//2

хан союн плечом к плечу с ю джунхеком выходит из вагона поезда, и впервые за долгое время они оба могут вздохнуть полной грудью холодный воздух, перекинуться парой шуток в своей манере и тихо посмеяться, улыбаясь ночному небу, где не видно ни одной звезды. вдалеке послышался скрежет рельсов. на миг, когда двери вагона почти закрылись, оттуда послышался тихий вздох и блеснул ослепительный свет. хан союн обернулась, но тут же потеряла сознание. "ю джунхек... кажется, мы что-то оставили в вагоне. что-то важное и дорогое сердцу..." звёздный поток пал, сценарии закончились, токкеби и созвездия уничтожены, они достигли конца. хоть сеул тоже был практически стерт с лица земли, но они остались живы всем составом, вместе, и готовы вернуться к началу их размеренной жизни без страха смерти и вероятности. спустя полгода рутина возобновится и сеул будет, может, и не так ярко и оживленно, но дышать. ю сангах будет помогать в правительстве, хенсон вернётся в армию, джиё, юшин и гильен снова пойдут в школу, хенвон, джунхек и сольхва будут помогать раненным и разбитым людям, гон пильду вернётся в свою сферу деятельности и поможет руководить построением земель и жилых комплексов, хан союн... будет писать, станет профессором и преподавателем в пока что единственном сеульском университете. временами они будут встречаться в пабе у марка и хаён и обсуждать последние новости, делиться своей жизнью. иногда вместе выбираться куда-нибудь, например, к реке хан, как и мечтали. - что за глупая идея собираться именно у реки хан? кто это вообще придумал? хенвон, признавайся, это ведь была ты, да? - почему сразу я? союн, мне казалось, это предложила ты когда-то... - онни, а я думала, это предложил мастер. это точно ведь он был! - джиё, аккуратнее... а мне казалось, что эту идею выдвинули дети. они не могли вспомнить, кем было предложено подобное приключение, но развивать тему никому почему-то не хотелось. в голове как будто растекался густой туман и скрывал такой желанный ответ. в глазах ю джунхека загорелся огонёк осознания, но тут же потух, словно кто-то специально потушил его. все вздохнули почти одновременно, рассмеялись в голос и продолжили приготовления. ещё через полгода их компания стала встречаться реже, кто-то вообще не приходил ни разу за это время. ю джунхек чувствовал непонятное ему отчаяние, видя как они отдаляются друг от друга, но ничего не мог поделать. словно какая-то часть, которая их всех соединяла, в какой-то момент исчезла. но он никак не мог понять, что именно это была за деталь. почему же он не мог вспомнить... хан союн всё чаще стала смотреть с грустью на небо, словно пыталась найти там одну единственную звезду, но небо вот уже целый год было абсолютно пустым. ведь все созвездия исчезли, всё казалось страшным сном. но как будто... как будто среди этих созвездий было такое, которому хотелось верить, доверять свою жизнь и мечты. - шин юшин, будешь бутерброд? - да, сделай мне три, пожалуйста! только в один не добавляй помидоры. - помидоры? и почему три? - ну как же почему? один для меня, второй для гильюна, а третий... а для кого же третий? не помню... шин юшин и ли гильюн ходили в одну школу, только в разные классы. они продолжали общаться, ходить вместе домой, проводить всё свободное время рядом. хоть они постоянно соревновались и задирали друг друга, но оба знали, что без сомнения могут доверять другому свою жизнь, тайны и переживания. шин юшин была лучшей в своём классе. желание стать первой появилось неожиданно, словно кто-то наблюдал за ней и её успехами. даже если она не видела этот взгляд и того, кому он принадлежит, юшин знала: этот человек гордится ею и любит её сильнее всех. - ха, гильюн, посмотри, у меня опять высший балл! - ну и что в этом такого? хён всё равно больше любит меня. - нет, аджосси больше любит меня, я ведь... я... а кто этот, аджосси?.. и тогда шин юшин впервые разрыдалась за всё это время, смотря на небо. - юшин? что такое? почему ты плачешь? - союн-онни... аджосси... я не помню аджосси... скажи, что ты его помнишь... ты ведь его помнишь, да? как же его звали? он ведь существует, правда? спустя ещё год их компания полностью распалась. больше не было встреч, не было вылазак к реке хан, никто больше не собирался в пабе у марка и хаён. каждый пошёл своей дорогой к новой жизни. шин юшин словно сошла с ума и у всех, у кого могла, спрашивала про неизвестного им аджосси. гильюн непонимающе на неё смотрел и всегда успокаивал, обнимая, когда у самого в груди резкой болью отдавалась хоть одна мысль про человека, которого они все забыли. хан союн всё продолжала смотреть на небо. а ю джунхек... ю джунхеку казалось, что он потерял свою звезду. - хан союн? что ты тут делаешь? - а, джунхек... да так, смотрю на небо. тебе не кажется, что... ладно, забудь. - как продвигается твоя новая новелла? - спустя пару десятков минут тишины. - никак. я как будто потеряла нить, соединяющую все сюжеты. словно... не хватает какой-то детали. - но ведь у тебя множество поклонников, читатели любят тебя... - да, но... как будто в мире больше не существует того самого читателя, которому так сильно могла бы полюбиться моя история. со спины повеяло холодом. на миг почудилось, словно они оказались на заснежанной поляне, а вокруг них стена из множества историй. их историй. его историй. хан союн моргнула и все образы исчезли. перед глазами снова ослепительно чёрное небо. без единой звезды. - ю джунхек... - хан союн... откуда-то послышался звук скрежета рельсов. на них устремился нежный взгляд одного единственного созвездия из далёких-далёких галактик. созвездия, которое было им другом и товарищем, которое жертвовало каждый раз своей жизнью ради них, которое было богаче всех их вместе взятых и всегда дарило им новое улучшенное снаряжение, которое глупо шутило и звонко смеялось, которое не любило помидоры, которое пообещало им, что после конца всех сценариев, они устроят пикник на реке хан. к ним бежала хенвон вместе с хенсоном, джиё сбежала из школы вместе с юшин и гильюном, марк и хаён закрыли на время свой паб, пильду оставил свои земли своей семье, сольхва отпросилась с работы в больнице, а сангах оставила правительственные дела на других. их компания собралась снова вместе. в этот самый момент они все рыдала, как дети, потому что... - вам не кажется, что мы забыли про одного надоедливого идиота? [■■■ смотрит на вас] - ■■■... - хён! ■■■-хён!!! - аджосси! аджосси... - эй, ■■■! да что же такое... ты, идиот!!! вокруг засверкали искры. каждый из присутствующих знал, что это значит. вероятностный шторм. что-то из остатков звёздного потока мешало заглянуть им за завесу этой стены. вокруг закружили буквы. это же... истории, которые они получили в ходе своих сценариев. такие знакомые, родные и до боли в груди одинокие и далёкие. [■■■ смотрит на вас] [■■■ смотрит на вас] [■■■ смотрит на вас] - ким ■■!!! - до■■-хён! в глазах хан союн заблестели искры, воздуха не хватало из-за вероятности, но, собрав всю волю в руках, глубоко вздохнув, почувствовав поддержку своих товарищей рядом, она крикнула сквозь боль и слёзы: - ким докча, ты идиот! [демонический король спасения смотрит на вас] они вспомнили. они, наконец-то, вспомнили, что они оставили в том вагоне поезда, вспомнили их совместные истории, их обещания и мечты, которые они делили между друг другом. последняя деталь была найдена спустя такое долгое время, а нить, соединяющая их всех, вернулась на своё место. [демонический король спасения смотрит на вас, нежно улыбаясь]