Диовита обещает.

Диовита сидит перед зеркалом. Она смотрит на себя, на свое отражение… Как ей хочется содрать это лицо… Весь вечер Диовита пытается сказать себе, кто она есть и чего она хочет, но рот предательски не открывается, тогда она берет лист бумаги и пишет: «Я там, куда сама себя привела, и в этом никто не виноват, кроме меня. Сегодня я принимаю решение освободиться от груза былых обид и взять свою жизнь в свои руки. Я больше не пойду работать в кабаре или варьете, я больше не вернусь в Париж, и не вернусь в Австрию, я поеду в Италию, в Катанию. Я обещаю это себе». Как же это решение напоминает ей то время, когда она, бросив все, поехала в Париж за Геллертом… Диовита тогда и представить не могла, что и он тоже уедет в эту Россию. Она так и не смогла полюбить эту страну. Проклятая Россия забрала у нее всех, как и война. Война и Россия. «Катания совсем не похожа ни на Россию, ни на войну», - убеждает себя девушка. Она верит, что сможет, простившись с прошлым, начать, нет-нет, продолжить жизнь иначе. Верит, что откроет свою школу танца, где самым важным будет чувство, жизнь, свобода. Она уже представляет себе, как каждое утро будет просыпаться, улыбаясь небу, и выбирать жизнь, выбирать счастье и выбирать свободу. «Каждое утро, слышишь, Дэйя?» - мысленно обращается она сама к себе.