Глава 8. Пляшущее пламя

Я с тобой готова разделить твою боль, Мне себя не жаль, я ныряю с головой. Знаю, что потом я себя не найду, Если утону, а я точно утону.

Я поджигаю себя, чтоб согреться, Этот огонь исцелит моё сердце.

IC3PEAK – Let’s die together, я не шучу

Вивиан, едва зайдя в темницу и заперев за собой дверь, склонилась над царапающим что-то пером Кайденом. Над его плечом висело несколько лучистых шаров, проливающих свет на бумагу. – Что ты пишешь? – Дневник. Описываю свое пребывание при неблагом дворе, помогает не потеряться во времени. Пленник подул на свежие чернильные записи и отложил занятие. – Как твои раны? – обеспокоенно спросила фея. – Сносно. Уже покрылись корками, заживают понемногу. Даже могу лежать на спине. С тех пор, как ты сняла ошейник, стало проще лечиться. Вивиан присела рядом и отодвинула разрез рубахи на груди, чтобы посмотреть на ожог. Покрытый ржавыми струпьями и белёсым налетом цветок распустился вокруг пунцом. – Всё равно выглядит ужасно. – Не переживай. – Кайден улыбнулся погладил девушку по щеке. – Главное, что ты теперь в безопасности. Вивиан вздохнула. Она не ощущала себя в безопасности, но этого не сказала. – Даже если ты будешь просить, никаких больше плетей. Ни за что. До сих пор не понимаю, почему я согласилась. Видимо, была не в себе. – Учитывая события того дня, это неудивительно, – вздохнул пленник. – Я сам так решил, помнишь? Не бери на себя ответственность за произошедшее. Кайден взял руки девушки и поцеловал костяшки, бормоча про себя заклинание. Ногти, которые выглядели уже относительно прилично, озарило легким сиянием. Маг положил кончики пальцев Вивиан себе на губы и улыбнулся. Совсем недавно он описывал в дневнике свои размышления о том, насколько сильный нужно иметь внутренний свет, чтобы сохранить здравомыслие в кромешной тьме неблагого двора. И у Вивиан этот свет был – достаточно было лишь очистить лампу от копоти, как сквозь стекло становилось видно тихий, едва тлеющий путеводный огонек, ослепляющий глаза. Кайден любовался Вивиан и пытался подобрать подходящий и уместный для феи комплимент, но ничего не шло в голову. Вместо этого он притянул девушку к себе и поцеловал. Вивиан прекрасно знала, что делать в таких случаях. Знала, как доставить удовольствие. Она отвечала ярко и страстно. Кайден взглянул на фею. Затянутые поволокой глаза, приоткрытые губы, прерывистое дыхание. Уже не первый раз он наблюдал подобную картину, но никак не мог понять, что же было не так. – Всё хорошо? – уточнил пленник. – А тебе что-то не нравится? …Ах, вот что. – Ты точно делаешь то, чего хочешь ты, а не то, чего, как ты думаешь, хочу я? Вивиан широко открыла глаза. – Какая разница? – Большая, черт возьми! – Кайден нахмурился и провел рукой по своей голове, прочесав пальцами волосы. – Прошу тебя, будь честной. Делай и показывай только то, что ты чувствуешь на самом деле. Что ты чувствуешь сейчас? Вивиан в ступоре застыла. – Я… не знаю? Кайден еще не сталкивался с подобным ответом, поэтому испытал легкое замешательство. Размеренно дыша, он подбирал слова. – Попробуй обратить внимание на свои ощущения. Для начала телесные. Ничего не болит? Тебе удобно сидеть? В какой ты позе? Как ты двигаешься? – Я… напряжена? – Так. Мы на верном пути. Что еще? – Мне… страшно? – Чего ты боишься? Девушка задумалась. – Тебя. – Это был самый ужасный ответ, который я только мог услышать… Но… Спасибо. Спасибо, что ответила честно. – Прости. – Не извиняйся. Мне претит делать что-либо, что тебе не по душе. Мы не торопимся. Я никуда не денусь из этой темницы, а ты из этого дворца. Почему ты боишься меня? – Я боюсь, что ты можешь стать похожим на Блейра. Настойчивым, напыщенным, думающим только о своем удовлетворении. – Что бы я ни делал, ты можешь остановить меня в любой момент. И я остановлюсь, обещаю. Вивиан внимательно посмотрела в глаза Кайдена. Теплые, обеспокоенные, волнующиеся. Совсем не такие, какие она могла бы наблюдать на неблагом дворе. – Я учту. – Помни это. Всегда. Что бы ни происходило. – На самом деле мне больше нигде не бывает так… свободно, как здесь, с тобой, – продолжила Вивиан. – Камера темницы для меня уютнее пышных дворцовых комнат. Кайден деликатно погладил руку девушки, улыбнувшись. Вивиан прилегла ему на плечо с той стороны, где не было клейма. Отодвинув ворот, она аккуратно подула на рану. Ткань рубашки всколыхнулась. Кайден откинулся на подушке и увлек фею с собой. – Ты заслуживаешь лучшей судьбы, чем жить при неблагом дворе, – произнесла фея. – Ты тоже. Некоторое время они молча лежали, сплетясь пальцами. – Я хочу сбежать отсюда, – едва слышно прошептала Вивиан. – Как и я. – Но что мы можем сделать?.. – Проклятые фейские узы, – чертыхнулся Кайден. Тишина. Но не комфортная, какая обычно бывает между ними, а тяжелая и ввергающая в уныние. – Фейские узы завязаны на короле. – Вивиан тихим голосом продиралась сквозь привычные устои. – На нем держится большая часть порядка неблагого двора. Если убить короля… – Ты собираешься убить отца? – У меня нет отца. “И правда. Это слово должно означать совсем другое”, – подумалось Кайдену. – Если убить короля, вместе с ним умирают и его жены – на них накладываются самые сильные узы. Это придумано для того, чтобы королевы были опорой трона, чтобы у них не было соблазна посадить на трон своего наследника раньше времени и чтобы они оберегали супруга всеми силами. Поэтому Гвен так озабочена ядами. – Вивиан на некоторое время замолчала, напряженно задумавшись. – Но… я понятия не имею, как это сделать. Его волшебство в разы сильнее моего. И любой, даже самый хитроумный план не сработает против короля фей. Хаос – его природа. Его кровь и плоть. Хаос ломает любую стратегию. – Может, я… – Ни в коем случае! – Вивиан возмущенно приподняла голову с плеча, догадавшись, что имеет в виду пленник. – Не смей даже думать об этом. У тебя просто ничего не получится. Это невозможно. Поединок человеческого мага с королем фей заведомо провальная затея. Тебя уничтожат, едва ты начнешь читать заклинание. – Насколько силен Абелайо? – Как и всякий король фей, он сильнейший из двора. Щелчком пальцев он может обратить тебя в прах, если того пожелает. Хотя прах – это слишком банально. Скорее, отправит на несколько сотен лет в прошлое. Или наоборот погрузит во многовековой сон. А то и вовсе срастит с корягой и вырежет из тебя новый трон… Кайден вздохнул и задумался. Стоящий план никак не рождался в голове. Вивиан вспомнила слова Кайдена и еще раз попробовала понять, что она чувствует. Взглянув на лицо пленника, кажется, она нашла ответ. Девушка нежно и неуверенно клюнула уголок челюсти, едва заметно покрытый темной щетиной. Узник повернул голову и заглянул в глаза феи, увидев в них… уязвимость. – Ничего не делай. Просто расслабься. Закрой глаза, – прошептал он. Свободной рукой Кайден бережно провел рукой по волнистым фиолетовым волосам, заведя их за ухо, а другой приобнял девушку. Вивиан послушно опустила веки. Кайден осторожно, едва ощутимо контуром губ коснулся лба феи. Она глубоко вдохнула. Щека. Другая. Подбородок. – Не забывай дышать. “Вот ее настоящий уровень”, – подумалось Кайдену. Вивиан медленно выдохнула. Вдох. Выдох. Губы вновь коснулись щеки. Затем – закрытого века, едва дотрагиваясь до ресниц. Кайден начинал понимать, что травмирующий опыт прошлого не давал Вивиан возможности нормально относиться к подобной близости, но хотел, чтобы фея по-настоящему привыкла к его поцелуям, а не только притворялась. Он почувствовал влагу на нижней губе. Это не слезы боли. Не слезы печали или ужаса. Это слезы переизбытка неизвестных ранее чувств. Мужские губы, смоченные слезами, прикоснулись к уголку едва заметной улыбки. Пальцы нежно придерживали подбородок. Рука феи лежала на животе человека. Два дыхания смешались. – Приоткрой рот. Вивиан разомкнула уста. Кайден поцеловал верхнюю губу девушки, медленно, постепенно становясь всё настойчивее. Два языка аккуратно соприкоснулись, скользнув навстречу друг другу. Всего лишь поцелуй. Во снах Вивиан делала это сотни раз, с самыми разными людьми. Почему же так кружится голова? *** Сельма находилась в родной стихии – вела занятие по танцам для семьи. Вивиан приходилось танцевать то с братьями, то с отцом, то с приглашенными партнерами. Сельма то и дело кричала, истерически срываясь на каждое неверное движение и хлеща детей и придворных палкой. Королю она лишь улыбалась. Когда в очередном заходе Блейр закружил девушку в танце, Вивиан пыталась отвлечься от близости с ним и задумалась, почему она так отличается от остальных. У Вивиан не было покровителя перед другими женами и детьми в лице собственной матушки. Она всегда была изгоем. Даже из придворных никто не хотел ей заниматься, потому что таким образом они не оказывали никому услугу, поэтому ее просто игнорировали. Однако даже это не давало полноценного ответа на вопрос. Единственной, кому было не совсем плевать на маленькую фею, была нянька-пленница Нелла. Она единственная, кто пытался хоть что-то сделать для юной принцессы. И любила слишком много разговаривать. Вивиан была не уверена, что это было добровольным жестом. Возможно, Нелла лишь пыталась избежать наказания за неповиновение, но фея все равно была благодарна горничной. Она дала принцессе то, чего не давала родная семья. Оркестр играл давно и уже устал. Взгляд феи задержался на флейтистке, у которой от напряжения покраснело лицо, и скользнул дальше. Мысли девушки были совсем не об оркестре, а о короле. В голове щелкали счеты. Отравить? Бесполезно, максимум стошнит. Бросить в ванну ядовитый цветок? Тем более. Магия? Так Вивиан здесь самая слабая. Договориться с Блейром о дворцовом перевороте? Ни в коем случае. А Ниал не согласится. *** Блейр и Ниал вновь отсутствовали, поэтому ужин король проводил в женской компании. Абелайо велел слугам разлить крепленого вина в качестве дижестива. – У светлых наверняка сегодня будет пышный бал – весеннее равноденствие. Нам же до главного праздника ждать еще полгода, – причитала Сельма. – Коль уж помолвка сорвалась, нужно придумать другой повод для торжества, – одобрительно кивнул король. – У вас есть идеи? – Скоро день рождения матушки Гвен, нам стоит организовать подобающий бал, – предложила Вивиан. – А ведь и правда, – задумался король. – Сельма, Вивиан, займитесь этим. Жду элегантных танцев и обильных возлияний. – Как скажете, мой король. – Дочь моя, после трапезы мы направляемся ко мне в кабинет. Обсудим новое поручение. Имперцы совсем распоясались, приходится отправлять всех своих детей на войну. К тому же, у меня есть подарок для тебя. Вивиан с ужасом пыталась представить, какой подарок может ее ждать, но никак не могла сообразить, что же задумал Абелайо. – Конечно, отец. Я в предвкушении. В кабинете на столе лежал пышно украшенный футляр длиной с метр. Вивиан с подозрением нахмурилась. – Прежде чем мы обсудим поручение, я бы хотел, чтобы ты приняла мой дар. Подойди же. Фея приблизилась. Король кончиками пальцев, высоко подняв локти, раскрыл футляр, в котором обнаружилась рапира с изящно оформленной драгоценными камнями и цветочными лепестками, растущими у Вивиан в саду, гардой. Вивиан никогда не говорила отцу, что это ее любимый цветок. Он не забыл. Он всё знает и всё видит. От этого становилось только больнее. Король указал дочери на подарок. Вивиан бережно достала рапиру из футляра. И сделала неожиданный даже для себя резкий выпад. Абелайо изумленно посмотрел правым глазом в левую сторону. Медленно провел он взглядом по клинку, торчащему из его глазницы. От собственной переносицы, дальше по лезвию и вплоть до руки дочери. На лице короля медленно расцвела его последняя улыбка. Впервые за долгое время искренняя. – Моя дочь, – прохрипел Абелайо. Хаос – его природа. Его кровь и плоть. Тело короля рухнуло, как мешок с удобрениями. Вивиан мелко дрожала. Только что она убила четверых фей, которых она знала всю свою жизнь, и едва осознавала, что произошло. Вытащив глубоко засевшую рапиру из глазницы трупа, она посмотрела на стекающую с лезвия кровь. Девушка понятия не имела, что чувствует. Снова вспомнив слова Кайдена, она погрузилась в рефлексию. И нашла ответ. Вот он, настоящий подарок от того, кто называл себя ее отцом. И Вивиан с благодарностью приняла его. Блаженная улыбка рассекла лицо темной феи. Вивиан взяла со стола канделябр с горящими свечами. Сгорит тело сейчас или на похоронах – какая разница? Вивиан подошла к гобелену с изображением королевской семьи и медленно поднесла подсвечник к собственному портрету. Языки пламени неспешно поползли вверх. Стоило Вивиан слегка прищуриться и наклонить голову, как огонь резко вспыхнул, спалив гобелен дотла и перекинувшись на шторы и стол. Так-то лучше. Вивиан вышла из кабинета и обнаружила себя в коридоре, через который она сюда не заходила. Никого не было видно. Зато здесь тоже были шторы! Фея, сжимая в одной руке рапиру, в другой подсвечник, вела языками пламени по ткани и холстам портретов. Прощай, Гвен. Ты была невыносима. Прощай, Иделла. Мерзкая шлюха. Прощай, Сельма. Жестокая тварь. Дойдя до портрета матушки Рианны, Вивиан сожгла и его. Ее ничего здесь не держало. Она прощалась с привычной жизнью. Вивиан едва смотрела на то, что делает, задумчиво глядя куда-то вдаль и улыбаясь. Пройдя до конца коридора, фея обернулась. Гори, гори ясно, неблагой двор! Вивиан расхохоталась. Пламя от ее смеха разгоралось лишь сильнее, неестественно перекидываясь на деревянные двери. Раздался звон стекла. Повернув в очередной коридор, Вивиан снова никого не обнаружила. Дворец… слушался ее? Потакал ее капризу? Да будет так! Управлять дворцом – королевская прерогатива. Впервые Вивиан ощутила по-настоящему сильное волшебство в своем исполнении и не могла понять, откуда у нее внезапно появилось столько фейской силы. Еще несколько коридоров. Двери, ткани и картины резво занимались пламенем. За спиной Вивиан слышала обеспокоенные крики и беготню, но это ее мало волновало. Сейчас у нее на уме было только одно. – Кайден! Собирайся, мы уходим. – Что? Куда? – Подальше отсюда. Абелайо мертв. – Что случилось? – Я убила его. Пленник, не задавая лишних вопросов, схватил пачку исписанной и изрисованной бумаги. Больше ему нечего было забирать отсюда. Кроме Вивиан. – Я готов. Фея кинула одну из горящих свечей на кровать. – Прежде чем мы уйдем, я хочу поделиться с тобой великолепным зрелищем. Проведу полноценную экскурсию по дворцу. Вивиан заткнула рапиру за пояс и взяла пленника за руку. Едва они вышли, как наткнулись на стражника. – Ваше высочество, во дворце пожар! Скорее покиньте дворец. Сейчас не время выпускать рабов. Почему он без цепи?.. А подсвечник… Стражник достал меч, наконец начиная о чем-то догадываться. Кайден сделал быстрый и точный пасс рукой. Кожа пытавшегося помешать побегу вздулась, покрывшись пузырями и рытвинами. Стражник пал наземь. – Это магия света?! – Боевой ее раздел. – Впечатляюще… Пойдем же, здесь нам больше нечего делать. Больше им никто не попадался на пути к тронному залу. По пути Вивиан широко водила рукой с подсвечником и подробно рассказывала, мимо чего они проходят. – О, а это тетушка Агрона. Терпеть ее не могу. Сгори, тварь. Вивиан с восторженной улыбкой поднесла свечу к портрету. Кайдену было не по себе от ауры жуткой эйфории, исходящей от феи. – Почему мы никого не встречаем? – Дворец живой, он начал меня слушаться. Он создает коридоры так, чтобы мы ни на кого не наткнулись. А вот и сердце этого места… Вивиан пальцем сняла со свечи язычок пламени и по воздуху, словно поцелуй, отправила его к трону и ковровой дорожке, ведущей к нему. Вспышка – и начался настоящий пожар, достигающий высоких потолков. Вивиан истерически расхохоталась и упала на колени. Кайдену стало совсем не по себе от ее смеха. – Как же я мечтала хоть раз увидеть такое зрелище! – вытерла она слезу. Кайден присел рядом и приобнял девушку за плечи: – Вивиан, нас могут найти. Лучше поторопиться. – Да, пойдем в сад, – кивнула фея. Через запасной выход они прошли к теплицам. Вивиан поднесла канделябр к раскидистому дереву. Впервые фея заколебалась. Однако прекрасные цветы неблагого двора были полны яда, и даже их нужно было оставить позади. Дерево занялось огнем. Удовлетворенно отбросив подсвечник, Вивиан кивнула. Не боясь ожогов, девушка сорвала с горящего дерева цветок и принюхалась, после чего кинула его в огонь. – Теперь мы свободны. Пойдем, покажу тебе главные ворота. На горизонте едва брезжила утренняя заря. Двое стояли у высокого резного металлического забора с растительными мотивами и острыми пиками, на которые были насажены давно сгнившие головы. Дворец был на отдалении. Волнистые шпили крыш рифмовались с тянущимися вверх языками пламени и извивающимися клубами дыма. На фоне огня суматошно бегали и летали феи, пытаясь потушить грандиозный пожар. До беглецов никому не было дела. Вивиан вспомнила место из сна, обняла бывшего пленника, прикрыв глаза, и переместила их обоих именно туда. Домой к Кайдену.