Часть 1

Пропасть манила упасть для созвездий законов, Воздух сжимал аппарат для себя, для мучений костей. Кто-то прошёл для событий ушедших, оставив былые оковы, Плоть всё гниёт, умирает росток, и бежит муравей. Больной умудрился устать от себя, закрывая собой лихорадку, Волны быстры, их так манит живой, но усталый моряк. Мачта разбита, и парус теряет с верёвкой отсталую хватку. Как хорошо наблюдать на воздухе старый закат. А я под водой наблюдал темноты постоянство, И якорь к ноге незаметно прирос в этот час. Ктулху не слышит, но видит морское упрямство, Суша пуста, её нет в головах былых масс. Пропасть пропала, вода умудрилась к весне опоздать, Ной не пришёл, его нет и все твари в секунде мертвы. Так глубоко и жестоко умеет лишь бог наш карать. Его мы забыли, ему рассказали, что думы чисты. И всё лишь случайность, и всё заприметила мать у гордыни, И воздух стал порохом чёрным в проклятой и гнойной тени. Укроют ничтожно, но славно дорогие из фальши святыни, Дорога пуста, солнца нет и искра нам подарит всю вечность весны.