После разговора с тобой меня отпустило.       Наверняка ей не нравились эти нежности, но она лишь недовольно сопела в воротник, пока он плавно покачивал ее в разные стороны, прям как маленького ребёнка. Зашёл бы кто в подворотню и охуел. — Мы же толком и не поговорили. — Мне было этого достаточно.       Кейске Баджи       Она была не королевой красоты, но довольно привлекательной девушкой. Стройная спортивная фигура и миловидное лицо в обрамлении чёрных густых волос, часто привлекали к себе мужское внимание.       Несмотря на свою милую внешность, характер у неё был своеобразный, поэтому внимания на пускающих слюни и предлагающих встретиться, не обращала. Обычно светлая улыбка и вежливый отказ, ссылающийся на незаинтересованость, спроваживал неудачливых попытчиков. А может это был и Баджи, вечно стоящий позади неё с лицом «сдохни или умри, если не свалишь через три секунды». С того времени как она стала общаться с ним, вокруг стало тихо и спокойно, он часто выручал ее. И она была не против.       Однако соц сети все ещё оставались виртуальным миром и общаться с людьми она не переставала. Там тоже часто попадались странные личности, которые не понимали, что пишут. Обычно таких она блокировала и больше не отвечала, Баджи и не подозревал о подобном. Но одна ситуация заставила её усомниться. — Баджи, посмотри, —она нахмурившись от очередного сообщения протянула телефон другу. Тот отвлёкся от своего и в недоумении взглянул на экран. — Что там? — Да мне какой то стремный тип написал… — Что за тип? —вздернул бровь Кейсе. — Да он. Вещи странные пишет.       Он принял телефон девушки в свои руки. Перед глазами предстал казалось бы обычный чат. Глаза расслабленно бегали по сообщениям типа «как дела» «чем занимаешься», и с каждой строкой взгляд Баджи становился все более сосредоточенным. В конце концов хмурый Кейсе вернул ей мобильник. — Кинь мне номер этого мудака. — И что ты сделаешь? Найдёшь и набьёшь ему лицо? — Да, тогда он точно больше не потревожит тебя, это я обещаю. — Нет, —девушка упрямо встала со ступени, возвышаясь над Кейске. — Я дала тебе посмотреть не для того, чтобы ты кого-то избивал. Мне показалось это странным, но видно ничего такого там нет. — Эй, ты блять знаешь чем такое обычно заканчивается? Не выебывайся и кидай его номер. Но она словно не слыша, поправив юбку встала и пошла вниз, кидая за спину: — У нас скоро начнётся урок.       Как бы то не было, мысли о неизвестном типе одолевали её весь день. Ей казалось, что его манера общаться была схожа с кем то… Возможно она блокировала его, но он писал снова и снова, заводя новую страницу. Казалось ли ей? Диалог всегда начинался непринуждённо, но вопросы личного характера, что лились необьятным потоком, пугали её. Что она делает, с кем и куда идёт и где она живёт. Девушка старалась игнорировать его, но все повторялось с нового аккаунт. Совпадение?       Возможно у неё уже развилась паранойя. Но когда по пути домой вечером её схватили и зажав рот, потащили в темноту, она чуть не умерла от страха.       Парень в низко опущенном капюшоне затащил её в переулок и прижал к стене гаража, крепко зажимая ей рот рукой. Он что-то сумасшедше бормотал про долгожданную встречу и то как он рад наконец поймать её, а её сердце упало в самый желудок.       Чувствуя противные грязные руки на своём теле, она пыталась кричать, вырываться, хотя бы ударить его, но её всю трясло и тело как будто бы ослабнув, не слушалось. Когда она все же смогла укусить его за руку, то получила удар по лицу. Щеку обожгло болью и она заплакала, слушая как он дико успокаивает её, говоря что все хорошо.       Ей было страшно, до смерти страшно, ведь она понимала, что с ней произойдёт и она ничего не может с этим сделать. Она сама в этом виновата, упрямая дура. Лучше бы в тот день она дала чёртов номер Кейске и он разбил бы лицо этому психу. Ничего из этого бы не произошло. Нет, ей нужно было упрямиться и защищать незнакомого ублюдка.       Школьная рубашка была разорвана и откинута в сторону, не чувствуя собственной себя она просто зажмурилась, пытаясь отделиться от тела и не чувствовать все это. Как вдруг чужие руки пропали. Послышались вопли, девушка охватила себя руками, вжимаясь в угол. Закрывшись в себе, до сознания не долетало ни звука. И когда её тронули за плечо, она попыталась ударить этого придурка, но руку аккуратно перехватили и у лица раздался знакомый голос. — Эй, тихо, все хорошо, это я — Б-баджи, —из-за собственных слез она не видела его лица в темноте, но всхлипывая ещё больше, упала в объятья Кейске.       На голые женские плечи упала чёрная тяжёлая куртка, убедившись, что с ней все хорошо, Баджи взял девушку на руки. — А что если бы парни не видели куда ты шла? Что бы он с тобой сделал блять, ты хоть понимаешь? —сдерживая гнев, говорил он, по пути отопнув хрипевшего и захлебывающегося кровью парня. Только тогда она смогла рассмотреть, что Кейске сделал с ним. Его состояние оставляло желать лучшего и он легко отделался, зная импульсивность Кейске. Если бы не плачущая девушка, Баджи не знал, что бы он сделал с ним в этом чёртовом переулке. Желание развернуться все ещё преследовало его, но женское тело, доверяюще жмущееся к нему, заставлял идти дальше. — Спасибо, что пришёл, —только и смогла вымолвить она, уткнувшись ему в шею. Её все ещё трясло, но в руках Баджи ей все же было спокойней, она чувствовала себя в полной безопасности. — Извини меня, ты был прав. Я правда полная дура.       Чувствуя её состояние, Баджи начинал злиться на себя. Она явно должна была тогда послушать его, но сейчас просто нельзя было кричать на нее. Его сердце больно сжималось при одном взгляде на слезы бегущие по её опухшему от рыданий лицу. Он снова хотел убить того подонка и закопать труп в ближайшем парке. — Блять, —Кейске выдохнул, прижимая её ближе к себе. — Не плачь, пожалуйста. Все уже хорошо. Я не дам ещё кому-нибудь хоть пальцем тебя тронуть, слышишь? Они все подохнут, если подойдут к тебе. Только не плачь, пожалуйста. — Баджи       Чувствуя тепло парня, она закрыла глаза. Женские руки по прежнему крепко обнимали его, пока они ехали на байке по пустым, но таким ярким улицам Токио. Хоть этот вечер был ужасным, от чего-то сейчас, она была по истине счастлива.