Часть 14

Золотистый рассвет зажегся над старинным замком, но утро не принесло Люциусу успокоения. Несмотря на отказ Гермионы, он все еще думал о ней и о том, что они могли бы быть вместе... Три долгих дня он страдал, как не страдал никто, и его гордый дух просто не мог смириться с тем, что она ему отказала... Отдавшись во власть сумасшедшего порыва, Люциус выбежал из комнаты, и через несколько минут черный «Роллс-Ройс» взмыл в утреннее небо, чтобы доставить мистера Малфоя в Хогвартс... Он знал, что увидит ее, и знал, что она никогда не согласится, — но не мог совладать с собой, стремясь вновь сжать ее в объятьях, почувствовать тот душевный покой, который дарила ему встреча с ней... И вот — она вновь стояла перед ним в лучах полуденного солнца, и ужас мелькнул на ее побледневшем лице, когда перед ней вновь возникла его темная фигура. — Оставьте меня... — прошептала она, делая шаг назад. — Зачем вы меня преследуете? Я сказала вам «нет», и это мое последнее слово... — Я пытался забыть тебя... — произнес Люциус, и в его голосе мелькнули металлические нотки. — Я пытался, но это выше моих сил... Не стоит повторять сказанное: я люблю тебя и готов все за тебя отдать... Мы зашли за край, и спасти нас может лишь твое согласие... Он продолжал приближаться к ней, и на его губах застыла холодная, неумолимая улыбка. — Разве ты до сих пор не поняла? Мы созданы друг для друга и должны быть вместе. — Я никогда не буду вашей, — решительно ответила Гермиона. Их разделяло всего несколько метров... в глазах Люциуса блеснули отчаянные огоньки... он шагнул вперед... она в ужасе отвернулась — и внезапно услышала знакомый голос: — Отойди от нее, Люциус. Эти слова привели мистера Малфоя в чувство. Он остановился и увидел стоящего между ним и Гермионой Снейпа... В темных глазах профессора горела смертельная ярость; он медленно достал палочку, направил ее на Люциуса и произнес: — Убирайся. Она достаточно страдала из-за тебя. Губы Люциуса тронула коварная улыбка, а глаза вспыхнули недобрым огнем — он почувствовал, что Снейп бросает ему вызов... — А вот и защитник, — произнес мистер Малфой насмешливым тоном. — Рад тебя видеть, Северус. Слышал... Его рука незаметно скользнула по трости. — ...Слышал, ты ее любишь... поразительно... неужели ты решился отступить от своих благородных принципов и связать ее жизнь со своим жалким существованием?! Лицо Снейпа подернулось от ярости; едва сдерживая себя, он бросил в сторону Гермионы: — Уходи. Я должен исполнить свой долг. Уходи! Гермиона покорно отступила назад, чувствуя, что через несколько секунд произойдет необратимое... Малфой и Снейп стояли друг против друга. Тишина зависла над их головами подобно лезвию меча, и два исполненных ненависти взгляда сошлись в смертельно опасном противостоянии... — Ты можешь гордиться собой, — все тем же вкрадчивым голосом произнес Люциус, сделав скользящий шаг. — Да, она мне отказала — потому, что любит тебя... Что же: я готов отступить и признать, что она не будет моей... Глаза Люциуса стали холодными, как лед; он взглянул на Снейпа и прошептал с дьявольской улыбкой: — Вот только тебе она тоже не принадлежит... Нервы Снейпа не выдержали... Он взмахнул рукой с намерением произнести заклинание, когда Люциус выхватил палочку из трости и предупредительно покачал головой. — Ты опоздал, Северус... опоздал, как всегда... Разве ты не знал, что за любовь надо бороться? Где же ты был, когда я забрал ее в свой замок? Где ты был, когда, объятая огнем страсти, она с такой нежностью шептала мое имя?! — Умри, сволочь!.. — выкрикнул Снейп, и вырвавшийся из палочки разряд метнулся в сторону Люциуса. За мгновение до гибели тому удалось увернуться и отскочить в сторону... Окруженный сотнями искр рассеявшейся в воздухе магии, Люциус прижался спиной к стене и, воспользовавшись промедлением Снейпа, выбросил вперед руку с палочкой, произнеся заклинание... Стены пустого коридора озарила вспышка, подобная разряду молнии, — и на этот раз удар достиг цели. Его сила была столь велика, что Снейпа отбросило назад на несколько метров... Он упал на спину, и выпавшая из его рук палочка откатилась в сторону... Вскрикнув от ужаса, Гермиона бросилась к распростертой на полу фигуре. Она склонилась над Снейпом и сжала его руку, на секунду поверив в худшее, — но он был жив... Невыносимая боль парализовала его тело, заставив профессора бессильно наблюдать за приближающимся к нему Люциусом... Гермиона вскинула голову и умоляюще произнесла: — Не трогайте его, мистер Малфой, я вас прошу! Ее слова остались неуслышанными. Люциус шел вперед, неумолимый, словно Ангел Смерти; разбросанные на плечах волосы пылали белым светом, в глазах сквозила дикая решимость, а палочка чуть подрагивала в вытянутой руке... Он медленно остановился — и произнес холодным тоном: — Отойди, Гермиона. Я должен закончить начатое. — Не делайте этого, я умоляю! — прокричала она, прижав к себе руку профессора. — Зачем вам его смерть?! — Он бросил мне вызов — и я его принял. Поверь, он знал, на что идет, и знал о последствиях... Отойди: я не хочу, чтобы ты жертвовала ради него жизнью. Гермиона в ужасе смотрела на то, как палочка в его руке поднимается вверх, — она знала, что это конец... На секунду в холодных глазах Люциуса промелькнул далекий отблеск прежних чувств... Его рука дрогнула, а голос тихо произнес: — Прости... Медленно, словно в кошмаре, Гермиона видела, как он взмахнул палочкой, собираясь наложить последнее заклятье... Повинуясь внезапному порыву, она схватила лежащую рядом палочку Снейпа... На мгновение ее взгляд встретился с пораженным взглядом Люциуса... она взмахнула рукой, и с ее губ сорвались роковые слова... Ярчайшая вспышка разрезала пространство. Застывшая Гермиона в ужасе смотрела на то, как созданный ею разряд пылающей змеей охватил темную фигуру Люциуса и поднял его в воздух... Волны магии, похожие на световой шторм, ударили в стены, и неподвижную фигуру Гермионы накрыл ослепительный туман... Еще несколько секунд — и световое облако внезапно растворились в полутьме... Все было кончено. Гермиона медленно приоткрыла глаза. Она не понимала, что с ней произошло и как ей удалось вызвать столь мощное волшебство. Внезапно ее сердце дрогнуло... она увидела распростертого перед ней Люциуса. Через секунду Гермиона уже была возле мистера Малфоя... Склонившись над ним, она поняла, что не ошиблась в своем предчувствии. Его глаза были закрыты, и о том, что он жив, говорило лишь слабое, прерывистое дыхание... Темная кровь стекала на пол из раны на его плече, в том месте, куда ударило заклятье... Гермиона прижала к ней ладонь, и ей казалось, что сама его жизнь пульсирует под ее пальцами... Отчаяние сковало ее мысли, заставляя вновь и вновь проклинать свой поступок и свои слова... Она понимала, что другого выхода не было, — и все же молила небеса, чтобы он выжил... — Не умирайте, мистер Малфой... — в слезах прошептала она, приподняв его голову и вглядываясь в бледное лицо. — Пожалуйста, не умирайте... Люциус приоткрыл глаза. Мгновение он видел лишь тени, сходящиеся в четкие контуры... Внезапная резкая боль, пронзившая плечо и руку, вынудила его мучительно сжать зубы... Он не мог заставить себя думать... боль была невыносимой, и при каждом вдохе ему казалось, что он теряет сознание... Сердце то билось в бешеном темпе, то останавливалось... Внезапно сквозь окружавший его туман он смутно услышал чьи-то слова: — Простите меня... клянусь, я не хотела этого... вы будете жить, я обещаю... Гермиона умоляюще смотрела на него сквозь слезы раскаяния... Губы Люциуса тронула слабая улыбка... его пальцы скользнули по ее щеке, оставив на ней прерывистый кровавый след, а взгляд вспыхнул такой любовью, что сердце Гермионы дрогнуло... Он хотел что-то сказать, но силы покинули его, и лишь горящие глаза, медленно закрываясь, выражали его последнюю мысль... Поняв, что он теряет сознание, Гермиона в отчаянии вскинула голову и умоляюще произнесла, смотря на неподвижную фигуру Снейпа: — Помогите ему, профессор! Он ранен... нужно остановить кровь, иначе он умрет! — Оставь его, — ответил Снейп, и его голос был безжалостно холоден. — Он сам виноват в том, что случилось. — Если он погибнет, я не прощу себе этого... пожалуйста, спасите его — ради меня... На лице Снейпа отразились мучительные сомнения. Он опустил глаза и сдавленно произнес: — Ради тебя я готов на все...